blue moon

POV Феликс Должен ли я считать себя бессовестным засранцем, стоя сейчас перед дверью комнаты Чанбина и Хенджина, и подслушивая разговор? Наверное, да, должен, тем более потому, что их ссора приводит меня в небольшой восторг и я почему-то ухмыляюсь, слыша, как они говорят друг другу неприятности. Я никогда не встречал кого-то похожего на меня. Я не говорю о предпочтениях в музыке, об одинаковых привычках или о глупых шутках, которые понимаем только я и... кто-то другой. Нет. Я никогда не встречал человека, который также сильно любит другого человека, как я люблю его. Не слышал прежде реальных историй о том, как кто-то просыпается с чувством вины, с чувством бездонной любви и сожаления. Я вообще не представляю, что кто-то может любить также сильно, как я. Любовь... Стараешься забыть, но воспоминания, полные улыбок, смеха и страсти поглощают тебя. Забыть трудно. Именно поэтому люди стирают хорошие воспоминания из своих мыслей, при этом выглядя так, словно это легко. Я, правда, стараюсь. Храню в себе только плохие воспоминания, только свои (не его) слезы, вспоминаю только свою боль, не думая о том, как больно я делал сам. И я не понимаю, почему люблю его все больше с каждым днем. Может, остаться друзьями не самая лучшая идея? Кто вообще остается друзьями после трех лет отношений? Кто... Мы. Мы остались. Кажется, я попросту трачу свое время на самобичевание, на вечеринки, на Айю, ведь единственное, о чем я должен думать, так это о песне, которую должен написать к финалу и получить чертов контракт на профессиональную запись альбома. И я поражаюсь себе, потому что, находясь с Чанбином, не нахожу это пустой тратой времени. Я счастлив быть с ним хотя бы на секунду, но мне стыдно потому, что это счастье я сравниваю с местью. Кажется, все, что я делаю: улыбаюсь ему, целую, смеюсь и чувствую себя лучше рядом с ним - это месть ему... Я не обманываю себя, говоря, что Чанбин нравится мне, но боюсь, что обманываю его. Я никогда не встречал кого-то похожего на меня... Да, я твержу себе эти слова, не признаваясь, что кто-то похожий находится рядом со мной.

***

Бинни так крепко обнимает меня, что я боюсь даже вздохнуть, чтобы не прервать его. Он так расстроен, и от части я могу его понять, потому что проходил через это. - Эй, тише, - шепчу я, немного отстраняясь и смотря в глаза парня. - Все будет хорошо, Бинни. Это ведь небольшая ссора. - Феликс, мне становится хуже, когда именно ты пытаешься меня успокоить. Чанбин садится на мою кровать и тяжело вздыхает, потирая пальцами глаза. - Извини, но что еще мне остается делать? - я развожу руками. - Что в таких случаях тебе говорит Минхо, Бриана и Уджин? Чанбин усмехается и поднимает взгляд на меня. Теперь я могу видеть, что его глаза полны слез, которые он едва сдерживает. - Бриана ничего не говорит и Уджин с Минхо тоже. Мы с Хенджином никогда не ссорились. - Никогда?! - Странно, правда? Я остаюсь на месте напротив Бина и скрещиваю руки под грудью. У меня нет ни одной мыcли о том, что сделать или что сказать. Наверное, я мог бы просто выслушать Чанбина и лечь спать, обняв его, чтобы он почувствовал себя лучше, но он ничего больше не говорит мне. После нескольких мгновений я начинаю чувствовать, что наше молчание затянулось и это немного напрягает нас обоих. Не успеваю я подумать о том, что делать дальше, как уже оказываюсь на коленях перед Бинни и целую его. Даже не представляю, как это вышло. Чанбин располагает свою ладонь на моем затылке и притягивает меня ближе, углубляя поцелуй, но даже в этом смелом жесте я могу чувствовать его вину перед Хенджином и отчаяние. - Бинни, подожди, - тихо выдыхаю я. - Прости меня. - За что? - он хмурится. - За то, что я не хочу быть с тобой сегодня, - монотонно произношу я, не сразу осознавая, как грубо это звучит. - Я имею в виду, что ты пару минут назад поссорился со своим парнем, а я будто по счастливой