Зодиак

Сутками ранее. В будние дни утро было очень активным и даже суетливым. Обычно в это время только открывались первые магазины, а разные кафе зазывали на вкусные и питательные завтраки. Жители города мирно ходили по улицам. Кто-то спешил на работу, обсуждая важные дела по телефону, кто-то ждал своей очереди в закусочной, чтобы забрать свой завтрак, а кто-то был на повседневной пробежке, чтобы держать себя в форме и быть подтянутым. За этой суматохой стабильно пять раз в неделю наблюдали дети, когда садились в автобус и ехали на занятия в школу. Одни из них были Мин Юна и Мин Диан. Восьмилетние двойняшки, которые больше были похожи на свою бабушку по материнской линии, чем на своих родителей. Каштановые вьющиеся волосы, курносые носы, зелёные глаза, худощавые тела. Два индивидуальных и красивых человека среди однотипной массы людей. Их день начался как обычно. Они встали ровно в семь утра и в полусонном состоянии, немного пошатываясь, шли умываться и чистить зубы. После, им мама выдавала поглаженную одежду, которая ещё не успела остыть от утюга. Пока она контролировала процесс сбора в школу детей, в это время отец шурудил на кухне и готовил завтрак своей жене и детям. Чашечка горячего крепкого кофе и хрустящие шоколадные хлопья с молоком. Что может быть лучше после пробуждения? После того, как отец позвал всех к столу, Диан как всегда пришёл первым и уселся смотреть телевизор. Мальчишки. Им не нужно так много времени и дел, чтобы собраться. Всего лишь умыться, одеться, сделать пару раз движение рукой по волосам и готово. У девочек же всё иначе, и Юна как обычно опаздывала из-за того, что мама ей заплетала очередную замысловатую косичку, прикрепляя к её волосам милые заколочки. Юне казалось, что ей всегда нужно быть красивой, чтобы на неё обращали внимание мальчики из её класса. К тому же, она очень любила хвастаться в школе своей новой причёской и, на её взгляд, безупречным нарядом. Вооружившись красотой по полной, она обнимала свою маму, не забывая поблагодарить её за старания, и присоединялась к своему брату. Каждое утро в семь тридцать пять на детском канале начинался мультик «Пороро», который двойняшки так любили смотреть. Им даже было всё равно, что они эти серии видели уже не один раз. Для них он был всё равно интересным. Пока дети завтракали, их родители обсуждали какие-то бытовые дела и решали, кто сегодня будет готовить семье ужин. Юна и Диан никогда не участвовали в этих обсуждениях, потому что им было всё равно. Грех жаловаться, когда кормят очень вкусно и сытно. В семь пятьдесят приезжал школьный автобус к остановке, которая была буквально в двух шагах от дома Мин. Натягивая на себя куртки, брат с сестрой походу отвечали на вопросы мамы, которые звучали, к примеру, «Вы всё собрали?», «Готовы?». Взяв портфели в руки и попрощавшись с родителями, они вышли из дома, услышав вдогонку слова наставления: «Учитесь хорошо». Они подошли к остановке, к которой уже приближался жёлтый школьный автобус, который доставлял их от дома до школы и от школы обратно домой. Вот только произойдёт ли это также на этот раз?

