Часть 1
9 апреля 2018 г., 20:37
— Просыпайся, соня! Мы с тобой уже почти прозевали завтрак! Хочешь проснуться только к обеду? — совершенно бодрый, влажный после душа Север принялся тормошить никак не желающего просыпаться Мишку.
— Севочка, иди лучше ко мне под одеялко, — сонно муркнул Мишка, подставляясь под поцелуи, — здесь так уютно, а я такой тепленький… и так жду тебя…
— Мишка, я сейчас тебя сожру, если ты не поднимешь свою сладкую попку и не пойдешь со мной на завтрак! — Север грозно зарычал и куснул Мишку за ухо.
— Ай-ай! — заверещал Мишка, сбрасывая одеяло и лягаясь. — Я так и знал, что ты меня разлюбил! Тебе какой-то дурацкий завтрак важнее меня! А я так хотел тебя… А ты…
— Не капризничай, малыш, — Север спокойно сгреб в охапку сопротивляющегося Мишку. — Сейчас — в душ и завтракать!
Конечно, в душе Мишку качественно отлюбили, занежили, задобрили, окончательно рассеяв его дурное расположение духа. Заласканный Мишка на некоторое время забыл о своих капризах и выплыл из ванной счастливый и довольно улыбающийся.
— Узнаю своего медвежонка, — обрадовался Север и легонько чмокнул Мишку в самый кончик носа. — А то проснулся — бука букой!
Мишка промолчал, отвернувшись. Ага, как будто Мишка просто так тут все придумывает! На ровном месте! Как же! Просто если Север разлюбит Мишку, Мишке и жить-то станет незачем…
***
Севера Мишка стал ревновать с первого же дня приезда. Ко всем. На его парня пялились все тетки в отеле — от тринадцати до семидесяти. Мало того что пялились и восхищенно вздыхали вслед, так еще и пытались познакомиться! По крайней мере, Мишке так казалось. Мишка готов был забыть про конспирацию, заслонить любимого своим телом и проорать на весь мир — он мой! Уберите от него лапы, похотливые взгляды и грязные намерения! Мишка уже жалел, что они с Севером решили выдать себя за братьев, чтобы не дразнить консервативных соотечественников. Если бы они не заморачивались этим, сейчас Мишка не сгорал бы от ревности всякий раз, когда его Север шел по бортику бассейна в одних черных плавках, такой охуительно сексуальный, или когда спускался к обеду в белоснежной футболке, подчеркивающей безупречную красоту мышц, или когда улыбался всем вокруг своей невозможной улыбкой… Мишка бы подошел к нему, обнял, поцеловал при всех в губы, заявив свои эксклюзивные права, и жил бы спокойно. — Миш, ну что ты выдумываешь, — пытался образумить ревнивца Север, — ну кому я нужен, кроме тебя! А если и нужен — то мне на фиг они все сдались! У меня же есть мой любимый медвежонок… Дальше Север обычно применял запрещенные приемчики, и Мишка, постанывая в родных руках, забывал обо всем плохом. Не мог он долго обижаться на своего Севера, но и ревновать перестать не мог, ну никак. Все бы ничего, и Мишка бы как-нибудь перескрипел зубами всех этих заигрывающих девчонок, но был еще один значительный раздражающий фактор — Уве. Уве — белобрысый красавчик с безупречной улыбкой и накачанным торсом, обитающий в том же отеле, что и парни. С первого же дня Мишка проникся к нему ничем не прикрытой неприязнью. При знакомстве Уве, пожимая руку Северу, цепким взглядом ощупал парня с ног до головы, восхищенно покачав головой. Мишка моментально насторожился, оттеснил наглеца, пробурчал что-то вроде: «Дай пройти!» и утащил Севку в номер. Когда Мишка узнал, что Уве приехал из Германии, то сразу вспомнил Михеича с его националистическими тараканами, и, честное слово, как же сейчас понимал Михеича Мишка… Надо узнать у деда, не привез ли его батя с войны вместе с ненавистью еще какой-нибудь захудалый пулеметик! Может, так и ржавеет заныканный где-нибудь в дедовом огороде… Пригодился бы… Ишь ты — Уве… Увик-клювик. Увик-дурик! Вот что ему в своей Германии не сидится! Север посмеялся над Мишкиными страхами, в очередной раз доказал, как любит своего медвежонка, и попросил не забивать голову всякими глупостями, не портить им такой замечательный отдых. Мишка старался выполнить просьбу изо всех сил.***
