Сильнее ненависти

      Несмотря на то, что Санса вернулась домой за полночь, слегка захмелевшая и смертельно уставшая, она так и не смогла нормально заснуть этой ночью. Ноги гудели, голова раскалывалась; под одеялом было жарко, а без одеяла холодно; подушка с одной стороны казалась слишком жесткой, с другой слишком мягкой… Санса ворочалась в постели, жадно пила воду и выходила подышать на балкон, не сомкнув глаз до самого утра. Несколько раз она брала в руки телефон и искала в адресной книге номер Сандора, который переписала себе из досье. К утру она выучила номер наизусть, но так и не решилась позвонить.       В офис она приехала неприлично рано — в восемь утра. Весь персонал, который участвовал в организации вчерашнего приема, получил полдня отдыха и должен был собраться только после обеда. Все это время Санса сидела в офисе практически одна. Пришлось самой сварить себе кофе, а затем еще одну чашку, и еще одну. Каждый раз, когда она отлучалась из кабинета и возвращалась обратно, она первым делом проверяла телефоны — мобильный и офисный — на предмет пропущенных звонков.       Но Сандор не звонил.       Впрочем, сегодня вообще никто не звонил — вероятно, все партнеры отдыхали после вчерашнего мероприятия.       Санса заставила себя погрузиться в отчеты и презентационные материалы, собранные за вчерашний вечер, и после нескольких часов напряженной работы у нее был практически готов план мероприятий до конца года и их ориентировочные бюджеты.       В два часа дня пришла сонная Джейни, осведомилась насчет обеда и спросила, сможет ли она сегодня пораньше уйти, поскольку ее парень купил для них билеты в кино. Санса рассеянно кивнула, а затем в ужасе вспомнила, что в два она должна была встретиться за обедом с Маргери и обсудить итоги вчерашнего приема. Она едва успела схватить сумочку и ключ от машины, как телефон гневно зазвенел — ей даже не надо было смотреть на экран, чтобы понять, кто звонит.       — Уже подъезжаю, — выпалила она в трубку и побежала к выходу.       Маргери заняла ее внимание еще на целых три часа. В целом, она была очень довольна приемом, его результатами, и, в конце концов, одобрила планы Сансы, которые та прихватила с собой для обсуждения.       Вернувшись в офис к половине шестого вечера, она чувствовала себя совершенно измотанной. Напряжение вчерашнего дня, бессонная ночь и сегодняшняя продуктивная работа сказывались на ее самочувствии. Санса попросила секретаря сделать ей чашку кофе, устало открыла компьютер, проверила почту, подперла щеку рукой и задумалась о Сандоре.       Вчера она была абсолютно уверена в том, что он использовал день открытия выставки как повод повидать ее. И это весь день наполняло ее смутной надеждой. Но почему он так быстро ушел, хотя она попросила его остаться и подождать? И почему не перезвонил, как предложила ему Маргери, ведь теперь у него была визитка Сансы, полученная совершенно официально?       Что теперь делать? Снова неделями изнывать в ожидании звонка? А если он так и не позвонит?       Расстроенная Санса закусила нижнюю губу. Нет, это невозможно. Им абсолютно необходимо встретиться — там, где никто не помешает, — и поговорить. Она должна знать, что между ними происходит. У нее больше нет сил выносить неизвестность. Она задаст ему прямой вопрос и добьется прямого ответа. Если у него нет к ней чувств, если все это было просто развлечением — пусть скажет это ей в лицо. Да, будет тяжело, она будет расстроена, впереди будет много дней, наполненных страданиями и слезами, прежде чем разбитое сердце перестанет болеть. Но она попросит его больше никогда не появляться в ее жизни и со временем забудет его.       