Помолвленные

С тех пор, как Мари и Адриан узнали о своей помолвке, прошло около трёх недель. Никто из них не заикался на эту тему, но напряжение стало ощутимо даже их лучшими друзьями. При этом Алья и Нино упорно пытались свести парочку. Маринетт-то была не против, но вот Адриан... Он был очень потерянным в последнее время. Даже не потерянным, а скорее огорченным и печальным. Дюпен-Чен, заметив его такую реакцию на известие об их совместном будущем, тоже начала грустить и жалеть, что так вышло. С одной стороны она была рада, что она выйдет в будущем замуж за Адриана, но, видя его разочарование, она захотела расторгнуть договор. Даже у мамы спросила, как это сделать, на что та ответила:       — Прости, Маринетт, но договор нельзя расторгнуть. Мама Адриана сделала все, чтобы этого не случилось. Не понимая поступков матери своего возлюбленного, Маринетт ещё больше впала в отчаяние. Как же ей хотелось вновь увидеть милую улыбку Агреста..! Но теперь он ходит хмурее тучи и мало с кем делится своими мыслями. Разве что только с лучшим другом. А Адриан в это время действительно пытался привести чувства в порядок и попытаться хотя бы капельку наладить отношения с невестой. Только вот её растерянность рядом с ним немного отпугивала. И что он делает не так, что теперь она и вовсе погружается в печаль при виде его?       — У тебя на лице написано, как ты не рад этой помолвке, — сказал как-то Плагг, жуя камамбер. Адриан сидел на кровати и отчаянно размышлял на тему того, как бы спасти себя ситуацию.       — И что мне теперь делать? — взъерошив рукой волосы, спросил в пустоту парень. Квами летал рядышком и изредка косо поглядывал на подопечного взглядом аля "Вот дурак".       — Да сходи ты к ней и объяснись. Скажи, что любишь другую и не можешь быть с ней.       — Но договор нельзя разорвать.       — Нельзя, но встречаться с другими людьми можно и в браке, — пожал плечиками Плагг, заглатывая сыр полностью. Адриан от этой картины поморщился. Камамбер он терпеть не мог.       — Ты прав, Плагг. Поэтому я сейчас иду к ней! — решительно поднялся блондин, а котёнок удивленно на него посмотрел.       — Ого, ты впервые меня послушал! — воскликнул он.       — Идём, Плагг, надо ещё с Гориллой договориться, — Квами залетел под рубашку парня, и парень отправился на "переговоры".

