blue moon

Он всегда любил дождь, но боялся грома, он любил гулять в пасмурную погоду, при этом боясь сверкающей молнии. Он пытается держать себя в форме, каждый день съедая огромное количество калорийной еды, он мечтает о победе на финале, желая победы своим соперникам. Феликс всегда хотел найти полноценного себя, которого он сам сможет понять. Внутреннее противоречие — это то, с чем он никогда не справится. Он держит за руку Айю, зная, что он единственный, кто ей нужен, в эту секунду думая о Чанбине. А может вовсе не о нем? Он думает о том самом парне, которого любил и теперь ему немного страшно осознавать, что его влечет к Чанбину, который влюблен в другого. Почему думая об этом, все кажется таким сложным, но жить в этом удается довольно легко? Феликсу противно, когда он остается наедине с собой и понимает, что он — замена Хенджину, но рядом с Чанбином все иначе. Все негативные мысли испаряются и остается только чувство, что он действительно нужен кому-то. Он нужен Чанбину и даже если это его собственная ложь, он готов верить в нее. Сидя на заднем сиденье автомобиля, Феликс терпит небольшую тяжесть от того, что Айю положила свою голову на его плечо, но он нежно обнимает ее, целуя в макушку. Чанбин и Хенджин смеются, обсуждая новый выпуск известного комика, и Феликс тоже хочет поучаствовать в разговоре, но молчит, просто слушая их голоса, в которых звучит жизнь. Ликс замечает, что Хенджин не очень сосредоточен на дороге, потому что постоянно переводит наполненный любовью взгляд на Чанбина и тот отвечает ему взаимностью, словно забыв о том, что Феликс сидит позади. Раздается оглушительный гром и Феликса слегка передергивает, он хватается за сиденье Хенджина, сжимая спинку и прикрывая глаза. Айю приподнимает голову и целует его в щеку, улыбаясь от вида испуганного парня. — С нами ничего не случится, мы ведь в машине, — тихо произносит девушка. Чанбин хмуро оборачивается назад. — В чем дело? — Феликс боится грозы, — пожимая плечами, отвечает Хенджин. — Да, но ты не должен был знать об этом, Хван, — приглушенно говорит Феликс, смотря в глаза парня в зеркало заднего вида. В машине становится слишком тихо на несколько секунд, пока Хенджин не разбавляет атмосферу громкой усмешкой. — Бриана сказала мне. Не злись на нее, Феликс. — Хенджин улыбается, следя за дорогой. — Я уверен, с Айю ты будешь в безопасности дома. — А ты со мной, — мягко произносит Чанбин, переводя взгляд на Хенджина. — Ты тоже боишься грозы и не отрицай этого. — Все боятся этого дерьма! — Я нет, — встревает девушка. — Чанбин? — Теперь уже нет. Раньше боялся, но когда появился Хенджин… Кто-то из нас должен был стать смелее и это я. Феликс судорожно выдыхает, зажмуриваясь от услышанных слов. У него тоже был тот, кто однажды стал смелее ради него, чтобы обнимать его в грозу и шептать что-то успокаивающее. Не так давно этого человека заменила Айю, но она не то, что ему нужно в пугающую погоду. — Бин, где тебя высадить? — спрашивает Хенджин. — Мы сейчас проезжаем Санта-Монику. — За поворотом. — Донсон надолго тебя задержит? — Не знаю, надеюсь, что нет. Хенджин останавливает машину в переулке и целует Чанбина в щеку, прежде чем тот выходит на улицу, попадая под ливень. — Эм, Хенджин, открой