случайности оказался в соседней комнате. Это неправильно. Чанбин ухмыляется и закатывает глаза. - А прошлая неделя была правильной? - он изгибает бровь, нервно усмехаясь. Я встаю с колен и отхожу от Чанбина на пару шагов, зажмуриваясь, пытаясь привести мысли в порядок. - Ничего из того, что мы сделали не является правильным. И ты знаешь, я могу наплевать на любые принципы, потому что мне нравится быть с тобой. Но только не тогда, когда здесь Хенджин и ты, полный отчаяния. Я уверен, ты бы не пришел ко мне посреди ночи, не случись ссора между вами. Вы бы просто занялись сексом и уснули в объятиях друг друга, потому что вы скучали по этому. Извини, я не хочу чувствовать себя заменой. Чанбин опускает голову и коротко кивает. Я не знаю, насколько грубо или беспардонно звучал сейчас, но я сказал правду в надежде, что Бинни воспримет ее правильно. - Ты прав, Феликс. - вздыхает парень, вставая с кровати. - Ты всегда прав. Но ты никогда не был заменой. То, что произошло между нами не было каким-то хреновым продуманным мною или тобою планом. Это произошло случайно и мы решили поддаться этому. И не смотря на то, что я чувствую себя козлом по отношению к Хенджину, ты все еще нравишься мне. - Ты не можешь утверждать, что это не было моим планом, - усмехаюсь я. Парень немного хмурится и я успеваю разглядеть в его глазах секундный шок. - Плевать, даже если ты задумал это на мой счет. - улыбается Чанбин. - Тебе ведь хуже. - он обходит меня стороной, подходя к двери. - Как сильно ты будешь испытывать вину за то, что влюбил меня в себя? Я оборачиваюсь на него, затаив дыхание. - Влюбил? - переспрашиваю я. - Эм, нет, это образно, - растеряно отвечает он. - Но кто знает... Если продолжишь в том же духе... - То ты столкнешься со своим страхом, - пожимая плечами, перебиваю я. - Ведь это то, чего ты так сильно боишься, Бинни - влюбиться в другого. Чанбин улыбается, смотря точно мне в глаза. Отблеск от настольной лампы отражается в его больших глазах, они кажутся такими яркими и чистыми, это придает ему еще больше шарма и, черт побери, никогда бы не подумал, что Чанбин может выглядеть более милым, чем сейчас, когда он немного смущен. - Не знаю, что хуже: влюбиться в тебя или испытывать неполное ощущение симпатии, что, между прочим, не очень приятно, потому что, ну знаешь... будто от сильного чувства оторвали кусок, - тихо посмеивается Чанбин. - Ты разберешься с этим, - кивая, отвечаю я. - И все же ты не должен считать себя козлом. Парень издает насмешливое «пф», закатывая глаза. - Феликс, я изменил Хенджину. - Это не измена, - утверждаю я, подходя к нему ближе. - Уверен, даже если бы Айю тогда не прервала нас на самом пике, ты бы все равно не смог сделать этого. - Почему ты так уверен? Я тяжело вздыхаю, прежде чем произнести неприятны для себя слова: - Потому что ты любишь Хенджина больше, чем думаешь. Чанбин перестает дышать. Он пристально смотрит в мои глаза и медленно коротко кивает, снова признавая мою правоту. Я хочу, чтобы он остался сейчас, хочу лечь с ним в одну постель, включить фильм на ноутбуке и не досмотреть его. Как бы совестно мне не было, но, черт, я хочу чтобы он изменил Хенджину. Я хочу его. - Я, наверное, просто приму душ и пойду спать в гостиную, - тихо говорит Бинни, криво улыбаясь мне. - Прости, что потревожил. - Можешь тревожить меня когда угодно, но не делай это из мести Хенджину. Чанбин разворачивается к двери, открывает ее и замирает на месте, снова оборачиваясь ко мне. - Почему ты сказал о мести? - хмурится он. - С чего ты взял... До меня доходит, что я не должен знать причину их ссоры и начинаю нервно посмеиваться, мотая головой. - Просто предположил, Бинни, не бери в голову. - Ладно, - почти беззвучно произносит он. Улыбнувшись мне, он выходит из комнаты и направляется в ванную. Закрыв дверь, я лениво подхожу к своей кровати и падаю на нее спиной, раскидывая руки в