***

— Ой, не к добру это, — проговорил Джин, смотря на небо, ожидая своих подчинённых возле машины у входа очередного завода. В небе над городом сверкнула яркая молния, а после неё раздался оглушительный раскат грома, словно, подтверждая своим ворчанием, что вот-вот на город обрушится безжалостный ливень. Сегодняшний день начался явно не совсем так, как планировали многие. Люди даже не подозревали, что за какие-то считанные минуты в городе начнётся паника. Сирены полицейских машин были слышны уже в каждом уголке города, а вертолёты, что кружили в мрачном сером небе, прорывались сквозь сильный ветер в поисках жёлтых автобусов. Почти все сотрудники полиции Сеула разделились по одному — по два человека, и разъехались по всему городу, объезжая места, которые они предварительно разделили до отъезда. — Пусто, поехали дальше! — крикнул полицейский. Он торопливо вышел из заброшенного здания вместе с группой захвата, которую позаимствовал Хан. Благодаря этим парням, они в два счёта исследовали здания, что конкретно сокращало поиски по времени. — У нас остался час, — проговорил Намджун в рацию, следя за дорогой. — Если мы её не найдём… Внезапная тишина в рации стала нагнетать обстановку. Никто не собирался рассматривать и даже думать о наихудших вариантах событий, но мысли об этом с каждой минутой всё глубже проникали в сознание. — Мы найдём её, Намджун, — спокойно проговорил Юнги. — Хотелось бы верить, — сухо ответил шеф и отключился.

***

Когда автобус остановился, и водитель открыл двери, Юна и Диан зашли внутрь транспорта и расположились на свои места, как и обычно. В поездке Диан любил обсуждать со своими друзьями одну игру, которые они играют все вместе. Кто до какого уровня успел прокачаться, обзавестись эксклюзивной одеждой или выиграть большой куш. И кто наигрывал меньше всего очков за неделю, того понижали на ранг и ему по новой приходилось добиваться доверия своих товарищей. На этот раз все были какими-то сонными и Диан решил один сесть у окна. Он надел свои любимые большие наушники и включил игру, уже не обращая никакого внимания на своих одноклассников. Он не был каким-то супер популярным, в отличие от своей сестры. Юна же наоборот была ну очень общительной девочкой, и как ни странно, всегда была в центре внимания. Даже сидя в автобусе, рассказывая очередную историю, что произошла с ней вчера, она привлекла внимание многих. Все слушали её с большим интересом, заглядывая ей в рот. Даже многие учителя удивлялись её коммуникативным способностям в таком возрасте. За болтовнёй, либо уткнувшись в гаджеты, дети даже не заметили, что автобус на этот раз поехал по совершенно другому пути. Объехав несколько кварталов, водитель свернул по указанному маршруту и заехал в какое-то здание. Когда зрение адаптировалось к свету в помещении, стало ясно, что это был большой склад, где обычно стояли фуры и дальнобойщики забирали свои заказы. Когда автобус остановился, дети по инерции взялись за рюкзаки и собрались идти к выходу, но водитель сказал им сидеть на своих местах. В следующую минуту дверь автобуса раскрылась и в неё вошёл невысокий парень во всём чёрном и белой маске на лице и с серебристым чемоданчиком в руке. — Ребята, привет! — весело проговорил незнакомец. Испугавшись, дети начали переглядываться друг на друга, с осторожностью смотря на причудливого дядьку. — Нет-нет-нет! Бояться и паниковать не нужно, — по-доброму сказал незнакомец и поднял маску, увидев страх в глазах детей. — Мы с вашими родителями подготовили для вас сюрприз. — Что за сюрприз? — спросила Юна. — Съёмка в очень крутом боевике! — улыбнулся некто, когда дети хором сказали восторженное «вау». — Подробности вы узнаете совсем скоро. Сейчас нужно сдать ваши телефоны вот в этот чемоданчик и надеть специальные бронежилеты и шлемы, которые уже вот-вот принесёт мой друг-качок. Хорошо? — Да! — радостно ответили ребята. Парень улыбнулся, раскрыл чемодан и начал медленно идти по единственному ряду в автобусе, подходя к каждому ребёнку лично. Так намного удобнее, поскольку он убедится, что телефоны сдадут все, при этом спокойно и без столпотворения. — Сегодня будет очень весело и интересно! Я вам это обещаю! Погони на крутых тачках, стрельба с вертолётов, съёмки со знаменитыми актёрами! И о всём этом вы будете участвовать! Ну что, кто со мной? — Я! — прокричали ребята на весь автобус. — Отлично! А теперь внимание, вопрос: «Вы когда-нибудь смотрели фильм «Выхода нет»?

