Одноглавка.
"Здравствуй моя милая, Прости меня. Прости меня за то, что я врал тебе, за то, что скрывал от тебя все это, хотя ты была самым родным мне человеком. Прости за то, что не хотел делать тебе больно, когда ты носила нашего малыша. Прости, что злился на тебя, когда ты спрашивала об этом. Прости меня, умоляю. Ты помнишь, как мы познакомились, малышка? Это было пять лет назад. Тебе было всего лишь девятнадцать, а мне двадцать. Это было на концерте, ты смотрела на меня своими большими глазами и как ты любишь это говорить "умилялась". Я видел все, как в замедленной съемке. Вокруг тебя толпа кричащих фанаток, а ты посередине. Ты была в центре, центре моего мира и сердца, которое стало биться быстрее с того момента как я посмотрел в твои большие глаза. У тебя в руках была тетрадка, которую ты прижала в груди. Я даже помню во что ты была одета. На тебе была белая майка, и юбка до колен, она тоже была белая и на ней были такие большие красные цветы. А поверх майки джинсовая курточка с коротким рукавом. Ты была и есть самая красивая и милая девушка во всем мире, милая. Я пел тебе все свои соло в тот вечер, а потом пригласил к нам в автобус на наше первое свидание. Ты так волновалась, что перевернула тарелку со спагетти. Это было очень мило. Мы еще долго встречались, а потом я предложил тебе встретиться с моими родителями, а ты мне с твоими. Моя мама была без ума от тебя, мне даже казалось, что она любит тебя больше чем я, что было смешно, потому что я люблю тебя больше чем кто - либо другой. А потом я сделал тебе предложение. Мы тогда были на крыше у моих родителей, они как раз уехали в кино вместе с друзьями и я решил показать тебе мои старые фотографии. Ты была такой милой, что я не выдержал и закричал во весь голос, что я люблю тебя. Ты так испугалась, что соседи услышат, но мен было все равно, они могли делать все, что им угодно, но ни они, ни какой либо другой человек не помешают мне сделать тебя моей. Ты согласилась и в тот же вечер мы рассказали все друзьям и родителям. Тот вечер должен был быть самым прекрасным, пока ты не зашла в социальную сеть. Те люди… Они ужасны, я просто хочу, чтобы ты знала, что я буду с тобой, не смотря на все их угрозы. Ты всю ночь проплакала, а на следующий день удалила все свои аккаунты. Я был зол, я был зол на всех них, за то, что они не радуются за меня. Я поклялся, что если будет хоть один человек, который скажет что нибудь плохое о тебе, то я убью его или же ее. В тот день я впервые ударил фанатку. Она сказала мне, что ты меня не достойна и что ты уродлива. Она поплатилась за эти слова, мне жаль, что я ее не убил. К счастью Саймону нужен был мой талант, и он не дал никому посадить меня в тюрьму, а фанатки были настолько глупы, что поверили тому, что она пыталась меня убить. Тупицы. Через три недели ты, наконец - таки согласилась заняться со мной любовью. Ты была первой, с кем я чувствовал себя так хорошо, я боялся сломать тебя, ведь ты такая хрупкая. Представляешь, я не хотел затянуть тебя в постель. Это не было моей первой мыслью, когда я тебя увидел. После свадьбы, которая была скромной по твоему желанию, у нас была брачная ночь. А потом ты забеременела. Ты так боялась мне об этом сказать. Ты так боялась, что я уйду от тебя, что скрывала это так долго, как только могла. Дурочка. Я хотел этого, я хотел, чтобы у нас был малыш, или малышка. Я хотел, чтобы наша семья пополнялась. А через три месяца я узнал, что мне осталось совсем немного. Я плакал, я очень долго плакал и не знал что делать. Это бы убило тебя и моего малыша. Это бы убило всех. Поэтому я решил молчать. Я продолжал выступать, я держался, я пытался улыбаться сквозь ужасную боль в сердце, но, в конце концов, я не выдержал. Я рассказал об этом Луи. Я не мог скрывать от него, он мой брат, может и не кровный, но брат. Он сначала не поверил, но потом он понял, что это серьезно и вовсе не смешно. Мы плакали. Мы очень долго плакали, не смотря на то, что мы мужчины и вроде как не должны плакать. Врач сказал, что если я буду принимать таблетки и ходить на химиотерапию то я могу выжить, но надежды почти не было, поэтому я решил не делать всего этого, прости. Я не мог врать еще и самому себе. Сейчас я сижу на крыше нашего дома и пытаюсь решить, что мне сделать. Я не могу умереть от рака, вот просто так. Я не могу уйти таким молодым по этой причине, поверь мне. Но еще я не могу покончить с собой, это низко. Это мерзко. Я не могу представить себе тебя, на последнем месяце, входящую в ванную и видящую там меня, не дышащего меня. Это ужасно. Я просто засну, засну навечно. Прости меня. Я не хотел тревожить тебя. Я не хотел причинять тебе боль. Я трус, я не смог сказать тебе этого, но я спел тебе об этом, жаль, что ты не поняла намека. Я прошу тебя не ненавидеть меня, хотя ты должна. Я поступаю с тобой как последний урод. Прости. А еще прости меня за то, что я иногда был таким дураком. Прости за то, что когда ты спрашивала, как мое самочувствие я обзывал тебя, за то, что кричал на тебя. Прости меня за то, что ударил тебя. Я заслуживаю смерти. Помнишь, как ты обычно говорила мне, что все то, что делается или случается, то все к лучшему. Моя смерть одна из таких вещей. Я надеюсь, ты дашь Лиаму утешить тебя, он давно любит тебя, я знаю. Он рассказывал мне о том, как смотрел на тебя на том же концерте, я был не один парнем, который потерял от тебя голову, но ты предпочла меня. Я был не достоин. Я досих пор не достоин. Я желаю тебе всего самого лучшего, любимая. Я жалею лишь об одном. О том, что я никогда не увижу нашего сына. С любовью, навеки твой, Гарри."