стороны. Думаю, я идиот. И хуже всего, что идиот я в обоих случаях: я не позволил Чанбину остаться и я также был бы идиотом, если бы позволил. Потирая усталые глаза, я повторяю про себя: «Я хочу, чтобы все изменилось. Хочу выиграть финал, записать альбом и путешествовать по миру. Хочу оставить здесь Айю, оставить свои проблемы и воспоминания о нем», - но все это лишь беззвучные слова в моей голове. Сердцем я чувствую, как мне нравится быть здесь, все еще испытывать больную любовь к нему и проводить время рядом с Бинни. Я точно идиот. Стук в мою дверь заставляет меня резко подняться с кровати и усмехнуться, ведь в первую очередь я могу полагать, что за ней стоит Чанбин. Улыбаясь, я открываю ее и улыбка с моего лица в момент исчезает, когда я вижу перед собой Хенджина. Волнение сдавливает мою грудь и я начинаю нервничать. - Привет, - тихо говорю я. - Привет, - выдыхает он, переминаясь с ноги на ногу и смотря в пол. - Могу я войти? Я тяжело сглатываю и прочищаю горло. - Да, конечно. - впускаю парня внутрь и закрываю дверь. - Что-то случилось? - Ага. - Хенджин садится на кровать. - Бин не заходил к тебе? - Нет, - резко отвечаю я. Немного отведя взгляд от Хенджина, я замечаю позади него подушку Бинни и, кажется, я издал сдавленный писк сейчас, но к счастью, Хенджин не услышал. - Мы немного повздорили, а теперь я не могу найти его. Ни в гостиной, ни возле холодильника и даже в баре его нет. - У нас дома есть бар? - удивляюсь я, нервно ухмыляясь при этом. - Да, если маленькую тумбочку возле задней двери можно назвать баром, - усмехается парень, поднимая взгляд на меня. - Где он может быть? Я теряю все слова, мне остается только пожимать плечами и растеряно мотать головой. Мне нужно срочно что-то сказать Хенджину, только бы он не обернулся и не увидел чертову подушку. Буквально через несколько секунд из ванной комнаты (к счастью, это соседняя от меня дверь) раздается шум воды и я с облегчением вздыхаю. - Кажется, Бинни в душе, - говорю я, указывая через себя пальцем на дверь. Хенджин улыбается и, вздыхая, встает с кровати, обходя меня стороной. Пока он приближается к двери, я снимаю с себя футболку и бросаю ее на подушку, удачно скрывая эту улику. Снова оборачиваюсь на Хенджина и замечаю его удивленный взгляд в мою сторону. - Кхм, жарко, - смущено произношу я. - Да, точно, - монотонно отвечает парень, отводя взгляд от моего торса. - Ладно, я должен спросить тебя, иначе это будет мучить меня всю ночь. - он разводит руками и тяжело вздыхает. - Что-то происходит между тобой и Бином? Я даже боюсь представить, каким напуганным я выгляжу. Я снова выдаю нервные усмешки, нелепые жесты руками и беглый взгляд. Понимаю, что нужно взять себя в руки и со всей серьезностью ответить ему. - Нет, Хенджин, - тихо говорю я, смотря ему точно в глаза. - Ты же знаешь, я все еще люблю... - Я не хочу слышать об этом, Феликс, - перебивает брюнет. - Прости, но не сейчас, я и так по уши в драме с Чанбином. - Ладно. Подожди его в гостиной, думаю, он пойдет спать туда. Хенджин кивает и бросает на меня последний взгляд, прежде чем покидает комнату. Я возвращаюсь на кровать, закрываю глаза и тяжело вздыхаю. Мы почти были на крючке... Я едва не уснул, но смог вовремя открыть глаза. Из ванной уже не доносится шум включенной воды и я как можно аккуратнее открываю свою дверь, чтобы не издавать лишних звуков. Слышу тихую болтовню внизу и выхожу в коридор, садясь на верхнюю ступень и настраивая слух. - Чанбини, это просто гормоны пьяного человека, - жалобным тоном произносит Хенджин. Я немного отодвигаюсь от стены, чтобы видеть их. Бинни сидит на диване, а Хван улегся так, что его голова на коленях Чанбина. Бинни обнимает его... - Это оправдывает тебя, но ты знаешь, что сваливать вину на алкоголь - это неправильно. Плевать, сколько ты выпил, ты убеждаешь себя, что думал членом в тот момент, но на самом деле твой мозг