Поцелуй во имя спасения

Приступов болезни больше не было и у Люси появилось время на себя. Она уже выглядела значительно лучше, легкий румянец занял привычное место на девичьих щеках, да и силы возвращались. На людях девушка старалась вести себя, как обычно, хотя внутри ее сердце сжималось от тревоги за отца и брата и, конечно же, за ее народ. Если выбора не останется, ей придется... Уже прошло три дня с того времени, как Лексус вновь связался с ней, сказав, что Джудо и Локи уже в пути. Только бы успели... Чтобы до конца сыграть свою роль глупенькой и ни на что не способной принцессы (так девушка надеялась выиграть немного времени для себя), светловолосой пришлось, как ни в чем не бывало, изображать на прогулке радость от того, что болезнь временно отступила. Да по сравнению с угрозой переворота, нависшей над Фиором, ее жалкая участь весила гораздо меньше. Разве можно сравнить жизнь одной принцессы с судьбой целой страны? — Конечно нет, — ответила сама себе Люси, медленно спускаясь по лестнице, ведущей в сад. Стражники почтительно склонили головы при виде ее высочества, она же подарила им свою легкую улыбку. Леви и Юкино уже ждали блондинку около небольшой клумбы, в которой росли лишь белые розы — любимые цветы Сердоболии. Здесь было их место сбора, затем девушки обычно шли в самое отдаленное место парка, где их никто не смог бы услышать. Лишь там они могли позволить себе показать истинные эмоции и поделиться накопившейся информацией. — Ну, какие новости? — нетерпеливо спросила принцесса, усаживаясь в мягкое кресло, принесенное сюда заранее и спрятанное в тени беседки. Подруги достали свои стульчики и, присев, начали рассказывать. — Восстание случится в ближайшее время, — шепнула Леви, опасаясь говорить громко. Ведь даже в таком месте не можешь быть абсолютно уверен в собственной безопасности. Если они узнают больше, чем надо, повстанцы убьют их, не медля. Она ведь и так сильно рисковала, внедрившись в их группу. Но преданность правящей семье была в ее крови. Ради них Макгарден была готова рисковать собственной жизнью. Жаль только, что ей, как новичку, в "рейнджерах возмездия", пока не очень то доверяли, а потому и информации давали мизерное количество, да и то, в самый последний момент, чтобы не разболтала кому. — Если король не вернется завтра, все пропало. Одна, вы не сумеете удержать контроль, — грустно закончила Юкино. — Все из-за моей болезни, — с горечью признала Люси, чувствуя, как глаза наполняются жгучими слезами. — Извините, девочки, вы так рисковали, а я... — Принцесса! — хором воскликнули Агрия и Макгарден. — Вы не виноваты в этом. И мы найдем способ спасти вас. Дальше светловолосая не слушала, боль в груди от их слов, их веры в нее, была неимоверная и девушка поспешила скрыться с глаз верных подруг. Это больно, когда ты не можешь оправдать ожидания, даже если желаешь этого всем сердцем. Понурив голову, девушка шла по саду, намереваясь, как можно скорее, вернуться в свою комнату. Она чувствовала, что еще немного — и не выдержит — сорвется. А разреветься перед подданными, тем самым выдав собственную слабость врагам, совершенно не хотелось. Именно из-за рассеянности, Сердоболия и не заметила, как некто сжал ее руку, оставив в крепко сжатом маленьком кулачке клочок бумаги. Растерянно оглядевшись и никого не увидев, Люси глубоко вздохнула. Как можно было быть такой беспечной? Ее коснулся незнакомец, а она и не заметила. Лишь в своих покоях ей удалось подавить нервную дрожь. Медленно, словно боясь, что оттуда что-нибудь выскочит, девушка развернула "подарок". Восстание случится сегодня. Принцесса, выживите ради вашего народа. Вы должны уйти сегодня же, до заката. Королю и Принцу я доложу сам.

Друг.

— Я должна бежать, — словно эхо, повторила написанное девушка, понимая, что этот неведомый соратник в чем-то прав. Ей нужно скрыться и выждать нужного времени, чтобы вернуться и повергнуть повстанцев. — Я сделаю это, отец... Ради страны, ради нас... Блондинка метнулась к шкафу и вывалила из него самые необходимые вещи и деньги, спрятав все это в небольшую сумку. Проверив, все ли готово, Люси тихо покинула дворец, даже не оглянувшись на прощание.

***

Люси медленно шла по городу, в котором родилась и выросла. Он был ее домом, но за все свои семнадцать лет девушка была в нем лишь пару раз. Чаще, она лишь грустно наблюдала за яркими огнями и снующими туда-сюда людьми из окон замка. Было приятно, вот так, запросто, пройти неузнанной. Никто не лебезил перед ней, не надевал фальшивых улыбок, не выслуживался. Да и как простому люду было узнать? Ведь они, точно так же, видели свою принцессу лишь в редкие праздники. Ее отец, король Фиора, слишком волновался о единственной дочери и старался не вывозить ее за пределы дворца без особой надобности. Ее длинное голубое платье в пол все же привлекало внимание к его обладательнице, однако, напуганные, люди старались к ней не подходить, думая, что она относится к какому-нибудь из главенствующих домов. А кому охота с ними связываться? Тихий, немного напуганный голосок, полный страданий и надежды, заставил девушку отбросить осторожность и откликнуться. — Принцесса?