Зодиак

Как только Чонгук вошёл в офис и подошёл к своему столу, он скинул с себя верхнюю одежду, поставил сумку на стул и пошёл по направлению к моргу. Он знал, что Тэхён также рано приходит на работу, как и он сам, поэтому был уверен, что Тэхён был уже на своём рабочем месте. Распахнув дверь в секционную, Чонгук осмотрел помещение и, не найдя глазами Тэхёна, он пошёл в комнату для персонала. Когда Чонгук, даже не постучавшись, ворвался не на свою территорию, он застал Тэхёна за весьма странным занятием, объяснения которого поддаются только ему. Тэхён стоял возле своего шкафчика и отпаривал свою рабочую робу. — И тебе добрая часть суток, следующая за ночью и предшествующая дню, — проговорил Тэхён и прочитал в глазах Чонгука вопрос, который он пытался донести своей мимикой, мол, что за хрень. — Что? Не люблю мятые изделия, особенно на себе. В чём дело? — Как бы мне сейчас не хотелось этого говорить, но нам нужно проверить Джина в первую и самую быструю очередь, — Чонгук наконец отлип от дверной ручки и прошёл внутрь. — Неожиданно, — Тэхён отключил отпариватель и положил его наверх шкафчика. — Могу я узнать, что поспособствовало твоему решению? — Он вчера приходил домой, — Чонгук начал ходить туда обратно, приложив руку к подбородку. — И? — Тэхён плавно поднял одну бровь вверх. — Что и? Он всё знает. Он установил маячок в моём на телефоне и, скорее всего, дома стоит прослушка или что-то в этом роде. И вёл он вчера себя максимально странно. — Отлично, — обречённо вздохнул Тэхён. — Теперь и твой дом считается небезопасным местом. — Да, нужно снять номер в отеле, — согласился с ним Чонгук. — Лучше бы, конечно, снять всё средство размещения, состоящее из определённого количества номеров, имеющее единое руководство, предоставляющее набор услуг, но остановимся пока на номере. Предоставь это мне. Я изучу эти средства размещения и их строение. Нам нужно такое место, которое будет больше походить на хорошо укреплённое защитное или оборонительное сооружение, чаще всего подземное. — У меня такое ощущение, что мне всё это снится. Не слишком ли мы придаём этому значение? Может нам всё это кажется и мы себе просто навыдумывали лишнего? Как будто уже крыша едет... — Всё взаправду, Чонгук... — Тэхён похлопал его по плечу. — Постараюсь до времени суток, следующее за днём и предшествующее ночи найти подходящий вариант. Адрес скину сообщением. — Хорошо, а то я... — Вот ты где! — внезапно зашёл Юнги, прервав речь Чонгука и обращаясь к нему. — Тебя обыскались уже все. Ну-ка быстро к Намджуну! — А что случилось? — Иди давай, тебе там всё расскажут, — Юнги махнул рукой в сторону выхода. — Ладно, — ответил Чонгук и кивнул Тэхёну, прежде, чем покинуть комнату для персонала. — А я всё думал, почему у тебя одежда всегда глаженная. Ты такой мерзкий... — сморщился Юнги, осматривая одежду. — Теперь буду специально мять твою одежду. — Зачем? — с полным недоумением посмотрел на него Тэхён. — Ты меня просто бесишь, — пожал плечами Юнги. — Давай заканчивай, уже свежачок привезли. — Уже иду, — воодушевился Тэхён.