Небольшой отель в самом центре Сочи сразу понравился обоим. Сочетание современного дизайна и совершенно домашней атмосферы покоряло сразу. Красивые ухоженные девушки на ресепшене с ресницами размером с крыло бабочки — и заботливая консьержка тетушка Аревик, называющая всех без исключения детками и угощающая домашним вином, идеально оборудованный фитнес-центр с бассейном и спа-процедурами — и никогда не пустующая площадка для шашлыков на заднем дворе с кавказскими гортанными песнями и запахом жареного мяса и специй… Да и весь Сочи такой, на контрасте. Карнавал стилей, эпох и национальностей. Север, невзирая на пасмурную январскую погоду, каждый день с удовольствием ходил на прогулки и экскурсии, непременно таская за собой Мишку. Мишка, напротив, рад был бы не вылезать из теплой постели, целыми днями валяясь рядом с любимым. Вот зачем Севке эти прогулки? Если бы можно было бы гулять в обнимку, или хотя бы взявшись за руки, а так… А так — только ревниво ловить все предназначенные Северу взгляды и кусать до крови губы. Любимый ничего не замечал, крутил восторженно головой по сторонам, внимая рассказам гида. Добравшись, наконец, до номера, Мишка отрывался за все свои волнения, выжимая Севера досуха, помечая собой, убеждаясь в очередной раз, что его парню нужен он, и только он… А на следующий день все начиналось сначала… Конечно… Север такой красивый… Не то что Мишка… Уве наглел. Сначала он при встречах просто окидывал Севера восхищенным взглядом, потом стал на вполне приличном, хоть и с сильным акцентом, русском болтать о погоде, о природе; дальше — больше: Уве подкарауливал Севера, когда тот оказывался один, без Мишки, и что-то негромко говорил ему, наклонившись так близко, что у Мишки от злости сводило скулы. Север уже начинал сердиться, когда Мишка снова заводил разговор о коварном немце. Неужели он и правда не понимает, что этот красавчик его беззастенчиво клеит! Прямо на глазах у его парня! Ладно, он не знает, что это парень, думает, что брат, но это ничего не меняет. Мишка никому не позволит отнять у него Севера!***
— Детка, помоги мне, — тетушка Аревик ловко ухватила Мишку за руку, когда парни спустились в просторный холл на первом этаже. — Отнеси на второй этаж лекарство для нашей гостьи! Она ждет, а у тетушки Аревик так болит нога… Пожилая консьержка так сокрушенно заохала, что Мишка даже не посмел возражать. Махнув Северу, чтобы тот ждал его в кафе, Мишка взял лекарство и стал подниматься по лестнице. Лекарство… Вот приспичило же какой-то тетке заболеть! Сейчас подлый Уве обрадуется, увидев Севера одного, и начнет нашептывать ему на ухо! Знать бы, что он там ему нашептывает… И почему Севка не рассказывает ничего, только обижается на Мишку за ревность. А Север бы не ревновал? Может, и не ревновал бы. Надоел ему Мишка… Вот точно надоел… Иначе бы не шептался с разными там… Полный грустных мыслей, Мишка бросил взгляд на упаковку с лекарством. Слабительное! Точно! Та-дам! А вот это уже похоже на план… Мишка распрямил плечи и радостно заулыбался. Конечно! Хватит сидеть сложа руки! Пора действовать. Подсыплет сейчас ненавистному Увику двойную… нет, лучше тройную дозу лекарства, и его Север будет только его, Мишкин! Хотя бы на несколько дней можно будет избавиться от изматывающей ревности, представляя коварного соблазнителя, мучающегося животом. План созрел за минуту. Мишка злорадно захихикал. Наконец-то присущий Мишке дух авантюризма проснулся в полной мере. А то рядом с Севером совсем навыки терять начал. Ни капли не мучаясь совестью, Мишка ссыпал половину пакетиков со слабительным порошком из пачки себе в карман, остатки отдал тетечке со второго этажа и, радостно подпрыгивая, помчался в кафе, где обедали обычно все