Порог безумия. The Threshold of Madness.

☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾ Я уже привык к злодеям, которые живут в моей голове, они умоляют меня написать о них- ведь они никогда не умрут, даже если меня не станет... ☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾☽☾ — Ааах, черт, Тэхёни…у меня снова коленки дрожат. Каждая деталь твоего лица причиняет мне боль и приносит удовольствие. Тэхёни, мне так плохо, я.я больше не могу этого терпеть. Как же мне хочется просто взять и придушить тебя, своей любовью… — Обычно Чонгук не говорил такие вещи, обычно он не резал себе руки из-за каких-то жалких людишек, никогда не интересующих его и обычно он не голодал сутками на пролёт, лишь потому что не увидел контент первым. — Всего- лишь маленький интерес? — Вздыхал он смотря на свою израненную, кровоточащую руку, — Кто ты для меня? Почему я делаю это? Я не хочу быть таким. нет, нет, не хочу — Он положил нож на кухонный стол, думая, стоит ли ему промывать те раны, что заменяли ему цвет кожи на темно- красный или просто забить и дальше выдёргивать волосы со своей головы. Она так болела. Последнее, что он чувствовал за эти пару дней, лишь эмоции. тяжёлые эмоции и чувства боли в голове, что вот-вот лопнет от грязных мыслей, засевших глубоко глубоко. Он не знал, что с ним происходит, он правда не знал этого. Не знал, почему он думает о том о чём и раньше представить не мог, эти грязные фантазии и сны…он надеялся, что шрамов на руке не останется, наивный мальчик, что же ты делаешь? Что же он с тобой делает? — Демон, демон, демон, — Шепча говорил Чонгук, смотря на своё бледное лицо, через потрескавшееся зеркало. Хоть он и был очень суеверен, но мысли о семилетнем несчастье как-то в голову не поступали, — Ким Тэхён…я найду тебя. *Тише тише, не кричи Тише тише, замолчи* Он решил выйти на улицу, чтобы стало легче, ведь именно свежий воздух и чувство одиночества давали навести порядок в его мыслях и хоть на секунду забыться и просто почувствовать жизнь. Самое дорогое, что у него было — это гармония с самим собой, но теперь он потерял её и не знает как вернуть. Беспорядок в его мыслях — кто это сделал, тот и исправлять должен. Так считал Чонгук. И наверное, прав. Такое весёлое детство, позволяло гулять когда хочешь, сбегать от родителей и чувствовать свою самостоятельность.Странно, что чувство одиночества так привлекало его. Ведь детям его возраста, просто необходимо общения, но такие мысли вызывали лишь отвращение. Первый его друг умер и после он решил, что слово " любовь» и «привязанность» для него не существует. Так будет легче, никаких проблем и самое страшное, у него и вправду получалось. Он справился со своей задачей, что немало пугало родителей. Смерть дедушки, бабушки, тёти, ничего не вызывало слёз на его лице, точнее всё, кроме людей. Людей, он перестал любить. Он шёл по серым улицам, наслаждаясь моментами свободы, которые удавалось словить. Появилась идея позвонить матери, но вспомнив, что ему пришлось выбросить свой телефон, он свернул в безлюдную улицу со старыми домами и обесцветившимися фонарными столбами, которые не горели даже по ночам и казалось никто их чинить не собирался. Зайдя в магазин мобильной сети, он прикупил самый дешёвый кнопочный телефонов не выделявшихся современностью. Жалкая пародия Nokia, что сломается из-за града, смешно… Набирает номер телефона по памяти, она никогда его не подводит. Гудки за гудками. Может, она уже не возьмёт трубку? — Да? — Ответил сонный голос, видимо на другой стороне трубке спали, причём крепко. — Мама, это я, Чонгук. — Сынок? — Голос сразу стал резвым и дрожащим — Я волновалась, почему твой телефон. — Мам! — Крикнул он трубку, не желая слушать сопливые слова, — Ответь мне на вопрос. Всего один, у меня нет времени с тобой говорить. Я просто пытаюсь понять в какой момент стало все настолько плохо, что я не живу, а выживаю. И я понимаю это. Но что мне делать дальше? По ту сторону трубки послышались глубокие, тяжёлые вздохи. Было понятно, что мать пытается донести до себя слова сына, как можно лучше. Она всегда была мастером раздавать советы. — Тебе настолько плохо? Ответа не последовало. — Я могу сказать что-то не то, но оттуда, где невозможно искренне и взаимно дружить, любить и просто быть самим собой — нужно бежать, как из преисподней. — Помнишь как ты говорила " Ни к кому не привязывайся, не привыкай. Рано или поздно они покинут тебя», — Он сказал это таким голосом, будто бы это был не смешной анекдот, прочитаешь около 30 раз. Настолько равнодушно и устало. Он не может выдавливать из себя хорошее настроение. Уже нет сил, — Ты, чёртовая фарфоровая кукла без чувств. Так ты меня называла. Не так ли? Почему? На этот раз тишина проскользнула с маминой стороны. Было не трудно догадаться о значении этих слов. Конечно, он обладал идеальной внешностью, белоснежной кожей, которую не любил — называя себя ходячим трупом. И холодным сердцем. Кукла. Живая кукла. Он сбросил трубку и вышел