работал куда лучше. Тихо усмехаюсь. Хенджин решил, что Бинни отчитывает его за «измену», но я знаю, он говорит о нас... - Оправдает ли меня то, что когда Рони отсасывал мне, я представлял тебя? Раздается смех Чанбина и я закрываю глаза, не желая больше слышать это. Но я продолжаю слушать. Смотрю на то, как Бинни наклоняется и целует его. - Я соврал, - шепотом произносит Чанбин. - Знаю. Я верю тебе всегда и во всем, но только не тогда, когда ты говоришь, что изменил мне. - Я бы не смог, - усмехается Чанбин. - Я люблю тебя больше, чем ты думаешь. У меня перехватывает дыхание и я резко встаю с лестницы, возвращаясь в свою комнату. Я начинаю ходить из стороны в сторону, периодически закрывая глаза и теряя равновесие. Я схожу с ума.

***

Каждому знакомо чувство, когда ты не хочешь никого видеть. Для этого не нужны причины, ты просто просыпаешься в плохом настроении, хочешь выпить кофе и выйти из дома, подышать свежим воздухом и проветрить голову. Мне повезло, что сейчас, спустившись на кухню, здесь находится именно Уджин, будь на его месте кто-то другой, я бы вышел из себя, но не показал этого снаружи. - Восемь утра, Фел, у тебя режим? - усмехается он, доставая из микроволновки пиццу. - Да, наверное, - отвечаю я, садясь за стол. - Разогреешь мне пиццу? Он ставит передо мной тарелку, кладет рядом салфетки и улыбается. - Бери мою. - Спасибо. Я не заметил, как обреченно и грустно звучат слова из моих уст. Это заметил Уджин, и поэтому он садится напротив меня, опираясь локтями на стол, и выжидающе смотрит на меня. - Что-то случилось? - спрашивает он. Я усмехаюсь, не поднимая глаз и ковыряя пальцами в пицце. - Случилось... Извини, Ким, но ты последний человек, с кем я хочу обсуждать мои проблемы. - Оу, что ж, ладно. - он встает и возвращается к своим делам с завтраком. - Так, у тебя есть проблемы? - Уджини, пожалуйста... - устало протягиваю я. - Нет-нет, я не прошу тебя рассказывать. Просто, думаю, я знаю, в чем дело. - Правда? - Да. Дело в Чанбине. Я округляю глаза и буквально давлюсь слюной, получая от Уджина обеспокоенный и в то же время удивленный взгляд. - Что? Чанбин? Не-е-ет. О чем ты? Уджин издает тихий смешок и пожимает плечами. - Не знаю, предположил, что он мог достать тебя за эту неделю. Я живу с ним довольно долго и поверь, первое время я не мог находиться с ним в одном помещении. - Ах, ты об этом, - бормочу я, минуя внимание парня. - Мне казалось, он твой лучший друг. - Так и есть. - кивает Ким, садясь за стол. - Мы с Чанбином даже ночевали друг у друга, когда были детьми. Тогда я мог выносить его, но когда он начал встречаться с Хенджином... Боже, они ведь одинаковые, - смеется он. - Представь, неугомонный Чанбин и его точная копия - я был готов умереть. Мне вдруг становится интересен этот разговор. Я откусываю кусочек пиццы и чувствую, что мое настроение приходит в норму. - Они так похожи? - Спрашиваешь... - Уджин закатывает глаза. - Думаю, засранец Хван подделал его под себя, ну, знаешь, у них одинаковые привычки, общие фразы, шутки. Раньше Чанбин был другим. - Тебе не нравится то, каким он стал? - хмурясь, спрашиваю я. Уджин на секунду теряется с ответом, но после он пожимает плечами и натянуто улыбается. - Мне нравится то, что он, наконец, стал счастливым. На свете нет более прекрасного человека, чем счастливый Чанбин. Знаешь, когда он улыбается, вокруг все будто становится светлее. - Его улыбка - заслуга Хенджина? - Я так думаю. Мне нравится так думать, иначе какой смысл? - Смысл в чем? - В том, что Хенджин постоянно в разъездах, а Чанбин сидит над гребанными песнями день и ночь. И когда Хван так или иначе присутствует в жизни Чанбина - он улыбается. - Уджин вздыхает, немного хмурится и мотает головой, будто отгоняя непрошеные мысли. - И я уже достаточно рассказал тебе, Феликс. Уджин берет кусок пиццы в руку и встает из-за стола, после чего запрыгивает задницей на