Скатилась: версия 2.0

      Естественно, почти отступившая болезнь обострилась. Лиза расклеилась уже на следующий день и лежала на кровати, основательно закутавшись в одеяло и являя собой иллюстрацию грустного буритто. Юлик, ощущавший свою вину, выполнял роль прислуги. Приносил чай и лекарства, особенно активно настаивал на уколах и вызове врача. За это его систематически слали на сосиску в его же штанах и отворачивались. Иногда девушка поднималась с кровати и брела на кухню, укутанная одеялом, передвигаясь как пингвинчик.       В один из таких рейдов Лиза заметила изменения в своей квартире: на полу в коридоре появилась небольшая дорожная сумка, из которой торчало что-то крайне подозрительное. Девушка осторожно приблизилась к объекту, наклонилась и двумя пальчиками вытащила из сумки кусок ткани. Кусок оказался ничем иным, как Юликовской футболкой. Лизка разжала пальцы, позволив ей скользнуть на вещмешок. - Жульен! - крикнула она, шаркая на кухню. - Это что за мерзкая оккупация? Зачем ты притаранил сюда свое барахло?       Юлик оторвался от ноутбука и поднял глаза на вползающую на кухню девушку. Лиза была бледна и прозрачна аки тургеневская барышня*. - Ну, как бы, у меня совсем не было одежды. Еще был вариант ходить голым по дому или начать таскать твою одежду. - Щас прям, ага. - Лиза шмыгнула носом. - И когда мерзкий оккупант успел смотаться к себе домой и как его оттуда выпустили живым? - Ты спала как сурок тогда, а Даши не было дома. Так что мой рейд, надеюсь, остался для нее незамеченным.       Лиза плюхнулась напротив Юлика, потянув руку к его кружке с кофе и тут же получив по ней легкий шлепок. - Это мой кофе. - Это мой дом! - …. - Моя вода! - …. - И та бурда, что ты насыпал в свой стакан тоже моя!       Выждав момент, когда Юлик отвлечется, она резко схватила кружку и тут же от нее отхлебнула. - АХ ТЫ ХОДЯЧАЯ БАЦИЛЛА! - возмутился Юлик, провожая кружку прощальным взглядом. - Цыц, ты виноват, что я снова разболелась, вот и терпи тиранию и матриархат. - Хуиат...- пробормотал Юлик, уткнувшись в экран ноутбука. - Что ты там сказал?!       Юлик послушно замолчал, рассудив, что лучше срулить с темы подобру-поздорову. К тому же он был занят: пытался создать видимость активности, чтобы на ютубе не заметили ничего странного. Юлик клепал ролики из того, что было уже отснято. Иногда ходил к Кузьме или Ховану, снимая совместки еще и с ними. Для убедительности. Кузьма был прекрасно осведомлен о том, где обитал Юлий. Принял он этот факт спокойно и невозмутимо - как и подобает пожилому человеку.