постояльцы этого отеля. Ну, кто бы сомневался! Сидят, оживленно болтают, мило улыбаются… Этот коварный немец как будто караулит Севера! Эх, Михеич, как же ты был прав… Мишка помахал заулыбавшимся ему парням и подошел к бару. Так… Север всегда пьет кофе после обеда, возьмем чашечку эспрессо. Уве кофе не пьет, в основном всякие фреши. Какой ему взять? Нужно рискнуть. Другого случая воплотить в жизнь свой коварный план Мишке может и не представиться. И что этот бармен гляделками своими лупает! Шел бы лучше девчонок обхаживал! Вон сидят, сиськами стол протирают! Мишка украдкой засыпал в стакан с апельсиновым фрешем сразу два пакетика, тщательно перемешал, вытер взмокший лоб и выдохнул. Черт, как будто стометровку пробежал! Нацепив одну из своих лучших, по его мнению, улыбок, Мишка подошел к столику и поставил перед парнями принесенные напитки. — Такой заботливый брат! — умильная гримаса так же шла Уве, как белке пятачок. — Миш, спасибо, — обрадовался Север, — пить хочется ужасно! Что-то сегодня здесь душно, наверное, дождь опять сейчас хлынет. Нет! Мишка с ужасом увидел, что рука Севера потянулась к «адскому коктейлю». — Сев, ты же кофе всегда пьешь! — Мишка отчаянно попытался спасти ситуацию. — Ты же… Сев, возьми кофе! — Что это с тобой? — Север удивленно посмотрел на Мишку и сделал глоток. Отчаянным броском Мишка выбил стакан из рук своего любимого. Чертов апельсиновый фреш залил белоснежную футболку Севера и голубую рубашку Уве. Последнее, что увидел Мишка перед тем, как пулей вылететь из кафе, был рассерженный взгляд Севки и изумленный — Уве. Как же Мишка так лоханулся…***
— Сев, я нечаянно, прости меня, — Мишке хотелось плакать. Любимый вел себя отчужденно. Как будто Мишка для него ничего не значит. А может, и не значит? — Севка, давай забудем, не пугай меня! — Мишка сцепил зубы, чтобы не разрыдаться. — Я миллион раз говорил тебе, что у тебя нет поводов ревновать, — холодный Севкин тон резал Мишку на кусочки, как острый нож. — Если ты хочешь поиграть в ревность, то скажи, поиграем, Уве здесь ни при чем! Уве. Чертов Уве… Все из-за него! — Сев, мы же не будем из-за этого ссориться… — жалобный Мишкин голосок обычно действовал на Севера, как сигнал к срочному целованию расстроенного Мишки. Но не сейчас. Сейчас Север с непроницаемым лицом стелил себе постель на диване. Как? Они не будут вместе спать?! Мишка не прижмется голой попкой к сильному телу Севера и не уснет удовлетворенным?! Как же так?! Мишке стало так жалко и себя и Севера, что он не удержался и всхлипнул. Ну нет! Мишке нужен план! Намыливаясь в душе, Мишка лихорадочно думал, что же такого сделать, чтобы Север его простил. Это он еще про слабительное не знает, думает, что Мишка из ревности просто облил соком треклятого немца. А если узнает… Ой-ой, тогда совсем беда… Погруженный в свои невеселые мысли, Мишка потянулся за бутыльком с шампунем, не удержался на скользком дне душевой кабины и с пугающим грохотом приземлился прямиком на подвернутую ногу. Твою ж мать! Больно… — Что? Мишенька, что? — на дикие Мишкины вопли примчался встревоженный Север. — Болит? Где ушиб? Мишка хотел сказать, что у него сердце болит, и вообще, произошел ушиб всего Мишки, полностью, но вместо этого он облегченно всхлипнул и прижался к Северу, блаженно вдыхая его запах. Конечно, они помирились. Север отнес мокрого пострадавшего на постель, внимательно ощупал ногу, попутно огладив как бы ненароком подставленные соскучившиеся по любимым рукам Мишкины части тела, прочел короткую лекцию о том, как помыться в душе без травм, а потом так душевно трахнул счастливого Мишку, что о большем и мечтать не стоило. Прижавшись к спящему Северу, умиротворенный Мишка подумал, что теперь его жизненным кредо будет смирение. И никакой ревности! Что еще можно думать, когда любимый даже во сне ласково целует Мишку в макушку, а его рука нежно поглаживает голую Мишкину попку… А потом наступило утро…***
