Не по сценарию

Что происходит? Я поймала себя на мысли, что стараюсь дышать как можно реже, прижатая тяжестью тела Чаглара к жёстким, шершавым доскам на полу. — Дениз? Он оторвался от вылизывания моей кожи на плече и замер надо мной в вопросительном молчании. — Ты ничего не скажешь? Я шумно выдохнула, ошеломлённая его напором минутой ранее и ощущая всю силу желания, которую он выразил словами, и с которой я теперь прикасалась… физически. — Я… я… это всё немного неожиданно для меня, – мой шёпот отрешённо звучал в темноте. Он рассмеялся, утыкаясь щетинистым подбородком мне в ухо. Его шумное дыхание обжигало, а от лёгкого покалывания коротких волосков над его губами по моей коже разбегались приятные электрические волны. Я почувствовала прикосновение его нежных рук к моей талии, Чаглар перевалился на бок и устроился рядом со мной, продолжая целовать в шею. — Тебе приятно? Я сжала губы, пытаясь подавить стон. Он ещё спрашивает! Его ладонь скользнула выше, медленно продвигаясь по коже живота неотвратимо вверх. — Ты хочешь продолжения? Я знала, куда направляется эта рука. О, нет-нет-нет, если она достигнет своей цели – всё пропало! — Я… – задыхаясь, бормотала я. – Я не уверена… в этой обстановке… и мы ещё не разговаривали на тему… на тему… Горячая ладонь замерла в районе моего солнечного сплетения. Чаглар хмыкнул: — На какую тему, Дениз? Собраться с мыслями, собраться с мыслями. На какую тему? — Ну, на тему наших прошлых… отношений. Я почувствовала на том месте, где недавно был пылающий жар его пальцев лишь холодящую пустоту. Чаглар убрал руку. — Что ты хочешь знать о моих прошлых отношениях? – сухо спросил он. Кажется, ты опять облажалась, Дениз. — Я думала, что… ты захочешь узнать о… моих. — Если бы я хотел этого, давно бы спросил, ты не находишь? Да, наверное. Должно быть, он разозлился. Конечно, разозлился. Я закрыла глаза и легонько приложилась затылком о палубу. Дура. Этот неожиданный (довольно ожидаемый, Дениз, для всех нормальных людей, конечно же, но не для тебя) поворот наших отношений настолько выбил меня из колеи, что я начала нести всякую чушь. Чтобы оттолкнуть его? Охладить? Может, я действительно ещё не готова к «продолжению»? — Хорошо, – послышался ровный голос Чаглара, – я не буду тебя мучать. Я чувствую, что тебе сейчас немного не по себе. Спишем это на внезапность моего э-э… наступления. Смесь облегчения и разочарования накрыла меня. Я лежала в полной прострации, взирая в пустоту. Если ты, идиотка, хотела этого, то зачем раскрывала свой рот? А если не хотела, почему не остановила его, пока всё не зашло настолько далеко? Хотя, это ещё не далеко, хмыкнула я про себя. На нас хотя бы осталась часть одежды. Я явственно ощутила что-то твёрдое, впивающееся мне в левое бедро. Ох, нет, далеко. Слишком далеко, очень! — Это просто не то время и не то место, – озвучил мои мысли Чаглар. — Прости.. – выдохнула я и обняла его за шею. — Я не хотел бы, чтобы ты извинялась. И я не допущу, чтобы с тобой это было неправильно. Чтобы было не так, как ты хочешь. Мы лежали в обнимку, слушая дыхание друг друга, и молчали, думая каждый о своём. Или об одном и том же? В такие моменты я жалела, что не обладаю даром читать чужие мысли. Внезапно раздался звонок сотового Чаглара. — Жив ещё?.. – с недоверием проворчал он и полез в карман своих спортивных брюк. Он вытащил смартфон и улёгся на спину, а я, немного поразмыслив, придвинулась ближе и положила голову ему на грудь, соприкасаясь с ним своим наполовину обнаженным телом, чтобы прислушиваться к его голосу, доносящемуся сквозь учащённое биение сердца. — Да, сестра. Да, всё в порядке. Не переживай. Ты как? Мы в безопасности. Где-то в Бешикташе, не знаю, где именно. С каждым его словом моя голова чуть приподнималась в такт движению его тела, я как будто качалась на волнах убаюкивающих хрипловатых звуков, доносящихся из его груди. — Береги себя. Целую. Чаглар немного помолчал, а потом вновь заговорил: — Когда такое творится вокруг, я даже не вспомнил о своей сестре, не поинтересовался, как она, вдруг пострадала? Это даже не пришло мне в голову и теперь я стыжусь. Я провела рукой по редким волоскам на его груди. — Иногда я думаю, что не заслуживаю тебя, настолько ты и твои поступки восхищают меня, что мне кажется, я никогда не стану тебе ровней. — О, – пропел Чаглар, – что это у нас за минуты откровений? — Ты первый начал. Признание за признание. — Мне, в принципе, нравится, – хитро