А если не сможет забыть, то научится жить без надежды.       Полная решимости, Санса взяла телефон и набрала номер Сандора. В это время Джейни вошла в ее кабинет и поставила на стол дымящуюся чашку кофе.       — Мисс Старк, к вам посетитель.       Санса поморщилась. Кого еще принесла нелегкая в такое время? Неужели еще остались толстосумы, которых она вчера не одарила своим вниманием? И почему так не вовремя?       Если она нажмет на кнопку отбоя, ей может не хватить решительности набрать его номер снова…       В телефоне раздались длинные гудки.       — Пусть подождет.       Джейни неуверенно мялась на пороге ее кабинета.       — Мисс Старк, а можно мне…       Санса вспомнила о билетах в кино и кивнула:       — Да, конечно, иди. Я сама разберусь.       — Спасибо вам. До завтра!       Просиявшая девушка выскользнула из кабинета и прикрыла за собой дверь.       — Алло? — послышался в трубке глухой скрипучий голос.       От его тембра Сансу бросило в дрожь. Ладони моментально вспотели. Она вскочила из-за стола и принялась нервно расхаживать по кабинету.       — Мистер Клиган? Здравствуйте… меня зовут Санса Старк, — промурлыкала она в трубку как можно любезней, пытаясь удержать голос ровным.       — Слушаю вас, мисс Старк, — она уловила до боли знакомые насмешливые нотки на другом конце провода.       — Я знаю, вы держите столярную мастерскую. Я хотела бы сделать заказ.       — Простите, но я принимаю только частные заказы.       — Это частный заказ.       В трубке на какое-то время воцарилось молчание. Санса остановилась у окна и прислонилась лбом к оконному стеклу. На улице неожиданно начался дождь. Она увидела, как Джейни выходит из офиса, раскрывает зонт и торопится на остановку, чтобы успеть на подъезжающий автобус.       — Хорошо, — наконец, ответил хриплый голос, — и что же вы хотите заказать?       — Кровать.       — Кровать?..       Похоже, ей удалось удивить собеседника — она услышала в трубке нервный смешок. Ей показалось, что смешок этот странно двоится и фонит в кабинете. Она оглянулась… да нет, показалось. В кабинете она была одна.       — Да, именно.       — А готовую купить не проще? В любом мебельном салоне.       — Не проще. Это должна быть особая кровать. Очень прочная и нестандартных размеров.       — Нестандартных? — он расхохотался в трубку, и Сансе опять показалось, что она слышит его смех не только в телефоне, но и в кабинете. Странно. — А что в тебе нестандартного, пташка?       Она немного смутилась и облизнула внезапно пересохшие губы. Но все же решила идти до конца.       — Она должна быть удобной для… большого мужчины.       В трубке вновь воцарилось молчание. Прижимая телефон к своему уху, она отчетливо слышала неровное дыхание Сандора.       — Насколько большого?       — Довольно большого. Примерно вашего телосложения.       — Кхм… Простите, но нужны конкретные размеры.       — Хорошо. Мы можем поехать и снять их на месте.       — С меня или с кровати?       Санса улыбнулась.       — С кровати. С вас я могла бы снять что-нибудь другое.       — Семеро, пташка, ты там что-то пьешь у себя в кабинете? — расхохотался он в трубку, и на этот раз Санса отчетливо услышала этот хохот позади себя. — Налей тогда и мне, по старой дружбе.       По ее спине побежали знакомые мурашки. Она бросила телефон и почти бегом подбежала к двери кабинета, распахнула настежь. Сандор сидел в приемной, вольготно развалившись на кожаном диване, перекинув через подлокотник длинное черное пальто. Увидев Сансу, он отбросил ненужный уже телефон, быстро поднялся и шагнул навстречу.       — Сандор! — не зная, что сказать, Санса счастливо улыбнулась и бросилась ему на шею. — Ты пришел…       — Пришел. Правда, не совсем понимаю, зачем, — хрипло пробормотал он где-то над ухом, загребая ее в кольцо сильных рук и зарываясь лицом в волосы. — Невыносимо хотелось тебя увидеть.       — Почему же ты не приходил так долго? — прошептала Санса, обнимая его и прижимаясь губами к ритмично бьющейся жилке на мощной шее.       — Потому что это глупая идея, — ответил он, вплетая пальцы в волосы у нее на затылке.       — Это ты глупый! Как ты мог так поступить со мной?! — оторвавшись от его шеи, Санса взяла лицо упрямца обеими ладонями и заставила посмотреть на себя. — Почему ты уехал вот так? Почему не звонил? Почему не приезжал?       — Пташка, — серые глаза всматривались в ее лицо. — Ты же все сама понимаешь… таким, как я, не место рядом с такими, как ты.       — Я не могу без тебя, — просто сказала Санса и жадно прильнула к его губам.       Так бывает, что порой жажда иссушает тебя настолько, что добравшись до чистой прохладной воды, ты пьешь, пьешь, захлебываясь и задыхаясь, но сколько бы ни выпил, никак не можешь напиться. Так бывает, что душа и тело настолько истосковались по любви, что ты не можешь насытиться даже бесконечным поцелуем, пропуская его в собственное сердце; ты не в состоянии разомкнуть судорожные объятия, словно от них зависит твоя жизнь; если же ты отстранишься от любимого человека хоть на мгновение, это причинит тебе настоящую физическую боль.       Растворяясь в страстных объятиях Сандора, Санса вновь потеряла связь с реальностью. Только он существовал для нее сейчас, и никто другой. Он срывал с ее податливых губ поцелуй за поцелуем, а она хотела, чтобы их было больше, еще больше, пока хватало воздуха, чтобы дышать… Он снимал с них обоих совершенно ненужную, мешающую одежду, а ей казалось, что на них все еще слишком много надето, пока его горячее обнаженное тело не окутало ее всю. Его руки, губы, язык были везде, на каждом дюйме ее кожи. Казалось, она взорвется от нетерпения, пока не почувствует его глубоко внутри себя… Она без оглядки отдавалась ему, а он брал ее бесконечно долго — страстно и грубо, нежно и медленно, отчаянно и сладко, наполняя собой ее тело, порабощая сознание, подчиняя волю, пока оба они, утомленные и насытившиеся, не упали без сил на ворох одежды поверх гостевого дивана, по-прежнему будучи не в состоянии разжать объятия.       — Надеюсь, у тебя здесь нет видео-камер и охранников, которые развлекаются просмотром секса онлайн, — прохрипел Сандор ей в ухо.       — Нет, в приемной камер нет, — ответила смущенная Санса, зябко поеживаясь.       Было довольно прохладно, и разгоряченная кожа начала немного подмерзать, заставляя крепче прижиматься к Сандору.       — Снова дрожишь, — хмыкнул он, с неохотой оторвался от Сансы и принялся собирать разбросанную одежду. — Какая-то ты неправильная северянка. Одевайся.       Санса принялась послушно натягивать на себя блузку.       — Теперь снова исчезнешь? — осторожно спросила она, покосившись на Сандора, застегивающего молнию на брюках.       Он подобрал с пола рубашку и задумчиво повертел ее в руках, не глядя на Сансу.       — Нет… если я все еще нужен тебе, — хрипло произнес он.       Санса подошла и положила ладонь на его голое плечо.       — Я хочу быть с тобой.       Жесткий рот криво дернулся в горькой усмешке.       — Разве ты сейчас в состоянии выдержать второй раунд? Что-то не похоже… ты еле двигаешься.       — Сандор… не уводи разговор в сторону. Я не о сексе. Вернее, не только о нем. И ты это понимаешь. Ты нужен мне.       