***

Маринетт не ждала сегодня гостей. Вообще никаких. Потому что сегодня воскресенье — раз, два — потому что в двенадцать подниматься не охота после позднего засиживания за очередным эскизом. И был ещё целый список причин, по которым Мари не встанет ни за что в воскресенье в такую рань, как полдень. Тикки, знавшая расписание подопечной, летала по комнате и иногда слушала, что происходит внизу. В комнате витала сонная атмосфера, и шторки были задернуты. Дрема сморила и квами, и та прилегла рядом с сопевшей девушкой, засыпая.       — Маринетт! Вставай, к тебе гости! — крикнула снизу мама. Брюнетка перевернулась на другой бок, мыча о том, что ни за что не встанет в такую рань. Тикки, проснувшаяся от крика, поднялась и начала теребить Мари. Девушка продолжала сладко спать. А тем временем внизу...       — Проходи, Адриан, не стесняйся. Чувствуй себя, как дома, — улыбалась Сабина, готовя чай. Блондин тоже улыбнулся и, разувшись, сел за стол, оглядывая обстановку. Он здесь уже все посмотрел ещё когда был во время миссии с Анименом в облике Кота Нуара. Здесь было так уютно и по-домашнему, что захотелось здесь остаться. Не то что у них во дворце...       — Маринетт ещё спит, — вздохнула будущая тёща, подавая чай. Запах мяты разнесся по кухне.       — Да? Уже двенадцать, а она спит? — искренне удивился Агрест, кинув взгляд на лестницу. Люк не собирался открываться в ближайшие минут пятнадцать точно.       — Опять работала над дизайном, наверное, допоздна, — хихикнула женщина, и Адриан усмехнулся. Зная девушку, она могла. — Воскресенье для неё — день сна. Выходит обычно под вечер.       — И как она умудряется так долго спать? — риторически спросил Адриан.       — Сова, — полжала плечами Сабина, отпивая глоток чая. — А ты, Адриан? Сова или жаворонок?       — Была бы возможность, был бы совой. А так приходится быть жаворонком, — почесал затылок с нервной улыбкой Адриан. — Миссис...       — Просто Сабина, дорогой, — отмахнулась Сабина.       — Сабина, а что Вы можете рассказать насчёт этого договора? Ну, по поводу нашей помолвки. Просто, сами понимаете, отец мало что мне рассказывает, — поинтересовался Адриан, смотря на женщину. Она усмехнулась. Такой вопрос вполне ожидаем.       — Ну, я тоже много не расскажу, — начала миссис Дюпен-Чен. — Твоя мама, ещё когда вам с Маринетт было года по четыре-пять, решила, что в будущем вы обязательно полюбите друг друга. Я тоже, каюсь, так считала, поэтому легко согласилась на эту затею. Анна написала брачный договор, в котором и заключалась ваша совместная судьба. Согласно документу, после восемнадцати лет вы с Маринетт поженитесь. Разорвать договор нельзя, развестись... Тут вам, детям, решать. Хотя Анна твёрдо настаивала на том, чтобы внести пункт о не-разводе. Адриан задумался. Значит, отец не соврал, и сделка была создана по маминой последней воле. Блондину до сих пор не верилось, что это происходит с ним, но он уже начал возвращаться в реальность и принимать её.       — Знаешь, ты очень похож на маму, — вдруг сказала Сабина, прикрыв глаза. Адриан удивленно посмотрел на неё. — Права была Анна, говоря, что ты в неё пошёл. И характер у тебя её, и внешность перехватил.       — Ээ... Спасибо, Сабина, — смутился парень, уткнувшись в чашку.       — Адриан, я хотела тебе кое-что сказать перед тем, как ты решишь поговорить с моей дочерью, — посерьезнела Дюпен-Чен. Адриан прислушался. — Маринетт была очень рада, услышав эту новость. И, понимая, что ты хочешь ей отказать в чувствах, я хочу сказать, что договор не должен вас стеснять. Ты, возможно, любишь другую, но не обижай мою девочку. Мари ещё такая маленькая и все ещё верит в искреннюю любовь...       — Доброе утро, мам. Доброе утро, Адриан, — Люк неожиданно открылся, являя заспанную Мари. Девушка спокойно прошлепала в ванную, не заметив гостя и зевая на ходу.       — Видишь, какой она бывает, — улыбаясь минутному шоку со стороны жениха, продолжила Сабина.       — Откуда Вы узнали о моей любви к другой? — отошёл от шока Адриан, вновь поворачиваясь к женщине. А она смотрела на него чистым и проницательным взглядом.       — Ты как открытая книга, мальчик мой, — наклонила голову мать.       — А-Адриан, ч-что т-ты здесь д-д-делаешь?! — раздался за его спиной удивленный голос Мари. Кажется, кое-кто проснулся.       — Привет, Маринетт! — дружелюбно помахал рукой парень.       — Что будешь на завтрак, милая? — спросила мама, стоя уже у плиты. Маринетт, нахмурившись, прошла осторожно мимо сидевшего гостя и открыла шкафчик, где стояли хлопья. Быть в одной маленькой кухне у себя дома с кумиром всей её жизни было так же смущающе, как и сама мысль о совместном будущем.       — Ну, доченька, отвлеки нашего гостя, а то мои разговоры ему, небось, наскучили, да и мне пора в пекарню папе помогать, — поцеловав дочь в щеку, женщина подмигнула Адриану.       — Да нет, что Вы, Сабина, с Вами очень интересно разговаривать! — обаятельно улыбнулся модель, но женщина все равно ушла, оставляя тишину висеть над головами подростков. Мари резко перехотелось есть. Когда напротив сидит твой возлюбленный, кидающий иногда на тебя заинтересованные взгляды, очень трудно сдерживать эмоции.       — Маринетт, я пришёл поговорить с тобой насчёт нашей помолвки. Все с трудом проглотив, Маринетт подняла взгляд с тарелки на парня. Он серьёзно настроен на этот разговор. Дюпен-Чен отодвинула недоеденный поздний завтрак и тоже приняла серьёзный вид. Адриан даже удивился перемене настроения в ее лице.       — Хорошо, — кивнула она, готовая начать беседу и уже заранее зная, что он хочет сказать. Ей с самого начала не нравилась вся эта обстановка. — Только можно мне кое-что сказать перед тем, как ты выскажешь мне то, что хотел?       — А, конечно, — изумился такому её решению Агрест.       — Адриан, я в-видела, как ты о-отреагировал н-на это известие, — заикалась девушка. Благо речь была разборчивой, но девушка в мыслях кляла себя на чем свет стоит за эмоции. — И-и я п-правда и-искала способ разорвать договор. Н-но моя м-мама сказала, что это невозможно.       — Ты искала способ разорвать помолвку? — удивлению парня не было предела. Черт, да он вообще не предполагал такой исход событий!       — Д-да, — кивнула Мари. Ей тяжело давались слова, было видно невооруженным взглядом. — П-прости. Из-за меня ты...       — Маринетт, я тебе нравлюсь? — прямо спросил блондин, и девушка расширила глаза, замирая на мгновение. В её глазах читался страх, но и чувства к нему. Все стало ясно.       — Да, т-ты мне нравишься, — выговорила Маринетт, опуская голову. В его глазах она увидела ответ, и он был отрицательным. Сердце будто вырвали и разбили на сотню осколков. Стало тяжело дышать, а в горле застыл ком. Боль текла вместе с кровью по венам, утяжеляя тело. Тут-то и включился режим Ледибаг. Как будто что-то щелкнуло внутри, и заледенело сердце. Подняв опустошенный взгляд, брюнетка вгляделась внимательно в сидящего перед ней. Адриан увидел в голубых глазах пустоту и разбитое на осколки сердце, и почувствовал вину за это. Как же паршиво стало на душе.       — Я ни к чему не обязываю, Адриан. Договор, как и говорила мама, нельзя разорвать. Поэтому, когда мы п-поженимся, ты можешь подать на развод. Я приму любое твоё решение, — на середине фразы голос её подвел, и она вздрогнула. Сердце будто больше не билось, а чувства перестали быть чем-то значимым.       — Маринетт, я...       — Если это все, что ты хотел сказать, то позволь мне уйти сейчас, — девушка спрятала глаза под чёлкой и вышла изо стола. Следом за ней поднялся и парень. Он пытался дотянуться до её руки, но Мари быстро убежала к себе в комнату, закрывая люк на замок. И достучаться до неё было невозможно.

