Сильнее ненависти

      Время завтрака уже подходило к концу, и обеденный зал практически опустел. Один столик занимала молодая пара — парень и девушка улыбались друг другу, держась за руки. На их пальцах Санса разглядела сияющие новизной обручальные кольца: вероятно, молодожены. Еще за одним столиком заканчивала завтракать семья, освободившая ей накануне вечером стол. За третьим столиком, у окна, сидел Клиган. Завидев ее, он ухмыльнулся и в приветственном жесте поднял чашку с кофе.       Ну хоть не виски. Санса поджала губы, едва заметно кивнула ему, чтобы соблюсти видимость приличий, и села за свободный столик в противоположном конце маленького зала. Какое-то время она опасалась, что он вновь станет навязываться, но Клиган, похоже, мгновенно потерял к ней интерес, уставившись в лежащий перед ним блокнот и делая в нем пометки.       Санса попросила на завтрак омлет с овощами, салат и кофе с молоком и едва дождалась, пока ей принесли заказ. Она съела все до крошки, с трудом сдерживаясь, чтобы не торопиться — голод давал о себе знать. Совершенно расслабившись, она неторопливо, со вкусом потягивала остывающий кофе, как вдруг к столу приблизилась огромная фигура.       — Доброе утро… или уже день? Впрочем, не важно. Ключ от номера у тебя?       — Доброе утро, — сухо поздоровалась она в ответ и передвинула лежащий на столе ключ ближе к краю.       Клиган сцапал его быстрым движением и, не сказав больше ни слова, вышел из ресторана.       Санса поймала себя на том, что слегка разочарована. Но чего, собственно, она ожидала от него? Что он подсядет за столик и продолжит говорить ей непристойности в своей омерзительно-ехидной манере? Или что галантно поинтересуется, хорошо ли она спала? Так или иначе, он ушел, оставив внутри Сансы странную пустоту, будто этот человек уже каким-то парадоксальным образом стал для нее ближе, чем остальные посетители ресторана и персонал.       Допив кофе, она некоторое время раздумывала, стоит ли подниматься в номер. Но справедливо рассудила, что сидеть в замкнутом пространстве вдвоем с Клиганом будет выше ее сил, и вышла в холл. Выбрала объемистую художественную книгу в старом потрепанном переплете, вернулась в ресторан за тот самый уютный столик у окна, где некоторое время назад сидел Клиган, и погрузилась в чтение.       Через несколько часов в зал снова стали стекаться посетители: пришло время обеда. Столиков очевидно не хватало, и, с ее позволения, к ней подсели те самые молодожены, которые мило улыбались друг другу за завтраком. Санса зачем-то поискала глазами Клигана, но не обнаружила его среди обедающих людей. Молодая пара за столиком вскоре сменилась пожилой, а назойливый сосед все не появлялся.       К тому времени, как оживление в зале пошло на спад, Санса достаточно проголодалась, чтобы заказать легкий овощной суп и кусочек запеченного с овощами филе индейки. Но едва ей принесли заказ, как в зале ресторана появился Клиган и безо всяких церемоний подсел к ней.       Санса взглянула на него со смешанными чувствами. С одной стороны, его общество оставалось нежелательным: она устала от потока бесконечных пошлых гадостей, которыми он буквально фонтанировал; с другой — безмолвное одиночество начинало тяготить, и тут порадуешься хоть какой-то компании… Или Санса лишь убеждала себя в этом, а на самом деле причина была совершенно в другом?       Он переоделся в трикотажный реглан шоколадного цвета, выгодно подчеркивающий атлетически сложенную фигуру. Бегло скользнув по ней взглядом, Санса почему-то смутилась и опустила глаза, делая вид, что увлечена супом.       