— Миш, я осмотрел твою ногу, сегодня намного лучше, но поберечь нужно, — уже совсем одетый Север мимоходом поцеловал Мишку, направляясь к выходу. — Побудь дома, полечи ногу, а заодно попробуй полечиться от своей глупой ревности. — Ты уходишь? — Мишка с трудом сдержался, чтобы тут же не вскочить с кровати и не рвануть следом. — С Уве? — Медвежонок, разве я хотя бы раз давал тебе повод для того, чтобы мне не верить? — Север вернулся, подсел к Мишке и ласково взлохматил его волосы. — Обещаю, я все-все тебе расскажу, но завтра или даже послезавтра. Это сюрприз. Ну на хрен такие сюрпризы! Мишка резво вскочил с постели, как только за Севером захлопнулась дверь. А что? Мишка всегда хотел быть сыщиком. Самое время начать! Сейчас все тайное сразу станет явным. Какие секреты могут быть у любящих людей? Никаких! Невежливо отделавшись от настойчивого требования тетушки Аревик попробовать ереванскую пахлаву — «э-э-э… во рту тает, честное слово!» — Мишка выскочил на улицу. Фухх, еле успел… Черно-желтая спортивная куртка Севера мелькала путеводной звездой где-то вдалеке, то появляясь, то прячась за спинами немногочисленных утренних пешеходов. Ага! А вот и коварный соперник! Уве энергичной походкой подошел к Северу, парни пожали друг другу руки, синхронно улыбнулись и сели за столик уличного кафе. Вот значит как! Это и есть сюрприз? Мишка возмущенно поерзал в сухих зарослях дикого винограда, нашел для наблюдения позицию и притаился. Если ему сейчас суждено узнать, что любимый ему неверен, значит, так тому и быть! Лучше горькая правда! Подумав об этом, Мишка сглотнул набежавшие слезы и постарался придвинуться поближе, чтобы уловить хотя бы обрывки разговора. Увлеченный своим занятием Мишка не услышал, как сзади хрустнула сухая ветка под чьей-то ногой, только заметил краем глаза мелькнувшую тень. Лицо закрыла вонючая тряпка. Дальше — темнота.***
Голова болела немилосердно. Во рту была такая противная сушь, что Мишке показалось, что он снова перепил коварного кедрача производства деда Михеича. Где же Север? Черт побери! Север же с Уве! Реальность нахлынула на Мишку, заставив застонать от обиды. А где же тогда сам Мишка? Мишка поднялся, морщась от головной боли, и осмотрелся. Просторная светлая комната с простенькой, но вполне современной обстановкой. Большая кровать. Легкие шторы колышутся на приоткрытом окне. Прохладно… Мишка поежился. Решеток на окнах нет, и то хорошо… Значит, он не пленник… Где же он? Кто привез его сюда? Руки-ноги целы, свободны, не болит никакая часть тела… Одет. Что происходит? Попытавшись сесть, Мишка застонал. Голова… — Эй… Кто здесь? Пить… — Мишка довольно громко позвал неведомого похитителя. Будь что будет! Иначе Мишка просто сдохнет от жажды. — Проснулся? — дверь в комнату открылась так быстро, как будто зашедший в комнатку человек стоял, приложив ухо к щели и дожидаясь, когда Мишка подаст голос. — Вот вода, а вот таблетки. Мишка с недоверием посмотрел на смуглого незнакомца, но воду и таблетки взял, запоздало спохватившись, что вряд ли стоило брать такие вещи из рук похитителя, но… дело сделано… — Надеюсь, ты меня не отравил? И слабительного не подсыпал? — вспомнил Мишка свои недавние подвиги. — Или наркоты какой-нибудь? — Ты что! — оскорбился незнакомец. — Баграт тебе зла не желает! — от волнения кавказский акцент мужчины немного усилился. — Ага! Значит, ты — Баграт, и ты меня похитил! — на Мишку от страха напало отчаянное веселье. — И на фига я тебе сдался, Баграт? Выкуп хочешь? Мои родители простые работяги, и вряд ли ты что-то получишь! Раба себе хочешь? Так я ни хуя делать не умею, Баграт! Ни копать, ни сеять, ни что там еще рабы делают? Лоханулся ты со мной, Баграт! Сожру больше, чем заработаю! Жрать не будешь давать? Сдохну, Баграт! Я