***

Сабина увидела выходящего Адриана в самых расстроенных чувствах и сразу поняла, в чем дело. Видимо, разговор не наладился и контакт между этими двумя окончательно оборвался. А стоило войти в дом и прислушаться к комнате дочери, стоило услышать надрывный плач Маринетт, как материнское сердце заныло. Правильно ли они с Анной сделали, заключив этот договор?

***

С тех пор, прошла ещё неделя. Адриан и Маринетт в школе не разговаривали. Друзья, узнав о причине конфликта, пытались их помирить, но Маринетт избегала любых контактов с блондином. Её сердце всмятку, а чувства растоптаны. Она больше не могла смотреть в глаза любимого Адриана, а тот боялся сказать хоть слово при ней. Вина до сих пор гложила его. Ледибаг, кстати, тоже изменилась. Стала ещё холоднее, чем раньше. А на любые вопросы о самочувствии, отвечала одним "Все нормально". И Кот понимал, что все не нормально и что-то точно случилось. В силуэте обеих девушек стала все чаще мелькать тень печали. Адриан чувствовал вину перед Мари, а поговорить с неприступной Леди было тяжело. Как будто, обе сговорились против него. На восьмой день после разговора с Дюпен-Чен и молчания со стороны Леди, Адриан решил решить хотя бы одну проблему. Если с Леди поговорить не удаётся, то можно поговорить хотя бы с одной девушкой. Загладить вину, в конце концов.       — Ты наивный дурак, Адриан, ты знаешь? — хлопнул себя лапкой по лбу Плагг, залетая в кольцо и превращая парня в Кота. Проигнорировав реплику квами, Кот Нуар метнулся в сторону пекарни, прыгая по ночным крышам Парижа. Добравшись до места назначения, Нуар первым делом проверил наличие хозяйки в комнате. Свет-то горел, но вот самой Мари не наблюдалось. Сидя на решетке балкона, Кот всматривался вглубь комнаты. А вот и пропажа! Маринетт нашлась возле одной из стен. Девушка срывала какие-то плакаты, и Агрест с трудом веря в увиденное, понял, что это плакаты с ним самим! Прижавшись к стеклу окна, Нуар пытался услышать хоть звук из комнаты. Не услышал, зато увидел, как Дюпен-Чен плачет, срывая эти жалкие картинки. Когда на стене осталась последняя, девушка не выдержала и скатилась по стене, рыдая в голос. Кот застыл, прижав ладонь ко рту. Вот что он натворил с ней. А ведь Сабина его предупреждала, чтобы он не торопился. Не послушал — получи, распишись. Тикки, наблюдавшая из-под подушки за Мари, чуть сама не расплакалась. Она чувствовала боль брюнетки так ощутимо, что сердце застывало. Но ничего сделать не могла. Разбитое сердце склеить невозможно. Возможно, пройдёт время, прежде чем Маринетт придет в норму. А пока остаётся смотреть на её рыдания и верить в то, что она справится. Нуар, все ещё сидевший на балконе и смотревший на эту немую сцену, встал и убежал к своему дому. Он понял, он увидел, что наделала его "модельная" сторона. И на сердце стало ещё тяжелее, чем раньше. Вряд ли теперь Маринетт простит его... Так и прошла та ночь за сожалениями и депрессией у обоих героев.

