Mine alone

Осень приходит в Асгард золотыми яблоками, пахнущими поздним медом, что напоминают бессмертным о царстве Хель. Первое яблоко каждого года принадлежит Всеотцу, следующее Идунн вручает Браги — его темный взгляд ни на мгновение не отрывается от нее, — и смеется с асами, что целуют ее в обе щеки, получая из ее рук плоды яблони норн. Сигюн получает свое яблоко и вдыхает сладкий аромат: он всегда чуть пьянит ее, кружит голову хмелем, а затем благодарит богиню весны. Идунн лишь кротко улыбается в ответ и спешит к другим асам, но Хведрунга* весна обходит стороной. Бог озорства лишь ухмыляется — для него все это лишь очередная игра, — и Сигюн, видя и мрачный взгляд Браги, и дрожащие пальцы Идунн, когда Лофт* оказывается слишком близко к богине весны, вмешивается. Ей имя — верность, и в том, кто меняет свои лица подобно маскам, она видит лишь что-то неестественное, а потому без страха встает перед покровителем ведьм и пламени. Ее взгляд, ровный и спокойный, заставляет его опешить, но лицо искривляет ехидная улыбка, когда она протягивает ему яблоко. Пальцы Сигюн не дрожат подобно рукам богини весны, а в синих глазах, напоминающих Локи о звездных сапфирах, которые сияют в пещерах Свартальвхейма, нет страха. — Не вставай на моем пути, богиня, — произносит Локи, наклоняясь к ней, и обхватывая ладонью белоснежное тонкое запястье, но Сигюн только улыбается, когда язычки пламени танцуют на ее коже. — Ты хочешь обмануть меня этим? — в ее голосе нет насмешки, лишь искреннее любопытство, Лофта это сбивает с толку. Она смотрит на него без привычной неприязни асов, и ему кажется, что она видит его сквозь все его лица. — Не знал, что богиня верности так хороша в магии, — медленно произносит он и Сигюн едва не улыбается. — Что может знать о верности или преданности тот, кто никогда не был верен? Локи склоняется к ее лицу и в его взгляде — отсвет дикого огня, что он подчинил себе. Он притягивает ее ближе, сжимает запястье сильнее, поднося ее ладонь к своим губам, и яблоко хрустит на его зубах, когда он надкусывает его, не сводя с нее своего взгляда, а затем шепчет так, чтобы слышала только она: — Так приди ко мне и я тебя познаю.