Немой романс

Утро следующей недели.. Так, стоп. А как же горячие потрахушки и жамканье простани от экстаза и оргазма?? Да нет.. Чимин бодро сидит в кофе, с чашечкой горячего чая в руке, и смотрит на ничем не привлекательный вид: Сеулский дождь проходит очень долго... Но в этой атмосфере Чимин выступал в роли солнышка. Но он все думал о той самой ночи, да, именно той самой. У Чимина не улаживалось в голове: -почему, Чон-гребанный мать его с*ка-Чонгук, остановился??? Омега вспоминал все с обидчивыми вскриками возмущения, на что люди в кафе уже как-то косились на него: -В такой момент!!такой момент!!! Аааа. Но Чону тоже было не легко, потому что не хотел причинять боль. Он хоть и остановился, но потом сделал кое-какой минет, а Чима заснул. Все одним словом- охеренновдвухсмыслах. Чимин немного догонял своим умом до ситуации, но его стервозная омега внутри не давала покоя возмущениям. Ухх, уволил бы он своего альфача, но такие вокалисты нужны ради компании. Чимин со слезами думал об этом, ведь видеть этого вечно улыбающегося Чона, было невозможно. Чимин невольно вспоминал те дни, когда Чонгук был немым, и это ему нравилось больше, чем сейчас, но этот Ангельский голос, сдавливал своей милодичностью маленькое сердечко омежки, от чего он бился в конвульсиях, когда Чон рассказывал ему какую-нибудь историю. И до сих пор именно у Чимы был вопрос: "А почему голос потерял?". Пока Чимин боролся в себе, Чонгук занимался бесценным трудом- чесал котика Юнги. Мин принес его, потому что беспокоился, что он может удрать на улицу под ливень, а котика он очень любит. А сам Юнги сейчас разбирает бумаги и бьётся в судорожной лихорадке от переполненной работы. Ничего важного не происходило, поэтому день прошёл медленно. А Чимин уже дома. В странной обстановке, хоть сейчас и горит в комнате свет, но он хочет полностью вжаться в темноту, слушая симфонию городского ливня. Хоть Чимин и руководит компанией, которая связанная втесную с искусством и творчеством, сам он ничего не умеет. Ни играть на инструментах, ни петь,хотя у него очень красивый ангельский голос, ни рисовать, и много-много чего. И ему стыдно за это. Поэтому сейчас он берёт чехол от своего первого в жизни новокупленого инструмента. Он открывает чехол и у него в голове проходит слово: "Романс..." И правда, это была гитара с неилоновыми струнами. Ее дека отсвечивала городские огни, освещая темную комнату своим тусклым блеском. Он неумело берёт ее и ставит на колено, давая освоиться новому инструменту. Чимин проводит по, словно мягким, струнам, давая звуку наполнить чарующую темнату. -Когда-нибудь, я смогу сыграть на этой прелести,- говорит Чима, и заливается приятным смехом. *** -Эх, Чон Чонгук, теперь можешь говорить, а руки из задницы переросли?,- с сарказмом и усталостью проговаривает Чон, подбирая осколки полетевший на пол крушки с сладким кофе-перестань думать о Чимине, Чонгук, иначе все крушки перебъёшь. Чонгук застыл не на долго. -Да как я могу перестать о нём думать?!,- безъисходно ворочиется на полу Чонгук. Для Чона, запах Чимина был как воздух. Он не мог им насытиться, да и жить без него никак. Так хотелось Чону, прижать это маленькое тело, такое невинное и ангельское. Но как такой запах может быть у такого щеночка? Ведь омеги пахнут тем, каким запахом были окружены или им нравился этот аромат. -Бл, пепел и сигареты?? Как?Хотя...бл*ть, как мне нравится этот запах! Все-таки Чонгук с самого детства был готов разбираться в сигарах, потому что ему очень нравилось, но сам не пробавал их, пока не потерял Джина. После потери, он напивался и курил так, что жил в облаке дыма и запахе алкоголя. -Пак-твоюмать-Чимин, ты-мой фетиш!,- кричит Чон.