Параллели
11 февраля 2019 г., 00:42
Октябрь, 2012 год.
Очередное осеннее утро занималось над Рабово — небольшим городком на окраине Вологодской области. Первые лучи солнца в очередной раз пробились между горизонтом и утренним смогом, упав на новые занавески, что закрывали единственное окно жилища Карла Ломова. Парень жил в гараже, на котором был надстроен второй этаж, где он сейчас и стоял, глядя на улицу. Вытянутое лицо Карла, как и его тело, украшали шрамы, полученные в результате множества неудачных опытов, а тёмные волосы постоянно были растрепаны и взъерошены. Усталыми глазами смотрел парень на просыпающийся мир, не видя в этом какого-либо смысла. Синие и, пока ещё, чистые шторы мягко касались его спины, неприятно щекоча. За ними, на диване в комнате, спала Тони. Девушка похрапывала, уткнувшись в подушку. Если подумать, то Карл должен быть там же, лежать рядом, под тёплым одеялом, но… парню не спалось. Уже пол лета ему не спалось, что стало несколько надоедать. А с событий начала лета ещё и потерялась ирония. С тех пор, как Скотос был убит, и он пережил все сопутствующие события, Карла стала мучить бессонница. Парень, как и раньше, легко засыпал, однако с утра, когда его сон становился более лёгким и чутким, Карла будило странное ощущение. То, что он не мог описать и не мог понять. Нет, это была не любовь и не привязанность, не счастье… «Будто бы отголосок холодного ветерка, будто бы мерцание звёзд…» Карл чувствовал, что мир меняется. Что-то невидимое, незримое для человека, но неимоверно огромное меняет мир. Ощущение было не из приятных, будто бы ты рыбка в аквариуме, а в комнате делают перестановку. Парень опустил голову и уставился на яркие блики солнца, что заливали шторы и подоконник. Он подставил под них руки, чувствуя тепло от золотистого света. Карл тряхнул головой, пытаясь убедить себя, что, в коем-то веке, у него всё хорошо. Однако он знал, что это не совсем так. Лето подходило к концу и скоро Тони должна была уехать, оставив парня одного. А ему очень не хотелось снова оставаться одному. «Не привыкай к счастью, ” часто напоминал себе Карл, «оно сделает тебя слабым и ты будешь по нему тосковать.» Да, на следующее лето Тони вернётся, а ещё сам парень хотел приехать к ней, в Англию. Но… это было не то. Это была не та жизнь, о которой мечтал Карл. Он хотел быть с ней, но… ради чего? Вся жизнь Карла была вопреки чему-то — вопреки родителям, вопреки одиночеству, вопреки тьме, вопреки самому себе. А теперь никакого вопреки не было, что неизбежно порождало огромную и гнетущую пустоту. Но самое плохое, что Карл подсознательно чувствовал, что «вопреки» ещё появится. Жизнь устроена так, что человек всегда имеет какое-то «вопреки». Карл перевел взгляд на смог, что снова висел над городом. В последние два месяца он стал появляться чаще. Карл узнал, что у заводов и мастерских города резко прибавилось заказов. Тони что-то промычала через сон, ворочаясь под одеялом. «Всё будет хорошо. Всё будет хорошо.» как мантру повторял себе Карл, приоткрывая окно.***
Часлав стоял на крыльце магазина и чесал правое полужопие, авторитетно глядя на рабочих, что решили с утра расковырять плитку перед магазином. Они, якобы, ремонтировали трубы. Чаславу стук молотков не особо нравился. В семь утра тем более. Где-то в глубине души, запрятанной в тучном теле провидца, он понимал, что это утро начинается у него очень неправильно и глупо. Оно, так сказать, не вписывалось в атмосферу. — Я должен был это предвидеть, — пробормотал Часлав себе под нос. С раздражением парень зевнул и скрылся внутри магазина, решив сегодня не открывать оный.***
Утро Яна начиналось как и большинство его «утр”- он проснулся, заправил кровать, посетил душ, съел свой завтрак и сел за работу. Иды дома не было — она, как помнил Ян, ушла ночевать к Кириллу. «Как странно издевается над нами судьба, ” Подумал парень, садясь за стол в своей идеально чистой комнате. «Моя сестра спит с человеком, чьего брата она же убила.» Вспомнив про Карла, Ян поморщился. Когда люди умирают, это означает, что они умирают навсегда. Именно этим характерна смерть. Карл был проткнут мечом, Тони была им ранена и затем оба были скинуты с самолёта на высоте двух километров. Они должны были умереть! Люди не могут воскресать из мёртвых. Это нарушает естественный порядок вещей! «Какое жутко-хаотичное стечение обстоятельств могло позволить им выжить?» Ян провёл много ночей, размышляя над тем, как такое было возможно. Это не было в порядке вещей. Это было хаосом, уделом беспорядочных людей. Парень вздохнул. Он занимался информацией — это было то, что нравилось парню. Нравилось — слишком сильное слово. Скорее Ян получал удовлетворение от этой работы. Чувства были тем, что он презирал и чего сознательно избегал. Вся жизнь парня была борьбой с собственным телом. Сейчас перед Яном лежала информация о другом беспорядочном человеке, человеке, который был его полной противоположностью. В папке, которая