багажник, мне нужно кое-что взять, — просит Феликс. Парень нажимает кнопку и Феликс выходит из автомобиля, подходя сзади. Он видит, что Айю и Хенджин о чем-то беседуют, поэтому Ликс перехватывает Чанбина у машины и шепчет ему на ухо: — После Донсона приезжай в мою квартиру, хорошо? — Нет, я не могу, Феликс, — быстро отвечает парень, нервно бросая взгляд на машину и следя за тем, чтобы за ними никто не наблюдал. — Хенджин уезжает завтра утром, я должен провести с ним эту ночь. — Я не прошу о ночи, Бинни. Всего пару часов… — Феликс жалобно смотрит в глаза Чанбина. — Ты нужен мне. Чанбин вздыхает, бегая газами по сторонам, затем кивает и поджимает губы. — Я буду там, — шепчет он. Чанбин бежит через дорогу в офис Донсона, а Феликс достает из багажника свой портфель и садится обратно в машину. — Поехали, — говорит он, не скрывая довольной улыбки. — Зачем тебе понадобился портфель? — хмурясь, спрашивает Айю. — Я немного замерз. Мне нужна кофта. Феликс достает теплый кардиган и надевает его, прежде чем обнимает девушку и, наконец, расслабляется на мягком сиденье. Он не хочет верить в то, что снова переезжает в свой дом. Разумеется, он счастлив оказаться в собственной комнате, в своей постели и каждый день быть хозяином, кем он не мог быть довольно долгое время, но его сводит с ума мысль о том, что он больше не сможет видеться с этим парнем. Нельзя просто позвонить ему и пригласить на ланч или просто прогуляться… Быть рядом с тем, с кем ему хочется — единственная причина, по которой он радовался потопу в своем доме. Но самое-самое неприятное — это то, что Хенджин помогает ему переехать обратно, добровольно вызвавшись перевезти его вещи и даже не подозревая, как это странно и паршиво для Ликса. Парень снова погружается в бездну своих мыслей и Айю замечает, как тяжело он дышит, словно ему стало нехорошо. — Феликс, все в порядке? — обеспокоено спрашивает девушка. Ли закрывает глаза и мотает головой. — Нет… Хенджин, пожалуйста, останови машину, — просит он. Хенджин тормозит на светофоре и Феликс буквально выпрыгивает из автомобиля. — Что с тобой? — кричит Хенджин, опуская стекло. Феликс стоит на проезжей части и пытается отдышаться. Он не понимает, что именно вызвало у него панику, но пытаясь разгадать это, ему становится только хуже. — Не знаю… Наверное, укачало. Меня тошнит. — выдыхает Феликс. — Ты можешь отвезти Айю домой и помочь ей с вещами, хорошо? Я немного прогуляюсь. — Фел, но ты промокнешь! Садись в машину! — настаивает девушка. — Хенджин… — он пронзает парня умоляющим взглядом и тот кивает ему. — Хорошо, — отвечает Хенджин. — Айю, закрой дверь. Брюнетка бросает на Феликса обеспокоенный взгляд, прежде чем выходит из машины и пересаживается на переднее сиденье рядом с парнем. Феликс отходит на тротуар и ждет, пока Хенджин и Айю поедут дальше. Он чувствует себя потерянным мальчиком… Потерянным в собственных мыслях. Ему кажется, что каждый его шаг — это риск, с каждым действием он становится кем-то другим, точнее прежним собой, от которого он бежал больше года. Стена дождя не позволяет ему увидеть, насколько далеко отъехали Хенджин и Айю, Феликс просто надевает капюшон и бежит в сторону метро, желая скорее оказаться в его доме и разобраться со всем.