***

       А через пару дней Юлик наблюдал за тем, как Лизка жадно и большими глотками поглощает пиво, закрывая от удовольствия глаза. Она была выкупанная, разгоряченная, с мокрыми волосами и в огромнейшей белой футболке, скрывающей приличную часть бедер. Казалось, он даже слышал вибрирующее мурчанье, потому что девушка была довольна как слон. Лизка почти вылечилась и теперь, рассудив, что за страдания свои она должна получить удовольствие, пила пиво. Темное, разливное, оно пенилось в ее кружке, оставляя легкую отметину на верхней губе каждый раз, когда она макала туда свою мордашку. Юлик наблюдал за этим со странным любопытством, ощущая какую-то живость, отсутствующую у Даши.       Сам он вальяжно растянулся на Лизиной кровати, вытеснив ее оттуда целиком и полностью. Лежал довольный - захватчик на вражеской территории, которую ему, к слову, сдали почти без боя. Поэтому, Лизе пришлось прикатить компьютерное кресло и развалиться в нем, закинув ноги на кровать - мелочь, а приятно.       Они смотрели фильм. Лиза долго возмущалась и пыталась спихнуть Юлика со своей кровати, но тот был неприподъемный и она сдалась. Лиза наслаждалась пивом, сквозь прикрытые от удовольствия глаза следя за тем, как мальчик делает шаг назад от кресла, в котором сидит Брюс Уилис**. Потом еще и еще. Лиза не любила фильмы с элементами ужаса. Они всегда ее слишком впечатляли, и потом она не могла спокойно спать.        Даже такой "безобидный" фильм, как "Шесть демонов Эмили Роуз" заставлял ее просыпаться мокрой, как мышь, а после просмотра картины "Женщина в черном", она проснулась и в темноте ей показалось, что та стоит над ее кроватью. Зловещие мертвецы, которые просто обязаны были появиться дальше, вызывали легкое напряжение. Зато Юлик явно получал удовольствие. От алкоголя он предусмотрительно отказался, памятуя о прошлом своем опыте. Лиза бросила на него быстрый взгляд, сделала еще глоток и задумалась.        Вчера она бросила Юлика в квартире одного, умчавшись по делам. В одном из фудкортов крупного торгового центра она случайно наткнулась взглядом на Дашу. Та сидела за столиком с какой-то своей подругой. Выглядела она уставшей: под глазами залегли круги, она здорово поправилась, кожа ее стала еще белее, уголки губ были опущены книзу.       Лиза разглядывала ее издалека, пытаясь ощутить жалось, но ее не было. Юлик отказался рассказывать о причине их ссоры, а Лиза не имела привычки настаивать. Старый друг вызывал у нее смешанные чувства, которые она предпочитала списывать на свою половую неудовлетворенность.       А Даша... Даша, видимо, была виновата сама. По крайней мере, Юлик сказал, что он не считает себя не правым. - Хороший фильм. - Что? - переспросила девушка и столкнулась с удивленно-вопросительным взглядом Юлика. - Фильм. Хороший, говорю... - А...ну да. Но все равно жутко от него. - Так и должно быть, это и говорит о том, что он годный, иди сюда.        Юлик потащил ее за лодыжку на себя, прикатив стул вплотную к кровати. Лиза запротестовала, но ее сволокли с кресла и почти насильно уложили рядом. Оставалось только смириться и уткнуться в жесткое неудобное плечо, пахнущее чем-то сандаловым. - Ты охеревший, - недовольно пробурчала она, наконец позволив себе устроиться поудобнее.       Юлик промолчал и Лиза сосредоточилась на фильме. Кадры мелькали, показывая мальчика, школьного учителя, повешенных крестьян и вечно озадаченное лицо Брюса. Лиза сама не заметила, как тревожные кадры перестали мельтешить перед глазами, уступив место уютной темноте.       Темнота была блаженна и приятна. Бледный силуэт возник где-то вдалеке. Лиза стояла, всматриваясь в это размытое серое пятно. Пытаясь понять что это, она сделала насколько шагов по направлению к нему. Затем еще и еще. Справа она уловила боковым зрением движение и резко обернулась. Позади нее по прежнему было пусто. Когда она развернулась по направлению к свету, вокруг нее уже образовалась уютная советская гостиная.        В кресле, спиной к ней кто-то сидел. Она понимала это интуитивно - в комнате был кто-то еще. Лиза сделала неуверенный шаг, окликнув сидящего в кресле человека. Ответом ей послужила тишина, разбиваемая гипертрофированно-громким тиканьем часов. - Эй... - робко произнесла девушка.        