Санса замерла, морально готовясь к очередной отговорке, но он лишь снял с плеча ее ладонь и поднес к губам, легонько целуя прохладные пальцы.       — Я сделаю все, что ты захочешь.       У нее перехватило дыхание от этих слов.       — А чего хочешь ты сам?       Он взглянул на нее исподлобья, сквозь завесу упавших на глаза черных волнистых волос.       — Разве непонятно, пташка?       — Нет, — призналась она. — Я никогда не могла угадать, о чем ты думаешь и чего на самом деле хочешь.       — Я думаю только о тебе. Пытался забыть тебя, выкинуть из головы… но не смог. И хочу я только тебя, каждую гребаную минуту. Ты влезла мне под кожу, пташка, держишь в кулаке мое сердце и не даешь дышать.       — Тогда давай попробуем дышать вместе.       Вместо ответа Сандор притянул ее к себе, крепко прижал к груди и поцеловал в макушку.       — Все что захочешь, пташка. Все что захочешь.       Санса счастливо улыбнулась и прижалась губами к его горячей солоноватой коже.       — Тогда предлагаю следующее: сейчас собираемся, едем куда-нибудь поужинать, а потом ко мне, посмотришь, как я живу. Заодно снимем мерки с кровати, — Санса хихикнула и добавила уже серьезно. — К тому же, нам надо о многом поговорить.       — Ты же не ужинаешь.       — Зато ты ужинаешь. Не могу же я держать тебя голодным. А у меня дома ничего съестного нет.       — Ну, это мы исправим, — хмыкнул он ей в волосы. — Кстати, у меня кое-что есть для тебя.       — Что? — Санса приподняла голову, с любопытством заглянув ему в глаза.       Сандор поднял с пола свой пиджак, сунул руку в карман и выудил на свет сложенные пополам глянцевые бумажки.       — Вот, — он протянул их Сансе. — Взял с открытой датой. Я ведь не знаю твоего рабочего графика.       Заинтригованная Санса развернула бумажки — билеты бизнес класса на Летние острова. Она невольно улыбнулась: он рискнул взять билеты для них обоих! Они стоили кучу денег, которые давались ему вовсе не с такой легкостью, как Сансе. И все же, он рискнул.       — Спасибо, — пробормотала смущенная Санса и снова обняла Сандора за шею, — ты не забыл.       — Ты туда так и не съездила?       — Нет, — Санса тряхнула головой и поцеловала его в обожженную щеку. — Не радостно ехать одной. С тобой — совсем другое дело.       — Я счастлив, — ей показалось, что он облегченно выдохнул. — Ладно, собирайся, если снова не хочешь оказаться голой на этом диване — твоя застегнутая блузка меня раздражает.       Санса смущенно улыбнулась, вновь заливаясь румянцем, и поспешила окончательно привести себя в порядок. Затем привела в порядок диван — не хотелось бы шокировать уборщицу, которая придет утром. После этого они поехали на его машине в уютный ресторанчик неподалеку от дома, в котором жила Санса.       Потягивая ароматный фруктовый чай, она любовалась Сандором — как всегда, он был страшно голоден после бурной любви и жадно ел большой сочный стейк. Она позволила себе внутренне расслабиться и просто наслаждаться его присутствием рядом. Он снова задавал ей вопросы, большей частью о выставке и о ближайших планах, и она с удовольствием рассказывала ему обо всем, не испытывая ни малейшей неловкости — похоже, его действительно интересовала ее жизнь.       — Что у нас дальше по плану? Едем к тебе? — уточнил он, отодвигая от себя пустую тарелку и расплачиваясь с официантом. — Ты сказала, нам надо поговорить… о чем?       — Обо всем, Сандор. Прежде всего, о нас, — она хотела взять с вешалки пальто, но он опередил ее и галантно помог одеться.       Санса едва заметно улыбнулась. А утверждал, что не джентльмен.       — Думаю, поговорить у нас не получится, — хохотнул он, одеваясь сам. — Как показывает опыт, вместо разговоров у нас выходит сплошное непотребство.       — А мы поговорим в перерывах, — прошептала Санса, смущенно опуская ресницы и чувствуя, что щеки снова розовеют. — Ты ведь не против иногда делать маленькие перерывы?       — Я уже говорил тебе, пташка, — Сандор приподнял ее лицо за подбородок и легонько поцеловал в губы. — Сделаю все, что захочешь.       — Так уж и все? — спросила она глупо, отважившись заглянуть ему в глаза.       — Твои желания делают меня счастливым, — ответил он просто, не отрывая от нее взгляда.       Санса зарделась еще гуще.       — Ладно, уже поздно. Ты устала, едва стоишь на ногах. Поехали, нам ведь еще измерять твою кровать. Бьюсь об заклад, процесс будет долгим, — рассмеялся он.       Санса вздохнула полной грудью и закрыла глаза, чувствуя себя совершенно счастливой.       Год спустя       Когда Санса проснулась, Сандор еще спал, мирно посапывая в теплой постели. Нехотя высвободившись из уютного кольца его рук, она привычно поцеловала обнаженное плечо, с наслаждением вдохнув терпкий запах его тела, неизменно сводивший ее с ума, и, собравшись с силами, выползла из-под одеяла. Почти без надежды огляделась вокруг… нет, никаких сюрпризов Сандор приготовить не потрудился.       Она приуныла. Все-таки забыл…       Он продолжал безмятежно спать, вольготно раскинувшись на огромной кровати, когда она тихо собралась, оделась и чуть слышно прикрыла за собой дверь спальни.       Она надеялась, что получится немного развеяться в офисе, но все испортила Маргери. Она приехала буквально через несколько минут после того, как Санса села за рабочий стол и отпила глоток кофе. Впрочем, нет: приехала — это не про Маргери. Она буквально ворвалась в кабинет веселым вихрем, заставив разлететься лежащие на столе бумаги, когда, обогнув стол, кинулась Сансе на шею.       — Семеро, Санса! Со вчерашнего вечера я самая счастливая женщина в Вестеросе!!!       — Что случилось? — невольно улыбнулась Санса.       — Вот! — Маргери сунула ей под нос изящную ухоженную руку, на безымянном пальце которой красовалось золотое кольцо с большим бриллиантом. — Ренли сделал мне предложение!       Санса почувствовала себя премерзко. Как настоящей подруге, ей полагалось искренне обрадоваться за Маргери, от всей души пожелать голубкам счастья и с энтузиазмом выпытать подробности о вчерашнем предложении. Однако червячок досады, который уже долгое время медленно грыз ее изнутри, в этот момент превратился в чудовищного прожорливого монстра — и окончательно проглотил Сансу целиком.       — Поздравляю, — выдавила она из себя, с завистью глядя на кольцо.       — И это все?! — изумилась Маргери. — Ты что, не рада за меня?       — Очень рада, — печально вздохнула Санса. — Когда свадьба?       — Ой, даже не знаю… Надо продумать и подготовить кучу всего. И платье, и торжество… Надеюсь, ты мне поможешь? У меня есть несколько мыслей по фасонам платья, но нужен твой совет. Кстати, я хочу арендовать для свадьбы твой зал. Ты же сделаешь мне скидку? Я надеюсь, что у тебя будут отличные идеи, как его декорировать.       Маргери буквально захлебывалась словами, перескакивая с одной мысли на другую, и Санса снова заулыбалась, заряжаясь эмоциями подруги.       — Разумеется, я помогу. Можешь на меня расчитывать.       — Сегодня вечером я украду тебя у твоего Сандора — поедем в ресторан, мне нужно столько всего тебе рассказать! Боги, Санса, ну почему ты такая скучная?! У тебя что-то случилось?       — Нет, ничего, — поспешно ответила она.       — Ничего?       — Ничего. В этом-то все и дело.       