***

Хенджин паркует машину у дома Феликса и переводит взгляд на задумчивую девушку, смотрящую в окно. — Айю, ему просто стало плохо. Он скоро вернется, — успокаивает парень. — Дело не в этом. — она мотает головой и тяжело вздыхает. — Думаю, Ликс изменяет мне. Хенджин выдерживает секундную паузу, затем усмехается. — Что? Нет, это чушь. Феликс тебя любит… — Хван, что ты можешь знать о нас? — грубо произносит девушка, выходя из машины. Айю подходит к багажнику и ждет пока Хенджин откроет его. Она достает самую тяжелую сумку и тут же роняет ее на мокрый асфальт. — Давай помогу, — предлагает парень, поднимая сумку. — Айю, возможно, я не знаю тебя, но я знаю Феликса. Если он с тобой, значит, ему так нужно, значит, ему нравится это. Вы вместе уже год, не будь ты нужна ему, он бы просто ушел. Девушка молча берет еще одну сумку из багажника и проходит по дорожке, ведущей в дом. Они заканчивают переносить вещи Феликса и, поставив последний багаж, Хенджин вздыхает и разводит руками. — Что ж, мне пора, — говорит он. Парень делает шаг к выходу, но Айю хватает его за плечо, разворачивая лицом к себе. — Оппа, останься на чай, пожалуйста. Он смотрит в глаза девушки и хмурится. — С тобой все в порядке? Ты выглядишь… напуганной. — Скорее одинокой, — усмехается она. — Мне просто нужно поговорить с кем-то. Хван коротко улыбается и кивает, закрывая входную дверь. Они проходят на кухню и Айю ставит перед ним чашку, садясь за стол. Девушка молчит минут пять, пока не закипает чайник. Она наливает горячий напиток в кружку Хенджина и возвращается на место, опуская взгляд на свои руки. — Итак, что случилось? — спрашивает парень. — Я уже сказала тебе о своих подозрениях. — Это глупо. Феликс был рядом с нами все время, почти все три месяца, и я уверяю тебя, что у него никого нет. Айю хмыкает. — Я могу ошибаться, но думаю, у него что-то есть с Брианой. И то, что вы каждый день проводили вместе не значит, что между ними ничего не происходит. Они ведь не будут показывать свои чувства перед вами, особенно перед Уджином. Он просто стал другим, понимаешь? Он ведет себя странно, словно он впервые влюбился… и это не я. Хенджин с трудом сдерживает усмешку и мотает головой. — Феликс и Бриана? Эти двое знают друг друга несколько лет и поверь, Бри презирает Феликса, как парня. Она любит Уджина… — Ладно, тогда как объяснить его песни, которые написаны для кого-то другого? Слушай, Хенджин, я могу казаться дурой, но я точно знаю, что Феликс не тот, кем был прежде. Мои догадки таковы: если он и Бриана общаются довольно долго, то, возможно, между ними что-то было раньше, а потом он переехал к вам и старые чувства вспыхнули вновь. Просто прочти это! Девушка достает из кармана пиджака свернутый лист бумаги и кидает его на стол, закрывая лицо руками. Хенджин хмуро смотрит на нее, разворачивая лист.

Давай забудем прошлое, Клянусь, мы продлим это мгновение, Ведь я помню вкус твоей кожи этой ночью И твой взгляд. Я помню все свои ощущения И названия песен, которые вызывают у тебя слёзы.

— Это не его песня… — слишком тихо произносит парень. — Что? — хриплым голосом переспрашивает Айю. Хенджин немедленно встает с места и убирает лист в свой карман. — Прости, Айю, я должен идти, — тараторит он, выбегая из кухни. — Хван, в чем дело? Парень быстро выходит из дома и садится в машину. Он начинает движение, параллельно вызывая Феликса по телефону. В голове Хенджина путаются мысли — какого черта у Феликса оказалась эта песня? Он начинает понимать, почему Айю заподозрила что-то неладное, Феликс действительно стал вести себя по-другому и Хенджину даже немного смешно, потому что Айю подумала на Бриану. Нет. Это дело касается только Хенджина и Феликса. — Блядь, голосовая почта! — вскрикивает Хван, стараясь внимательней следить за дорогой. — Феликс, перезвони мне, как только сможешь! Сукин ты сын! Я знал, что все так обернется! Парень сбрасывает звонок, переводя взгляд вперед и резко зажмуриваясь, закрывая лицо руками. Его глаза закрыты, во рту приторный вкус крови, а в ушах стоит звон, который едва перебивает громкий стук капель дождя.