способна вместить в себя больше тысячи страниц, лежало всего, от силы, двадцать. На папке большими буквами было напечатано: «Ферин Никита Игоревич» Ян знал, что он уехал из Рабово незадолго до середины лета, но как и куда, для него оставалось загадкой. Загадкой, которая разрешилась благодаря весьма неожиданному источнику — интернету. Месту настолько хаотичному, что Берги старались им не пользоваться. Нечто странное и очень безумное произошло в поместье Нортвест — на другом конце планеты, неподалеку от небольшого городка Гравити Фолз. И в этих событиях был замешан Никита. Его имя было напечатано в сводке интернет-газеты штата Орегон, датируемой концом июля, которую, в свою очередь, он нашел на каком-то захудалом форуме америконенавистников. Целое обсуждение (1) было посвящено бравому русскому парню в ушанке, который «громит этих американских буржуев». Но прочие попытки найти информацию о Гравити Фолз не увенчались особыми успехами. Судя по всему, это был обычный город, не имеющий никаких особенностей. «Как и Рабово, если посмотреть со стороны.» почти усмехнулся Ян. Но только почти. Информации о Никите было мало. Если Карл почти не скрывал свои дела, то Ферин был параноиком. Ян и Ида знали о компании из Часлава, Карла и Никиты с детства, однако они никогда не могли копнуть глубже того, что и так знали все. Никита периодически встречался с Анатолием Кировым, что было весьма необычно. Киров был главой одного из подразделений Международной организации исследования аномальных вещей (и прочей ахинеии (2)). Ещё у Никиты точно были какие-то знания в области аномалий, однако это было, как минимум, странно. Никаких родственников-ученых или сверхъестественных способностей у парня не было. Помимо этого, дружбы с Карлом и Чаславом, а также ещё нескольких незначительных деталей, к примеру, участие в «ОБЧР-овском инциденте”(3), о парне ничего не было известно. Ян задумался. Что могло стать причиной этой поездки? У семьи Никиты не было много денег, но на поездку они нашлись. Значит она была не совсем обычной. Или за этим может кто-то стоять. «Киров — самый очевидный вариант.» Ян сделал аккуратную пометку в папке. Он и Ида были отмечены порядком — Ян не знал как, не знал почему. Это был просто факт. Карл был отмечен тьмой, его брат-близнец Кирилл — светом. С ними было просто — каждый действовал по логике, своей, странной, но логике. Никита же был отмечен хаосом. Хаос не имел логики, не имел целей, не имел правил. Ян ненавидел хаос. И эта ненависть к хаосу была единственным чувством, которое парень в себе допускал.***
Лежащая в кровати Венди поморщилась от света и натянула на себя одеяло. Когда одеяло захотело вернуться обратно, девушка по привычке попыталась ногами столкнуть с него предполагаемый груз. Шестьдесят килограмм мяса и костей с грохотом упали на линолеум и издали одно ошарашенное существительное. Венди не могла привыкнуть спать с кем-то и постоянно норовила столкнуть Никиту с кровати. Уже третье утро начиналось именно с этого. — Опять, — буркнул парень, вставая, однако, подняв глаза на Венди, переменил вид на более весёлый. — Доброе утро. Ещё свежи были воспоминания об альтернативных вселенных и Никита не должен был хмуриться из-за мелочей, типа выброшенного халата или очередного падения с кровати. По сравнению с пережитым этим летом — это было тем, что просто не могло испортить жизнь парня. — Сколько сейчас времени? — Никита грузно уселся на кровать, а Венди тем временем схватила с тумбочки телефон. — Уже десять. — А-а-а, сегодня никуда не пойдём. — А зачем? — девушка снова развалилась на кровати. — Опять выслушивать всё это уныние. Мы пережили достаточно и заслужили отдых. — Разумно. Но мне надо сегодня чем-нибудь заняться. Не могу больше… Венди перекатилась на кровати поближе к Никите, села и указательным пальцем закрыла ему рот. — Ты вернулся пять дней назад. И единственное, чем ты займёшься на этой неделе — я.***
Утро плавно перешло в день, когда парень взял с прикроватной тумбочки рунический камень и пару секунд пялился на него, пытаясь привести сознание хотя бы приблизительно в то состояние, что нужно для открытия портала. Когда прямоугольник метр на два появился посреди комнаты, парень прошёл в свою мастерскую. Комната немного изменилась за последние дни, которые парень провёл в состоянии, сродни паранойе. Несмотря на протесты Вэнди, Никита старался записать всё, что помнил из услышанного от Создателя. Тут неохотная помощь девушки оказалась неоценимой, и парень смог справиться всего за пару дней, после чего он начал стаскивать в мастерскую кипы книг из замковой библиотеки, захламляя и так не слишком чистое помещение. Парень сел за заваленный бумагами стол и тупо уставился на гору листков, блокнотов и книг, пытаясь вспомнить, что он писал вчера. Мастерская теперь находилась не в гараже, а в одном из пустующих помещений замка, что принадлежал Шеогорату — древнему, странному и весьма непосредственному