Книга о студенте

***

      – Антон, ты уверен, что хочешь издать эту книгу? Я могу и не относить, всё зависит от тебя...       Антон сидел в гостях у своего друга Позова, тот всегда помогал: он с помощью связей публиковал уже популярные книги молодого писателя. Это была очередная его книжка, но не привычная, как для Антона, так и для читателей. Эта книга была о...

его студенческой любви.

      Он никому не рассказывал об этих чувствах, он всегда боялся стеснялся этого. Но ему придётся раскрыться, ему придётся это сделать. Так же, как и раскрывают его книги, так же должно быть и в этом случае.       – Поз, я давно в этом уверен.

***

      Книгу опубликовали почти сразу, но разнеслась по стране она только через пол года. И вот, в дождливый осенний день, Арсений собрался с мыслями и пошёл в главную библиотеку Питера. Все дороги и тропинки к ней замело жёлтыми, сухими листочками. Ветер дул тихонько, навевая такие же тёплые воспоминания, как и сам ветерок. Он как будто направлял брюнета идти прямо к той самой библиотеке, в которой Арсений, как казалось бы, прочитал все книжки. Идти было недолго, тем более с такими шагами, как у Попова. Он был ростом сто девяносто, его ноги были длинные, что позволяло ему удобно перешагивать все лужи и почти сухим миновать улицу. Дождь не касался его, была преграда — жёлтый зонтик, который мог бы слиться с опавшими листьями, если бы не питерские лужи. Осень выдалась тёплой, что не могло не радовать.       Прошло минут пятнадцать, прежде чем звякнул колокольчик и послышались шаги этого « влюблённого в книги » паренька. Он встряхнул головой, чтобы поправить чёлку, и наконец закрыл свой насквозь промокший зонтик.       – Фамилия, имя? — послышался тут же бархатный голос женщины лет пятидесяти, который вывел Арсения из раздумий. Кажется, сегодня она в добром расположении духа.       – Попов Арсений.       Арсений тут же направился к стеллажам, вспоминая, что хотел найти какого-то писателя. На полках стояли разные книги с разноцветными корешками, но взор Попова притянул жёлтый цвет, на котором красивым шрифтом было напечатана знакомая фамилия.

Шастун

      Его сердце стремительно сменило такт с « обычного » на « кажется я пробежал около пяти километров без перерыва ». Дрожащими кончиками пальцев он притянул к себе книгу, даже не прочитав названия.       Попов был « заводилой » и « душой компании », но, когда оставался один, любил почитать и отдохнуть от такой активной, светской жизни.       Он купил книгу, даже не взглянув на название и ценник, честно говоря, он всегда так поступал с книгами Шастуна. Ровно с того момента, когда только-только его книги попали в свет. Можно сказать, он их коллекционировал, в память о забытой любви. Он упустил тот шанс, когда Шастун уехал из Питера обратно в Воронеж. Просто уехал, как говорится, « по-английски », не попрощавшись с темноволосым обладателем самых красивых голубых глаз на свете. Попов продолжал вести свой нездоровый образ жизни, чтобы вспомнить как лоханулся в момент уезда Антона. Конечно, он был горд, что его бывший однокурсник многого добился, написал уже более пятнадцати книг и нашёл себе какую-то работу, позже ещё и девушку. Арсений же просто остался в своём театре, с кучей денег от разных мероприятий, тратил их на бухло и богатеньких друзей.       Дождь продолжал лить, изредка меняя своё направление. Попов уже сидел в своей комнате, подогнув ноги под себя и укрывшись жёлтым тёплым пледом. Распивая горький кофе, он погладил по обложке книгу. Она была мягкая и очень яркая, без надписей. Надписи были внутри и на ранее описанном корешке. Открыв книгу, он мысленно обрадовался и немного погрустнел от названия « Студенческая любовь »: наконец Попов узнает, кому принадлежали бабочки в животе Шастуна. Книга была толстая, возможно это был очередной роман от писателя, который любил писать в таком жанре.       От первых же строчек у Попова отвисла челюсть и немного расплескалось кофе. Он тут же убрал чёрную жидкость от книги, чтобы не испортить свежие листы бумаги.       Я любил его... До глубины души. Во сне я отдал ему все свои звёзды, чтобы тот никогда не грустил. Его имя было первым в алфавите. Я хотел, чтобы наша жизнь была совместной...       Значит всё-таки мужчина... Ему нравился сильный пол? Значит, это мог быть и Арсений. Но это не точно, он же всегда был с Позовым, в то время, как Попов крутился с Матвиенко, Павлом и остальными заводилами из группы. От разных мрачных мыслей он решил, что почитает позже: нужно подготовиться, собрать все эмоции в кучу, чтобы не разбегались от каждого нового прочитанного слова. Начать подготовку он решил с просмотра любимого фильма и допивания остывшего кофе. Кофе ему не хватило и он заварил ещё, чтоб уж наверняка.       Когда же он наконец истерзал всю свою душу осколками прошлого, то решил прочитать главу-другую этой повести. Единственное, что он знал о мальчике, который нравился Шастуну, это то, что его имя начинается на « А » и что он был красавчиком №1 в их учебном заведении. Арсений в прошлом был самолюбив и решил, что возможно это про него, но когда автор стал рассказывать про шёлковые, гладкие, тёмные волосы и чистые голубые глаза, то понял, что это точно он... Как он мог не замечать то, что нравился своему предмету обожания? Возможно, Шастун скрывал свои чувства под маской « натурала », чтобы сверстники его не загнобили. Но Арсений был бы не против защитить Антона от натиска разъярённых однокурсников. Очень странно... Но до Попова сразу дошло, что ему плевать, что подумают остальные. Он решил, что стоит действовать. Менять себя радикально. Менять все свои планы. Он решил, что поедет в Воронеж.