***

Ли делает большой глоток виски из бутылки и немного морщится, глотая горячительную жидкость. Он около минуты ходит из стороны в сторону, пока не слышит стук в дверь. Феликс тяжело вздыхает, подходя к двери и облокачиваясь на нее спиной, не решаясь открыть сразу. — Феликс? — он слышит голос Чанбина. — Это я. Феликс прикрывает глаза и поворачивает замок, открывая дверь и встречаясь взглядом с Со. Феликс не может подавить улыбку от вида промокшего насквозь Чанбина. — Проходи. Чанбин снимает обувь и быстро заходит в комнату, падая на кровать и раскидывая руки в стороны. — Боже, я так устал, — стонет он. — Донсон замучил тебя? — усмехается Феликс, ложась сверху на парня и целуя его в кончик носа. — Нет, я устал физически — слишком долго добирался сюда. Но я закончил ту песню, пока ехал в метро. Ли хмурится. — Какую песню? — Которую ты давал мне на прошлой неделе, «If you don't know». Феликс кивает и улыбается, оставляя на губах Чанбина легкий поцелуй. — Похвастаешься несколькими строчками? Чанбин усмехается, немного смущаясь перед Феликсом. Он прочищает горло и вздыхает, закрывая глаза. — Я хочу, чтобы ты желал меня именно таким, мне нужно, чтобы ты нуждался во мне. Если ты скажешь, что ничего не чувствуешь, если ты «не знаешь», отпусти меня. Феликс перестает дышать и Чанбин замечает это, когда понимает, что больше не чувствует его горячее дыхание на своем лице. Феликс приподнимается и ложится рядом с парнем, задумчиво осматривая потолок. — Ты все же опираешься на наши отношения, когда пишешь песни, — монотонно произносит Ли. — Да, потому что эта песня написана для тебя. Ты сам попросил меня сделать это, но при условии, что не будешь исполнять ее на финале. — Не буду, Бинни. — улыбается Феликс, поворачиваясь к нему. — Это нечестно, если мы выиграем благодаря твоей песне. Чанбин слегка хмурится, осознавая, что он находится между двух огней. Он не должен писать для Феликса, не должен больше видеться с ним, потому что Хенджину нужна его поддержка сейчас, за пару недель до самого важного события в его жизни. Но Чанбину надоело бороться с собой. Его никто не заставляет выбирать, он сам ставит себя перед выбором. Со садится на кровати, тяжело вздыхая и чувствуя, как Феликс прикасается к нему сзади. — Бинни… — шепчет Феликс. — Зачем ты позвал меня сюда? — спрашивает он, оборачиваясь на парня. Глаза Феликса наполняются грустью, он медленно приподнимается и садится рядом с Чанбином. — Хотел поговорить. — О чем? Феликс поджимает губы, мотая головой, не находя слов для ответа. У него начинает болеть голова от громкого внутреннего голоса, кричащего о том, что он должен сказать Чанбину правду. — Я хотел сказать тебе, что на самом деле чувствую, — тихо произносит парень. — Нет, Феликс, не говори этого. — Чанбин мотает головой, испугано смотря на него. — Если ты скажешь то, что я хочу услышать, то между мной и Хенджином все будет кончено, а я этого не хочу. — Ты не можешь любить нас обоих, Бинни. — Я люблю только его. Но есть разница между тем, кого любишь и тем, кого хочешь любить. Феликс горько усмехается, потому что он снова побоялся сказать правду. Ему больно, ведь он знает, что эта правда убьет Чанбина, а он этого не заслуживает. Но он также не заслуживает быть обманутым, а Феликс лжет ему все это время… — Бинни, ты должен выслушать меня. — Ли набирается смелости и вздыхает. — Ты очень хороший, я благодарен тебе за то, что ты вновь заставил меня что-то почувствовать, но ты… Со резко прикладывает палец к губам Феликса, решая для себя, что в этот вечер, их последний вечер, между ними не должно быть бессмысленных разговоров. — Феликс, — перебивает он, — я хочу тебя любить… сейчас. Чанбин