на более людную улицу, где вовсю гуляли подростки, пили и матерились, без капли стеснения. Косыми взглядами их одаривали взрослые, а пожилые люди мотали головами, наверняка в их голове всплывали те, воспоминания о прошлом, мол как было всё раньше и как сейчас всё плохо, но ничего не поделаешь, время идёт и меняется абсолютно всё. Чонгук, все выкрики, не совсем трезвых девчонок в свою сторону, пропускал мимо ушей. " Бесите, бесите.» Думал он, перебегая дорогу в неположенном месте. Его путь был направлен в сторону дома Хосока, он снова должен ему помочь. Эта будет его последняя просьба и последняя встреча. Жаль, что все его догадки совпадали с реальностью. Чертовски жаль. Его путь занял около полутора часов, наотрез отказавшись от транспорта, оправдываясь «хорошей» погоде, что вызывала, немного странную улыбку на его лице. Джин называл её «Улыбка человека, осознавшего нечто очень важное в жизни.» Да, название длинное, но кому было до этого дело? Все смеялись, а значит, всё отлично. Как странно, что всего за пару часов, он соскучился по Хосоку сильнее, чем по родителям, которых не видел больше четырёх месяцев. Если честно, на самом деле он вообще не скучал по ним. Видимо не было такой привязанности, какая обычно у детей с их семьёй, ему часто приходилось быть наедине с самим собой, лишь изредка общаясь с отцом и мамой. Это очень страшно каждый раз видеть своих демонов сквозь глаза. Они такие же монстры, как и все люди вокруг, только у его демонов есть своя особенность: они разрушают не твою жизнь, а жизнь людей окружающих тебя, обижая их, отвергая, делая больно не только морально, но и физически, он сам не мог контролировать то что делал. В некоторые моменты, когда излишняя меланхолия внедрялась в него, он осознавал, что он делает. Начинал ненавидеть себя, свои действия и поступки, вечно во всём обвиняет лишь себя. Ночью он обдумывал свои поступки, указывая себе на свои же ошибки, это было очень больно для него, ведь он с рождения был очень добрым мальчиком, каждый раз видя истощённое животное, на его глаза наворачивались слёзы. Он знал, что не может всем подарить счастье, но знал, что может не делать никому ничего плохого. Но что с ним стало? Раздвоение личности? Шизофрения? Возможно это всё. Делать непонятные вещи, которые не хочешь, лишь потому что чувство, что ты «должен» это сделать преследовали тебя до того момента, пока ты не сделаешь это. Например: лечь на землю не один раз, а два. Выпить три стакана воды, вместо двух. Прикоснуться к тем вещам к которым и не планировал. Вот такие абсурдные вещи и выводили его из себя, но он ничего не мог с этим поделать. Один раз, его внушаемые поступки перешли все границы. Он был не очень общительным ребенком, но один друг у него всё-таки был, и то, сын маминой двоюродной сестры, навещавшая их во время осенних каникул. Во время вечерней прогулки, вдалеке от дома в лет 15-16, они исследовали очередную заброшку в пять этажей, выяснилось, что это сгоревшая, частная больница, которая и без пожара, пробыла здесь не долго. Поднявшись на самую крышу, Чонгук и его друг подошли к самому краю, доставая фотоаппарат, чтобы завпечатлить сказочным снимок заката. Пока его друг копался в старом, коричневом рюкзаке, Гук решил задать ему вопрос на последок. — Ты веришь в судьбу? В то, что все люди, появившиеся в нашей жизни, встретились с нами не случайно, например, как мы с тобой. Что если этот замысел несет в себе какой-то смысл? — Конечно верю. Как иначе это обосновать? Некоторые люди задерживаются в нашей жизни на совсем короткий промежуток времени, а некоторые, всего на пару дней или часов. А почему ты вдруг задал этот вопрос? — Не знаю, не могу ответить. Мои мысли заперты от меня самого, я не контролирую их и не понимаю как это происходит, я не могу их игнорировать. Я как-то сошёл с ума, даже не заметив этого. И даже сейчас, они говорят мне сделать это. Нечто ужасное. Но я всё ещё ничего не чувствую. Мои внутренности всё равно пусты как и моё лицо, оно белое, словно стена. Его друг слушал внимательно, фотографируя солнце, тонущее в горизонте. Такая картина выглядела очень красиво. Какое утешение несёт в себе искусство? Парень повернулся к нему и подарил такую добрую и утешительную улыбку, что захотелось обнять и просто поблагодарить его за своё существование. Она так красиво смотрелась на этом фоне, казалось, что Чонгук вот-вот что-то почувствует, но друг сбил его с мыслей. — И что нового говорят тебе твои демоны? Чонгук вздрогнул, буд-то бы вновь возвращаясь в реальность от которой окаменело сердце. Он всего-лишь природный феномен, а не природная катастрофа. — Оно сказало сбросить тебя, прямо сейчас… на землю… *Смотря в небо, он видел самую яркую звезду, она тянулась к нему своими серебряными лучами. Стремилась поймать его равнодушные и ускользающие взгляды, будто бы сияя ради его восторга и внимания. Ему казалось, это был дорогой ему человек, прикованный к нему и к звёздному небосводу. Теперь, уже выше него.*