***

Тэхён изучил достаточное количество отелей и остановился на нужном ему варианте. Он успел сделать это даже быстрее, чем он предполагал, поэтому уже после трёх часов дня Чонгуку уже пришло сообщение с адресом. Встретившись в столовой, они решили, что поедут на двух машинах, в разное время и встретятся уже там. Чонгуку нужно было заехать домой переодеться, как и Тэхёну, и взять с собой необходимую аппаратуру. Когда Чонгук приехал в отель, подошёл к ресепшену и попросил ключ от номера, администратор как-то косо на него посмотрела и даже брезгливо протянула ему ключ. Чонгуку это показалось странным, но он решил не предавать этому особого значения. Мало ли что могут делать два взрослых мужика в отеле. Ей то какая разница? Чонгук зашёл в нужный номер, и когда видел уже ждущего его Тэхёна, то закрыл за собой дверь на ключ. Отель был очень удобен по многим причинам: можно остаться на ночь, если надолго засидеться; заказать еду в номер и не тратить время на её приготовление, да и до работы ближе, если заранее подготовиться и взять с собой всё необходимое. И, кажется, именно в этом отеле идеальные условия для расследования, раз Тэхён выбрал именно его. Они решили не терять времени зря, поэтому Чонгук, как только пришёл, подключил два ноутбука к питанию (себе и Тэхёну), после чего начался поиск информации о Джине. Они начали с самого начала его карьеры. Где учился, какие квалифицирующие навыки получал или повышал. Где работал, с кем работал, психологическое и физическое состояние и прочее. На изучение ушло пару часов, прежде чем Тэхён начал задавать вопросы. — Чонгук... — Тэхён жестом руки подозвал следователя к себе, поскольку тот стоял возле тумбочки, и, нахмурившись, указал на экран. — Что за бред... Почему здесь указано, что Джин во время операции по освобождению лиц, насильственно задержанных в обеспечение выполнения каких-либо обязательств или требований государством или организацией, к которым данные лица принадлежат, убил своего супруга, который являлся одним из субъектов, который в свою очередь выполнял определенные действия, направленные на устрашение и насилие? Чонгук тут же напрягся и плотно сомкнул челюсть. Он знал, что эта информация, так или иначе, бы всплыла, но как объяснить всё это Тэхёну — Чонгук не имел понятия. Он налил себе стакан воды и приземлился обратно на своё новое и временное рабочее место. — Это не бред и я бы хотел пропустить эту часть его истории. — Но мы изучаем совокупность документов и материалов, относящихся к делу Джина — твоего друга, с которым у тебя завязались личные, устойчивые отношения на основе: симпатии, уважения, общих интересов, духовной близости, взаимной привязанности и понимания, — не сдавался Тэхён. — Мы это делаем вместе, так почему между нами должны быть какие-то секреты или пробелы? — Просто там нечистая история, — Чонгук чуть прокашлялся и сделал глоток воды. — Джина серьёзно подставили. Я не буду сильно вдаваться в подробности, но там всё так обставили... — Чонгуку совсем не хотелось распространяться на эту тему. Его ломало, как наркомана, которому была необходима новая доза. Он через силу пытался вытолкнуть из себя, по сути, засекреченную информацию, которую ему нельзя было рассказывать никому. Он наступал себе на собственное горло. — Джин думал, что вместе с группой захвата, они штурмуют дом, который захватили террористы и взяли в заложники пятьсот человек. Среди них были все: и мужчины, и женщины, и дети, и все они были разных возрастов. Но, как оказалось, это всего лишь был муляж. — Что это значит? — Тэхён будто нахмурился ещё больше. — То, что весь этот террористический акт был подстроен. И когда Джин вместе со своими ребятами расстреливал террористов, то он даже не был в курсе, что под маской среди них скрывался его муж. Там всё очень сложно, — Чонгук нервно протёр лицо рукой и тяжело вздохнул. — Джин перешёл дорогу не тому человеку, потому что поступил по справедливости, в итоге ему таким образом отомстили. — Так отвратительно... — чуть ли не прошептал Тэхён и взглянул на Чонгука. — За то, что ты делаешь во благо, приходится платить... Мне очень жаль, что так вышло, — он тяжело вздохнул и, немного переварив информацию, призадумался. — Как ты думаешь, это могло как-то повлиять на него? — Не знаю, но лучше проверить, — Чонгук отставил стакан воды в сторону и принялся что-то печатать на ноутбуке. — Ты изучи все справки о его состоянии здоровья, а я пока изучу данные с камер определённых дней. Хосок научил меня парочкой приёмов, так что взлом системы теперь для меня не проблема. — Я, надеюсь, ты этим не злоупотребляешь, — Тэхён скептично посмотрел на него. — Нет, конечно... — заверил его Чонгук и следом пробубнил. — Как только научусь заметать за собой следы, тогда уже посмотрим.