приближается к его губам, нежно касаясь их и располагая руку на затылке Феликса, притягивая его к себе. Они перемещаются в лежачее положение, испытывая те самые чувства, как тогда, той ночью. Ликс проводит языком по губам Чанбина и улыбается, когда тот издает тихий стон, прижимаясь бедрами к нему. Волна желания накрывает обоих, когда Чанбин уверено размещает руку между ног Феликса и делает медленные движения, заставляя парня возбудиться. — В последний раз? — шепчет Феликс, открывая глаза и смотря в карие глаза напротив. — Наверное… Со снова припадает к губам Феликса, слегка приподнимаясь, чтобы снять с него футболку, затем с себя. Чанбин ощущает его полностью. Его слишком горячее тело, влажный язык, мягкие губы, сильные руки, обнимающие его — Чанбин никогда прежде не зацикливался на таких мелочах. Единственная трезвая мысль о Хенджине отчаянно пытается достучаться до него, но Чанбин игнорирует все, что не касается их связи с Феликсом. Ли оттягивает зубами нижнюю губу Чанбина, вырывая у него тяжелый вздох. Бин перемещается губами к шее Феликса, оставляя на ней влажные дорожки, спускаясь ниже к ключицам и груди. Он обводит языком его сосок, слегка цепляя зубами, затем опускаясь с поцелуями к торсу и одновременно расстегивая пуговицу на джинсах. Телефонный звонок сбивает их с настроя, Чанбин поднимает голову, оборачиваясь на свою сумку, лежащую на полу. — Перезвонишь позже, — просит Ли, вовлекая парня в новый поцелуй. Избавившись от джинсов Феликса, Бин приспускает его боксеры, резко проводя языком по члену, отчего Феликса передергивает на кровати. Он испускает сдавленный стон, размещая руки на затылке старшего и управляя его головой. Поначалу Чанбин немного упрямится, но затем позволяет Феликсу войти в него до самого основания. Со испытывает небольшой дискомфорт в горле, но это ничто по сравнению со стонами удовольствия, ласкающими слух Чанбина. Ли грубо цепляется пальцами за его волосы, поднимая его голову вверх. Они меняют положение и теперь Феликс находится сверху, осыпая поцелуями тело Чанбина. Они уже не обращают внимания на разрывающийся от звонков телефон Бина, пока не слышат еще один звонок. Ли закатывает глаза и вздыхает. — Что всем понадобилось от нас? — усмехается Чанбин. — Если звонят нам обоим, наверное, что-то срочное. Феликс натягивает на себя боксеры, слезая с кровати и оставляя возбужденного Чанбина ждать его на месте. Он достает телефон из кармана джинсов и хмурится, смотря на вызывающий его абонент. — Мин? — Феликс отвечает на звонок. Со округляет глаза и быстро выпрыгивает из постели, становясь рядом с ним. — Где тебя, блядь, носит? Почему ты не отвечаешь на звонки?! — Минхо кричит в трубку и парни хмурятся, переглядываясь друг с другом. — Успокойся… Что случилось? Они снова слышат, как звонит телефон Чанбина, и Ли закрывает динамик своего мобильника. Бин берет свой телефон в руки, трясущимися пальцами отвечая на звонок. — Бри, я немного занят… — бормочет Чанбину. — Хенджин в больнице! — Что значит в больнице?! — громко произносит Ли. — Минхо, когда это случилось?! Бин не успевает выйти из комнаты, как по ту сторону раздается раздраженный голос Брианы. — Где ты? Там Феликс? Чанбин! — Нет… Я… — Бинни, одевайся, нам нужно ехать! — отчетливо слышен крик Феликса. Парень сбрасывает звонок, запуская пальцы в свои волосы и слегка оттягивая их. Его голова немного кружится, а дыхание становится тяжелым. — Хенджин в больнице Вэст Хилс, — говорит Ли, подходя к Со и тряся его за плечи. — Приди в себя! Мы должны ехать к нему! — Они знают о нас… — выдыхает Бин, находясь в состоянии шока. — Забудь об этом! Ли бросает в парня его футболку и выталкивает его в коридор, заставляя