You can call me monster

5:00 — Срочно, реанимацию! — Есть шеф! , — прокричал весело практикант. *** — Не беспокойтесь, мы спасли её. Но пока она будет в больнице, с ней будет заниматься психолог. Нам нужно выяснить причину её попытки самоубийства. — Да, доктор, я всё оплачу, лишь бы моя сестра была жива. — Касса на первом этаже. *** Луна проснулась в белоснежном помещении. В правой руке была игла от капельницы. Слева, на тумбочке, стоял стакан воды. Девушка попыталась подняться, сухость во рту давала о себе знать, но неожиданно резкая боль пронзила её голову. Скрипнула дверь и в палату зашёл парень двадцати пяти лет. Луна перевела свой стеклянный взгляд на него. — Ты уже проснулась, молодец, я думал, ты будешь спать ещё день. Ты в рубашке родилась, тебе очень повезло. — Лучше бы не везло, — прохрипела она. — Я надеюсь на твою благоразумность, и ты не будешь снова накладывать на себя руки. Луна подняла левую руку и показала врачу «ок». Мужчина взял с тумбочки воду и подал девушке. — Спасибо. — Забыл представиться. Чан Ыну. Твой лечащий врач и психолог. — Супер, — безэмоционально сказала девушка. — Ладно, мне пора. Встретимся днём. Луна целый месяц лежала в больнице. И каждый день её вызывали «на допрос». Зачем? Почему? От чего? Девушка полностью игнорировала психолога. Свою философию Луна оставляла при себе. Каждый день Ыну разговаривал с ней, но девушка либо отмалчивалась, либо говорила невпопад. Врач не назначал ей таблеток, он будто чувствовал, что это будет только мешать. Луна нравилась ему внешне, но он хотел узнать её лучше, и не как врач, а как обычный человек. Он понимал, что у неё есть свои демоны в голове и она не хочет показывать ему их. На одном занятий у Ыну зазвонил телефон. Из динамиков раздалась песня группы EXO. » 눈동자의 호기심에 이미 넌 빠져들었고 Don’t be afraid, love is the way Shawty, I got it You can call me monster» Психолог поспешно отклонил звонок, выключил звук и принялся строчить сообщение. — You can call me monster, — спела девушка, — я тоже в некоторой степени похожа на монстра. Ыну отвлёкся. — Что ты сейчас сказала? — Ничего. Момент был упущен. Месяц проходил очень медленно. Луна начала думать, что время материально и может тянуться, как резина. Когда девушку наконец-то выписывали из больницы, Ыну пришёл попрощаться и сказал, что рад был познакомиться с ней, но не будет рад видеть девушку снова здесь и желает ей счастья. Прошло два месяца. Сирена. Скорая. Уже знакомая нам больница. Причина вызова — авария. Луну сбила машина… Скорее девушка бросилась под машину. Ни одного перелома или растяжения, только синяки и незначительные ушибы. Висящая на двери табличка с именем Чан Ыну. Время прошло полный оборот. Снова всё повторилось. Всё те же вопросы, и в ответ всё то же молчание. Девушка не хотела отказываться от своих взглядов, выходить из своего «кокона», а Ыну не знал как найти подход к столь молчаливому пациенту. Вскоре он понял, что первый должен открыться ей, и может тогда она ответит ему взаимностью. Их занятия, поначалу проходившие молчаливо, постепенно превратились в монолог одного человека. — Знаешь, ты напоминаешь мне наркоманов, с которыми мне пришлось работать. Они такие же отстранённые и немногословные. Но я вижу, что ты не такая, в тебе нет той холодности и мрачности. Может где-то в уголке твоей души ещё теплится надежда на лучшее. Несмотря на новую методику лечения, разговорить пациентку Чан Ыну не удалось. Луна была физически здорова. Она быстро восстанавливалась, и молодой психолог ничего не мог сделать, чтобы помешать её выписке, поэтому вскоре сестра забрала её домой. *** — Ты оказываешься в больнице уже третий раз!!! Тебя это ничему не учит?! Бог хранит тебя, а ты всё время пытаешься противостоят ему! Что с тобой?! Почему ты это делаешь?! Из глаз девушки полились ручейки слёз. Ыну подбежал и обнял её — Ну наконец-то, хоть какие-то эмоции, — сказал он облегчённо. Следующая неделя была неделей откровений. Девушка плакала «в жилетку» своему врачу, и чем дольше они проводили время вместе, тем всё больше и больше влюблялись друг в друга. Всё потихоньку налаживалось. Луна стала улыбаться и изредка смеяться с несмешных шуток лечащего врача. Проблемой их отношений стало признание. Признание в симпатии друг к другу. Что же им мешало? Их собственные тараканы в голове, и, конечно же, страх. Страх, что их отвергнут, не поймут, посмеются над их чувствами. Наверное, толчком к признанию тоже стал страх. Луну скоро должны были выписать из больницы, и она поняла, что может потерять ставшего ей почти родным Ыну. В день, когда у Луны было последний сеанс психотерапии, она решила действовать. Девушка очень волновалась. Перед тем как войти в кабинет, она задержалась на минуту в сомнении. Луна аккуратно вошла в белоснежный кабинет. Её волнение врач заметил сразу, оно проявлялось в том, что девушка заламывала пальцы на руках. Парень не понимал, почему Луна волнуется, но решил спросить её об этом позже. Его маленький план оказался неосуществим. Как только минутная стрелка остановилась на двенадцати, Луна после неловкой паузы выпалила: «Вы мне нравитесь, Чан Ыну.» — Ты же знаешь, что это не правильно. Тебе семнадцать, мне двадцать пять. Луна не стала слушать парня дальше. Она уже подбежала к двери, когда её схватили за локоть. Врач повернул девушку к себе лицом. — Ты меня не дослушала. Если общество считает это неправильным, это не значит, что я не хочу быть с тобой… Знаешь, ведь правила для того и придуманы, чтобы их нарушать. Ыну медленно приблизился к девушке и нежно поцеловал её в губы.