***

Сидя в машине, Хосок смотрел на развёрнутую трёхмерную карту города и внимательно слушал координаты, что передавали по радио. Одно за другим он зачёркивал места, которые до этого были помечены как «неизученное». Некоторые коллеги подшучивали над ним, говоря, что он использует очень старый дедовский способ во времена новых технологий. Но что бы кто ни говорил, Хосоку всё равно нравился такой способ. Он считал, что таким образом ты видел картину целиком и тебя не ограничивают какие-то рамки экранов. Немного погодя, когда молния сверкнула где-то поблизости, следователь резко взглянул на эту яркую вспышку. «Это не должно всё так закончиться. Не должно», — подумал Хосок. Он взял в руки рацию и устало откинулся на сидение. — Мы исследовали почти весь город — и ничего. Никакой девочки и никаких автобусов с детьми. Ни-че-го. — Есть ещё один большой участок, который мы не просмотрели. Это заброшенный парк развлечений на окраине города. Я уже близко к нему и готов поспорить, что девчонка там, — раздался голос Джина в рации. Ни о чём не подозревая, он быстро ехал к месту назначения, куда так же направлялся Чонгук, уже вовсю вдавливая несчастную педаль газа в пол, огибая встречные машины. — Когда доедешь туда — держи в курсе дела, понял?! — прокричал Намджун. — Не ори! Понял я тебя! — Как только найдёшь девочку — дай нам знать, чтобы мы зря не теряли времени и сразу поехали к автобусу! — проговорил Хосок и связь по рациям моментально затихла.

***

После слов «стоп, снято!» вся съёмочная группа разбрелась кто куда: часть людей ушла в свои гримвагены, другая — распределилась по площадке ещё на несколько пар, а часть осталась убирать декорации. Школьники сидели на низких лавочках вокруг метрового костра и ожидали свой заслуженный за старания ужин. У ребят до сих пор было полное ощущение того, что они находятся в самом фильме. Декорации были обставлены так, будто, они находились ночью в каком-то заброшенном месте. Вдобавок, присутствовал запах костра и знобящий холод. По фильму это будет парк или же какое-то заброшенное здание. Скорее это будет понятно позже по итогу монтажа. На площадке действительно было холодно. Ребята прижимались к друг другу и как могли пытались согреться. Некоторые даже уже постукивали зубами, несмотря на то, что сидели рядом с костром. Но долго им мёрзнуть не пришлось. Они радостно захлопали в ладоши и закричали «ура», когда к ним наконец начали подходить люди с едой. «Курьеры» вручали каждому в руки по небольшой гочей коробке, в которой предварительно были распределены порции горячих напитков, несколько кусков пиццы и разных сладостей. — Ребят, вам всё понравилось? К школьникам подошёл тот самый парень со своим другом-качком, которые при первой встрече выглядели очень устрашающе. Теперь же было всё да наоборот. Парень, который был в маске, сейчас каждому протягивал клетчатый тёплый плед, а его здоровый друг подкидывал дрова в костёр, чтобы было намного теплее. Услышав громкое и дружное «да» в ответ на его вопрос, некто продолжил. — Я очень рад. Теперь ваша задача поесть наивкуснейшую пиццу и быстро лечь спать, чтобы завтра с новыми силами продолжить то, что мы не успели закончить сегодня. Мой друг за вами присмотрит. — А мы разве не поедем домой? — спросил один из ребят. — Я разве вам не говорил, что это займёт у нас два дня? — Нет, — донеслось в ответ. — Видимо, забыл сказать, — почесав затылок, сказал он. — Завтра утром ещё снимем пару кадров и в обед вы уже будете дома. А сейчас, всем спокойно ночи. — А мы ещё будем сниматься с теми ребятами? — Это вряд ли. Вы нам понравились намного больше, — ответил некто, чем вызвал своим ответом радостные крики. — А вы можете вернуть нам наши телефоны? — спросила Юна. — К сожалению, нет. Тут такие правила, — парень развёл руками. — Потерпите, осталось-то совсем немного. Самое главное, что вы совсем скоро станете знаменитыми! Помахав ребятам рукой на прощание, он затерялся среди декораций, перед уходом хлопнув своего друга-качка по плечу, который принял позу охранника. Дети заметно оживились и с глазами полными радости началось бурное обсуждение. У каждого в мыслях появились кадры из их будущей жизни. Как они раздают автографы и как с ними хотят сфотографироваться фанаты, как они идут на церемонии по красной дорожке и видят там своих кумиров. Это же так здорово! И так думал каждый, пока не почувствовал мгновенный упадок сил и резкое падение в сон. Они даже не осознали того, что сейчас произошло. Они уснули благодаря снотворному, который был напичкан в том, что они только что съели. Они не представляют того, что завтра их последний день жизни, что это не будет какой-то игрой на камеру или очередным кадром для фильма. Они не понимают, что это задумка конченного психа, от которого теперь нет спасения. Когда наконец настала тишина, наёмники приступили к процессу подготовки. Установили заранее сделанный механизм, что позволит им управлять автобусом дистанционно через пульт. Проверили, что они свободно владеют доступом к сети, чтобы проецировать на экраны «кино», отснятое несколько часов назад. Снабдили бронежилеты детей взрывчаткой, сделав для них единый детонатор. И на последок усадили спящих уже экипированных ребят в автобус и приковали их к сидениям, чтобы они в случае чего никуда не смогли сбежать. По итогу сделанного, осталось лишь дождаться того самого момента и нажать кнопку «пуск» этого плана.

