И всё пошло по пизде.

- Почему у тебя всё через жопу? - Хес развалился на стуле, подпирая голову пальцами, буквально вставленными в висок. Он устало прикрыл глаза, слушая грандиозные планы Ромы, - может тебе вставить что-нибудь в зад, чтобы такие идеи в голову не приходили? - Да, Хесус согласился на всю эту лабуду с фотографиями, но ему все еще не очень хотелось воплощать это в жизнь. - Дурак! Всё нормально будет. - Конечно, блять, нормально! Слушая твои планы, я представляю только голубое клеймо у себя на лбу с надписью "пидор". - Оно и так у тебя есть, - захохотал Рома. Хес выдохнул, противненько ухмыльнулся и подлетел к Ромашке, развалившемся на кровати. Лёша придавил Рому своим небольшим, но ощутимым весом и обнял его до хруста костей, заставляя того раскрыться и перестать зажиматься. А затем начал щекотать его, всё ещё вжимая в кровать, не давая пошевелиться. Рома, не ожидавший такой подлянки, начал неистово вырываться и, задыхаясь, смеяться, переходя на крик. - Смешно тебе, хохотушка ебаная, смешно? - Не ебаная ещё, - произнося каждое слово отдельно с коротким вздохом, Роман расходился в своём смехе так, что бесил даже Шевцова в Милане. - А я вижу, только этого тебе и хочется, да? - Хес остановил свои руки на талии Ромашки, сильно впиваясь острыми пальцами в нежные бока. Рома сразу же заткнул порыв своего ора, начиная обильно краснеть, чуть хмурясь от сжатых боков, по инерции хватая тонкие запястья Лёши, пытаясь их оттянуть. - Пусти. Не о том разговор. - Судя по оттопырености твоей ширинки, уже о том. Хесус резким движением скинул тельце Ромы вниз, подминая его под себя. Теперь Лёша удобно расположился между подрагивающих ног Ромы, впиваясь в его губы жестким поцелуем. Как положено Роме, он немного сопротивлялся и не давал Хесу целовать его с языком. Но стоило широкой ладони Леши оказаться на эрогенной зоне между лопаток, а другой нежно надавить на бугорок между ног, Роман сразу раскрывался, давая Алексею запустить его юркий язычок в приоткрытый ротик. Хес целоваться любил, а Рома не умел. Поэтому инициатором был Лёша. Он жарко исследовал мокрый рот Ромы, с нажимом проводя языком по нёбу, вызывая рой мурашек на затылке и хриплый стон.       Хесус любил изводить Ромашку долгими прелюдиями, вынуждая того извиваться всем телом, бездумно водить непослушными руками по смятым простыням и со стонами выбивать свой голос, после чего хрипло шептать "давай".       И сейчас тоже Хес делал своё нехитрое дело, убеждая Рому забыться в его объятиях. Он стащил узкие джинсы с худощавых ног, оценивая открывшийся прекрасный вид на нежно-розовые боксеры с маленьким пятнышком от выступившей смазки.       Заметив плотоядный взгляд, Рома скрестил руки на лбу, пытаясь скрыть своё пунцовое личико. Но почувствовав, как нежные пальцы начали ласкать головку, он попытался перехватить чужие запястья, что так умело вертели в пучине страсти телом Ромы. - Ты либо возьми себя в руки, либо отдайся в мои. Хриплый голос Хеса пронизывал Ромашку, расходясь по нервным окончаниям, отдаваясь пульсацией в голове и тяжёлым узлом внизу живота. Молчание - знак согласия. В их случае согласие на повиновение. Лёша провёл бархатным языком мокрую дорожку от губ до угловатого плеча, сильно прикусил ключицу, вынуждая Рому громко вскрикнуть, быстро затыкая рот тыльной стороной ладони.

Все как в тот раз.

