Переплетено

      — Командир! Командир! — Роджерс, в очередной раз, вздрогнул, просыпаясь. Баки звал своего командира, с того времени, как его разморозили. Стив ничего не понимал. Да, он читал дело друга. И знал, что последним его хендлером был Рамлоу. И это пугало. Потому что теперь, Баки не мог проснуться от очередного кошмара и звал ублюдка.       — Позвольте помочь вам, командир… — и снова всё повторяется. Баки, во сне, поворачивается к нему, а одна рука медленно ползёт в сторону паха. В первый раз, когда такое произошло — Стив сбежал. Сбежал от вернувшегося, спустя столько лет, возбуждения.       Возбуждения и страха. Он боялся, что Джеймс проснётся с именем врага на губах и увидит перед собой Роджерса, которого помнил лишь смутными обрывками воспоминаний.       Но сегодня так не хотелось отталкивать, сбегать… Стив так устал от всего этого… дерьма. Да, дерьма. Про себя можно сказать прямо. Он осторожно положил свою ладонь поверх руки Барнса и тихо сказал:       — Нет, Солдат… — эти два слова всегда помогали. Баки успокаивался и засыпал, уже больше не зовя своего командира. Вот и на этот раз, он уснул. Но руку так и не убрал. А Роджерс не решился сдвинуть её.       Он закрыл глаза и издал страдальческий тихий стон.       — Броооок… — Стив сразу подорвался на кровати и посмотрел на брюнета, который метался по кровати. Он не знал, что делать. И ничем не мог помочь другу. Рамлоу давно уже признан официально мёртвым. А если бы и нет — предателя ждал бы трибунал и смерть. Правда, теперь уже, Роджерс сильно сомневался, что позволил бы. Скорее, притащил бы командира группы огневой поддержки СТРАЙК, прямо в руки Баки. Как бы тяжело это ни было.       Стив любил Джеймса. Ещё с далёких сороковых. Вот только чувство это было тихим и безответным. Мужчина так и не решился признаться. А теперь уже поздно. Баки любит… любил Рамлоу. И это разбивало сердце.       — Не отталкивай меня! Я не позволю тебе сдохнуть, сукин ты сын! Ты помог мне вспомнить… Не смей теперь… — Роджерс слушал сбивчивый шепот и мало что понимал. Брок помог Баки вспомнить? Но ведь… Стив покачал головой, не доверяя сейчас даже собственным мыслям. Потому, поднялся с кровати и, не рискуя более — находиться здесь — ушёл на кухню.       Налив себе кофе, капитан подошёл к окну и погрузился в мрачные болезненные мысли. О Рамлоу. О том, о чём старался не думать с самого «Озарения». Слишком всё запутано.       А ведь Брок был тем единственным, за исключением Старка, кто заставлял чувствовать себя… живым. К нему тянуло так, как, когда-то, к Баки. И Стив сдался. Позволил себе — чувствовать.       Месяц нежности и страсти. И Роджерс уже думал, что — вот оно. Но случился лифт, предательство и… Баки. С тех пор, Стив полностью закрыл от себя те самые странные чувства к чёртову гидровцу. Но сейчас, слыша его имя из уст любимого человека, в том месте, куда они были спрятаны, появилась трещина. И боль больше от смерти Рамлоу, чем от его предательства, начала прорываться наружу.       Стив вздрогнул, услышав родной голос: — Чего не спишь, мелкий? — поставив кружку на подоконник, Стив обернулся и постарался улыбнуться, что, впрочем, плохо вышло. И Джеймс это точно заметил, так как нахмурился. — Только не говори, что я разговаривал во сне, — Барнс нервно хихикнул и отвернулся к холодильнику, доставая из него молоко. — Просто, не спится, Бак, — Стив решил, что лучше промолчит и не будет отвечать. Но он забыл о том, каким бывает друг, если замечает, что Роджерс молчит и что-то не договаривает.       Так что, когда тот обернулся, с самым мрачным видом, Стив только вздохнул. А Баки, сделав пару глотков холодного молока, на чём Роджерс завис, сказал: — Что я говорил, Стив? Только не смей врать, — капитан закрыл глаза и усмехнулся: — Рамлоу. Ты звал его. И не в первый раз. Вы с ним спали, Бак? Он тебя заставлял? — Барнс выглядел напряжённо, но Стив увидел отчаяние во взгляде друга. — Мы не просто спали, Стиви. Я любил его. И он бы никогда! Не смей даже думать так, — и тут Роджерса взяла злость на Брока. — А ты знал, что он спал не только с тобой? Хорошо Рамлоу устроился. Сразу двух наебал, — Стив рычал и даже не обращал внимание на цензуру. Как и не замечал, что, на месте Джеймса Барнса, сейчас стоял Зимний Солдат. И он готов был убивать.       Рывок, удар металлической рукой и Стив еле удержался на ногах. Но это вернуло мужчине разум. — Бак, Баки. Стой, я не хотел… — говорил он, но понимал, что Солдата так не успокоишь. Ещё удар, который Роджерс сумел удержать, но прокатился к стене, чувствуя всю силу, которую Баки вложил. — Солдат! Отставить! — из последних сил, прокричал Роджерс, но это не помогло. Солдат вжал Стива в стену и сжал шею металлической рукой. Мужчина захрипел и попытался высвободиться из захвата, что получилось далеко не сразу. Он застыл, посмотрел в пустые глаза Зимнего и не сдержался.       Поцелуй выбил из колеи обоих. Стив застонал, прижимаясь к Баки, а он — придя в себя — положил не живую руку, на талию капитана и ответил на поцелуй, с отчаянием и болью. Несколько минут, они просто целовались, а потом Баки отстранился и, прислонив лоб ко лбу Стива, прошептал: — Прости, Стиви. Я просто уже больше не могу без него жить… — Я тоже, Бак. Я тоже, — также тихо ответил Роджерс и зарылся пальцами в волосы Барнса, не в силах отпустить его от себя. — Ты любишь его? — Люблю… — они не прерывали тихий разговор, хоть и знали — в квартире больше никого нет. Некому услышать эти откровения. — Люблю тебя, мелкий, — жаркий выдох в губы. — Люблю тебя, Бак, — ответ и комната погрузилась в тишину, прерываемую лишь звуками поцелуев.