Любой мало-мальски воспитанный человек как минимум пожелал бы ей приятного аппетита, но Санса уже неоднократно убеждалась в том, что понятие «воспитанный» к ее соседу неприменимо. Она понимала, что учить его хорошим манерам — занятие бесполезное, но не смогла удержаться, чтобы не предпринять хотя бы попытку, и молча отложила ложку.       — Я порчу тебе аппетит? — Клиган по-своему расценил укоризненный жест и криво ухмыльнулся, пытаясь поймать ее взгляд.       Она удивленно подняла на него глаза, не понимая, о чем он. И вдруг ее осенило: он имеет в виду свое лицо!       — О… — выдохнула она, смущенная теперь уже его подозрением. — Нет, что вы… Просто это… невежливо…       К столику снова подошел официант — принять заказ у ее незваного соседа — и невольно дал Сансе толику времени, чтобы собраться с духом. Дождавшись, когда он уйдет, Клиган поставил локти на стол, всем телом подался к Сансе и вкрадчиво поинтересовался:       — Невежливо что?       Сансе вконец расхотелось его воспитывать. Если она сейчас назидательно напомнит ему, что следовало бы сказать «приятного аппетита», он наверняка расценит это как повод отвесить новую порцию издевок, а ей не хотелось снова это выслушивать. Ведь, как ни крути, он все-таки уступил ей свое место на кровати, пусть это и произошло уже под утро.       Однако он всем свои видом показывал, что настойчиво ждет ответа, и Санса принялась лихорадочно подбирать слова.       — …Невежливо с моей стороны есть в вашем присутствии, когда вам еще не принесли заказ.       Он негромко рассмеялся и откинулся на спинку стула.       — Забавно, — сказал он.       — Что в моих словах забавного? — слегка обиделась Санса.       — Забавно, как ты пытаешься юлить. Любопытно… это твои манеры леди мешают тебе вылить суп мне на голову или страх ночевать в коридоре верхом на чемодане?       Санса растерялась.       — Почему вы решили, что я хочу вылить на вас суп? Я просто собиралась пообедать.       — Так что тебе мешает? — ухмыльнулся он.       Вздохнув, Санса взяла ложку и с досадой заметила, что рука слегка дрожит. Под внимательным взглядом Клигана она заставила себя зачерпнуть ароматного овощного бульона и поднести ко рту.       — Интересно, почему люди так боятся говорить правду? — не унимался он, наблюдая за ней с кривой усмешкой.       — Какая правда вам нужна? — Санса вновь отложила ложку, с сожалением глядя на остывающий суп, и обреченно посмотрела на навязчивого собеседника.       — Правда о том, что ты на самом деле обо мне думаешь, — весело хмыкнул он и облизнулся.       Санса ощутила нервный спазм между бедер и опустила глаза.       — Я о вас вообще не думаю, — тихо ответила она, понимая, что за эту маленькую дерзость ей прилетит вдесятеро больше.       — Опять лжешь, — он казался удовлетворенным.       — Я не понимаю, чего вы добиваетесь. Откровения? Хорошо, расскажите, что думаете обо мне, и я пойму, как вам ответить.       Санса сама не поняла, откуда взялась ее неуместная смелость. Но слова были сказаны, и она с вызовом посмотрела на него.       — Что я думаю о тебе? — его серые глаза загорелись нехорошим весельем. — Ты правда хочешь это узнать?       Он вновь облизнулся, будто хищник, намеревающийся вонзить зубы в только что пойманную жертву. Уголки губ Сансы слегка дрогнули в слабой жалкой улыбке. Она отрицательно качнула головой, не отрывая взгляда от его гипнотически-наглых глаз.       Он рассмеялся и сцепил длинные пальцы рук на затылке, демонстрируя налитые силой бицепсы, отчетливо проступающие под трикотажной тканью реглана. Санса ощутила новый спазм в области поясницы и стыдливо опустила глаза.       — Молодец, учишься, — похвалил он. — И своей честностью выиграла приз: так и быть, я тебе ничего не скажу.       — Я и без вас знаю, — она все еще силилась стереть жалкую улыбку со своего лица, но у нее плохо получалось.       Эти детские игры были настолько абсурдны, что даже злиться на него уже не получалось.       — Да? И что же? — он приподнял здоровую густую бровь и вновь наклонился над столом, явно заинтригованный.       Санса сделала вид, что промокнула губы салфеткой, на самом деле пытаясь подавить неуместный нервный смешок. Затем снова взглянула в насмешливые серые глаза и спокойно произнесла:       — Богатенькая избалованная стерва, которая предпочитает судить о людях по внешности — вот что вы думаете обо мне на самом деле.       Клиган ухмыльнулся, прохаживаясь липким взглядом по ее лицу.       — В целом, да. А еще у тебя красивые глаза.       От удивления у нее вытянулось лицо, а щеки запылали предательским жаром.       — И ты очень мило краснеешь, когда смущаешься, — тут же подметил он, с интересом разглядывая ее, — как девочка-подросток.       Сердце вдруг заколотилось, как у школьницы на первом свидании, а губы пересохли, и Санса, не отдавая себе в этом отчета, облизнула их быстрым нервным движением.       — А твои губы, — Клиган тут же переместил на них тягучий взгляд, — ммм… когда ты их так облизываешь, я так и вижу, как ты обхватываешь ими мой…       — Прекратите! — выдохнула Санса и закрыла пламенеющее лицо руками. — Боги… почему вы всегда говорите одни только гадости?!       — Разве это гадость? — с наигранным удивлением спросил Клиган, вновь откинувшись на спинку сиденья. — Это чистая правда.       — Это ужасно, — пробормотала Санса себе в ладони, все еще не смея отнять их от лица.       Она услышала короткий хриплый смешок.       — Я полагаю, ты уже не будешь это есть?       Санса слегка раздвинула пальцы и сквозь образовавшиеся просветы увидела, как захватчик бесцеремонно пододвигает к себе ее суп и филе!       — Что вы себе позволяете?! — она возмущенно вернула тарелки назад.       — Странно. Я подумал, что окончательно испортил тебе аппетит, — забавлялся Клиган.       Тут Сансе уж точно полагалось бы рассердиться, но она почему-то не смогла, едва сдерживаясь, чтобы не улыбнуться.       — Так это и была ваша цель? — спросила она с деланным равнодушием и снова зачерпнула почти остывшего супа. — Хитростью отобрать у меня еду?       — Нет, цель у меня была другая, — он снова облизнулся и хитро прищурился. — Сказать?       — О боги, нет! — с ее губ вновь слетел предательский смешок. — Прошу вас, давайте сменим тему.       — Хм, — сказал он, притворно удивляясь. — Но ты ведь уверена, что с таким, как я, не о чем говорить, не так ли?       — Вы ошибаетесь, — она неторопливо проглотила еще ложку супа, — цивилизованным людям всегда есть о чем поговорить.       — Например? — заинтересовался Клиган.       Санса уже почти расправилась с супом и задумалась.       — Например, вы могли бы рассказать о том, как оказались в этих горах и куда направлялись, пока не попали в бурю, — сказала она первое, что пришло на ум.       Боги, да она готова была обсуждать даже букмекерские ставки на ближайшее ралли, хотя совершенно ими не интересовалась, лишь бы отвлечь его от постоянных издевок и непристойностей.       — Тебе действительно интересно? — переспросил он с недоверием.       — Да, — уверенно солгала она.       — На самом деле все очень банально, — ответил он просто, теряя нагловатый блеск в глазах. — Один из прежних клиентов попросил меня оказать услугу его партнеру, по старой дружбе. Перед тем, как застрять здесь, я ездил проверять качество древесины у потенциального поставщика. А на завтра у меня назначена важная встреча с тем самым партнером, на которой я мог бы подписать крупный контракт. Это дало бы мне шанс расплатиться с долгами и начать все сначала… Но, видимо, снова не судьба.       