Отвлекающий манёвр сработал на ура, ведь Роман и не заметил, как остался без боксеров, с раздвинутыми ногами, под пристальным взглядом Хеса. Рома попытался закрыться, но Лёша перехватил его тонкие кисти рук, сильно сжимая и заводя их над головой Ромы. Только после данной манипуляции, из-за которой лица любовников находились друг напротив друга, Хес заметил, как в уголках лазурных глаз Ромы скопились маленькие слезинки, а зубы почти до крови прикусывали красную и истерзанную поцелуями губу. - Ну, что такое, малыш? - Мм.. Стыдно... - всхлипнул Рома, взглянув Хесу прямо в глаза, сразу же отводя взгляд и насилуя губу ещё сильнее.       Алексей не понимал, с каких пор этот мальчишка, какой-то летсплейщик, снимающий фигню для школьников, может сносить всю рассудительность и целомудрие Хеса одним сука словом? Лёша перехватил губу Ромы, всё-таки раскусывая её до алой капельки крови. Его руки давно отпустили Рому, ведь уже в его ладони лежат два колом стоящих члена. Ромашка опять тихо всхлипнул, прикрывая рот пальчиками, и Хес взял его свободной ладонью за руку, переплетая острые и угловатые пальцы с такими же худощавыми фалангами. Маленький приём, как немного успокоить Романа. Всё же нежность - конёк Хеса. И вот как с такой неженкой заниматься чем-то похлеще? Когда Рома немного успокоился и его ноги уже тряслись не от страха, а от нарастающего возбуждения, Лёша с силой сжал ладонь, начиная надрачивать сразу обоим. От трения разгоряченных тел друг об друга, перед глазами начинали летать радужные звёзды, расплываясь в разноцветные пятна. Хес подключил вторую руку, нажимая на уретру. Рома вцепился в простыни до белеющих костяшек, выгибаясь до хруста и ощущения, что рёбра проткнут тонкую молочную кожу. Лёша перешёл на быстрый ритм, с пошлыми шлепками опускаясь до основания мокрыми руками. Ромашку скрутило в позу кулёчка, его тело требовало разрядки, а набухший узел вот-вот разорвёт.

Секунда.

Резкие движения руками.

Оглушительные стоны, тонущие в потёмках подвала.

Белесые капли на животе Ромы поблескивали в свете лампы. Если их не вытереть, то они запачкают кровать. Но сейчас на это пофиг.       Не пофиг только на искры, которые всё ещё расходились от оглушительного оргазма под закрытыми веками и не пофиг было на тело, тяжёлым мешком упавшее рядом.

***

      Для Хеса утро выдалось, мягко говоря, не очень. В лицо ему прилетела твёрдая подушка, а в бок уперлись костлявые стопы, столкнувшие его с кровати. Собственно, очнулся он только на полу из-за крика Ромы, который был больше похож на писк: - И чай мне сделай! Думаете, Лёша бомбанёт? Нет. Он просто кряхтя встал, оглядываясь на Рому в одной рубашке, лежащего спиной к нему на белых простынях. - И мы так и не договорили! - крикнул Рома, поворачиваясь и натыкаясь на уставший взгляд Хесуса. Алексей, как всегда, тихо ругнулся и пошёл на кухню. Хочется отшлёпать Рому, чтобы язык за зубами держал. Но так не хочется обижать малыша. А тем более злить его.       На кухне Хес столкнулся с новой проблемой. Какой же чай заварить? Его любимый? Да настроение не очень. Может Лёшин любимый? Да ну. Хесу уже один раз прилетела кружка в голову за его прекрасный чай. На чайной полке стояли с десяток разных чаёв. Да. У Хеса есть чайная полка. Гребаная чайная полка. Вдруг сзади за талию Лешу обвили тоненькие ручки, а пушистая голова Ромы легла на плечо. - Ну ты чего? - Чай хочу. - Твоё обычное состояние, - хохотнул Хес, за что получил тычок в спину. - О чём задумался? - Думал, где можно сделать фотки. - Можем прямо здесь. - Ага, конечно. Нам как бы нужен человек, который будет нас фоткать, - Хес повернулся на неудомевающий взгляд Ромы. - Ну и? - Да блять. В этом подвале нас слишком легко раскрыть. - Тц, ты уже просто придумываешь. - Конечно, ведь у каждого дома есть полочка с чаем, который сам владелец дома не пьёт, - Лёша подошёл к столешнице, заливая чай. В голове у него крутились тысячи мыслей, что и как сделать. - Ну-у, - Рома обхватил Хеса, сильно прижав его к себе. Каким бы злым он не был, принцесска внутри него была ой как ранима, - я всё сделаю, - он заткнул Хесу рот, - нормально сделаю. Не через зад. - Бля, я не знаю. - Ты же доверяешь мне? - Более, чем стоило бы.

