Мое сердце в твоих руках

      — Ньют? — оглянулся Томас, когда тот вновь предстал перед его взором, облачённый по старинке в желтый сюртук и черные кожаные штаны, с повязкой на одном глазу и тростью в руке, которой блондин очень любил размахивать и повеливать, словно возомнив себя безумным королём.

***

      Изначально Томас его побаивался, но в глубине души, одноглазый привлекал юношу своим неординарным поведением, мышлением, мощной силой и ярко выраженной индивидуальностью, которой он никогда не замечал в других. В нем совместилось все в одном, однако больше всего настораживал тот факт, что Ньют — не совсем человек.       Томас жил со своей сестрой Терезой в домике, где раньше проживал их покойный дедушка Стэн. Они приезжали сюда почти каждые каникулы и искали новые разные приключения на свою задницу. И вот однажды, Эдисон столкнулся с Ним. С Ньютом Сайфером. Самое опасное существо, с которым Тому доводилось иметь дело. Они вечно друг другу пытались насолить разными способами, играли в догонялки не на жизнь, а на смерть. Томас был очень озабочен желтым демоном. Он искал разные виды экзорцизма, заклинаний по изгнанию нечистой силы, но это либо не работало, либо срабатывало на короткое время. Ньют всегда возвращался. Чаще всего во снах, ведь демон мог контролировать все под свой лад. А разум юноши не сильно-то противился этому.       Во снах происходило много чего интересного. Например: ролевые извращенные игры. Ньют безумно любил манипулировать сознанием. Вечно он творил всякую чертовщину неприличного характера. Издевался над Томом, бил его хлыстом, плетью и розгами. В общем, наслаждался по полной программе. После подобных сновидений, Эдисон просыпался в холодном поту.

***

      — Да, Томми? — ехидно улыбаясь, демон провёл острым языком по верхней губе и посмотрел на обеспокоенного мальца, который в свою очередь нервно листал свой дневник, где были записаны все его приключения произошедшие в городке «Гравити Фолз».       — Я не могу убить тебя. Хотел бы, но не могу. Ничего не работает! — брюнет бросил дневник в сторону и откинулся на спину, кладя руки за голову и взирая на рубиновое небо. Крыша дома была любимым местом времяпрепровождения Томаса, где он мог спокойно расслабиться и наблюдать за небом, но, видимо, не сегодня.       — А ты уверен, что так хочешь убить меня? Это так возбуждает! — яркая искра сверкнула в его карем глазу и по лицу проползла улыбка: странная ехидная ухмылка, которая обычно не предвещала за собой ничего хорошего. — Мне вот кажется, что ты просто хочешь меня. И ищешь способ завалить! — блондин начал безумно хохотать.       Томас закатил глаза и поджал губы в немом молчании. «В своём репертуаре, Шифр».       — Да, в своём! Томми, ты достал ломаться, ну сколько может это продолжаться? Вот он я, перед тобой! — блондин встал, расправил руки и по щелчку пальцев вся его одежда моментально превратилась в пепел, а сам он стоял обнажённый, как греческая статуя Аполлона.       — ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ, НЬЮТ! Постыдился бы! И прекращай читать мои мысли! — Томас отодвинулся подальше и прикрыл глаза ладонями, стараясь не думать о том, что у Ньюта идеально бледная кожа, красивые мышцы пресса, длинные пальцы, и в общем, он был как и подобает демону — идеален. Том поежился.       — Чего стыдиться, Друг мой сердечный? Мне скрывать абсолютно нечего! Это вы, людишки, вечно всего боитесь, стыдитесь. Тьфу! Не жизнь, а сплошная скука смертная! Я жить так не хочу! Не намерен я, Ньют Сайфер, скрываться в тени!       — Ты не живёшь, дебил.       — Сосенка! Я знаю, что ты такой же. Я выбрал тебя именно поэтому. Ты — отличаешься от всех остальных. В тебе есть искра безумия, своеволия, непокорности. Ты так же, как и я, любишь игры, риск, опасность! — блондин восклицал так убедительно, что Том почти поверил в то, что говорило это странное создание.       — Верни на себя одежду, Сайфер, — пробурчал брюнет. — И хватит звать меня Сосенкой!       Ньют цокнул, стукнул громко тростью и одежда вновь облегала худощавое тельце. — Ах, я так тебя люблю, Томми! — Сайфер явно перевозбудился и тут же поспешил сесть на бедра парня, начиная елозить по нему.       «Больной ублюдок» — думал Том и грубо, с размаху, ударил демона по щеке. — Похотливое отродье.       — Хватит обзываться, Сосновое деревце, — Ньют приложил палец к его губам, не обращая ни малейшего внимания на удар. — Демоны тоже умеют любить. Порой даже сильнее, чем люди.       — Да? Поэтому ты портишь мне жизнь, издеваешься надо мною? Ты называешь это любовью? — злился брюнет. Его лицо исказилось в гримасе презрения, но тело предательски реагировало на блондина.       — Именно так, Томас. Тебе же это нравится, признай. Я выбрал тебя не просто так, глупенький… — демон ухмыльнулся, наклонился к парню и лизнул ему кончик носа. — До новых встреч.       Он испарился внезапно в воздухе, а Эдисон так и остался лежать со странным ощущением: в груди бешено колотилось сердце, стуком отдаваясь в виски, а тело все ещё отходило от прикосновений одноглазого.       — Да, кланкоголовый ты идиот. Я хочу тебя! — крикнул он в пустоту, но Ньют все всегда слышит.