***

Джин со своей группой не успели ещё толком остановиться и поставить машины на ручник, как Чонгук резко затормозил возле них, создавая дымовую завесу. — Какого чёрта?! — прорычал Джин, выйдя из машины, и громко хлопнув дверцей. — Все вопросы потом. Сейчас самое главное найти девчонку, — пояснил Чонгук. Выдохнув, Джин сперва распределил свою группу людей, чтобы ребята немедленно приступили к делу и прочесали территорию заброшенного парка. И пока те начали исследовать местность, Джин подошёл к Чонгуку и грубо схватил его за ворот куртки, проговаривая каждое слово прямо в лицо. — Когда всё это закончится, сначала я прочитаю тебе нудную и монотонную лекцию о том, как важно следить за своим здоровьем, а затем убью тебя и сделаю это так, чтобы ты умирал медленно и мучительно. — Ты так здорово обо мне заботишься, — с сарказмом ответил Чонгук. Джин оттолкнул парня от себя. — Это для тебя шутки, что-ли? Бегать еле живым, притворяясь, что у тебя всё хорошо? — Нет, но пока мы здесь стоим и выясняем отношения, идёт время, и сейчас мы попросту его теряем. Джину сложно признавать это, но Чонгук был прав. Сейчас не время разбираться с глупостью человека, который наплевательски относится к себе и к людям, которые за него переживают. Поэтому приструнив внутреннего беса и заперев его в клетке, Джин обречённо вздохнул и серьёзно проговорил: — Ладно, но разговор не окончен. Закатив глаза, следователь уже ничего не стал говорить в ответ. Каждый молча достал пистолет из кобуры и, осматривая окрестности, поспешил в глубь. Оглядывая поглощённые матерью-природой аттракционы, парни быстрым шагом, а где и бегом, протаптывали участки территории, которые были заброшены уже более десятка лет. Находясь в этом месте, очень тонко ощущается, что жизнь покинула этот парк слишком внезапно, оставляя после себя следы пребывания людей. Колесо обозрения обвили лианы толщиной с руку, будто забирая его к себе в плен. Заржавевшие карусели с лошадками, были покрыты ржавым налётом, который теперь всегда будет пачкать руки и марать одежду. Протухшая вода в бассейнах с лодочками в виде лебедей распространяла свой запах по всей территории парка, но полицейских это как-то не особо волновало. Запах трупа был куда ужаснее и вряд-ли его могло что-то переплюнуть. — Никого… — прошептал Чонгук и с психом пнул камень, переходя на крик. — Твою мать! — Что у вас? — спросил Джин у своей группы солдат, включив наушник у себя в ухе. — Пока всё чисто, сэр, ни единой души, — донеслось в ответ. Тяжело вздохнув, Джин поволок Чонгука к машинам, на которых они и приехали. Открыв дверцу, он сел на место водителя и взял рацию в руки. — Есть кто на связи? — Джин выдержал небольшую паузу. — Меня слышно? В рации начались помехи. Легонько постучав по ней, Джин нахмурился и начал вслушиваться, понимая, что в ней постепенно просачивался чей-то голос. Из-за посторонних шумов было слышно не чётко, но догадаться кто это труда не составило. — Ну что, нашли? Осталось пять минут. Неторопливый и низкий с хрипотцой голос полицейские узнают с первых секунд и из тысячи. Его голос был спокойным, внятным и до отвращения приятным. В нём не было напряжённости или волнения, скорее присутствовали некие нотки предвкушения. Чонгук быстро подошёл к Джину и, отобрав у него рацию, прокричал в неё. — Где она?! — Кто? — недоумённо спросил Зодиак. — Он вас одурачил, — послышался голос Тэхёна. — Никакого ребёнка женского пола нет и в помине, он просто тянул время. — Чёрт! Парни, сейчас автобус едет прямо к центру города, — проговорил Юнги, смотря в окно. Снисходительная улыбка так и сияла на лице Зодиака. Хоть её и не было видно, но её можно было услышать и прочувствовать всем нутром. — А тот мальчишка прав. Вы, как наивные, побежали обшаривать весь город, а на деле-то всё было у вас перед носом. За невнимательность вас нужно как следует проучить, и я даже знаю, как... — он произнёс свои последние слова и прервал связь.