обуться и быстрее выйти из дома. Всю дорогу они молчат, разбираясь со своими мыслями в одиночку. Чанбин замечает в глазах Феликса застывшие слезы, но не придает этому значения. Его больше волнует, почему его не пугает состояние Хенджина так, как-то, что кто-то узнал о них с Феликсом? В груди Фела все сжимается до жуткой боли, он боится представить, как тяжело сейчас Хенджину, как ему больно и чувствует ли он хоть что-то. Они доезжают до Вэст Хилс, наплевав на неправильную парковку, Ли насильно тащит за собой шокированного Чанбина. Они встречают в коридоре Бриану и Уджина с Минхо, сразу же подходя к ним. - Что с ним? Что произошло? - в панике кричит Феликс. - Он в операционной, нам ничего не говорят, - отвечает Уджин, обнимая за плечо обеспокоенную Бри. - Как вы узнали об этом? - тихо спрашивает Чанбин. - Бриане позвонили из больницы, сказали, что ее номер в быстром наборе. - Почему они не позвонили мне? Я первый в его контактах! Бри поднимает взгляд на Бина и стискивает зубы, прежде чем оставляет на щеке Со красный след от своей ладони. - Они звонили тебе первому! Но, кажется, ты был слишком занят с Феликсом! - выкрикивает девушка, мотая головой. - Как ты мог, Чанбин? - Ты нихрена не понимаешь, Бри! - Тогда объясни мне, почему ты был с ним, когда Хенджина буквально переехала чертова фура?! Со пару секунд смотрит в заплаканные глаза девушки, затем закрывает лицо руками и отходит от них на несколько шагов. - Хватит, - вмешивается Минхо, - этим дерьмом вы Хенджину не поможете. И ни слова о том, что между вами двумя происходит. - парень тычет пальцем в грудь Феликса. - Он не должен узнать об этом. - Ничего не было, - оправдывается Феликс. - Мы случайно встретились с Чанбином, просто выпили кофе. - Лучше помолчи, Ли, - шепчет Бриана. Они подходят к ряду кресел, рассаживаясь друг от друга на максимально дальнее расстояние. Кажется, только Феликс по-настоящему переживает за состояние Хенджина, потому что остальные выглядят безэмоционально, словно просто ждут чего-то обычного, вроде, когда Хван очнется, но никто не давал им гарантии на это. Чанбин слышит в своей голове что-то похожее на шипение радио-волны - нет сил даже предполагать, что будет дальше. Он переводит усталый взгляд на Феликса и замечает слезы на его щеках. Чанбин слегка хмурится, не понимая, почему у парня столь бурная реакция на это, ведь они с Хенджином никогда не были слишком близки. Спустя пару часов Бриана подсаживается к Бину и опускает голову, не осмеливаясь даже взглянуть на него. - Мой вопрос остается открытым, Чанбин, - тихо произносит она. - Как долго у вас это происходит? - С тех пор, как он переехал к нам, - честно отвечает парень. Бри ухмыляется, закидывая голову назад и закрывая глаза. - Я ведь предупреждала тебя... - Думаешь, я сам захотел влюбиться в него? - Не говори так, пожалуйста. Ты не любишь его. - Ты права. Но когда он рядом - люблю. Пока Хенджин выступает в других городах, Феликс находится рядом и заставляет меня чувствовать себя нужным и этого достаточно, чтобы я испытывал к нему нечто большее, чем просто дружба соседей. Девушка решает ничего не отвечать ему. Она убеждена, что Со не в себе или Феликс просто умело запудрил ему мозги, потому что прежний Чанбин никогда бы не позволил себе изменить Хенджину. Они сидят в ожидании еще около двух часов, пока главный врач не выходит к ним. Резко встав с кресел, они подходят к мужчине и мысленно скрещивают пальцы, боясь услышать что-то плохое. - Хенджин серьезно пострадал, но сейчас он приходит в себя, - успокаивающим тоном говорит врач. - Вы можете войти к нему через полчаса, когда он окончательно отойдет от наркоза. - С ним все в порядке? - спрашивает Чанбин. - К