кухонный гарнитур. Мне показалось или ему просто захотелось сидеть подальше от меня? - Твоя последняя фраза... - я прищурено смотрю на него, - что это значит? - Я сказал то, что тебя не касается, - спокойно отвечает он. - Парням со смазливыми мордашками вообще нельзя говорить о многом, потому что вы внушаете доверие, а потом используете это против нас. - Вот как, - посмеиваюсь я, - что насчет Минхо? Ты ничего не рассказываешь своему смазливому другу? Уджин смеется и грозит мне указательным пальцем. - В этом отличие, Фел. Мин - мой лучший друг, ему я могу доверять. - Убедительно, - соглашаюсь я. - Я не твой друг с детства... Парень усмехается и сужает глаза, смотря на меня. - Почему это прозвучало так грустно? - Уджин, у меня есть друзья и девушка. Тебе показалось. - Может быть. - он спрыгивает с гарнитура и убирает свою покусанную пиццу в холодильник. - Но наличие девушки не изменяет того, кто ты есть. Его слова заставляют меня напрячься. Я шокировано смотрю на него и задерживаю дыхание. - Н-не понимаю тебя... Уджин останавливается у выхода из кухни, оборачиваясь на меня. - Да брось, Феликс, всем известно, что ты бабник, - с улыбкой отвечает он. - А, это... Да, немного, - усмехаюсь я, пряча взгляд в тарелку с пиццей. Парень оставляет меня одного и теперь мне хочется истерично рассмеяться. Неужели теперь во всех словах я буду находить намек на Чанбина? Или на парней в целом... На самом деле Уджин очень умный парень и я удивлен, что он еще не раскусил нас с Бинни, учитывая и то, насколько хорошо он его знает. Я доедаю свой завтрак и выхожу из-за стола, сталкиваясь на повороте с Хенджином. Мы на секунду опускаем взгляды на оголенные тела друг друга и одновременно поднимаем глаза. - Доброе утро, - робко произношу я. - Доброе утро. Он обходит меня стороной, сразу пряча голову в холодильник. - Эм, как дела с Бинни? - вежливо спрашиваю я. Парень высовывается из-за дверцы и хмуро смотрит на меня. Мое сердце бьется быстрее, я чувствую, что происходит что-то неладное между нами. - Отлично, - кивая, отвечает он. - Что за... - звонко произносит Хенджин, доставая из холодильника недоеденную пиццу. - Это Уджина. - Два укуса от одного куска, - насмешливо протягивает парень. - Бри снова посадила его на диету. Я посмеиваюсь и замечаю улыбку Хенджина, которая, если честно, заставляет меня заткнуться. Я неловко откашливаюсь в кулак и отворачиваюсь, но он окликает меня: - Эй, Феликс. - я оборачиваюсь и Хенджин тяжело вздыхает. - Не называй его Бинни, пожалуйста. Я люблю его и это ласковое обращение к нему меня бесит. - Хорошо, - тихо отвечаю я. - Но у нас все в порядке? То есть... мы ведь друзья, так? - Да, да, мы друзья, Феликс. - улыбается Хенджин. - Кстати, как обстоят дела с твоим домом? - Понятия не имею. Этим вопросом занимается Айю, а я не говорил с ней с прошлой субботы. - Почему? «Потому что страстный петтинг с твоим парнем нравится мне больше».Я непроизвольно усмехаюсь и это выходит довольно громко, затем я даю себе мысленную пощечину и глубоко вдыхаю. - Она проводит время с родителями, - я умело лгу и улыбаюсь своей победе. - И она не приглашает тебя побыть с ними? - Хван, что за допрос? - закипаю я. - Знаешь, я много времени провожу в студии и пытаюсь написать отличную песню, чтобы надрать вам зад. Хенджин посмеивается. - Уверен, наши задницы будут в порядке. - Не хочу спорить о финале с моим временным соседом. Увидимся позже. Я поднимаюсь к себе в комнату и запираю дверь. Достав из ящика клочок бумаги и с трудом найдя ручку, я сажусь за стол. Слова просто рвутся наружу и, не раздумывая над их смыслом, я все записываю на лист. Я перечитываю эти строчки и непроизвольно шмыгаю носом, роняя на бумагу слезу, которая заставляет чернила расплыться. Все мои слова о нем... И признаться, я не могу видеть Хенджина и Бинни счастливыми. Это не зависть им, это зависть их любви, которая убивает меня.

