Ведьма и самовлюбленный индюк

Прошло время

***

      Ключ тихо повернулся в дверной скважине. Тогами разулся, не включая свет, и маленькими, осторожными шажками направился в гостиную. Фукава хлопнула в ладоши, и тут же включилось автоматическое освещение. Девушка сидела на диване в позе лотоса и внимательно наблюдала за пришедшим.       — Крадёшься, — холодно заметила Токо и погладила чучело любимой крысы.       После окончания «Игры на выживание» Фукава нашла мёртвое тело Моцарта у себя на кровати. Она сама выпотрошила его, обработала специальным средством и с тех пор не выпускала из рук. Даже засыпая, она клала его возле подушки. Крысы живут всего два года, и такого конца стоило ожидать: не умер от голода, так сдох от старости. Ничего, «новый» Моцарт был даже лучше. Он всегда внимательно слушал, никогда не перебивал, постоянно был под рукой, и его не нужно было кормить. Вот только он почему-то Такеру не нравился. Странно, правда?       — Я не хотел тебя будить. Кстати, почему ты не спишь в два часа ночи?       — Сейчас пойду. Нужно было дописать главу. Моцарт предложил свежую идею.       Поначалу, когда они только начали жить вместе, Бьякую немного напрягало осознание, что его избранница разговаривает с чучелом мёртвой крысы и даже слышит какие-то ответы, но потом он плюнул. Пускай делает что хочет.       — В темноте?       — А для тебя будет лучше услышать, что я помню каждый день и каждый час твоего возвращения, начиная со дня когда мы стали жить вместе? — Тогами кивнул.       — Прямо все дни?       — Все.       — И во сколько я пришёл во второй день нашей совместной жизни?       — В двадцать два часа тридцать минут пятьдесят шесть секунд. Вот, — девушка достала из кармана джинсов потрёпанную записную книжку и протянула мужу.       Бьякуя быстро окинул страницы взглядом и снова кивнул.       — Спасибо, милая, что заботишься обо мне. Кстати, а зачем этот блокнотик?       — Просто так. Когда-нибудь завалы на работе закончатся и появится любовница. Я хочу, чтобы у меня был записан этот день.       Бьякуя замер.       — А почему я обязательно должен тебе изменять?       Фукава хмыкнула.       — Что за глупый вопрос? Вечно терпеть ты меня не сможешь. Конечно же, рано или поздно тебя привлечёт женщина на стороне. Красивая, подходящая по статусу и, главное, НОРМАЛЬНАЯ. Никогда не поверю, что тебе нравится такая жизнь. Разве тебе нравится, что твоя жена убила твоего отца? Или, быть может, ты в восторге, что у твоих детей будет две матери по цене одной? «Мамочка, почитай мне сказку» — «Извини, сынок, мне пора убивать дяденек». Да, молодец, ты выдержал два года, но на жалости брак не строится.       Фукава зябко обняла себя за плечи. Бьякуя закатил глаза, присел рядом и крепко обнял жену, положив ладонь на её знатно округлившийся животик. В голове мелькнула циничная мысль:       «Отец, наверное, в гробу перевернулся, когда узнал, кто носит наследника его империи, ныне сгоревшей дотла».       Но он быстро отогнал этот образ. Если империи уже давно нет, тогда к чему минимум две искалеченные жизни? Слишком много призраков для одной ночи.       — Ох уж эти гормоны! Ты меня так довела, что как раз НОРМАЛЬНЫЕ в мою сторону даже и не посмотрят. Малыш сегодня опять буянил?       — Да, — обиженно пробурчала девушка и посмотрела в пол.       — Завтра я постараюсь прийти пораньше, и мы вместе поужинаем. Договор?       Два года назад, неожиданно для себя, Тогами понял, что в этой девчонке его привлекает не только смазливое личико. Было в ней что-то такое, из-за чего он влюбился без памяти и даже сделал предложение. Вот только в чём-то она была права. Выдержит ли он такую жизнь? Постарается. Потерпит. Ради неё. Ради малыша.       — Ты мой принц навеки, — тихо произнесла Токо. — Я тебя люблю и приму измену как факт. Давай договоримся лишь об одном: пусть замужество даст мне гарантию, что ты всегда будешь возвращаться домой. Так больнее, но проще.       — Не думай об этом. Мы столько всего пережили, что твоя... неординарность — ещё цветочки. Что бы там ни было в будущем, давай для начала попробуем пожить настоящим. Пошли уже спать, я очень устал.       Бьякуя направился в спальню. У самой двери она догнала его вопросом:       — Ты меня любишь?       — Тогами на такие вопросы не отвечают, — привычно отрезал он.       — А Исидо?       Парень остановился, обернулся и тепло посмотрел на неё.       — Ты моя принцесса навеки.