Кресло издало тихий шорох. На верх резной спинки плавно опустились маленькие бледные пальчики. Лиза непроизвольно сделала шаг назад. - Ты мертва. Тишина. - Нет...       Рядом с пятерней образовалась еще одна, а затем на Лизу уставились два недоверчивых блеклых глаза. - Ты злаязлаязлаязлая. - Нет! - Лиза невольно сделала еще шаг назад,- Не смотри на меня так.        Еще шаг, глаза мальчика начали судорожно вращаться. - Не смотри, не смотринесмотринетнетнельзятаксмотретьналюдей.       Его тонкий детский голос перешел на нечеловеческий визг, оглушающе бьющий под дых.       Лиза испуганно попятилась, наблюдая, как кто-то невидимых хватает мальчика за шкирку и начинает трясти. Крики становятся невыносимы, паника в груди ширится, давит на ребра, потому что она видит, как на его белой рубашке начинают распускаться алые дорожки порезов.        Не отдавая себе отчета, Лиза бросается прочь из комнаты, ныряет в спасительную темноту коридора, а следом за ней раздаются крики вперемешку с воплем "нельзя так смотреть". Она бежит к двери, но коридор тянется в бесконечность, а крик становится все громче, почти невыносимы. Дверь недостижима, темнота коридора орет ей в уши, налетая со всех сторон. Лиза закрывает их руками и садится на корточки, стараясь, как в детстве, загородиться от всего, что происходит вокруг, но звуки нечеловеческого голоса пробиваются сквозь ладони. И тишина.        Все исчезает исчезают, а Лиза так и сидит, зажмурив глаза и раскачиваясь, как маленькая. Пусть монстры уйдут, пусть уйдут. Тишина все не проходит. Тогда девушка решается приоткрыть глаза. Она видит запорошенную снегом мерзлую землю, мелкие камушки. Поднимает голову - забор частного дома. Деревенский, старый. Она видит край кирпичной стены, к которому он прилегает.       Тогда она решает встать и осмотреться. На улице ночь, но такая ясная, такая по-зимнему свежая. Лиза видит дом, рядом с которым она оказалась, в окнах его горит желтый свет, обещая уют. Внезапно занавеска отдергивается в сторону и в окне мелькает искаженное болью лицо того мальчика. Рот его смят криком, который до нее не доносится. Она видит ,как кто-то невидимый терзает его и внезапно ощущает смешанную со страхом вину от того, что он там, а она здесь. За спиной мальчика вспыхивает пламя, глаза его практически валятся из орбит от безумного ужаса и Лиза, дернувшись, просыпается.        В комнате темно и душно, она лежит на постели одна. Лоб ее покрылся легкой испариной, тонкие пряди нитями прилипли к нему. Лиза не смеет шевельнуться, ощущая, как по щекам градом катятся горячие слезы, выжигая борозды на ее нежной коже.       Темнота комнаты выглядит угрожающе, она боится повернуть голову, потому что ей кажется, будто мальчик стоит там, за пределами видимости, но рядом с ее кроватью. И смотрит. Ждет, когда же она повернется к нему лицом. Лиза тяжело дышит, боясь шевельнуться. Рядом с кроватью раздается едва уловимы шорох - мальчик устал ждать, когда она повернется и шевельнулся. Может, нетерпеливо дернул рукой. Ледяной страх сковывает ее тело, делая его тяжелым, но она подрывается и слепо мчится в непонятном направлении, спотыкаясь и тут же падая на что-то относительно мягкое. - Лиза?       Сонный знакомый голос Юлика звучит как манна небесная и Лиза с трудом вглядывается в темноту, стараясь различить его силуэт, растянувшийся в спальном мешке рядом с ее кроватью. Ледяной страх едва отпускает ее горло, недолго думая, она откидывает в сторону край его тонкого пледа и забирается внутрь, буквально вжимаясь в него лбом. - Ты что, плачешь? - Лиза тоненько всхлипывает в ответ.       Юлик накрывает ее сверху сначала пледом, затем кладет руку, зарываясь пальцами в волосы и успокаивающе поглаживая их. Они немного влажные, а сама она тяжело дышит, и он чувствует, как сотрясается от ударов ее сердца его грудная клетка. -Ебучий Юлик...со своим фильмом... - бормочет она, успокаиваясь. ________________ * Ну, короче, это фразеологизм, у Тургенева это всегда замкнутая, чистая (в основном духовно), скромная и неплохо образованная девица. С признаками интроверта. Яркой красотой она не отличается, часто может восприниматься как дурнушка. ** Фильм "Шестое чувство".