***

Кот Нуар решил попробовать ещё раз поговорить с девушкой спустя три дня. В это раз ему повезло больше — Маринетт сидела на балконе и смотрела на звездное небо. Бесшумно приземлившись позади неё, Кот не хотел её напугать. Мари, чувствуя присутствие кого-то за спиной, повернула голову, удивляясь нежданному гостю. Нуар неловко улыбнулся.       — Добрый вечер, Принцесса. Почему грустишь? — хоть он и знал, по какой причине она грустит, но хотелось, что бы она сама ему рассказала. Глупо надеяться на доверие, но попытка не пытка?       — Не твоё дело, Нуар, — ответила довольно грубо Принцесса, отворачиваясь. Она уткнулась в коленки, вздыхая. Кот, прижав накладные уши к голове, скромно присел рядом. Ненадолго тишина укрыла балкон пекарни от звуков города. Маринетт стало неуютно. Она иногда ощущала на себе взгляд Кота и от этого хмурилась ещё больше.       — Зачем ты пришёл? Я хочу побыть одна, — спросила она, не глядя на него. Он погрустнел ещё больше.       — Что у тебя случилось? — повторил свой вопрос Кот, пытаясь разговорить её.       — Сказала же, не твоё дело! — воскликнула, вставая, Маринетт. Она встала перед ним, растрепанная, с опухшими глазами и потухшим взглядом. — Зачем ты пришёл?! Донимать меня? Я же сказала, что не хочу никого видеть! Её истерика пробудила в Адриане что-то иное. Теперь его съедала не просто вина, а огромный червь, который ядом разъедал душу. Нуар зажмурился на пару секунд. Чувство вины вперемешку с желанием прижать к себе эту беззащитную сейчас Принцессу — идеальный коктейль чувств. Маринетт удивленно расширила глаза, чувствуя тепло другого человека. Кота победило желание прижать к себе, что он и сделал. Слезы текли градом по её щекам, его костюм на груди немного намок под ними. Её заледеневшего сердца коснулось его тепло. Он гладил её по волосам, успокаивая. Он испытывал перед ней вину, как Адриан, но, как Кот, он её утешал. Странно, правда? Вот и Адриан сам себя не понимает. Сейчас кроме этой маленькой Принцессы в мире никого не существовало. Все отошло на задний план, оставляя парня и девушку наедине. Маринетт вдруг стало не важно, что здесь делает Кот и почему её утешает. Она просто прижималась к нему с мыслью о том, что он — единственный, кто поддержал бы ее в любой момент. Он — тот, кто обещал принять ее любой. Адриан хотел, чтобы этот момент продлился вечно. Вдыхать её аромат, гладить по мягким спутанным волосам — то, чем он сейчас жил. И одно-единственное решение возникло перед блондином. Приняв его, Адриан ещё не знал, как далеко заведет его эта тернистая дорога к счастью...