пожрать люблю! Мишку несло. Сидящий напротив мужчина с каждым Мишкиным выкриком как-то съеживался и все больше бледнел. — Миш, зачем ты так! Баграт не такой! — Имя мое знаешь? — сдулся Мишка. — Откуда? Чего ты хочешь? — Понравился ты мне очень! — прицокнул языком Баграт. — Красивый такой! Следил за тобой. Я бы целовал тебя все время, все желания бы исполнял… Баграту было около пятидесяти. Крепкий красивый южный мужчина, с сильными заросшими черными волосами руками, не слишком высокий, даже приземистый. На покрытом легкой порослью лице живые блестящие глаза и породистый нос. Такому найти любовника проще простого! — Баграт, — Мишка решил действовать уговорами. —Я не тот, кто тебе нужен. Отпусти меня. Найди себе парня… — Я уже нашел! — вскинулся похититель. — Ты не думай, я у брата твоего разрешения попрошу, все, как положено! Твою ж мать… Герой-любовник… — Так, Баграт, отпусти меня немедленно! — Мишка спустил ноги с кровати. — Мне пора идти. Ты же не хочешь быть преступником? Мишка сделал несколько шагов и вдруг остановился, пригвожденный к месту мутным нечитаемым взглядом добродушного до сей минуты человека. — Отпусти, пожалуйста, — вот теперь Мишке стало по-настоящему страшно. — Попрыгай сначала на папочкином скакуне! — Баграт резко дернул Мишку на себя, больно вывернув тому руку. — Пусти! — Мишка замолотил кулаками по всему, что попадалось под руку. — Пусти! Север убьет тебя! Он не мой брат, он мой парень! — Парень? — Баграт ослабил хватку. — Любишь его? — Люблю! — всхлипнул Мишка. — Очень люблю! И он... тоже… — Сразу бы сказал! — Баграт досадливо покачал головой и почти аккуратно посадил Мишку обратно на кровать. — Баграт не насильник, Баграт законы знает… — Ты еще минуту назад собирался меня трахнуть, — обиженно пробухтел Мишка, отгораживаясь от похитителя подушкой. Не очень-то защита, но другой нет. — Э… думал, сам хочешь… Такой красивый, такой сладкий… — Баграт горестно вздохнул. — Не обижу, не бойся… Пойдем, накормлю. Там стол готов. Шашлык, зелень, фрукты. Проголодался, э? Мишка громко сглотнул. Страх отпустил, на смену пришло чувство голода. А ведь и правда, не позавтракал даже, рванул следить за неверным возлюбленным. Вот где сейчас Север? И знать не знает, что его Мишка в лапах насильника! Тем временем «насильник» миролюбиво подкладывал пленнику лучшие кусочки, подливал вина и рассказывал свою историю. У Баграта есть жена и четверо детей: три сына-джигита и дочь-красавица. Совершенно внезапно Баграт осознал, что не хочет он больше ни жену, ни услужливых девиц, готовых одарить лаской страждущего, и что свет стал не мил без любви юных мальчиков с бархатистыми попками. Баграт оставил семью в городе, купил себе дом на побережье и стал позволять себе периодические «командировки», услаждающие душу и тело. Мальчики, зарабатывающие своим телом, быстро надоели, а захотелось стареющему ловеласу большой и чистой любви. Тут и Мишка подвернулся. Такой, что дух захватило, что Баграту захотелось по древним обычаям своего народа украсть добычу, увезти в горы, спрятать от всех и любить до конца жизни. А Мишка вот сопротивляется, говорит, другого любит… — Вот так вот, Мишенька, и вся история, — Баграт пригорюнился, завздыхал печально. — Да ладно, не переживай, не тот я, кто тебе нужен, — Мишка дожевал кусок тающего во рту нежнейшего мяса, прихлебнул вина. — И попка у меня вовсе не бархатистая… — Э… попка не бархатная, попка у тебя шелковая, и писюнчик у тебя такой сладкий, как горный мед, — Баграт мечтательно закатил глаза. — Что?! Ты что, меня бесчувственного облизывал?! Да ты знаешь кто после этого! Да я тебя… — Мишка подскочил и воинственно сжал кулаки. — Да не обидел я! Так, потрогал немножко. Не шуми! — Баграт густо покраснел. — Я же Севера люблю, ничего ты не понимаешь, — Мишке вдруг захотелось плакать. — Вот ты говоришь, я красивый, а он мне изменяет… — И ты ему измени, — обрадовался Баграт. — А вдруг меня полюбишь? Я, знаешь, какой ласковый…***
