Дух бунтарства

      «Я люблю тебя… Я люблю тебя… Я люблю тебя…» повторялся в его голове Лерин шёпот. Данила сидел на холодной больничной скамье, подперев руками голову. Справа от него были две большие двери, ведущие в операционную. В двух маленьких круглых окошках суетились врачи и медсёстры. Даня даже думать не хотел, что происходит в самом помещении. Но голова так и гудела от напряжения.       Шёл уже третий, если не четвёртый час, с того момента как девушку завезли в операционную. Через час к ребятам вышел врач. Он объяснил, что состояние Леры стабильное, но критическое. Она потеряла сознание не от потери крови, что ухудшило бы её состояние в разы, а от сильного болевого шока. Пуля не задела сердце, но осталась в теле на критическом расстоянии от легкого. Поэтому в настоящее время, они сделают всё что могут. С этими словами врач вернулся к пациентке, оставив всех, на тот момент присутствующих, наедине со своими мыслями.       Насколько помнит Даня, у Мишы было огнестрельное ранение в левую руку и небольшой ожог плеча. Когда Лиза кидала коктейль Молотова волна от взрыва бутылки опалила оказавшегося поблизости брюнета. Но тот кажется уже направился к врачу. Света помчалась за ним. Хованский с Юликом и Лизой тоже куда-то испарились. Но парень даже не помнит, говорили ли они, куда собираются или нет… Он просто сидел и ждал. Ждал хоть чего-то. Никто уже давно не появлялся у дверей операционной. Он слышал шаги, шелестящие голоса, пиканье и жужжание приборов. Но громче всего звучал в его голове её голос, её смех, её бормотание и неуверенные вздохи, её всхлипы, дрожащий от страха голос, её тихий шепот… В его голове раз за разом всплывала та страшная картина, в которой он держал её на руках истекающую кровью и с затуманенным взором. Чувствовал, как силы покидают её тело и ничего… совсем ничего не мог с этим поделать.       Он резко поднялся со скамьи. Его широкие плечи напряжённо подрагивали. Он повернулся и широкими шагами направился в ближайшую уборную. Хлопнув дверью он защёлкнул замок. Закрыл глаза и развернувшись спиной к двери, сполз на застланный плиткой, пол. Его тело будто отказывалось слушаться и только накрывающие вновь воспоминания заставляли его желать рвать и метать от беспомощности и злости. Он открыл глаза. Поднявшись с пола подошёл к белой раковине с зеркалом и вздрогнул. Только сейчас он увидел, что часть его одежды, ладони и лицо с ниспадающими на него рыжими прядями, покрыто уже слегка запекшейся кровью Леры. Он был как никогда похож на маньяка. Часть волос теперь казалась бронзовой. Данила быстро открыл кран и, стараясь не смотреть в зеркало, принялся оттирать лицо и руки. В раковину стекали красные ручейки. Данила старался сохранять спокойствие. Слабак. Вновь взглянув на себя в зеркало он увидел зелёные глаза, полные слёз. Слабак. Это стало последней каплей. Его отражение приобрело звериные черты, он до боли в руке сжал кулак и со злостью врезал им прямо в зеркало. Послышался звон битого стекла, а по зеркалу паутиной разошлись крупные и мелкие трещины. Они потихоньку стали заполняться красной жидкостью. Кровь с порезанного кулака Данилы ярко алыми каплями стекала в раковину, смешиваясь с кровью Леры. Его челюсть дрожала, а по глазам текли горькие слёзы. Слабак. Не смог, не защитил, не спас… Не признался. –Молодой человек! — послышался из коридора взволнованный голос дежурной медсестры.       Зачем? Зачем он только впутал её во всё это? Зачем предложил пойти с ним и довериться? Она не должна была расплачиваться за их промахи… его промахи.       Чувство вины буквально сжигало его изнутри. Он сгорал, и пепел катился по его щекам и по крепко сжатому кулаку, ниспадая в забрызганную кровавыми каплями раковину.       Он схватившись за край раковины вновь опустился на пол. Дальше время будто перестало быть для него чем-то определяющим. –Света, прекрати! — в который раз повторял Миша, убирая свою забинтованную руку от назойливой девушки. –Я просто хотела проверить, правильно ли забинтовали. — не унималась голубоволосая. — Я знаю как это нужно делать правильно. –Свет! — вновь воскликнул он, когда девушка попыталась добраться до его забинтованных плеча и руки. — Когда ты трогаешь — только больнее.       Девушка с парнем сидели на небольшой кушетке, загороженной плотными шторами с четырёх сторон. Как только они доехали в больницу Света, проследив что Леру благополучно доставили в операционную, тут же направилась к Мише. –Я… — запнулась Света потупив взгляд. — Если Лере я ничем помочь не могу, то хочу сделать хоть что-то для тебя.       