существу, почему-то относившемуся к Никите благосклонно. Как и большинство помещений замка, это было вырублено прямо в скале, отчего внутри было прохладно круглый год. Никита поежился, сидя на стуле в одних трусах. Позади раздалось шлёпанье тапочек. Вэнди накинула на себя халат и тоже прошла через портал. Девушка упала на диван и закинула взъерошенную голову на спинку, закрыв глаза. — Теперь мы будем счастливы, — произнесла она. Слова звучали не как вопрос или констатация факта. Они звучали как приказ, обращённый ко всей Вселенной сразу. — Теперь да, — парень отодвинул бумаги в стороны. — Как думаешь, мы, сможем нормально жить теперь? После всего этого. Никита не ответил, продолжая упрямо перекладывать бумажки. — А мы когда-нибудь умели? — буркнул он наконец, — Я вот — никогда. Ещё яркое солнце пробивалось через щель между шторами и падало длинной золотистой полосой на рабочий стол, пор, диван и, в конце концов, прямо на лицо Вэнди. Девушка легла на диван и уставилась на каменный потолок. Лишь несколько дней прошли с возвращения парня из безумного, изматывающего и депрессивного путешествия по альтернативным вариантам вселенной. Они о многом успели поговорить за последние дни. Девушка пару раз попробовала соединить их разумы, благодаря чему получила прямой доступ к воспоминаниям парня и помогала с записью этих самых воспоминаний. Вэнди не была сильно зла на Никиту за измену с… двумя её же альтернативными вариантами. Они, в конце концов, были ею же самой. Однако в разуме Никиты было много других вещей, достойных размышления. Например в воспоминаниях о встрече с Создателем Вэнди чувствовала чьё-то присутствие, будто бы воспоминания были живыми. Это пугало девушку и даже сейчас вызывало мурашки на спине и желание никогда не лезть в эти воспоминания. Парень скинул на пол часть бумажек. Впрочем сейчас Вэнди думала о другом. Никита видел варианты вселенных, где они потеряли друг друга. Потеряли очень легко — ведь любая случайность может оборвать их жизни. Эта мысль заставляла девушку думать о предложении Шеогората — сделать их обоих… более живучими. Точнее дать им возможность возвращать состояние тел до определённой точки, даже если их убьют. А потом вселять обратно их души. Технически говоря, это не являлось бессмертием. Убить их будет так же легко, как и любого другого человека. Шеогорат подробно расписал девушке ту сделку, которую предлагал им и теперь Вэнди знала, на что идёт. Да, они могли остаться молодыми и сохранять это состояние тел сколько угодно долго времени, однако… бессмертие. Девушка понимала, что сделку можно отменить, но не была уверена, решатся ли они с Никитой потом на это. Если она будет бессмертной, то переживёт и братьев и отца… и потом, через сотни лет, неизбежные грусть и скорбь будут разъедать её сердце. Вэнди сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Она несколько прагматично признавала, что скорбь по матери делала это уже сейчас. Однако же, девушка решила для себя, что сможет отказаться от жизни, когда придёт время. И она готова была поспорить, что Никита тоже бы смог сделать это — всё пережитое изменило парня. Теперь он не знал ради чего жить и во что верить. Вэнди старалась ему помочь — любовь давала парню необходимый якорь, опору, на которую он опирался, оправляясь от столкновения с идеями и вещами, слишком большими и бессмысленными, чтобы разум человека мог без последствий их принять. Но любовь — это ещё не всё, верно? Солнце светило всё ярче. Вэнди снова глубоко вдохнула. Что ж, она приняла решение. И не в стиле Кордроев было его скрывать. — Никита, помнишь наш вчерашний разговор? — Какой именно? — через пару секунд ответил парень. — Про сделку. — Ааа, — протянул Никита, — этот разговор… Фраза осталась висеть в воздухе. — Да этот, — наконец прямо заявила Вэнди, не давая каким-то висящим фразам мешать ей, — мы не хотим терять друг друга. Заключим сделку сегодня. Её тон был практически приказным. — Ты уверена? Вэнди встала с дивана и, шаркая, подошла к парню. — А по мне не видно? Никита повернулся и смерил девушку взглядом. Вэнди стояла в длинном сером халате, с растрепанными волосами, которые, казалось, пылали в солнечных лучах. Её веснушчатое лицо было серьёзным. Слишком серьёзным, по мнению парня. Изумрудно-зелёные глаза неподвижно уставились на Никиту. Ему казалось, что Вэнди смотрела пряму в душу. Отчасти так и было. — Хорошо, — он кивнул, — сделаем это. Мне тоже не хочется повторить судьбы… других версий. Никита не врал. Даже будучи отмеченным хаосом, он оставался человеком. И, как любой человек, хотел, чтобы вещи оставались такими, какими они были. Но, в отличие от любого человека, у него появился шанс это реализовать.***
1 — аж из семи вялых сообщений! 2 — добавлено в целях конспирации. 3 — постройка огромного боевого человекоподобного робота при помощи сварочного аппарата, металлолома, призыва демонов и трёх куриных яиц — впоследствии разрушил три квартала Рабово.