***

Юнги пару часов назад остановил свою машину возле дома Хосока. Он сидел и ждал, пока старший следователь вернётся со своей смены домой. Юнги долго думал над тем, как ему поступить. Начинать ли этот разговор или всё же стоит подождать с этим. Но времени оставалось всё меньше, а решения так и не поступало. В итоге Юнги для себя решил, что Хосок, хоть для него и много значил, но он чувствовал, что с Намджуном ему будет безопаснее. Он обязательно вернёт его доверие, даже если потребуется не малых усилий и времени. Он знал, что у них всё наладится. Поэтому, имея уважения к обоим мужчинам, и, в том числе, к себе, он репетировал речь, которую прокручивал у себя в голове несколько дней, смотря на себя в зеркало заднего вида. Когда Хосок появился в зоне видимости, Юнги нервно выдохнул, крепко сжав руль, вышел из машины и пошёл в его сторону. — Привет, — только и смог выдавить Юнги. — Привет, — безразлично произнёс Хосок. — Что ты здесь делаешь? — Тебя жду, — Юнги пожал плечами и посмотрел на пакет с продуктами. — Ты с магазина? — Да, в холодильнике ничего нет, поэтому решил прогуляться, — Хосок засунул руки в карманы куртки, из-за чего пакет громко зашуршал. — Что-то случилось? Почему ты здесь? — брови Хосока слегка сдвинулись к переносице. Юнги сперва помотал головой, затем пожал плечами, потом и вовсе опустил голову. Он совсем забыл о том, что нужны стальные яйца и огромная храбрость, чтобы сказать человеку в лицо, что всё кончено. — Хосок, я... — Не надо, — тут же остановил его старший следователь. — Я понял, что ты хочешь сказать мне и я не хочу этого слышать. Хосок хотел было уже двинуться в сторону дома, но Юнги приостановил его рукой и перегородил собой путь. — Нет, мне нужно тебе это сказать, — Юнги тяжело выдохнул и поднял наконец взгляд на Хосока. — Я люблю и уважаю тебя, правда. Поэтому я здесь, чтобы сказать тебе это в глаза, а не как последняя трусливая скотина избегать этого неизбежного разговора. Я долго думал как поступить, Хосок, но решил, что правильней будет, если я останусь с Намджуном. Ты эмоционально зависим мной, а я тобой. Это ненормально и это я говорю сейчас как человек, получивший квалификацию психолога. Нам действительно лучше разойтись, как бы больно нам обоим не было, — Юнги ещё раз тяжело вздохнул, пытаясь согнать подступающие слёзы и проглотить ком в горле, который образовался после слов «я люблю тебя». — Надеюсь, ты когда-нибудь поймёшь меня и простишь. Хосок всё это время молча стоял и слушал речь Юнги, которая явно шла от всего сердца. Он это чувствовал. И если Юнги так решил, значит так тому и быть. Любимый человек не хочет быть с ним, а насильно заставлять его быть рядом у Хосока никогда не было привычки. — Я тебя услышал, — сказал Хосок, задержав свой взгляд на лице Юнги. Он посмотрел на него, как в последний раз, и, не проронив больше ни слова, обогнул парня и пошёл к своему дому. Юнги остался стоять на месте, как вкопанный. Он ожидал многого. Хотя бы тот же скандал или разбирательство с вопросами: «почему?», «да как?». Но к спокойному принятию обстоятельств, он совершенно был не готов. Хосок уже давно скрылся за дверью, а Юнги всё продолжал стоять на дороге и осмысливать то, что он сделал. Что теперь и как будет — неизвестно. Остаётся лишь плыть по течению, а там будь что будет. — Я поступил правильно. Я поступил правильно. Я поступил правильно, — проговаривал это как мантру Юнги, возвращаясь к своей машине. — Иначе всё вскроется и последствий будет не избежать. Извини Хосок, но так будет лучше для моей безопасности.

