Сюрприз на шестнадцатилетие.

Выйдя из комнаты течного омеги, я буквально ощутил на себе тяжесть всего мира. Я остановился, как только дверь хлопнула, закрывшись, но дальше уйти мне не удавалось. Меня раздирало желание вернуться обратно, к Моему омеге. Как бы изнутри меня не рвали мысли о том, что невозможно влюбиться за столь короткое время, стать настолько близкими, альфа во мне уже присвоил омегу себе. — Чертовы инстинкты, блядская истинность, — со всей злости я ударил кулаком по двери, той самой двери, от которой так и не смог оторваться — молчи, прошу молчи… Даня бил ни в чем не повиннную дверь и просил наконец замолчать, то ли своего альфу, что так и искушал вернуться к омеге, то ли самого омегу, что призывно стонал за дверью. — Даня, п-пожалуйста, — тихо стонал омега, — помоги, мне больно… я хочу… Уйти альфа не мог, его прямиком вело к Ване, мысли путались, желание вернуться уже не казалось таким уж плохим. Так что, Даня решил, что единственный верный вариант, это пойти и взять Своего омегу. Быстро направляясь к объекту своего желания, где-то глубоко в подсознании парня, осталась одна единственная мысль: «Я проиграл.» Поворачивая омегу к себе спиной и слушая сладкие стоны удовольствия, Даня достал свой, давно возбужденный член, и не сдерживая себя ворвался в жаркое нутро, что приветствующе сжало альфу. Первый толчек и Даню паролизовало на долю секунды от удовольствия. Ощутив ответную дрожь в теле омеги, парень стал грубее толкаться в хлюпающую дырочку Вани. — Черт, — альфа ощутил острое желание поцеловать брюнета, — если ты меня не простишь, я ведь не переживу… Протянув ближе омегу к себе, Даня влажно, с языком, поцеловал постанывающего парня. И в который раз, сам для себя, подтвердил, что дальше без этого омеги он не сможет жить. Сердце будто порывалось пробить грудную клетку, мысли вернулись в голову, но и те были лишь об одном парне. «Метка, нужно пометить…» Вылизывая шею омеги, и нежно её покусывая, альфа был готов связать их жизни, одним движением. Первым кончил омега, и от бессилия, смешанного с диким удовольствием, пал на простыню. Даня же, непрерывно входя в расслабленное тело парня, вогнал отросшие клыки в шею Вани, помечая его и делая своим омегой. Секундное действие, а запах брюнета моментально смешался с запахом альфы, от чего Даня, глубоко вдыхая божественный для него аромат, бурно кончил. На дрожащих руках парень свалился с омеги, устраиваясь рядом. Выходить из Вани не хотелось, его ещё так сладко сжимали изнутри. — Я проиграл, — целуя омегу в макушку, Даня прижался ближе, входя глубже, давая узлу разростаться внутри парня, — люблю тебя, Ваня…