not error

Юнги доходит до такой кондиции, в которой бывает очень-очень редко. Он еле передвигает ногами, когда Чонгук почти выволакивает его на свежий воздух. И Мин понимает, что тот приложил немного усилий, подливая ему в рюмку соджу. Юнги вдруг сердится, отталкивая Чонгука, практически падая на лавку. — Это всё ты… — Ну, конечно, — закатывает глаза Чон. — Кто же ещё, правда? — Ащ! Чонгук усаживается рядом, закидывает руку на плечо Юнги. Тот сначала думает посопротивляться, но быстро бросает эту затею, не имея сил даже на это. А Чонгук вдруг кладёт ладонь ему на затылок, и прижимает к своей шее. — Ну давай уже, ну. — Отстань, — взбрыкивает Юнги, упираясь руками в его бока. — Ну кусай уже! — Отстань! Чонгук шипит, изворачивается, хватаясь за его лицо, перехватывая подбородок, сжимая челюсть, чтобы потом надавить, попробовав открыть рот. — Кусай! — Не буду! — Давай! Юнги пыхтит, слюнявит чужую руку, неосознанно глядя на открытый участок кожи над футболкой Чонгука. — А если укушу, успокоишься? Специально же напоил меня, — немного обидчиво тянет Мин. — С тобой по-другому и не получится, — выдыхает Чонгук, прижимаясь к Юнги ещё ближе. Тот тяжело дышит, сглатывает скопившуюся во рту слюну, и делает то, что от него требуют уже почти три месяца. Чон пахнет всё так же пряно. Всё тем же бергамотом и немного ванилью. Его кожа на языке Юнги сладковатая и очень гладкая. Клыки пронзают её с лёгкостью, успевай только придерживать Чона, чтобы не отстранился, пока всё не закончится. А когда Юнги отодвигается, Чонгук внезапно валит его на лавку, проделывая то же самое. — У меня же уже есть, твою же мать! — рычит Мин, с трудом удерживая вес парня. — Я бы тебя всего искусал. Съел бы с потрохами, — признаётся Чонгук, всё ещё нависая над ним. — Придурок. — Сам такой, — улыбается Чон. Юнги смущается немного, отводит взгляд, а Чонгук проводит рукой по его волосам, приближаясь так близко, что Мину даже неудобно как-то. — Фу, — говорит Чон. — От тебя спиртом несёт. — Как будто от тебя фиалками, — фыркает Юнги. Чонгук смеётся, чмокая его куда-то в подбородок. — Что, доволен? Слезь с меня! — выходит из себя Мин. Чонгук же продолжает смеяться, от переизбытка чувств чмокая его куда придётся: нос, верхняя губа, скула, линия челюсти. А Юнги только сильнее сжимает его бока, изгибая шею, подставляясь под его поцелуи. Сдаваясь.