Flower road

Уже довольно поздно, именно поэтому Феликс лежит в своей кровати, стоящей возле окна, медленно погружаясь в сон. Его соседа по комнате — Джисона нет. Ничего удивительного. Он — андеграундный рэпер, отсыпается днём, а вечером в клуб, где читает рэп со своими друзьями. Ли уже как-то не обращает внимания, что его друга почти нет ночью дома. В конце концов, это его дело, где проводить ночи на пролёт. *** Это место действительно нравиться Хану. Здесь тепло, бетонные стены помогают эмоциям выходить наружу через рэп. В этом небольшом помещении лучше всего создавать треки, именно поэтому Джисон часто пишет здесь ночью, здесь же и читая свои песни, вместе с друзьями, что близки ему, как никто. После очередного выступления, Хан спустился со «сцены», что представляла собой небольшой порог в форме полукруга. — Отлично потрудились. –высказался Хан, всё ещё держа микрофон в руках. –Домой пойдёте? –спросил он друзей, вытирая пот со лба. Парни кивнули. Попрощавшись с ними, Хан отправился к столу, что был в специально отделённом месте. Пока он шёл к месту назначения, успел наткнуться на девушку. — Боже, сегодняшнее выступление просто… -она замолчала, прикрыв глаза и промычав от удовольствия. — Спасибо. –сказал Хан, переложив микрофон из одной руки в другую. Девушка, неожиданно для рэпера, приблизилась к нему, обняв и повиснув на шее. На рефлексах парень приобнял её за талию, то ли что бы не упасть, то ли что бы оттолкнуть от себя. — Ты такой…м… — начала шептать девушка в ухо Джи, медленно проводя рукой от уха парня по шее, задевая кадык и спускаясь к ключица, -такой сексуальный, когда зачитываешь свои партии, аж мурашки по коже. –продолжила обжигать своим шёпотом девушка ухо рэпера. Тот ухмыльнулся. Наклонившись к уху той и прошептав тихое: — Ты не в моём вкусе, прости. –он отпустил её, вручив свой микрофон и уходя, закрыв за собой дверь. Сейчас, идя по улице, Хан задумался о своём соулмейте. — Наверняка тебе больно, прости. –сказал парень. Он ещё не встретил своего соулмейта, но уже знал, что это парень, просто чувствовал это. Он не особо волновался по этому поводу, спокойно принимая этот факт. *** Феликс уже почти уснул, когда его шею начало, просто нереально, жечь. Парень почувствовал, что кожа разрывается в разных местах: от уха, через кадык, до самых ключиц, и в разрывах начинает то-то прорастать. Это ужасно больно, кто-то режет тебе плоть, вставляя в порезы толстые раскалённые штыри. Ли встал, почувствовав, как кровь течёт по шее, затекая за шиворот, растекаясь по груди. Он встал с постели, ринувшись в ванну. Ли ужаснулся, когда в зеркале он увидел цветы фиалки, прорастающие от уха по шее, обвивая ключицы. Феликс попытался дотронуться до цветов, но было слишком больно. Парень понял, что его соулмейта вновь кто-то трогал, ну, а может целовал. Фел цокнул языком, сквозь боль и слёзы, смывая кровь, делая это как можно аккуратней, пытаясь не повредить маленькие фиалки. Он почувствовал, как кровь подступает к горлу, а после закашлял, пачкая раковину своей кровью, ведь цветы растут прямо из тела. Разрывая плоть внутри своими немаленькими корнями. *** Феликс тяжело вздохнул, кое-как переодевшись в толстовку, капюшон которой Ли накинул на голову, а на шею повязан шарф, подаренный Джисоном. Феликсу было больно, очень, но вскоре боль начала утихать, сейчас остаётся ждать, пока цветы завянут и их можно будет более-менее безболезненно вытащить из тела. Феликс поплёлся на кухню, чувствуя вновь подступающую кровь, которую пришлось глотать, ведь пачкать всё кровью не хотелось. И вот парень уже уселся за стол, и в его голове промелькнула мысль о соулмейте, из=за которого так страдает Ли. Он положил руку на стол, и уложил голову. Дверь открылась. Фел не сомневался, что это Хан вернулся домой. — Блудный рэпер, ты что-то рано. –ухмыльнулся Ли, подняв взгляд на друга, что уже шёл на кухню. — Ты чего не спишь? Поздно уже. –сказал Джисон, присаживаясь рядом с младшим, внимательно смотря на него в шарфе и капюшоне. –Ты чего? –непонимающе спросил Хан. — холодно как-то. –сказал Ли, понимая, что ему не поверят. — Холодно ему, ага, как же. –сказал Джсон. Конечно он ему не верит. В доме жара, да и капельки пота на лбу Феликса, выдают его, -Выкладывай, что случилось. — Вот на тебе росли когда-нибудь цветы? –сразу начал с вопроса Феликс, и получив отказ, продолжил, — Значит, твой соулмейт хоть немного, но о тебе заботится, а вот мой… -Ли вздохнул, стянув с головы капюшон, снимая с шеи шарф, открывая Хану вид на дорожку из фиалок. Тот завороженно, но с неким ужасом, смотрел на цветы, растущие из ещё кровоточащих ран на шее Феликса. — Нужно, хоть чем-то обработать. –обескоился Хан, уводя Ликса в комнату, включая там свет и видя постель младшего, что вся в крови. Ещё раз поняв, что всё ужасно. Он провёл, почти невесомо, рукой по цветам, растущих из друга. Лишь когда он прошёлся по этой дорожке рукой, понял, что точно такую же проделывали пальцы той девушки по шее Хана, что остались следы от ногтей. Ничего не говоря, Джисон снял рубашку, показав шею Феликсу, и тот всё понял, как и сам Хан. — Прости меня, Феликс. –тихо сказал старший. — Я не сержусь. Всё в порядке. –ответил Феликс. Хан обнял его, а Феликс уткнулся ему в шею носом. Хан заглянул в глаза Ли, отстранившись от него и приподняв голову того за подбородок. Он приблизился так, что Феликс ощущал кожей дыхание хёна. — Можно? –выдохнул Хан тому прямо в губы. Феликс кивнул. Притянув парня за подбородок, Хан поцеловал его нежно, словно боясь спугнуть, но Ли этого: объятья, жаркие мокрые поцелуи и что-то большее, ведь для счастья соулмейты и созданы друг для друга. Джисон понял, что светловолосому мало, когда он подался вперёд, пытаясь углубить поцелуй, и он повалив на спину Феликса, нависнув сверху, и видя, фиалки завяли и сами осыпались, но сейчас это не так волновало Хана, как Ли, лежащий под ним. Его соулмейт, тот, кто предназначен ему судьбой. Его, только его и ничей больше, готовый на всё. — Люблю тебя, Феликс. –сказал Хан вновь целуя того, но уже глубоко страстно, от чего Феликс обвил его шею руками, сильнее прижимая к себе, понимая, что этот андеграундный рэпер, что кажется таким желанным и недоступным — его, он его любит, получая любовь в ответ. Впереди у них жаркая ночь и не одна.