Внезапно тишину нарушил шум подъезжающей машины. Хозяин нахмурился. Гостей он не ждал. Мишка не удивился, когда в дом ворвался разъяренный Север. Он ждал его все время. Обрадовался только, что тот так быстро его нашел. Удивился, когда следом в дом влетел такой же злой Уве. — Севочка, любимый, ты меня нашел! — Мишка кинулся в родные объятия. — Мишка, ты цел? — Север бегло осмотрел своего авантюриста. — Объясни, что происходит? — Знакомься, это мой друг Баграт. — Мишка решил, что незадачливого похитителя нужно спасать. — Я попросил его помочь мне разыграть тебя. Хотел, чтобы ты поволновался и поревновал меня. Прости… — Как вам не стыдно! — Север напустился на расслабившегося было Баграта. — Он глупый мальчишка, но вы, взрослый человек, должны были подумать! Я всех на уши поднял! Сейчас здесь будет полиция! — Ты сам виноват! — Мишка всегда вовремя вспоминал, что лучшая защита — это нападение. — Секретничаешь со своим Уве! Что он тут делает? Почему ты с ним? — Мишка, прекрати! Уве вместе со мной бросился тебе на помощь! — Сева, я думаю, нужно рассказать твоему юному другу о нашем сюрпризе, он так трогательно тебя ревнует, — заулыбался Уве. — Ах вот как! У вас уже есть общий сюрприз! — Мишка задохнулся от ревности. — Мишка, ну хватит, — Север сгреб Мишку в охапку, предотвращая истерику. — Уве — владелец рекламного агентства, он приехал в Сочи разрабатывать рекламную кампанию для сети ювелирных магазинов. — Я предложил Севе стать лицом этой кампании, у него такая фактура подходящая, несколько фото — и он зарабатывает хорошие деньги. — Сюрприз хотел тебе сделать, у тебя же день рождения скоро, машину нам хотел купить… — Севочка, родной, — у Мишки снова защипало в носу, теперь уже от облегчения, — мне не нужна машина, мне ты нужен! Конечно, у тебя фактура подходящая, но мне и самому твоя фактура, знаешь, как подходит! Потом приехала полиция, которой пришлось повторить историю с розыгрышем, потом все сидели за столом, ели шашлык, пили вино и коньяк. Потом честный Баграт признался Северу, что украл Мишку по-настоящему, потому что тот ему очень понравился, но ничего с ним не сделал, Баграт же не насильник… Север от души врезал Баграту пару раз по ребрам, тот не сопротивлялся, заслужил, потом все помирились и пожали друг другу руки. Мишка надеялся, что честность Баграта на этом и закончится, и рассказывать Северу, как он облизывал спящего Мишку, тот не будет, иначе затрещинами не обойдется. Уве наклонился к Мишкиному уху и спросил, что было в том стакане, который Мишка выбил из рук Севера, яд? Мишка признался, что слабительное. Уве поржал и пообещал Северу ничего не рассказывать. А ничего мужик оказался! Потом Баграт всех приглашал в гости на лето, пообещав сдать этот дом «дорогим друзьям совершенно бесплатно», Уве приглашал всех к себе в Германию — «мы с женой будем рады вас видеть, да и несколько фото еще сделаем, такую фактуру нельзя упускать из вида». В общем, славно посидели. Расстались все довольные друг другом, договорились еще встретиться. — Не поедем мы в Германию, — сонный Мишка привалился в такси к теплому боку Севера и уютно устроился у него под мышкой. — Вдруг я опять ревновать начну. Уж лучше сюда летом махнем, к морю. С ребятами. — Молчи уж, кавказская пленница, — Север с улыбкой потрепал Мишку по голове, — понравилось, как тебя джигиты воруют? Ты смотри, а то я тут такую войнушку устрою… — Я уже домой хочу, к ребятам. К Каю с Петькой, к Семену с Игнатом… Дома лучше, да, Сев?***
Ночью соскучившийся Север выцеловал каждый сантиметр Мишкиного тела, а соскучившийся Мишка затискал всю Севкину фактуру. Какое же это счастье — верить любимому человеку. Мишка теперь всегда будет верить, ну, по крайней мере, постарается...
