Dentro

      Остаток ночи прошел вполне мирно, несмотря на одолевающий рой мыслей, Гарри даже умудрился поспать. Утром мадам Помфри принесла ему завтрак, и пока он неуклюже ел левой рукой, осматривала его правую.       Кровать, на которой лежал бедный Колин, огородили плотной ширмой. Как и ожидалось, кости за ночь срослись, и после завтрака мальчик побежал искать друзей. Обнаружились они в Выручай-комнате, где уже начало вариться оборотное зелье. Оказалось Гермиона случайно подслушала разговор Флитвика с МакГонагалл, и они уже знали о Колине.       — Зуб даю, это Малфой! Обозлился после матча и вот! — Рон довольно бестолково суетился около Гермионы стараясь помочь, но похоже больше мешая.       — Да забудьте вы про Малфоя хоть на минуту! Слушайте, что еще произошло! — и Гарри как можно подробнее рассказал друзьям о визите Добби.       — Если он продолжит так тебя спасать, то точно прикончит…       — Знаю, Рон, но домой я все равно не поеду. Уверен, что получится во всем разобраться… — он помолчал, ожидая, что Том заговорит с ним, но ответа на свои мысли не получил. — А пока нам лучше не привлекать к себе излишнего внимания… ***       Нет, идея дуэльного клуба была бы просто прекрасной, если бы только вел его не Локонс. Да даже Снейп, которого пригласили ассистировать, был куда лучше в качестве учителя.       Правда, Гарри удалось просто уделать Малфоя, с которым его поставили в пару. Ну, справедливости ради, сделал он это с подсказками Тома, пару заклятий были для него даже новыми. Все шло даже очень неплохо до того момента, пока Златопуст не решил вывести их на подиум как пару для демонстрации защитного приема.       Когда, показывая нужные движения палочкой Локонс ее уронил, мальчик хотел было попросить показать еще раз, но лорд разубедить его:       «Тебе это все равно не понадобится, Малфой совершенно точно не собирается тебя обезоруживать».       Когда на подиум перед ним приземлилась огромная змея, Гарри понял, что действительно играть по правилам — это совсем не в характере слизеринца.       Змея явно была недовольна подобными с собой обращением, а после того как Локонс, попытавшись ее убрать, устроил ей воздушные аттракционы с подкидыванием, и вовсе пришла в ярость. Широко разинув пасть, она двинулась на стоящих в первом ряду пуффендуйцу, приподнялась на хвосте, готовая бросится на Джастина. Дальше Гарри и сам не понял, какого черта он это сделал и какого результата хотел добиться, но он практически выпрыгнул вперед и приказал змее немедленно остановиться, к еще большему удивлению она послушалась, смиренно захлопнула пасть и свернулась кольцами.       Вместо благодарности Джастин, однако, испуганно на него посмотрел и практически выбежал прочь из зала. Кто-то кричал, кто-то испуганно притих, Снейп объявил об окончании собрания клуба.       Лорд ругался. Гарри же искренне не понимал столь странной реакции, и что собственно такого он сделал, чтобы ее вызвать.       — Пойдем отсюда, — Гермиона практически ухватила его за рукав и потащила прочь. Они почти бежали, остановившись только в Выручай-комнате.       — Что все так всполошились? Я просто сказал змее не трогать Джастина!       — Ты — змееуст! Никто не понял, что именно ты сказал, только то, что ты говорил по-змеиному…       — И что тут такого? Любой волшебник бы так смог!       — Нет, Гарри, — Гермиона грустно покачала головой. — Это редкий дар, дар темного волшебника.       «Предрассудки», — хмыкнул Лорд.       — Говорят, сам Слизерин мог говорить со змеями, поэтому змея на гербе его факультета.       — Теперь все решат, что ты его прапрапрапраправнук, — задумчиво протянул Уизли. — А жил он сотни лет назад, теперь уже ничего не выяснишь наверняка…       «Ты не родственник Салазара, не беспокойся по этому поводу».       — Мне не по себе от этого, завтра же найду Джастина и объясню ему, как все было!       «Сомневаюсь, что у тебя получится, люди бывают крайне упорны в своих заблуждениях. Люди любят заблуждаться».       — Как могло так выйти, что я даже не знал, что змееуст? — мальчик точно не знал, кого спрашивает, поэтому произнес вопрос вслух.       — Это редкая способность, Гарри, я точно не знаю, но можно посмотреть в книгах, наверняка, что-нибудь должно быть, — Грейнджер как всегда куда проще справилась с эмоциями и вернулась к логическим рассуждениям.       — Не надо, Гермиона, я сам почитаю, — Гарри был отчего-то уверен, что Лорд ему это объяснит, и не хотел зря напрягать подругу.       