***

      Чёрная пелена повсюду и не видно ни пола, ни потолка, ни стен. Он не знал, где оказался. Но чувствовал, что кто-то наблюдает и он здесь не один.       Медленно двигаясь вперёд и стараясь дышать как можно тише, Рамлоу старался найти выход из этой темноты. А, в это время, в голове прокручивал воспоминание. Он должен быть уже мёртв. Сдохнуть, позволив двум суперам выдохнуть и жить в любви и согласии. А сам Брок не смог бы жить, видя их. Таких счастливых, затраханных. Ему же место в их идиллии не светило. А чувства? Кому какое дело до чувств предателя?       Но, видимо, мудачья душа Рамлоу не желала столь быстро сдаваться. Решила «ещё поборемся» и не поинтересовалась у самого Брока. Мужчина шёл вперёд, ничего не видя и чувствуя, как заканчивается воздух. Но продолжал упрямо идти вперёд. Даже задыхаясь, он не мог позволить себе — просто лечь и отключиться. — Я не могу больше жить без Брока. — Я тоже… — вздрогнув от тихого, до боли в сердце, знакомого шепота, Рамлоу осмотрелся. Но нет. Никого не было. Они не могли быть здесь. И не могли такого сказать. Особенно, правильный Стив. — Брооооок… — Командиииир…       Снова эти два голоса. Брок попытался вырвать их из своей головы, но это сводило с ума. И перед глазами возникали картинки сладких ночей, которые он успел провести с каждым из суперов. Горячий и страстный главный «девственник» Америки и обжигающий своей страстью Зимний. Он горел в них, сгорал и готов был гореть вечность. За что ему, такому мудаку, это счастье? Хоть не надолго, но оно было.       Брок так застрял в воспоминаниях, что даже не сразу заметил, как тьма начала рассеиваться, сменившись кровавыми ошмётками и запахом страха, боли и смертей. Рамлоу вздрогнул, увидев цепи над потолком. А на этих цепях… — Нет… Нет, нет, нет, нет… — Рамлоу не мог поверить своим глазам. На цепях висели Барнс и Роджерс. Их тела были истерзаны, изрублены. Они не дышали. Они были мертвы. — Это ты убил их, Брок. Ты во всём виноват, — услышал мужчина собственный голос и обернулся. Хищно ухмыляясь, смотрел мужчина смотря на самого себя. Брок покачал головой. — Нет. Они живы. Живы. Я мёртв, они должны быть в порядке. Ты врёшь, — Брок пытался верить в свои же слова, но это было тяжело. Особенно, видя их… Свои солнца.       Медленно сделал несколько шагов к цепям и положил руку на грудь Стива, которая была сплошным куском мяса. Ничего. Ни-че-го. Роджерс не дышал. В глазах потемнело и Брок Рамлоу ушёл в темноту.