Магери попыталась изобразить сочувствие.       — У вас никак не продвигается, да?       — Вот именно. Сегодня ровно год с тех пор, как мы стали жить вместе. Я уходила на работу, а он спал, представляешь? Спал! Он даже не подумал приготовить мне хоть какой-нибудь подарок!       — Глупости, Санса. Ты к нему слишком строга. Ну подумай сама: он же тебя буквально боготворит! Весь быт на нем, все делает сам — платит, покупает, готовит, кофе в постель, массаж ног, обалденный секс… ты же сама говорила!       — Говорила. Но ведь так не может продолжаться вечно! Да, мы живем вместе… да, у нас секс… да, он все сам… да, боготворит… Но что дальше? У него нет никаких серьезных планов насчет меня! Похоже, его все устраивает, — обиженно надулась Санса.       — Значит, сделай так, чтобы что-то не устраивало, — хихикнула Маргери. — Например, лиши его доступа к телу.       — Я… я не смогу! Я просто не выдержу! — испугалась Санса.       — А ты сделай над собой усилие!       Санса состроила скептическую гримасу. Маргери, дразнясь, высунула кончик языка.       — Слушай… а ты пробовала поговорить с ним об этом?       — Я? — Санса даже задохнулась от возмущения. — Почему я должна об этом говорить?! Ведь он мужчина! Это мужчины должны становиться на колени и просить руки своей женщины! Вот как твой Ренли.       — Семеро, Санса! Как же ты наивна! Ты думаешь, Ренли сам до всего додумался? — Маргери снова хихикнула. — Учить тебя еще и учить! Ладно, я уже безнадежно опоздала, побегу. Но не забудь — вечером ты со мной!       Санса удрученно кивнула.

***

      Домой Санса возвратилась уже затемно. Долгий ужин с Маргери, как и ожидалось, не добавил настроения: выслушивать подробности о чужом счастье, в то время как сердце разрывается от жгучей зависти и от жалости к самой себе — то еще удовольствие.       Сандор уже вернулся из мастерской и теперь возлежал в холле на диване, щелкая пультом телевизора.       — Привет. Ужинать будешь? — буднично поинтересовался он, завидев Сансу.       — Нет. Я только что из ресторана. И ты ведь знаешь, что я не ужинаю, — раздраженно ответила Санса, расстегивая плащ. — Зачем каждый вечер спрашивать одно и то же, если наверняка знаешь ответ?       — Не теряю надежды, что однажды ты согласишься, и мне удастся хоть немного тебя откормить, — попробовал отшутиться Сандор.       Она шутку не оценила и выместила раздражение на плаще, рывком швырнув его на кресло.       Сандор отключил звук телевизора и поднялся с дивана.       — Что-то стряслось?       — Ничего не стряслось.       — Вы поссорились с Маргери?       — Что за глупости? С чего бы мне с ней ссориться?       — Тогда что у тебя с настроением?       — А что у меня с настроением?       — Похоже, ты оставила его где-то в офисе.       — Похоже. Не хочешь об этом задуматься?       — Семеро, пташка! О чем я должен задуматься?!       — Хотя бы о том, что сегодня ровно год наших с тобой отношений.       — Правда? — Сандор озадаченно почесал затылок. — Как время летит…       — Ты издеваешься надо мной?!       — Пташка, у тебя ПМС?       В ответ в него полетела туфля, а затем вторая. Сандор ловко поймал обе, поставил у дивана и растерянно воззрился на Сансу.       Боги! Он действительно ничего не понимает!       — Мы! Живем! Вместе! Уже год! — почти срываясь на крик, произнесла Санса.       — И что?       — И тебя, похоже, все устраивает?!       — Меня — да, — осторожно ответил Сандор, — но, судя по твоему вопросу, что-то не устраивает тебя. Я правильно понял?       Настала очередь Сансы растеряться.       — Ну… в целом, меня тоже все устраивает. Но мне нужна какая-то определенность в отношениях… и я хочу ребенка!       — Ребенка? — Сандор опешил — и едва ли он это разыграл. — Ты хочешь ребенка?! От меня?       — Нет, блин, от Уолдера Фрея! — раздраженно фыркнула Санса.       — Семеро, пташка! Опомнись! Ему же лет сто пятьдесят, не меньше!       — Прекрати паясничать! — от захлестнувшей ее обиды голос дрогнул. — И не пытайся увильнуть от разговора!       Сандор подошел к календарю, висевшему на стене, и задумчиво изучил расставленные Сансой метки.       — Так, у тебя точно ПМС, — вздохнул он с искренним сочувствием, чем взбесил ее еще больше. — Давай-ка я пока схожу в спортзал, а ты прими успокоительное, полежи, остынь немного…       — В спортзал?! Боги, в спортзал! Да ты посмотри на себя! Ты не боишься, что у тебя мышцы лопнут?! Чего ты там еще себе не накачал?!       — Ну, детка… Был бы я твоим отцом, качал бы нефть. Но поскольку я не Старк, то, как говорится, что имею, то и качаю.       — Лучше бы закачал себе в мозг хоть немного уважения к женщине, с которой спишь!       — Не понимаю, какая связь между уважением и постелью, — обреченно застонал Сандор, садясь на диван.       — А какая связь между темой разговора и нефтью моего отца?! — топнула ногой Санса. — Или нефть — это именно то, что не дает тебе покоя?!       — В каком-то смысле — да, — Сандор вдруг посерьезнел. — Понимаешь, пташка… Нефть твоего отца открывает перед тобой все двери. Предоставляет неограниченные возможности. Ты могла бы заполучить в отцы для своих детей хоть принца Дорнийского, а хочешь связаться со мной.       Сансу будто обдало холодной водой.       — Понятно. Выходит, все это время я была тебе нужна только для секса.       Сандор нахмурился.       — Ну, не знаю. Выглядело так, что это я нужен был тебе только для секса.       Санса попыталась глубоко вздохнуть и выдохнуть, затем посчитать до десяти… но внезапно сбилась со счета, задумавшись над его словами.       Действительно… Она чего-то ждет от него, чего-то требует… но что она сама ему дала? Он делил с ней квартиру, согревал ее постель, постепенно принял на себя все бытовые заботы, наполнил уютом ее дом и взял на себя труд следить за ее машиной, освободив ей тем самым время для работы, встреч с подругами и с партнерами по бизнесу.       Сама она редко интересовалась его делами. Иногда он был мрачен, и это означало, что очередной заказ сорвался. Иногда целыми днями спозаранку до позднего вечера пропадал в мастерской, после чего обычно раскошеливался на очередной милый подарок безо всякого повода. Никогда не грузил ее своими проблемами. Она понятия не имела, сколько у него денег — достаточно ли их, чтобы обеспечить их бытовые нужды, и во сколько ему обходится забота о доме.       Она к этому слишком привыкла.       — Это не так, Сандор, — извиняющимся голосом произнесла Санса, потрясенная собственным неприятным открытием. — Я не знаю, как это выглядит с моей стороны, но… я люблю тебя. Наверное, я эгоистка, но я хочу быть с тобой. Только с тобой… на всю жизнь.       Сандор молчал, глядя на нее. А она ждала от него ответа, с каждой секундой впадая во все большую панику. Вдруг он этого не хочет? Боги… неужели она сама все испортила?       Он запустил пятерню в спутанные черные волосы, а затем повернулся и направился в спальню. Обогнул огромную кровать и открыл ящик тумбочки со своей стороны. Санса замерла, наблюдая за ним из холла, ощущая липкий страх между лопаток и теряя дар речи. Что происходит? Он начал собирать свои вещи? Но он достал из тумбочки что-то очень маленькое и медленно вернулся к ней.       — Если бы ты согласилась поужинать, были бы свечи. И розовые лепестки. Ну или что там у вас полагается… И, это… извини, что я не в костюме.       