К сожалению до вечера у него не выдалось возможности уединиться и поговорить с Вольдемортом, друзья не оставляли его, а забравшись в кровать он сразу уснул, эмоционально и физически полностью вымотавшись за день. ***       Уроки в теплицах на следующий день отменили из-за снегопада, и Гарри переживал, что не может объяснить Джастину, что же на самом деле произошло в дуэльном клубе. Несмотря на скептически-сомнительные комментарии Тома, он отправился искать Финч-Флетчли. До него уже дошли слухи, что его считают наследником Слизерина и думают, что он хотел натравить змею на магглорожденного однокурсника.       В библиотеке он встретил только кучку пуффендуйцев, которые напрочь отказались говорить ему, где Джастин и всем своим видом показывали, что уверены в том, что это именно он виновник открытия Тайной комнаты и вообще темный маг.       Рассерженный Гарри прошел бродить по школе, особенно не замечая куда идет, в коридорах было пустынно, большинство учеников были на занятиях, изредка только проплывали привидения. В коридоре на четвертом этаже ветер опять распахнул рамы и задул все факелы, Гарри шел, погруженный в свои мысли, пока его не остановил Том:       «Стой! Смотри ты вокруг!»       Мальчик вздрогнул и огляделся, к своему огромному ужасу он осознал, что перед ним в паре шагов на полу лежит абсолютно неподвижный Джастин, а над ним словно покрытый сажей висит Почти-Безголовый-Ник.       — Что мне делать? Нужно же позвать на помощь… — гриффиндорцу было явно не по себе и жутко от мысли, что его снова застанут рядом с пострадавшими.       «Беги, идиот!» — практически рявкнул на него Лорд, и мальчик сорвался с места, потому что это в точности соответствовало и его самым потаенным мыслям, которые он всеми силами старался загнать подальше, считая их недостойными.       — Куда бежать? — мальчик понимал, что вот-вот закончится урок, и бегущим по коридору недалеко от места нападения он вызовет еще больше подозрений. Хорошо бы попасть в башню, но до нее бежать почти через весь замок.       «Есть путь короче. Я проведу тебя».       Следуя указаниям Вольдеморта, мальчик совершил практически нереальное — добрался почти на другой конец замка всего лишь за пять минут, воспользовавшись при этом тремя спрятанными ходами, о существовании которых он раньше и не знал и одной крайне крутой винтовой лестницей.       «Отдышись, не вбегай так».       — Легко тебе говорить, — Гарри практически сполз по стене, скрывшись от случайных глаз за выступом стены. — Надеюсь, Рон и Гермиона там.       «Подожди им все рассказывать, о нападении все равно станет известно».       — Может, нужно было осмотреть их? Может, ты бы еще что-то понял… Понял, кто на них нападает?       «Это я и так уже знаю».       — Кто?! — мальчик практически подскочил на месте от такой новости. — Может, ты начнешь мне хоть что-то рассказывать?!       «Пожалуй, действительно пора, а то если ты не перестанешь соваться, куда не следует, это может стать опасно».       — И? — страшно почему-то не было, даже несмотря на все увиденное, верх брало неуемное природное любопытство и немного по-детски отчаянное желание раскрыть все тайны этого мира.       «Не сейчас, поговорим вечером, когда никто не помешает».       Гарри был категорически не согласен с таким решением, но уже понимал, что спорить бесполезно. ***       Стоит ли говорить, что Гарри просто нечеловеческих усилий стоило досидеть до конца занятий. Любопытство крайне подогревало то, что вся школа буквально кипела от слухов, атмосфера приближалась к панической, учителя ходили сами не свои, а среди учеников подпольная торговля защитными амулетами развернулась с новой силой.       Гермиона даже не села за уроки как всегда вечером, а все копалась в книгах, пытаясь понять, кто или что могло сотворить подобное.       Рон предлагал подождать, пока доварится оборотное зелье и все точно выяснить у Малфоя, Уизли не сомневался, что блондин — наследник Слизерина.       Гарри больше молчал, практически ёрзая на месте от нетерпения, так медленно для него тянулось время.       Когда его соседи мирно заснули, гриффиндорец достал из чемодана мантию-невидимку и выбрался из комнаты, рассудив, что разговор с Лордом явно будет небыстрым и эмоциональным, поэтому удобнее всего будет в Выручай-комнате.       «Хорошая мантия».       — Она перешла мне от отца.       «А ему?»       — Кажется, от его отца, но я не совсем уверен, — Гарри как раз дошел до картины с троллями и искренне недоумевал по поводу такого интереса Вольдеморта. Насколько он знал, мантии-невидимки не были такой уж крайней редкостью в магическом мире.       Риддл же в очередной раз отметил, что мальчик просто полон сюрпризов. Это надо же, держать в сундуке один из Даров Смерти! Хотя, ребенок даже не подозревал о том, что подобные дары вообще существуют. И пока и не следует его в это просвещать, не к чему забивать голову еще и этим, сначала Тайная комната.       — Что ты хотел мне рассказать? — Гарри снял мантию и с ногами забрался в удобное кресло, по его просьбе комната преобразилась в маленькую уютную гостиную с камином и огромным мягким креслом.       «Помнишь, я рассказывал тебе легенду о Тайной комнате? Ты уже догадался, что это правда…» — Том долго обдумывал, стоит ли, и что именно стоит рассказать Гарри, но в итоге решил, что оставлять его в неведении просто-напросто опасно, учитывая неугомонный характер мальчика, а если не прояснить все полностью, то это вызовет только больше вопросов. Поэтому рассказать нужно было о многом, потому что кое-что из происходящего сейчас даже он не понимал, а чтобы разобраться во всем ему, как ни прискорбно (и как ни тяжело это было признавать великому Темному магу!) была необходима помощь Поттера.       — И ты знаешь что-то еще про Тайную комнату? — пользуясь тем, что здесь никто абсолютно точно не мог их послушать, Гарри говорил вслух, так словно бы его собеседник сидел рядом на соседнем кресле. Мальчику было приятнее и проще представить, что он говорит со своим старшим товарищем, который просто невидим, чем окончательно принять мысль, что внутри него живет душа Того-Чье-Имя-Боялись-Называть-Почти-Все-Волшебники.       «Больше, чем кто-либо из ныне живущих. Я — наследник Слизерина».       Гарри почувствовал, как у него буквально все внутри сжимается от ужаса, и на спине выступает холодный пот.       — Это получается, получается… Это я, то есть ты, но, … — от страха и переживаний слова путались, да что слова. Мальчик сомневался, что даже мысли сейчас получаются более связными, но Лорд каким-то образом понял его опасения:       «Нет, в этот раз комнату открыл не я», — поспешил он успокоить гриффиндорца. — «И ты тут точно не при чем».       Гарри ничего не ответил, но крайне облегчённо выдохнул.       «В ней действительно обитает чудовище. Это гигантский змей. Василиск», — продолжил Вольдеморт свой рассказ.       — Поэтому я его слышу, а остальные нет! Потому что я — змееуст, — обрадовался Гарри, что хоть одной загадкой стало меньше.       «Только змееуст — я, могу многое поставить на то, что эта способность передалась тебе в ту роковую ночь вместе с осколком моей души. Такие дары обычно передаются по роду, а в твоем говорящих со змеями не было».       — Ладно, со змеями еще понятно, но если не ты, то кто открывал комнату? Ты знаешь других наследников?       «В том то и дело, насколько мне известно их нет. Поэтому я хочу разобраться и выяснить это. Вместе с тобой».       — Это я понимаю, — Гарри зачем-то кивнул, как будто Лорд мог его видеть. — Ну, а чудовище? Ты же знаешь, где вход в комнату, нужно кому-то рассказать, чтобы его уничтожили, чтобы нападения прекратились.       Лорд мысленно заскрипел зубами. Уничтожить василиска, который жил в замке сотни лет, такое могло прийти в голову только этому мальчишке с синдромом героя! Но кто говорил, что будет просто? Этот риторический вопрос маг задавал себе уже далеко не в первый раз, но каждый раз убеждал себя, что справится.       «Гарри, василиск — редчайшее существо, а этот благодаря заклятиям, наложенным еще самим Салазаром, может жить вечно и подчиняется мне как наследнику. Я бы крайне не желал, чтобы его уничтожали. Проще говоря, я сделаю все, чтобы этого не допустить».       — Но кто-то же может погибнуть! Или нет? — мальчик засомневался, он, если честно, понятия не имел, кто такой василиск и на что он способен. — Или василиск не может убить?       «Может. У него ядовитые клыки и убивающий взгляд. Поэтому я так сердился, когда ты погнался за голосом. Я тогда еще не был окончательно уверен, не стал тебя пугать. Видимо зря, может ты был бы осторожнее».       — Как тогда никто пока не умер? И как ты можешь им управлять, если на него даже посмотреть нельзя? И как его никто не заметил, он же, наверное, не маленький? — в голове была куча сомнений и не меньше вопросов, мальчик просто терялся, какой задать в первую очередь.       «Не торопись», — похоже, Лорд засмеялся, если можно было так сказать о том, у кого не было собственного тела. Его действительно временами смешила, временами несколько раздражала эта детская непосредственность мальчишки. Риддл невольно вспоминал, каким он сам был в 12 лет. Точно куда менее дружелюбным и наивным, странно даже, маг думал, что наличие осколка его души в мальчишке должно было бы сделать Поттера хоть в чем-то более похожим на него. Но с каждым днем он находил лишь новые и новые отличия, только это странным образом не пугало и не отталкивало, а как будто делало мальчика еще более интересным. – «Попробуем по порядку. Во мне течет кровь Салазара, для меня взгляд василиска не опасен, да и яд, как и все змеиные яды, впрочем. Я не могу знать абсолютно точно, но думаю, что все жертвы не умерли, а лишь оцепенели потому, что не смотрели змею прямо в глаза, а только через что-то. Последний мальчик, скорее всего, через призрака, который и так уже мёртв…»       — Колин, наверняка, через объектив камеры, он с ней не расставался! А кошка?       «Вода, на полу была вода, она смогла увидеть отражение, тогда все сходится. А передвигается змей по трубам в толще стен замка, поэтому его никто не видит».       — Но как тогда он оттуда выбирается, чтобы напасть?       «Есть множество выходов, змей живет в замке очень и очень долго, он знает все из них».       — Как он тогда не истребил половину школы?       «Он никогда не нападает без приказа, а приказ может отдать только наследник Слизерина».       Какое-то время Гарри тщательно обдумывал услышанное, заодно прикидывая, нет ли у Лорда каких-либо причин ему солгать относительно происходящего. Вольдеморт деликатно не вмешивался в ход его мыслей, словно бы они были для него недоступны. Темный маг понимал, что именно так, из таких мелочей, по капле и выстраивается настоящее доверие.        — А когда ты открывал комнату, кто-то погиб? — гриффиндорец был даже не совсем уверен, хочет ли он знать ответ на этот вопрос, готов ли он его узнать, но и не спросить не мог.       «Да», — раз давши слово, особенно самому себе, Томас привык держать его. И если он пообещал, что не станет врать мальчику, то и не станет. Пусть это и принесет дополнительных сложностей. – «Одна девочка, она случайно увидела василиска».       Гарри нервно сглотнул:       — Она была из семьи магглов? Ты же открыл комнату, чтобы исполнить заветы Слизерина и выдворить из школы неугодных.       «Не совсем так. В первую очередь, я искал знания, подтверждения тому, что я действительно не самый простой маг. Я подолгу разговаривал со змеем, узнавал у него о том, как менялся Хогвартс. Это не самое простое занятие, говорить с существами, не имеющими человеческий разум. Если бы я хотел истреблять магглорожденных, то жертв было бы куда больше».       — Но ты очевидно, не сильно против этой мысли, — Гарри невольно поежился, он как-то привык загонять мысль о том, что в его голове засел самый Темный из магов, куда-то совсем на задворки сознания. Каждый раз когда он об этом вспоминал, становилось действительно не по себе.       «В школьные годы, возможно, я и стал бы убивать всех без разбору, если бы не угроза того, что Хогвартс могли тогда закрыть. Сейчас все несколько иначе, я понимаю, что это не решит никаких проблем…»       — Проблем?       «Гарри, я понимаю, что тебе все интересно, но давай вернемся к разговору о проблемах современного магического общества через пару лет».       — Думаешь, сейчас я ничего не пойму?       «Не ничего, но многое. Ты почти не знаешь, как устроен мир магов, ты не рос в нем», — конечно, очень велик было соблазн наговорить сейчас море всего, украдкой вкладывая в голову мальчишки свои взгляды и идеи. Но Том поборол его, время для этого всего еще будет. Мальчик все еще в нем сомневался, и сейчас мог воспринять эти разговоры как навязывание определенного мнения.       Как же все-таки глубоко засел в нем страх оказаться не принятым, неправильным, не найти своего места в мире… Темному магу все эти эмоции были знакомы не понаслышке, только он сумел побороть свой страх, обратив его в силу, энергию, которая дала ему внутреннего огня на новые и новые свершения. А Гарри был еще слишком юн и слишком запуган для таких метаморфоз. Ничего, со временем это пройдет, он поможет ему.       — Тогда сейчас, как я понимаю, куда более насущной проблемой является личность наследника, — голос гриффиндорца словно выдернул из глубины мыслей, в которые успел окунуться Лорд. — У тебя есть мысли, кто бы это мог быть?       «Ни малейших».       — Тогда придется это выяснить и побыстрее, я не хочу ждать, пока эта страшная зверюга нападет еще на кого-нибудь, — мальчик невольно вздрогнул, вспомнив, что очередной жертвой вполне могла стать Гермиона. — А ты не можешь приказать змею?       «Я не знаю. Так как я не в своём теле это может не сработать, и мой иммунитет к его взгляду может не проявиться. Тогда для тебя, это будет смерть. А я не хочу и не буду так рисковать тобой».       Они еще долго говорили, Гарри подробнее расспрашивал про чудовище, гадал вслух, кто может быть наследником, пока не заснул от усталости прямо в кресле.