***

15 минут до взрыва. Постепенно дети начали просыпаться и приходить в себя. Из-за такой дозировки снотворного у многих болела голова, поэтому им сложно было понять что происходило в данный момент. Они сидели в полной темноте, не было ничего ни видно ни слышно. Чувствовалось лишь одно — они были крепко привязаны к сидениям и не могли пошевелиться. Из-за такой, мягко говоря, нестандартной обстановке в головах детей сыпались вопросы: «Где мы?», «Почему я так крепко привязан?», «Это нужно для фильма?», «Почему так темно и вообще ничего не видно?», «Почему нет рядом кого-то из взрослых?». Они попытались позвать кого-то из взрослых, но всё было тщетно. Абсолютная тишина, аж в ушах звенело. Единственное, что им сейчас остаётся делать — это ждать, поскольку другого выхода у них пока нет. — Мы что уже снимаемся? — донёсся вялый голос девочки с задней части автобуса. — Как-то странно, — предположила другая. — Ничего странного, — встряла Юна. — На экранах хотят показать наши настоящие эмоции, поэтому всё делают правдоподобно. Вы что фильмов никогда не смотрели? Просто ждите. Все смиренно, будто солдаты, подчинились приказу Юны и включили режим ожидания, попутно обсуждая, что на этот раз может быть на съёмках. Но беседа длилась недолго. Когда настало нужное время, большие автоматические ворота начали медленно открываться вверх. В здание начал постепенно проникать нестерпимо яркий свет, что неприятно бил по глазам. Было такое ощущение, будто очень близко к глазам поднесли зажжённую лампу маяка. Все резко сощурились и завопили от неприятных ощущений. Когда глаза более менее привыкли к дневному свету, ребята начали всматриваться в объекты, которые их окружали. Хватило секунды понять, что они находятся в своём школьном автобусе, а он свою очередь в каком-то большом высоком гараже. Посмотрев друг на друга, они наконец поняли, чем были так «намертво прибиты» к сидениям. Это оказались те самые ремни безопасности. Только странность была в том, что их было чересчур много на одного человека. Штук десять, не меньше. Даже не было возможности высунуть руку, наклониться или вздохнуть полной грудью. Благо можно было поворачивать головой. Как только автобус сдвинулся с места, школьники начали осматривать знакомые места, мимо которых они ни раз уже проезжали. — Мы что, в центре? — Похоже на то. — Когда мы уже поедем домой... — пробубнил себе под нос Диан. — Господи, Ди, не нуди ты хотя бы сейчас, — простонала Юна, с гневом посмотрев на брата, что сидел рядом с ней. Ребята начали смотреть в окна с большим удивлением от того, что происходило снаружи. В небе кружили вертолёты, орали сирены, было сплошное столпотворение машин, вдобавок внезапно появилось много полицейских, которые попытались предотвратить движение автобуса. — Вот это круто! Всё так по-настоящему! — Мы будем самыми знаменитыми в таком фильме! Всё так реалистично! — Смотрите! — указал Диан на здание с экраном.