счастью, да. Из-за подушки безопасности у него перелом руки и носа, но больше всего ему повезло с тем, что он отделался сотрясением мозга - наименьшее из всех зол. Он быстро поправится. - улыбается мужчина. - Через тридцать минут, палата 309. Они кивают в знак благодарности и возвращаются на свои места, с облегчением вздыхая. Феликс медленно отходит в сторону, смотря, чтобы за ним никто не наблюдал, и направляется в палату Хенджина, пока есть возможность навестить его одному. Вызвав лифт, Феликс прикрывает глаза и отчетливо слышит биение собственного сердца, оно отдается болью в груди. Он задерживает дыхание и пытается успокоить нервы, от которых все тело слегка трясет. Двери лифта открываются и Ли заходит внутрь, нажимая кнопку нужного этажа. Кажется, лифт поднимается целую вечность и это пугает еще больше, потому что времени не так много. Феликс выбегает на этаж и нервно оглядывается по сторонам, боясь, что за ним следят. Он подходит к палате Хвана и медленно толкает скрипучую дверь вперед, проходя в полумрак. Феликс прикрывает рот ладонью, приближаясь к Хенджину и осторожно беря его за холодную руку. - Выглядишь паршиво, - шепчет Феликс. Он замечает, как подрагивают ресницы Хенджина и через секунду он с трудом открывает глаза. - Посмотрел бы я на тебя, засранец, - хриплым голосом произносит брюнет, слегка усмехаясь. - Где Бин? - Он в коридоре. - Почему он не заходит ко мне? Ли вздыхает и садится на кровать рядом с ним, крепче сжимая его руку. - К тебе пока нельзя заходить. Я пробрался сюда незаметно. - Как всегда нарушаешь правила. - Ты меня знаешь. Хенджин пытается убрать руку от Феликса, но боль пронзает его до костей и он сдается, позволяя ему касаться его. - Я хотел поговорить с тобой насчет Айю, - шепчет Хенджин. - Говори. Парень с трудом набирает воздух в легкие и закрывает глаза, облизывая пересохшие губы. - Зачем ты с ней? Ли снова чувствует больное биение в груди. - А что мне остается? - Быть честным. Хотя бы с самим собой. Парни молчат, слушая только тяжелое дыхание друг друга. Феликс внимательно смотрит на свою руку, держащую руку Хенджина. Он поглаживает ее большим пальцем и не замечает, как его рука слегка подрагивает от того, насколько осторожно он касается его. Чанбин, осматриваясь вокруг себя, быстро проходит по коридору к палате Хвана, поднимая плечи, будто прячась ото всех. Он останавливается за дверью, когда видит в небольшом дверном окошке Феликса. - Я должен идти, - говорит Ли, вставая с кровати. - Позову ребят, они все здесь. Со прислоняется ухом к двери и хмурится, настраивая слух на разговор. - Феликс... можно спросить тебя? - Да. Парень останавливается почти у двери и оборачивается на Хвана. - Айю кое-что нашла у тебя. - Что именно? - «If you don't know», помнишь, ту песню, что я писал три года назад, но так и не закончил. Ли шмыгает носом и кивает головой. - И что? - Зачем ты хранишь ее у себя? Феликс делает еще шаг к двери и хватается за ручку, уже готовясь покинуть палату. - Потому что я все еще люблю тебя, Хенджин. И всегда буду... Ты ведь знал об этом, когда приглашал меня пожить в вашем доме. - Знал, но надеялся, что я ошибаюсь. Чанбин, находясь за дверью, накрывает свой рот ладонью и зажмуривается, избавляясь от непрошеных слез. Он убегает в другое крыло больницы до того, как Феликс выходит из палаты Хенджина. Бин садится на пол, облокачиваясь спиной на стену и расставляя в своей голове все по полочкам. Хенджин был той самой любовью всей жизни Феликса. И все это время они притворялись плохо знакомыми людьми, хотя оба знают, что их до сих пор связывает яркое прошлое, наполненное болью, страстью и самой сильной любовью, которую они встречали.