Четыре всадника

Удачно поговорив с «Оком», как тогда думал Атлас, он направился в свою квартиру, забежав в милую кофейню за углом по-дороге. В съемной квартирке на краю спального района, которая служила лучшим убежищем для всадника «Любовника» уже некоторое время, его ждала любимая девушка. Т/И была ассистенткой Джея до того, как эта заварушка с Прыжком Веры началась. Но как только он стал одним из Всадников, она стала просто его помощницей во всем, в чем только могла оказать содействие. Вместе с ним она летала из одного конца мира, на другой. Вместе с ним она залегла на дно, забыв о сцене и свете софитов. Впрочем, ее вполне устраивала тихая жизнь, которая не заставляла бегать от копов и выставлять Уайлдера мертвым. — Ты принес мой горячий латте с карамельным топпингом? — услышал из одной из комнат голос Т/И Атлас, когда закрыл дверь. — Капучино, — ответил он. — Что? — личико дамы показалось из дверного проема. — Не, я точно помню, что ты просила капучино, — повторил фокусник. Она мягко улыбнулась, совершенно не обидевшись на то, что он забыл. Кто бы мог подумать, что тот, кто может заставить вас обратить внимание на что угодно, забывает название напитка, выйдя за дверь? — Ладно, значит, я сегодня пью капучино, — бывшая ассистентка подхватила напиток со стола и чмокнула Атласа в щеку. *** — У нас не получится. — Да, насколько я знаю, для того, чтобы провернуть такое, нужно больше, чем пять человек, — добавила Лула. — Ну, во-первых, нас не пять, а шесть, — вмешался Джек. — Не забывай про Т/И. Атлас повернулся к девушке, которая сидела по правую руку от него и на которую указала «Смерть». — Ты с нами? — с сомнением спросил иллюзионист. — Куда ты, туда и я, — скромно ответила Т/Ф. — Я просто поражаюсь. Она лучшая, — восклицает с совершенно влюбленным лицом Джей. И все коротко улыбаются, кроме Мерритта, конечно, потому что знают, что он имеет не только конкретную ситуацию, а их отношения в целом. Она всегда была рядом, несмотря ни на что. Она была рядом, даже когда их приключения становились слишком опасными. Она была рядом, даже если ей никогда не предоставлялась возможность сиять на сцене. Она была рядом, даже если Атлас вел себя как последний эгоцентрист, которого не заботил никто вокруг него. Она всегда была рядом. И сила ее любви поражала Атласа. Единственное, что ему оставалось, это стараться любить ее так же сильно в ответ.