***

На всех домашних и офисных телевизорах, телевизионных табло показывали прямую трансляцию. Жёлтый автобус, только что подъехавший на остановку посреди города, развернулся и перегородил дорогу, остановив и без того плотное движение. На экранах появились цифры и пошёл обратный отсчёт. Люди наконец-таки убедившись в том, что это была вовсе не шутка, начали разбегаться в разные стороны, выскакивая из своих машин. — Пять… Четыре… Три… Два… Один… Раздался громкий взрыв. Автобус на несколько метров подлетел в воздух, разбрызгивая фонтаном из своих окон кровь, кишки и части тела детей, и с грохотом упал на дорогу. Обломки как град начали сыпаться с неба, беспощадно разрушая всё на своём пути. Многим людям, которые не успели укрыться, пламя обожгло жаром лицо и руки. Ударная волна отбросила их в стены домов, машины и дорогу, оставляя сильные ушибы и раны на их телах. Через короткое время прогремели ещё два взрыва в разных точках города, которые также транслировались на экранах. Скорее всего там тоже будет много раненых людей, возможно даже убитых. После чего на всех экранах появился знак — круг с перекрестием внутри, и через секунду трансляция закончилась. Спасательные службы на всех парах уже мчались в стороны взрывов. В том числе и в центр города, откуда исходило сильное пламя и высоко к небу поднимался чёрный столб дыма. Журналисты уже были в эпицентрах событий и ещё больше создавали шумиху, транслируя места происшествий. Самые любознательные стояли и снимали всё на камеру своих сотовых, а более разумные люди поспешили ретироваться с опасных мест как можно скорее. И вот, первые капли дождя упали вниз, а следом за ними уже летели другие, сталкиваясь друг с другом боками. Дождь постепенно усиливался, и через мгновенье начал лить, как из ведра, без стеснения постукивая по крышам домов. Небеса будто предчувствовали беду и вместе с людьми начали оплакивать потерю детей. После «прямого эфира» следователи не связывались друг с другом. Чонгук просто стоял под дождём, и опустив голову, смотрел сквозь землю. Он был зол и опустошён одновременно. В голове металась только одна мысль: «Зодиак заплатит за всё. За всё, что сделал. За все убийства, разрушения, хаос и боль, что принёс многим семьям.». — Ты за всё ответишь, сука… — сквозь зубы процедил он. Джин стоял неподалёку и разговаривал со своими людьми, порой бросая взгляд на разбитого Чонгука. Конечно, ему тоже было жаль, что они не сумели спасти тех детей, и в итоге многие семьи остались, как многие говорят, «без смысла жизни». Ему правда было жаль, но больше всего он переживал за парня, который, несмотря на свою боль и страх, пошёл искать девочку. «Когда-нибудь это безрассудство погубит его», — подумал Джин. Поблагодарив за помощь свои ребят, он отпустил их и пошёл в сторону следователя. Намджун тем временем подходил к эпицентру происходящего. Из-за перекрытого движения, ему пришлось оставить машину на одной из парковок и идти пешком. Смотря на весьма печальную картину, его сердце сжималось от боли. К автобусу отчаянно пытались прорваться отцы и матери, с криками ненависти и обвинения в сторону полицейских. Журналисты пытались запихнуть свои камеры, каждому в лицо, дабы заснять живые эмоции и сделать из этого отличный репортаж. Благо, полицейские с бронежилетами и дубинками, которые по всему периметру уже