Ошеломленная Санса с трудом понимала, о чем он говорит, и боялась выдохнуть, все еще опасаясь того, что он вдруг решил уйти. Особенно после всего, что она ему наговорила. А Сандор удивил ее еще больше, когда встал перед ней на одно колено и раскрыл ладонь, в которой лежало кольцо.       — Если ты действительно уверена в том, что хочешь связать свою жизнь с таким никчемным уродом, как я, тогда прошу тебя стать моей женой. Согласна?       Санса моргнула ресницами, не понимая, шутит он или говорит серьезно.       — Не смей называть себя никчемным уродом!       — Ответ неправильный, пташка. Говори сразу — да или нет.       — Боги… Конечно же, да!       — Хорошо, — он судорожно сглотнул и облизнул сухие губы. — И — ладно, если ты так хочешь, давай заведем ребенка. Ты все равно ничего не ешь из того, что я готовлю. Хоть на младенце оторвусь.       Санса нахмурилась.       — Я не позволю тебе закармливать наших будущих детей!       — Нет уж, дудки! Это я тебе не позволю морить их голодом.       Санса приняла угрожающий вид и воинственно уперла руки в бедра.       — Стоп, стоп, пташка, притормози! Примерь вначале кольцо, а потом уже занимай боевую стойку.       Руки Сандора слегка дрожали, когда он надевал кольцо ей на палец. Губы Сансы расплылись в глупой улыбке, как у девочки, обнаружившей под елкой вожделенную куклу. Конечно, это кольцо, усыпанное мелкими искорками камней, не могло сравниться с великолепным бриллиантом Маргери, но для Сансы оно было самым красивым и самым желанным на свете.       — Я не понимаю… когда ты успел его купить? — растерянно спросила она, разглядывая тонкую работу ювелира. Повернула одной стороной, потом другой. Поднесла к свету. С каждой секундой кольцо нравилось ей все больше.       — Хм… В прошлом месяце. Получил неплохой заказ.       — В прошлом месяце?! И все это время молчал?!       — Ну… — Сандор вновь запустил пальцы в гриву черных волос, падающих ему на глаза. — Я не был уверен, что ты захочешь это носить.       Глаза Сансы сузились.       — Как ты мог?! Как ты мог столько ждать?! Ненавижу тебя!       — А только что говорила, что любишь.       — Одно другому не мешает! — возмущенно возразила Санса.       — Пташка, — лицо Сандора болезненно искривилось, когда он поднялся с колена и потянул ее за руку к себе. — Я сегодня не настроен выяснять отношения. Давай лучше займемся чем-то более приятным. Например, начнем делать ребенка, раз уж решили.       Санса не смогла удержаться от улыбки, подставляя лицо жестким и таким любимым губам.       — Заодно и ПМС тебе вылечим.       Их губы слились в поцелуе, и сумбурный поток противоречивых мыслей в голове Сансы внезапно потерял свою значимость.       Похоже, стоит опять завести разговор о том, чтобы он нанял людей и расширил свое производство: быть может, тогда он перестанет пропадать с утра до ночи в мастерской, вечные царапины на его руках заживут, а ладони перестанут быть такими жесткими. Похоже, надо обсудить с Сандором встречу с родителями и сообщить им о предстоящей свадьбе. Похоже, вскоре им придется купить квартиру побольше…       Но в следующий миг ей уже было на все это наплевать. Самое главное происходило прямо здесь и прямо сейчас. Она рядом с Сандором… Он обнимает ее, а она вновь растворяется в его объятиях. Он целует ее, а она теряет разум от счастья, ощущая на своей коже его жадные губы. Он любит ее, а она с наслаждением пропускает эту любовь сквозь сердце, отдавая ему взамен свою душу.       А прекраснее всего было то, что любовь останется с ними навсегда.

Happy end