прищурился он. – В какой-то степени, это сближает даже больше, чем секс… Его слова утонули в звуках рингтона. — …и хорошо, что мы им не занялись, потому что нам всё равно бы не дали побыть наедине, – со смехом закончил он. И пока я хрюкала в полумраке от смеха и возмущения, он серьёзным голосом произнёс в трубку: — Слушаю. Чаглар молча сопел и внимал собеседнику на том конце провода, изредка прерываясь на невнятное мычание, затем прошептал что-то вроде «Господи, помилуй» и нажал на отбой. — Это со съёмочной площадки, Серкан. — Ассистент Гёкчен? – уточнила я. — Да. Там во время бури разметало знатно, аппаратура пострадала в саду, у самого Особняка что-то на фасаде отвалилось. Я тихо вскрикнула, зажав рот рукой. — Никто не пострадал, надеюсь? — К сожалению, несколько ребят-техников с травмами. Их сейчас повезут в больницу. Из актёров – никто. — Ох. Мы, не сговариваясь, прислушались к тому, что происходило снаружи. Дождь стихал, ветер по прежнему трепал незакреплённый край брезента, но гораздо слабей, чем полчаса назад. — Кажется, проходит, – констатировал Чаглар. Я чувствовала, как что-то происходит в нём, о чём он не решается мне сказать. — Ты хотел бы быть там? — Что? – удивленно произнёс он. — На площадке. Хочешь туда? — Нет, я не могу оставить тебя. Нам нужно выбраться отсюда, возможно в городе перебои с транспортным сообщением, и я должен доставить тебя домой. Я нащупала рукой его ладонь и сжала её. — Послушай, у меня есть план. Ты сказал, мы где-то в Бешикташе. Здесь, недалеко от пролива, живёт Демет. Я так давно с ней не виделась и хотела бы навестить. Ты мог бы проводить меня туда, а сам поехать помогать разбирать последствия бури в Особняке. Я же вижу, у тебя сердце не на месте. — Конечно, не на месте, пострадали хорошие ребята, мои друзья… И вообще, сейчас там каждая пара рук на счету. Но… Ты уверена? Без телефона, вся промокшая... Нет, я не могу так. — Уверена, – кивнула я. – Дем позаботится обо мне. — А если её нет дома? — Я могу позвонить и спросить, дома ли она. Я знаю, у тебя есть её номер, хотя я и так помню его наизусть. Чаглар недоверчиво прищурился: — А что ещё ты знаешь? — Много чего! – я сделала невинные глаза и протянула руку за телефоном. – Ох, всего пять процентов? Ты скоро сам останешься без связи. Я открыла его телефонную книгу и нашла там заветный набор цифр. — Не буду мешать, – шепнул Чаглар мне куда-то в район шейных позвонков. – Пойду посмотрю, что снаружи делается. Я непроизвольно поёжилась от внезапно обострившейся реакции всех моих нервных окончаний на этот шёпот. Откинутый Чагларом край брезента впустил в лодку свежий воздух и дневной свет, и до меня дошло, что я попрежнему сижу на палубе топлесс. — Алло? – услышала я удивленный голос Демет в трубке. — Привет, Дем. Это Дениз, - стыдливо прикрывая грудь рукой, пролепетала я. Спустя пять минут брезент над моей головой откинулся посильнее и внутрь заглянули любопытные голубые глаза. Я как раз закончила разговаривать и пыталась натянуть на себя насквозь промокший предмет женского туалета. — Помочь? – сдерживая улыбку, поинтересовался Чаглар. — Ты определенно хорош в снятии, не спорю, но вот в надевании… Имею сильные сомнения. — У меня много разных талантов, – он театрально поиграл бровями. – Надеюсь, тебе ещё представится случай в этом убедиться. Я густо покраснела и отвернулась, чтобы нахал ничего не заметил. Ну почему в каждом его слове я слышу определённый подтекст? Может быть, потому, что он его туда вкладывает? — Ох, ты точно заболеешь! – продолжал Чаглар, хмурясь. – Ты дозвонилась? Что сказала Демет? — Она зашла домой как раз за несколько минут до начала ливня. И она ждёт меня. — Отлично. Дождь закончился. Одевайся и пойдём. Я закончила с бюстгальтером и натянула тунику, ощущая озноб на коже от прикосновений к холодной материи. Выбравшись из лодки, я протянула Чаглару его толстовку. Он накинул её мне на плечи, но это мне не слишком помогло. Утопая в сыром песке по щиколотки, мы добрели до узкой крутой лестницы, ведущей наверх, в старый неухоженный парк. Преодолев все ступеньки не без посторонней помощи, я немного согрелась. Чаглар выглядел бодрячком, словно этот подъем в несколько десятков метров по каменной лестнице без перил нисколько его не утомил. — Ты в хорошей форме, – отвесила я ему комплимент. — Спасибо, ты… – он скользнул взглядом по моей груди, облепленной влажной тканью, – тоже. В смысле, твои формы… Они… э, хороши. Он