***

— Твою мать, вот я так и знал! — Чонгук треснул кулаком по столу и вскочил с кровати. — Что ты знал? — чуть вздрогнул Тэхён от резкого звука. — Я ведь думал, что он успокоился, но нет... Не хватило ему, — эмоционально жестикулировал Чонгук. — Да что случилось то? — Тэхён тоже вскочил со своего места. — Джин вновь начал вести расследование! — Какое? — не понял Тэхён. — По тому террористическому акту. — Так, — вздохнул Тэхён. — Не заставляй меня каждый раз задавать тебе вопросы, чтобы по итогу их возникало ещё больше. — Джин никогда не хотел оставлять это всё просто так. Убийство мужа, — тут же пояснил Чонгук, как только Тэхён хотел открыть рот. — Поэтому он выслеживал тех, кто работает на того, кого он посадил и просто-напросто казнил их. — А не проще было просто лишить активную форму существования материи, которая в обязательном порядке содержит в себе все «свойства живого» того, кого когда-то Джин отправил в пенитенциарное учреждение: место, где люди содержатся в заключении и, как правило, лишены целого ряда личных свобод? — предположил Тэхён. — Ты не понимаешь. Все эти люди, даже, если главный, каким-то образом, исчезнет, они всё равно будут преданы ему. Всю оставшуюся жизнь. Это как мафия. И Джин когда-то решил искоренить всех, чтобы не осталось никого, дабы тот чувак не смог приказать своим людям убить Джина или того, кто ему дорог. — Тебя? — правильно подметил Тэхён. — Именно, — кивнул Чонгук. — Почему тогда он продолжил сейчас? — Не знаю, — помотал головой Чонгук. — Надо его предупредить. Сказать, что он засветился кое-где, — он взял телефон и начал искать контактный номер Джина в записной книжке. — То есть, это всё? Мы теперь больше не рассматриваем Джина как подозреваемого? Вот так просто? — Тэхён с удивлением уставился на Чонгука. — Ты мне веришь? — серьёзно проговорил следователь. — Чонгук, ты опять?! — Тэхён сморщился и отвернулся от него. — Ты мне веришь, я спрашиваю?! — надавил на него Чонгук и услышал тяжёлый вздох. — Да, я тебе верю, — ответил Тэхён, сомкнув губы в одну линию. Он не любил, когда на него давили и манипулировали. — Тогда, можешь выдохнуть. Джину бессмысленно заниматься убийствами, которые совершал Зодиак, — Чонгук внезапно остановился и застыл как каменный. — Если только... — Алло? Да, Чонгук, — доносилось из телефона, в котором слышался отчётливый голос Джина. — Если только что? — шёпотом спросил Тэхён. Чонгук уставился в одну точку, пытаясь обработать только что поступившую ему информацию в мозг. Он посмотрел на телефон и чуть прокашлялся. — Алло, Джин, это ты что ли? Не тому набрал, извини, — он скинул трубку и сжал телефон в руке. — Если все эти люди не принадлежат тому человеку, которому Джин однажды перешёл дорогу... — И как это проверить? — уже как-то обеспокоенно спросил Тэхён. — Наверное, по камерам, — Чонгук чуть ли не подбежал к ноутбуку и быстро начал что-то печатать. — Понять, что это люди того человека мы всё равно не сможем. Они хорошо шифруются и у них там есть какой-то свой кодекс. Нужно посмотреть где во время убийств находился Джин и чем он занимался. А также изучить дела убитых более досконально. Я теперь не усну, пока не узнаю информацию подробнее.