***

      Днём, никто не пытался подходить к Барнсу и Роджерсу, видя их взвинченное состояние. Джеймс практически весь день провёл с оправданным СТРАЙКом, в неполном его составе. Он бился в полную силу и, большинство страйковцев уже отправились к врачу. Роллинз обходил Баки стороной и предпочитал не вмешиваться.       Стив же весь день провел с бумагами. А к вечеру его вызвал Фьюри и рассказал о задании, на которое они отправятся с Баки. Всплеск странной магической активности во Флориде. Нужно разобраться. Роджерс посчитал, что это поможет им — отвлечься и дал согласие на миссию.

***

      Зайдя в зал, Стив отметил напряжённую обстановку и осторожно подошёл к Баки. — У нас выезд на миссию через полчаса, Бак. Заканчивай бить детишек, нам пора, — Барнс посмотрел на капитана и тот вздрогнул. Перед ним снова был Зимний. Он медленно кивнул и пошёл прочь. А Джек смог выдохнуть. — Спасибо, кэп. Боялся уже, что живым отсюда не выйду. Он совсем сбрендил, Роджерс. После того, как Брок… — Стив вздохнул и покачал головой. — Прости за него. Баки сейчас тяжело. Но обещаю, по возвращению, я поговорю с ним, — Роллинз кивнул и капитан ушёл за Барнсом.

***

      Баки обнаружился в кабинете Стива. Он смотрел в огромное окно и, казалось, даже не дышал. Роджерс, бесшумно закрыл двери и подошёл к другу, который даже не обернулся, хоть и заметил, что больше не один. — Баки, так нельзя. Они ни в чём не виноваты и также скорбят, — произнёс мужчина, встав рядом и, также, смотря в окно. Барнс ничего не ответил, лишь чуть повёл плечом. Стив вздохнул и продолжил: — Через полчаса мы должны быть во Флориде. Вдвоем. Миссия, Бак, — брюнет кивнул и, наконец, выдохнул. — Дай мне десять минут, — Роджерс кивнул и тихо покинул кабинет, не видя уже, как Джеймс уткнулся лбом в стену и зарычал.

***

Флорида, 14.30       Они покинули джет и осмотрелись по сторонам. Казалось бы, ничего необычного. Но, перед самым вылетом, Ванда предупредила их и попросила быть осторожными. Сейчас же суперы видели перед собой только обычный трехэтажный дом. Внутри которого не должно было быть ни души. Баки застыл у входа и уставился в одно из окон третьего этажа. Стиву пришлось несколько раз окликнуть друга, прежде чем тот двинулся с места и зашёл внутрь старого особняка. — Что ты там увидел? — конечно, Роджерсу было интересно. Но Джеймс покачал головой и ничего не ответил. Больше тишину ничто не нарушало. Только скрип старых половиц.