***

      Хес не сразу понял, как он оказался на прогулке с Оляшей. Одно он знал точно - это один из пунктов ебанутого плана Ромы. - Ну так что ты хотел со мной обсудить? - Оля взяла Хеса под руку, не давая возможности освободиться. - Д-да.. Я так... П-просто погулять решил. - И ты позвал меня? А как же твой любовничек? - на этих словах Лешу перевернуло. Ну она же не догадается? - Он не захотел. - Мм, семейные разборки значит. Хмм, кстати, вот как раз дом Ромы, может зайдём? - З-зачем? - Да просто так, проведать, - на лице Оляши появился хитрый оскал. Хоть бы всё пошло по плану. Ведь Хес специально вёл их сюда. Ведь именно в Роминой квартире они хотят сделать фотки. А Оляшу выбрали, потому что не страшно. Она и так их стебет. Так что разом меньше, разом больше. - Ну ладно, давай.       До квартиры они шли молча. Оляше было нормально, она шла разглядывая архитектуру и оглядываясь на прохожих. Хеса же немного потрясывало, его руки похолодели и дрожали, а ноги то и дело подворачивались. "А ведь Рома предлагал мне успокоительное" - мысленно корил себя Лёша. "Но при этом он назвал меня истеричкой" - так же мысленно успокаивал себя. Совсем плохо было, когда Оляша без особых раздумий позвонила в дверь. От короткого писка у Хеса на долю секунды потемнело в глазах. - Ой, привет! - с улыбкой сказал Рома, стоя в дверном проёме. Но когда он глянул на Хеса, его лицо сначала приняло гримасу испуга, а потом он закатил глаза, мягким тоном приглашая их войти. Пока Оляша уже раздевалась, Рома ткнул в бок Лешу, - лицо попроще сделай, - шепнул он Хесу. - Что, шепчетесь уже, голубки? - подмигнула Оляша, направляясь в комнату Ромы. Конечно, это был риторический вопрос, от которого Лёша забыл как дышать.       Рома заварил всем чай, и дальше они уже просто сидели, обсуждая всякую фигню, сопровождаемую подколами Оли. Когда Лёша уже немного расслабился и общался открыто, Рома решил действовать. Он заранее сел на застеленную кровать, чтобы сейчас залезть под пушистое одеялко. - Ты чего? - Оляша, возможно, ожидала этого, но не настолько. - Да я серию ночью снимал, устал жесть. - Оу, ну ты бы сразу сказал, мы бы не заходили. Или ты без своего суженного заснуть не можешь? - противненько ухмыльнулась она. - Ой, да отстань, - Рома перевернулся, незаметно подмигивая Хесу, чтоб тот уже начал хоть что-то делать. Тот кашлянул, посмотрел на Рому. По его взгляду было видно, что он очень хочет съебаться. Но нельзя. На кону их репутация и зад Ромы. - Так может прям сейчас сделаем это? - вступил Хес, поймавший вопросительный взгляд двух пар глаз, - бля, подвинься. Это был самый сложный момент. Лечь с Ромой так, чтобы было такое ощущение, что они делают это в первый раз. Ибо если лечь как обычно, будет видно, что это уже как-то привычно и по-домашнему. Поэтому они легли подальше друг от друга. Но черт. Лёша так нервничает, что схватил Рому за руку. Этого не было видно, но Ромашка начал жестко угарать. В это время над ними стояла Оляша, раздвинув ноги и уже раз пять про это пошутив. - А вот со мной Хесус за руку ходит, а с тобой нет, - после этой фразы угарать начал и Хес.       Так они и профоткались полдня. У Ромы уже были готовы и другие фотографии, с намеком на их отношения с Хесом. С прямым таким намеком. Осталось только выложить фотки и ждать, чтобы всё не пошло по пизде. Хотя, скорее всего, для Хеса вторая часть была без частички "не". Ведь для него его цветочек важнее, чем какая-то там репутация.