Полночь в Париже.

-Привет, самоубийца, я Полина… Скотт, немного опомнившись, открыл глаза, его взгляд был еще совсем затуманенным, но он смог разглядеть нежные черты личика девочки, белокурые волосы и выразительные глаза. Но пока что всё это было неважно, ведь в его мыслях всё еще витало желание покончить с собой, и уж какая-то студентка, что приехала в Париж из России, точно не могла отвлечь его внимание собой. Он посмотрел на нее с долей непонимания, всё еще не осознавая произошедшего: -Да отпусти ты меня, мне больно. И. и кто вообще тебя просил?! — он вырвал свою руку, отдаляясь в сторону края крыши. -Кто меня блять просил??? — она раздраженно толкнула блондина в стену, нависая над ним, — Да я спасла твою грёбаную жизнь, ибо если ты сам не в состоянии пережить то дерьмо, что произошло, это сделаю я. Полина вдавила коленкой в его животик, немного задевая член сквозь тонкие скинни, и неожиданно как и для неё, так и для самого Скотта, случился небольшой казус, что был ощутим и виден из-за столь тонкой одежды, хотя до этого парень считал себя геем и уж никак не ожидал такой реакции на совсем незнакомую девчонку. Он немного закашлялся, отстраняя блондинку от себя: -Кхм, — его мысли уже были заняты не одним лишь Митчем, а и тем, как исправить эту неловкость, щечки немного покраснели, а на лице появилась застенчивая улыбка, — Я… Полина ярко прочувствовала его большой и возбужденный член, что упирался о её коленку, но и сама пожелала как-то скрыть собственные ощущения и уж точно не показать желание наклониться перед Скоттом, либо встать на коленки. -П… почему ты хотел покончить с собой? — произнесла девочка, прижимаясь к Хоуингу. Немного вздохнув, Скотт усадил девушку на коленки, рассказывая историю их любви с Митчем. Уже через несколько часов и пару - тройку выпитых бутылок виски они смеялись, пошло шутили и шлёпали друг друга. Как вдруг их глаза встретились, а расстояние между губами сократилось до миллиметра. Скотт нежно обнял Полину за талию, страстно целуя в губы, он длился все дольше и дольше, до тех пор, как на губках стали появляться шрамики и потертости. Блондин оставлял небрежные засосы на шее девочки, спускаясь к ключицам, он ласкал ее грудь, вызывая тихое постанывание блондинки. Она обняла его ножками, лаская пальчиком промежность сквозь трусики, в то время как Скотт снимал ее платьице и нижнее белье. Хоуинг закинул обе ножки девчонки себе на плечи, плавно и глубоко входя, от чего Полина громко стонала ему на ушко. Блондинка прижималась к Скотту, чувствуя каждую частичку его тела, а он двигался всё резче, глубже, вдавливая в эрогенную зону. Полина изогнулась в спинке от столь надрывистых движений, вскрикивая от каждого толчка, она оставляла яркие кровяные засосы на его шее, всё сильнее и сильнее отдаваясь. Блондин притянул девочку за бедра, сделав пару резких движений, и кончил с громким стоном и матами. Он нежно целовал ее в губы, в то время как она кончила вслед за ним. Полина обессилено умостилась на груди Скотта, проводя рукой вдоль животика, она всё ещё не осознавала произошедшего, но ей это явно нравилось: -Чччто это было? - она взглянула на Скотта, прикусив губу. -Секс... или... что-то большее? - Хоуниг обнял ее за бедра, крепче прижимая, - однозначно что-то большее. -Что-то большее? Между... нами?