Ко всему можно привыкнуть, даже к тому, что внушает нам страх.

      Добродушный Дзин, если, конечно, так можно назвать его “слегка” раздраженное утреннее состояние, затерялся где-то в глубине темной души, злобы и ненависти. Самурай ехал на расстоянии от подчиненного и Аниты, показывая всей своей сущностью, что не желает сейчас никаких разговоров.       Дзин думал.       Долго и напряженно.       Густые белые брови слились в единый острый угол. Челюсть сжимались так, что на шее выступили вены. Самурай не мог решить, как подобраться к Лиан. Как обойти ее охрану. Как узнать ее планы. Как вообще разобраться со всеми проблемами да побыстрее. В мыслях, конечно, вертелись два варианта, но ни один из них не устраивал тирана.       А тем временем, нынче, происходило что-то интересное в величественном здании, прекраснее которого не было на расстоянии в сотни километров. Изысканные интерьеры в громадных залах, - и бдительная стража повсюду, чтобы даже муха не проскочила в прекрасные покои. Весь этот антураж порождал ни с чем несравнимое впечатление,чего и пытались добиться зодчие, строившие дворец Рубиновой принцессы.       - Госпожа, - в тронном зале седой старичок-писарь склонился на коленях пред Лиан. - Прошу вас, сжальтесь надо мной.       Тронный зал так и кричал своей напыщенностью и празднеством. Что колонны, что окна, что потолок, - все было украшено искусной резьбой да позолотой.       - Что тебе нужно? - презрительно бросила Лиан.       - Кажется, действие заклятия прошло. Большая часть клана сейчас пытается найти Дзина, чтобы помочь ему вернуть власть. И дух, призванный для заклятья и подчинения, уничтожил целый город Серис.       - Проваливай, - Лиан указала на дверь. - У тебя есть неделя, чтобы разобраться с проблемами. Если проблемы останутся, то не станет твоей головы.       Старичок-писарь покорно, но не без раздражения, удалился. Сейчас его жизнь принадлежала Лиан. Но сомнения о правильности своего выбора разрастались сильнее. Сейчас Крыса на своих внутренних весах по определению тирании расположил Лиан и Дзина примерно на одном уровне. Хотя стервозности, как полагается высокородной женщине, в принцессе было в разы больше, чем в суровом и гордом самурае.       - Эх, тот хотя бы мужчин понимает.       Старичок мелкими шажками двигался по теням замка, как и подобает Крысе. Вокруг цвели деревья, извивались дорожки, ухоженные бережными руками садовников. Длинные ряды роз распространяли свое благоухание по всей округе. А на большой площади рядом с замком туда-сюда мельтешили солдаты, - молодые и старые, опытные и не очень, и руководил ими Хан.       Писарь уже несколько раз наблюдал тренировку военных. Когда это было впервые, старику хватило и нескольких секунд для того, чтобы понять, что разница в методах Дзина и Хана колоссальна. Первый учил выживать сразу на практике, без церемоний, без длительных нравоучений; второй подходил в корни противоположно, сначала выливал кучу теории, постоянно говорил о патриотизме и героизме, затем каждого, как младенца за ручку медленно провожал в практику.       Два воина.       Две гордости.       Но если такие контрастные личности сойдутся в бою - столкнутся два совершенно разных мировоззрения. Одному из них суждено будет погибнуть.       - Кажется, я приказала тебе проблемы решать, а не цветочками любоваться.       Старичок встрепенулся, поклонился и мигом убрался выполнять свои обязанности по поиску бывшего главы Тысячи рук.       Крыса знал, что Дзин получил серьезные ранения, когда его свергли. Но в клане до сих пор верят, что тиран жив. Некоторые даже утверждали, что видели его недалеко от сгоревшего города. Этому верит и Лиан. Она желает собственными глазами видеть разлагающийся труп самурая.       Кто бы мог подумать, что человека, который без жалости и сожалений рубил головы, захотят вновь увидеть на троне клана? Хотя, очень отдаленно, но старичок понимал, что Дзин как нельзя лучше подходит на эту роль. Ни Лиан, ни Магистрат - никто не сможет заставить подчиняться себе такое количество преступников и лжецов.       Оседлав коня, писарь все отдалялся и отдалялся от богатого замка.       Эх, наверное, я совершил ошибку, ища выгоду. - Крыса уставился в ясное небо, а эта мысль вращалась в голове.       Но в этом нет ничего странного. Все люди такие. Стремятся поглотить друг друга, чтобы выжить самому.       Но им этого недостаточно.       Люди продолжают пожирать других, чтобы заполучить лучшее.       Хотя им и этого порой недостаточно.       Каждый хочет больше. Больше. Больше. Больше.       Еще больше!       И Крыса не исключение.       Он размышлял об очередном предательстве, хотя полностью осознавал, что в любом из путей его ожидает смерть. Рано или поздно она настигнет его огненным клинком. Потому что глава Тысячи рук никогда не прощает предательства.