Его взгляд потух и потерялся где-то в гладкой мраморной поверхности столешницы. В это время официант принес ему заказ, и Клиган коротко кивнул в его сторону.       — Почему не судьба? — решила поддержать разговор Санса. — Ведь это форс-мажор. Вы могли бы позвонить, все объяснить и отложить встречу.       — Мог бы, — согласился Клиган, отрезая кусочек от дымящейся грудинки, — если бы долбаная связь работала.       Санса замолчала, думая о том, что почему-то сочувствует Клигану, хотя могла бы втайне позлорадствовать. Сейчас, говоря о своих делах, он казался настоящим: в его голосе вместо издевки сквозили досада и горечь.       — Я сожалею, — произнесла она искренне.       Он глянул на нее исподлобья, без улыбки, напомнив ей вчерашнего себя, злобного, с испепеляющей ненавистью в глазах, в момент, когда он узнал ее возле сломанной машины.       — Не стоит тратить свое сожаление на меня, мисс Старк. Мне не привыкать ко всему этому дерьму. Выгребу и на этот раз.       Санса мысленно пожелала ему удачи. Доедали они свой поздний обед в молчании, погруженные каждый в свои думы.       Промокнув салфеткой губы и бросив ее в пустую тарелку, Санса слегка прогнула затекшую за день поясницу и болезненно поморщилась. Клиган заметил ее движение и вновь ухмыльнулся, доедая.       — Что, отсидела на стуле свой хорошенький зад?       Санса бросила на него укоризненный взгляд.       — Могу организовать массаж, — осклабился он, подзывая официанта.       Боги, опять он за свое.       В воображении вдруг нарисовались большие и сильные руки Клигана на ее обнаженной спине, и Санса вновь ощутила терпкий жар между бедер. Резко тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеное видение, она опустила глаза и попыталась спрятать смущенную улыбку.       — Спасибо, не надо.       Ей показалось, что он смотрит на нее слишком уж внимательно. К счастью, подошел официант со счетом, и Санса сделала вид, что увлеченно роется в сумочке, надеясь, что Клиган на этом и остановится.       Не тут-то было.       — Я же не бесплатно, — хмыкнул он в своей развязной манере, когда официант отошел.       — Ах, ну разве что не бесплатно! — глупо хихикнула она, вскользь заметив удивление на его лице. — Вот если бы вы в качестве оплаты уступили мне на ночь ваш номер, я бы, пожалуй, подумала.       Секунду он смотрел на нее с непониманием, а затем рассмеялся своим противным скрипучим смехом — почти искренне.       — А ты не такая уж зануда, какой кажешься.       Видимо, Санса должна была счесть это комплиментом, но она лишь как можно равнодушней пожала плечами.       Клиган бросил в счетницу несколько купюр и поднялся. Стараясь не смотреть на его обтянутый трикотажным регланом торс, Санса подтянула к себе потрепанный томик и сделала вид, что ищет место, на котором остановилась. Ее рука, листающая страницы, дрогнула, когда Клиган обогнул столик и остановился прямо возле нее.       — Идем, — сказал он тоном, не терпящим возражений.       — Куда? — спросила она, чувствуя, как слабеет голос.       — В номер.       — Зачем? — она испугалась. — Я же читаю.       — Ответишь любезностью на любезность — или как это водится у вас, аристократов. Развлечешь меня рассказом, как тебя занесло в эти горы на развалюхе с лысой резиной. А то одному там со скуки помереть можно.       — Я не…       — Идем, — он сомкнул пальцы на ее плече и потянул вверх, заставляя подняться.       Санса совершенно растерялась, столкнувшись с таким откровенным актом прямой агрессии, но вместо того, чтобы осадить наглеца и вырвать руку из цепких пальцев, на ватных ногах последовала с ним к выходу из ресторана.       — Отпустите меня, — попросила она почти шепотом уже возле лестницы, чувствуя, как сильнее сжимаются на плече его пальцы.       Как ни странно, он послушался, но тут же легонько подтолкнул в спину, заставляя идти вперед. Санса сама не понимала, почему подчинилась его требованию. Ведь ясно как день, что общество этого ужасного человека не сулит ничего хорошего.       И все же…       Ощущение его мощного тела за спиной вызывало сладкие мурашки на коже и разливало странное тягучее тепло вдоль позвоночника.       Что это с ней?       Она шла по лестнице, а затем по коридору, казалось, целую вечность, но все равно пропустила момент, когда очутилась в комнате. И словно очнулась, обнаружив себя стоящей у окна и разглядывающей в сгущающихся за стеклом сумерках вихри танцующих снежинок.       Из оцепенения ее вывел мужской хриплый голос позади.       — Что?.. — переспросила она, не оборачиваясь.       — Я говорю, чирикай свою песенку, пташка. О любви благородных леди к заснеженным горам и дешевым легковушкам.       — Ненавижу горы, — вдруг вырвалось у нее совершенно искренне. — Это мой… друг любит все, что с ними связано. Снег, лыжи…       — Твой друг? Хочешь сказать, твой хахаль?       — Мой бывший, — Санса поморщилась, словно от мысли о чем-то неприятном, — это он настоял, чтобы мы поехали в отпуск непременно в Лунные горы.       — И что случилось? Вы поссорились? — спросил хриплый голос за спиной.       — Да. Вернее, я просто прозрела. И мы расстались. Мы слишком разные.       — Вздор, — возразил голос, — это не причина разбегаться.       — У нас нет ничего общего, — настаивала Санса.       — То же мне повод. Да ты бы скончалась со скуки в компании похожего на тебя зануды. А он ведь не зануда, я прав?       Санса, погруженная в свои думы, проигнорировала его выпад.       — Он… жестокий. Самовлюбленный. Эгоистичный.       — Что, прошла любовь? — язвительно хмыкнул голос.       — А была ли она? — спросила Санса больше себя саму. — Может, это была просто дань ожиданиям? Статус, улыбки на камеру, фотографии в газетах…       — Все это ерунда. Но как он отпустил тебя одну в такую погоду?       — Я не могла больше там оставаться. А у него еще неделя отпуска. Он решил провести его с пользой — без меня.       — А ты? Не хотела бы развлечься как следует — без него? — вкрадчиво поинтересовался голос.       — Я не умею развлекаться одна, — уныло признала Санса.       И с удивлением обнаружила, что к ее пояснице прикасаются чужие руки! Это было настолько откровенное вторжение в ее личное пространство, что она мгновенно опомнилась и попыталась отстраниться.       — Что вы делаете?!       — Не дергайся, пташка. Всего лишь обещанный массаж, — услышала она хриплый шепот у себя над ухом и замерла — он снова действовал на нее гипнотически.       Сильные пальцы по-хозяйски нажимали на самые чувствительные точки вдоль позвоночника, одновременно фиксируя талию, будто в тисках. С губ невольно сорвался тихий стон: было больно, сладко и божественно приятно, словно эти пальцы знали ее тело лучше нее самой.       — Мы еще стоим, а ты уже стонешь, — хриплое дыхание защекотало ухо, и кожа привычно покрылась мурашками — к счастью, под плотным платьем он не мог этого увидеть.       — Прекратите, — потребовала она вяло, сбитая с толку волной удовольствия, расходящейся из-под бесцеремонных пальцев, добравшихся до нижних ребер.       — Как же тогда ты будешь стонать, лежа подо мной? — продолжал издеваться низкий голос у самого уха — губы Клигана легонько коснулись мочки уха, отчего она вздрогнула.       — Даже не мечтай, — выдохнула она, плавясь под уверенными прикосновениями, словно воск.       — Мечты для слабаков, — прошептал он, обдав жарким дыханием ее шею и добираясь пальцами до лопаток, — а у нас с тобой есть реальность.       С ее губ вновь сорвался судорожный стон, но Санса сумела замаскировать его под возмущенный возглас:       — Нет никаких нас, а ты… ты… просто…       Возглас, надо признать, получился не слишком-то возмущенным, и Санса закусила губу, растеряв все слова, изо всех сил стараясь не стонать.       — …просто человек, который говорит правду, — договорил он жестко и перекинул рассыпавшиеся волосы ей через плечо, скользнув при этом кончиками пальцев по шее.       У Сансы задрожали ноги, и чтобы не упасть, она оперлась руками о подоконник.       — Продолжим в постели? — проскрипел над ухом мерзавец, разминая ей плечи.       — Нет, — выдохнула Санса, для пущей убедительности мотнув головой. — Прекрати…       — Но лежа было бы удобнее, — насмехался Клиган, прохаживаясь умелыми пальцами по основанию шеи и вынуждая несчастную Сансу снова застонать.       — Боги… остановись!       — Из богов здесь только я, — хрипло прошептал он ей в самое ухо и слегка прикусил его зубами. — Не хочешь лежа — можно и стоя… ты предпочитаешь сзади?       Его развратные слова, неприличная близость тела, горячее дыхание, низкий тембр голоса, уверенные пальцы, против ее воли дарящие нежданное наслаждение, лишали разума. По телу гуляли жаркие волны желания, а трусики вновь ощутимо намокли.       Его руки вдруг сползли по спине вниз, обвились вокруг талии и скользнули на живот, рывком прижимая Сансу спиной к горячему мужскому телу. Она слабо вскрикнула от неожиданной атаки, и ее голова безвольно легла затылком на широкую, тяжело вздымающуюся грудь.       — Отпусти… немедленно…       Его руки поползли выше, к ребрам.       — Тебя можно понять. Если сзади, то не видно моего лица. И ты сможешь представить, что это не я, а… как зовут твоего красавчика?       Легко сжимая огромными ладонями ее стан, он уперся в нижнюю часть ее груди, обводя указательными пальцами косточки бюстгальтера сквозь плотную ткань платья.       — Я закричу, — вяло пообещала Санса, вцепляясь ногтями в его руки и пытаясь отодрать их от себя, — это насилие…       — Ты о чем? — хохотнул он, сдаваясь неожиданно легко и убирая руки с ее тела. — Я вообще-то имел в виду массаж.       Клиган отступил. Санса почувствовала это спиной, и чтобы не упасть, уперлась лбом и ладонями в стекло, стараясь восстановить сбившееся дыхание и унять мелкую дрожь в ногах.       — Хотя я бы с удовольствием послушал, как ты кричишь, — сказал он непринужденно уже в отдалении от нее. — Интересно, что бы ты кричала? Неужто и вправду мое имя?       Санса с трудом оторвалась от холодного стекла, слегка остудившего разгоряченную голову, и присела на подоконник: ноги отказывались ее держать.       — Номер мой? — деловито уточнила она, следя за тем, чтобы голос не срывался.       Он помолчал какое-то мгновение, будто не понимая, о чем она говорит, а потом недобро рассмеялся.       — С чего бы, пташка? На твои абсурдные условия я не соглашался.       — Но сделал вид, что согласился, — настаивала она, не поворачивая к нему головы.       — А ты сделала вид, что согласилась на мои условия там, в машине, помнишь? Вот как оно бывает, пташка, когда обманываешь людей.       В это время пикнул получивший питание телевизор и включился оставленный в розетке ночник — очень кстати, подумалось Сансе, ведь комната уже почти полностью погрузилась в сумерки.       — О, свет дали, — буднично прокомментировал Клиган и щелкнул выключателем, зажигая лампы на потолке, — я в душ. Не скучай.