***

      Перед лестницей на третий этаж, Барнс, вдруг, остановился как вкопанный и… принюхался. — Баки? — Джеймс поднял руку, заставляя замолчать. А, спустя секунду, неверяще, прошептал: — Брок… Он… он… он здесь, Стив, — Роджерс посмотрел на друга. Видел, как тот тяжело дышит и как в его глазах загорается надежда. — Бак. Откуда ему быть во Флориде? Да и нет в этом доме никого. Тебе показалось, — но Джеймс покачал головой. Его было не переубедить. И Стив, махнув на всё рукой, стараясь задушить собственную надежду, помчался за Зимним, который рванул на третий этаж и остановился лишь только когда достиг одну из комнат, в самом конце длинного коридора. Приложив руку к деревянной двери, Баки вздрогнул. — Здесь, — дверь, со скрипом, открылось и их, сделавших несколько шагов в комнату, сшибло потоком магии, прибило к полу. Но даже это, не помешало оценить обстановку. И, как только Роджерс увидел тело на кровати — оцепенел. Это был Брок Рамлоу. Обезображенный, полумёртвый и без сознания. Барнс закричал, попытавшись до него докричаться. Но, конечно, это было бессмысленным.       Помимо самого Рамлоу, в комнате не было никого, только огромный шар магии, мешающий даже двинуться с места и полностью опутавший Брока. — Чёрт! Надо было просить Максимофф ехать с нами! — прокричал Барнс, в отчаянии, всё ещё бессмысленно пытаясь подняться с пола. Стив не отставал и был согласен сейчас с другом, как никогда.       И, всё-таки, что магия могла против двух мужиков, накачанных сывороткой, с ног до головы? Джеймс поднялся с пола первый, пошатываясь и прикладывая огромные усилия, чтобы оставаться на ногах. Следом встал Стив. Но вот что делать дальше — никто из них не представлял. Баки вообще был готов идти напролом, но Роджерс удержал его, положив руку на плечо. — Баки, не рискуй. Если ты умрёшь, что я буду делать? А Брок? — именно это остановило Барнса. — Мы что-нибудь придумаем. Не надо торопиться, — Баки медленно кивнул, не сводя болезненного взгляда с командира.       Осмотрев комнату, Стив выдохнул. Ничего, что могло бы помочь. Кинув взгляд на собственный щит, Роджерс задумался. Вибраниум… А что если.? Он выставил щит перед собой и стал медленно приближаться к шару. Барнс шёл рядом. Магия не смогла пройти сквозь щит и мужчины немного расслабились, хоть, при приближении к центру, давление магии усилилось.       Баки первым увидел пульсирующую точку и кивнул Стиву, чтобы тот продолжал движение. А, как только они оказались совсем близко, замахнулся и ударил своей металлической рукой, расшибая пульсацию. От вибрации, которая последовала, суперы упали на пол и зажали уши. А, спустя пару мгновений, всё прекратилось. Открыв глаза, они обнаружили, что той странной магии больше нет.       Джеймс вскочил на ноги первым и подбежал к кровати. Он боялся даже прикоснуться к Броку, у которого не было свободного от ожогов места. Стив подошёл ближе и сипло выдохнул. — Я звоню Тони, — Барнс замедленно кивнул, не сводя взгляда с Рамлоу и Роджерс, чтобы не сорваться в панику, отошёл в сторону, набирая Старка и кратко описывая ему ситуацию. Вернулся через пару минут, застав всё ту же картину. — Скоро прибудет джет с врачами и всем необходимым. Бак, они сделают всё возможное и невозможное. Рамлоу — тот ещё мудак и выкарабкается, — Джеймс устало хмыкнул и осторожно погладил Брока по голове. — Будь большим мудаком, чем ты есть и выживи. Не смей нас бросать, командир! — прорычал мужчина, чуть сжав жёсткие волосы, а потом отпустил их и отвернулся. Не позволяя больше слабости.