выразительно причмокнул. Пока я раздумывала, куда будет эффективнее стукнуть господина нахала, Чаглар схватил меня за руку и быстро повёл по заросшей дорожке, мимо огромных деревьев с покорёженными стволами. — Жуткое местечко, – прошептала я. Всюду валялись большие и маленькие сломанные ветви, упавшие с деревьев, иногда их было так много, что приходилось обходить образовавшийся на дороге завал. Буря разметала мусор и сучья по всему парку, и это выглядело так, будто здесь бушевало торнадо, оставившее после себя только хаос и разрушения. Ограда парка, состоявшая из толстых железных прутьев, местами зияла внушительными дырами. Сквозь деревья и высокие, раскидистые кусты стал проглядываться жилой район, состоящий из трёх- четырёхэтажных разноцветных построек. Я начала немного ориентироваться на местности, и мне показалось, что однажды мы с Дем даже проезжали мимо этого парка, хотя я, конечно, могла ошибаться. — Дальше куда? – спросил Чаглар, когда мы выбрались через широкую брешь в ограде на узкий тротуар возле проезжей части. Я огляделась по сторонам. На улицах было совсем безлюдно и даже спросить дорогу было не у кого. — Подожди, у меня же есть карта в телефоне, – догадался Чаглар. — Батарейка сядет, – вздохнула я. — Ничего, что-нибудь придумаем, – он полез в меню смартфона, выискивая нужное приложение. — Постапокалипсис какой-то. — Нервничаешь? Я с тобой, любимая, – произнёс Чаглар и я зависла. – Какой адрес? Дениз, ты слышишь меня? Адрес какой? Я очнулась и спешно выхватила у него телефон из рук. — Нам туда, кажется, – задумчиво сделав оборот вокруг своей оси, я повернулась направо. — Смотри, вывеска. «Ремонт телефонов», – обрадовался Чаглар. — Что ты хочешь отремонтировать? – задала я вопрос в его уже убегающую спину. — Давай быстрее, – он взял меня за руку, чтобы перевести через абсолютно пустынную дорогу без единой машины. – У таких ребят всегда в продаже есть пара-тройка аппаратов б/у. — Наверняка ворованных, – проворчала я. Чаглар обернулся и осмотрел меня с ног до головы. — Моя ворчунья, – сказал он с придыханием. – Дай угадаю, замёрзла, проголодалась и хочешь… э… ласки? — Это ещё что за экскурс в мужскую психологию? – возмутилась я. – У нас, женщин, знаешь ли, все не так приземлённо, нежели у вас, грубых мужланов. — Ой-ой-ой, – протянул Чаглар, – да ставлю последние штаны на кон, зефирка моя возвышенная, что если тебя сейчас хорошенько покормить, уровень твоего недовольства окружающим миром спадёт на нет. Мой желудок действительно начало подводить от голода и я недовольно поджала губы. А упоминание о зефире только разожгло мой аппетит. Я не придумала ничего лучше, чем фыркнуть и отвернуться. Чаглар захохотал. — Лучше тебе подождать здесь пару минут, – сказал он останавливаясь возле низких ступенек, ведущих в полуподвал к ремонтникам телефонов. – А то вид у тебя, скажем прямо… Он замялся и я вспыхнула. — Ладно. Только недолго. Чаглар быстро чмокнул меня в нижнюю губу и скрылся за железной дверью. Пока я, покачиваясь на ветру, смаковала его последнее прикосновение ко мне, он вернулся, неся в руках трофеи. Это были две старые модели сотовых со вставленными в них сим-картами. — Один тебе, один мне, – весело сказал Чаглар. – Подожди, я сохраняю тебе этот мой номер. — Они без коробок и зарядок. Точно ворованные. — Они заряжены, батарейки должно надолго хватить. До завтрашнего дня, как минимум. И зачем тебе коробка? Я пожала плечами. Он протянул мне один из телефонов. — Будь на связи, пожалуйста. Я засунула подарок в задний карман джинсов и, привстав на цыпочки, поцеловала Чаглара в щёку. — Спасибо. — За что? – искренне удивился он. — За то, что ты есть. Мы разыскали дом Дем через 15 минут блужданий по кварталу. — Как же ты доберёшься до площадки? – спросила я, возвращая ему почти просохшую толстовку. — Не волнуйся за меня, – он обвил руки вокруг моей талии и притянул к себе. – Я позвоню тебе оттуда, хорошо? — Обязательно позвони. Чаглар обхватил мой подбородок ладонью и поднял его вверх. Его губы медленно впечатались в мои, а язык коснулся моего языка и плавно начал своё томительное движение. — До встречи. Я люблю тебя, – сказал он, когда нам всё же удалось оторваться друг от друга. — И я тебя люблю, – прошептала я в ответ. Я стояла на серых бетонных ступенях многоквартирного и многолюдного дома, отчаянно борясь с подступающим к горлу одиночеством, глядя на удаляющуюся от меня прочь мужскую фигуру.