оцепили этот участок улицы, сдерживали эту волну безысходности и наглости. Намджун, потихоньку прорываясь через толпу людей, отталкивал от себя микрофоны и камеры. Показав значок полицейским, он быстро проскользнул внутрь, дабы не разрушить и до того шаткий барьер. Пройдя в вглубь, он увидел уже стоящих там Юнги, Хосока и Тэхёна, которые наблюдали за работой пожарных. Осматривая место происшествия, Юнги долго не мог собраться, чтобы подойти к автобусу и наконец сделать уже то, что от него требовалось. Он просто стоял на одном месте и издалека смотрел на обгоревший кусок металла. Внутри Юнги было сильное противостояние: одна сторона успокаивала его и делала всё, чтобы он оставил эмоции за бортом всей этой ситуации. Другая – кричала и пыталась достучаться до сознания. Кричала о том, что не хочет просыпаться и засыпать с мыслью последствий, видя перед глазами тот ужас, который запечалится в память на всю жизнь через считанные секунды. Нужно было бежать. Бежать и не оглядываться. Есть ведь другой судмедэксперт, пусть он это всё и делает. — Можете подходить, — сказал один из пожарных. Это подтолкнуло его к решению первой стороны. Он взял себя в руки, и казалось, уверенно начал подходить к автобусу, чувствуя под ногами треск осколков. Он начал осматривать салон, точнее всё, что от него осталось. Останки маленьких тел, разлетевшихся на миллионы кусочков, обуглившиеся лица, что сохранили гримасы ужаса и боли. Запах горелой плоти и обивки сидений, что смешивался в адскую смесь, убивая легкие судмедэксперта. Пытаясь подавить рвотные позывы, он прикрыл рот рукавом и выскочил из автобуса. — Я не могу… Юнги поднял красно-белую ленточку, и чуть ли не бегом бросился к карете скорой помощи, не в состоянии выдержать всего этого. Он самостоятельно взял небулайзер и судорожно начал вдыхать в себя кислород, оперившись о заднюю дверцу машины. Да, Юнги был профессионалом своего дела, но он не мог просто смотреть на это всё. Зная, что так и не смог помочь тем детям. Детям, которые ещё не повидали мир, которые отчаянно звали своих родителей в последние секунды своих жизней. Кажется, эти мысли уже начали разъедать его мозг. Между сторонами ничья. Хосок дёрнулся следом за Юнги, хотя прекрасно знал, что сейчас его лучше не трогать. Но оставить его одного он тоже не мог, как и смотреть на этот обгоревший кусок железа. Хосок просто держался рядом, пытаясь таким способом выразить свою поддержку. Ему тоже было нелегко. Взрыв навёл на воспоминания из прошлого, которые болезненной пульсацией, давали о себе знать, как страшно ему было тогда. Но сейчас нельзя было позволить себе поддаваться страху и панике. Это уже были отсылки из прошлого, которые не имели права даже как-то врываться в настоящее и портить будущее. В данной конкретной ситуации страдал его близкий… друг, которому нужна была помощь. И для этого Хосоку нужно было сделать всё возможное, чтобы прекратить его мучения. Тэхён без особых колебаний молча занялся работой, которую даже не смог начать Юнги. Многие впечатлились его внешнему спокойствию и сдержанности, хотя, за этим очень тщательно скрывалось подавленное состояние. Его отточенные годами движения не были хаотичными или неловкими. Они были чёткими, быстрыми и систематизированными. Как бы ни хотелось этого признавать, но справился он на отлично. В прочем, как и всегда.