***

Я отказался помогать Бриане готовить обед по трем причинам: мне не хочется потеть над плитой сегодня; нужно отвезти ее за продуктами; по дороге нужно подвезти Уджина до станции, чтобы он отправился на работу. Я не хочу сидеть в своей комнате весь день и мучить себя догадками, что будет дальше или мечтать о лучшем будущем, но именно это я и делаю. Просто у меня нет настроения выходить куда-либо, при этом зная, что мне необходимо сделать это. Просидев около часа над одним только припевом, я спускаюсь на кухню, не забыв взять лист с собой на случай неожиданного вдохновения. Я напеваю себе под нос предполагаемую мелодию, которую нужно наложить на эту песню и лениво выхожу в гостиную, резко подпрыгивая на месте, замечая Чанбина на диване. - Ты дома? - я задаю глупый вопрос. - Как видишь. - он смотрит на меня и пожимает плечами. - Я думал, вы уехали в магазин. - Хенджин повез их, я решил остаться дома. Я коротко киваю и неуверенно подхожу к дивану, садясь рядом с парнем. - Что смотришь? - Фактор страха, - отвечает он, не отрываясь от экрана. - А ты чем занят? - Пишу песню. Замечаю беглый взгляд Бинни на себе и немного съеживаюсь. - Можно прочесть? - он, наконец, поворачивается на меня. Я протягиваю ему лист, но он не берет его, лишь придвигаясь ближе ко мне и читая с моих рук. - Что скажешь? - Я бы заменил одну строчку, - задумчиво протягивает Бинни. - «Места, где ступала твоя нога - я иду по ним» - И что не так с этой строчкой? - усмехаюсь я, поворачиваясь к парню, и наши губы теперь чертовски близко. Чанбин выдыхает и снова устремляет взгляд в песню. - Воздух, которым ты дышишь, преследует меня, - тихо произносит он, поднимая глаза. - Это звучит лучше. Я смотрю то в его глаза, то на губы и понимаю, что хочу поблагодарить его должным образом за эту прекрасную строчку. - Чанбин, я хочу поцеловать тебя, - признаюсь я. Он хмурится и немного отдаляется. - Чанбин? - Да. Извини, но мне запретили называть тебя по-другому. Парень усмехается и смотрит по сторонам. - Но сейчас здесь никого нет. - Что ж, Бинни... я все еще хочу поцеловать тебя. Он улыбается и приближается ко мне, располагая ладонь на моей щеке и притягивая меня. Мы слышим, как открывается входная дверь и резко отсаживаемся друг от друга. Я встаю с дивана и улыбаюсь, проходя мимо Хенджина и Бри, поднимаясь обратно в комнату. Это не может продолжаться вечно. Мы не можем прятаться по углам, каждый раз вздрагивая от любого шороха и опасаясь, что нас заметят. Но на этот раз я даю себе слово, что не поставлю Бинни перед выбором. Ведь я знаю, что снова проиграю... Мне, наконец, удается написать последнюю деталь к новой песне. Я хотел, чтобы она была написана не о нем и, кажется, у меня получается обманывать себя и думать, что это действительно так.