Venture

- Эй, Наён, ты не могла бы помочь мне в одном важном деле? – Сои, не глядя на подругу, переворачивает тонкие страницы очередного журнала о моде, отрицательно качает головой, рассматривая последние тенденции, а потом и вовсе бросает его на журнальный столик. Наён неуверенно поднимает глаза на подругу. Обычно такие просьбы не заканчиваются ничем хорошим, и никто не говорит, что в этот раз будет что-то по-другому. Скажем, на прошлой недели, когда Ким «по просьбе» Сэджон пробралась вечером в учительскую, чтобы забрать конфискованный телефон подруги, ее поймал охранник и в итоге наказали уборкой в классе до конца месяца. А когда Хана захотела отомстить бросившему ее парню, их родителей вызвали к директору и дома Наён хорошенько влетело. Какой бы не была ситуация, в итоге вся вина перекладывается только на Наён, точно так же, как и наказания. - Что за важное дело? – переспрашивает Ким, стараясь говорить в привычном тоне и не показывать того, что не совсем довольна этим вопросом. - Помнишь Ли Хонбина, который учится на класс старше? – Соджин задумчиво подпирает подбородок кулаком, а затем переводит взгляд на обескураженную подругу. - Помню. - Я хотела бы сходить с ним на свидание. И, возможно, стать его девушкой. - Но чем я могу помочь? – спрашивает Наён, не совсем понимая, к чему клонит подруга. Но это все ей определенно не нравится. Губы Сои растягиваются в странной улыбке, которая появляется на ее лице каждый раз, как она задумывает что-то коварное. Девушка подходит к Ким поближе, становится за ее спиной и упирается ладонями в спинку мягкого кресла. - Если бы все было так просто, я бы ни о чем тебя не просила, - протягивает она, а затем продолжает: - Но проблема в том, что Ли Хонбин – не просто парень, которого можно купить кокетливыми взглядами. Он очень холоден с девушками, я еще не слышала о том, чтобы он с кем-то встречался. - Так зачем тебе нужен этот Ли Хонбин? Уверена, в нашей школе есть много симпатичных парней, которые были бы очень даже не против с тобой встречаться… - Ты не понимаешь, - обрывает ее Соджин, а потом садится на красный пуфик возле подруги. – Таких парней слишком легко соблазнить, это скучно. А Ли Хонбин своей отстраненностью заставляет желать его еще больше. - И все же, какова моя роль во всем этом? – Наён все еще ничего не понимает, но искренне надеется, что ее самые худшие опасения не подтвердятся. - Если я вот так просто приглашу его на свидание, он мне откажет. Поэтому есть только один вариант: подружиться с ним. Однако опять же, из-за его холодного отношения, сделать это будет трудно. Как насчет того, чтобы втереться в доверие к Ким Воншику? Наён моргает несколько раз, пытаясь вспомнить, кто такой Ким Воншик, пребывает в прострации пару секунд, но в конце концов только отрицательно качает головой и произносит: - Я не понимаю, о ком ты говоришь. - Ты должна знать его, - впервые за все время встревает в разговор Бора, заблокировав телефон, в котором до этого активно листала ленту в инстаграме. – Он учится в одном классе с Ли Хонбином, странный такой парень… Ботаник, а еще вечно носит большие квадратные очки. - Насколько я могу понять, этот парень вообще не имел никакого контакта с девушками, поэтому, думаю, с ним будет легче сблизиться, - продолжает Сои. - И ты хочешь, чтобы это сделала я? Наён снова чувствует себя второсортной, какой-то ненужной вещью, которую используют в самих крайних ситуациях. И что самое ужасное – она всегда на это соглашается, потому что знает: если она потеряет подруг, ее жизнь снова превратится в ад, которым была всего-то год назад. - Правильно! – улыбаясь, восклицает Соджин. – Так что, ты в деле?

***

На улице уже стремительно темнеет, точно так же, как и в большом особняке, где живет Наён. Однако девушка не знает, сколько еще она сможет называть это место домом. Тяжело вздыхая, она переступает порог, старается вести себя тихо, но как только проходит в гостиную, задевает край журнального столика ногой и создает приглушенный шорох. - Онни? – слышит она совсем недалеко сонный голос младшей сестры и в конце концов тянется к выключателю. - Мина, что ты здесь делаешь? – удивленно спрашивает Ким, приподнимая брови. Мина лежала на диване, все еще в школьной форме, в обнимку с рюкзаком. - Мама с папой снова ссорятся, - расстроено произносит девушка, принимая сидячее положение. Ее глаза блестят от слез, а с губ срывается тихий всхлип. – Онни, когда уже это закончится? - Не плачь, - Наён садится рядом, заключает сестру в свои теплые объятия и заботливо гладит по волосам, пытаясь успокоить. Если посмотреть на этих двоих, то невозможно поверить в то, что девушки на самом деле не родные сестры. Наён было всего пять, когда ее мать в четвертый раз вышла замуж, на этот раз за отца Мины. Ким отчетливо помнила, как поначалу ее пугал этот большой дом, просторные пустые комнаты. Она чувствовала себя очень одинокой, все вокруг было таким фальшивым, точно так же, как и любовь ее матери к мистеру Кану. Она любила только его деньги. Наён готова поспорить на все свои карманные деньги: если бы не родилась Мина, мистер Кан развелся бы уже спустя полгода после свадьбы. Ее мать сложный человек, которого на самом деле очень трудно вытерпеть, наверное, поэтому она так часто выходила замуж и так быстро разводилась. Наён была слишком маленькой для того, чтобы понять, откуда внезапно в их доме появился маленький сверток, бесконечно плачущий и требующий еды. Но она почувствовала на себе большую ответственность, ведь Миной, кроме старой ворчащей няни, больше никто не интересовался. - Ты голодна? – спрашивает Ким, все еще обнимая сестру и чувствуя, как она успокаивается. Та медленно кивает, затем отстраняется от старшей и начинает тереть кулачками покрасневшие глаза. - Хочешь, я сварю тебе рамён? В ответ снова кивок. Наён тепло улыбается, легко растрепывает волосы сестры и направляется на кухню. Прислугу, наверное, уже распустили по домам, плевать, что ребенок еще не ужинал. От этих мыслей девушка хмурится и незаметно сжимает пальцы рук в кулаки, однако быстро совладает с собой и пытается расслабиться. - Где ты так долго была? – спрашивает Мина, занимая место за кухонной стойкой позади сестры. – Снова гуляла со своими «подругами»? – на последнем слове девушка делает заметное ударение. Наён знала, что ее друзья не нравятся сестре. - Да, девчонки предложили вместе провести время после уроков… - Я все никак не пойму, зачем ты все еще с ними общаешься? – в голосе Мины слышится глубокое непонимание, а еще какой-то упрек. - Они не такие плохие, какими ты их видишь, - врать самой себе уже входит в привычку. В привычку, от которой Наён больше всего жаждет избавиться. Мина хмыкает, тем самым показывая то, по-прежнему недовольна окружением сестры, затем подходит к Ким сзади и заключает ее в обьятия. - Ты же пожалеешь об этом, - тихо произносит она, заставляя Наён вздрогнуть. – Я очень беспокоюсь о тебе.