Парень понимал что Света до сих пор чувствует вину. О аккуратно погладил её по голове свободной рукой. –В том, что случилось, нет твоей вины. — тихо произнёс он.       Света всхлипнула носом. Она положила свою голову ему на свободное плечо. –Я так боюсь за неё. — прошептала в ответ она. — Не представляю какого сейчас Дане.       Когда… Когда я увидела что у тебя ожог, да ещё и пулевое ранение, думала что просто словлю инфаркт. Господи, как хорошо что ты жив…       Она вцепилась ему в спину. Он положил свою голову на её. Парень еле заметно улыбнулся. Родной и знакомый запах. –Миш. — встрепенулась Света. — Ты, конечно, уже рассказал мне про то, что хранилось на той флешке. Но меня мучает вопрос… –Какой? — изогнув бровь спросил он. –Почему вы не избавились от неё сразу же, как заполучили, ведь это было бы куда проще, разве нет? –Подумав, мы все пришли к мнению о том, что было бы неплохо провернуть всю авантюру Руслана и его ребят против них сами же. — ответил Миша. –Все данные были ложными, но облепленными так мастерки, что походили на чистую правду. Нужно было только вскрыть данные, исправить наши имена на их и всё — одна из самых крупных банд в округе вышла из игры. –Да. — согласилась Света. — Придумано неплохо… Тут в кабинет зашла запыхавшаяся медсестра. –Извините, девушка. Вы не могли бы подойти к операционной? –Что-то случилось? Там же сидел Даня. — подскочила Света с кушетки. –Того молодого человека там нет. — ответила женщина. — Пройдёмте со мной пожалуйста. Мне нужно чтобы кто-то остался с пациенткой на ночь. Все медсёстры и сиделки, к сожалению, заняты. Если вы её родственница, то нужно будет заполнить кое-какие бумаги.       Света поцеловала в лоб, смущённого этим действием, парня и направилась следом за медсестрой. –Жди меня тут. — серьёзно сказала она, обернувшись к Мише и надув щёчки. — Никуда не уходи!       Парень усмехнувшись опустился на мягкую подушку и закрыл глаза. Впереди их ждала ещё долгая ночь.       Ресницы Леры еле заметно дрогнули. Глаза ослепил яркий свет. Она почувствовала у себя на лице плотно закреплённую кислородную маску. Стараясь не напрягать зрение девушка вновь закрыла глаза. В уши тонкой ниткой просачивался пикающий звук какого-то прибора. Что случилось? Она мало что помнила после того как Лиза бросила взорвавшуюся бутылку под днище автомобиля. Помнила как нашла Даню, со всех ног побежала к нему, услышала звук выстрела у себя за спиной, вспомнила испуганные глаза парня, холод его рук, и его тихий шёпот… В неё стреляли? Иначе она не видит другого смысла находиться в больничной палате. Никто же больше не словил пулю? Кто привёз её сюда? Как остальные? Где Данила? Все эти вопросы, плотно охватившие её мысли, заставили ещё неокрепшее тело попытаться сесть на кровати. Она сделала заметное усилие, но тут же, сморщившись от боли в груди, прекратила. –Лера? — прозвучал сонный голос Светы. — Ты проснулась?       Девушка открыла глаза. Рядом с её кроватью, положив голову на матрас сидела Света. Палата была озарена белыми предрассветными лучами только начинающего свой восход, солнца. Света обеспокоенно оглядела подругу. –Я сейчас позову медсестру. — сказала она, быстро поднявшись и поспешив к двери.       Лера хотела что-то сказать, но в горле будто застрял ком. Наверное, все так переживали за неё… Она вспомнила как ей было страшно. Если бы не Данины руки державшие её в тот момент, она бы просто сошла с ума. Где он сейчас? Всё ли с ним хорошо? В палату заскочила медсестра. Она сняла с Леры несколько катетеров и проверила приборы. –Чуть позже к вам зайдёт врач. — сказала она Лере и обратилась к Свете. — Если что, зовите меня.       И медсестра поспешно вышла из палаты. –Как остальные? — шепотом произнесла Лера, не снимая маски. –Отделались легче, чем ты. — произнесла Света и, со слезами на глазах, обняла подругу. –Где Даня? –Он просидел с тобой всю ночь. — ответила Света присев на край кровати. — Потом попросил меня приглядеть за тобой и ушёл. Я была с Мишей в соседней палате. Я переживала, что в больнице сразу заподозрят что-то неладное. Обычно когда им поступают пациенты с пулевыми ранениями они сообщают в полицию. Но у ребят оказались хорошие связи с кем-то из министерства здравоохранения. Они всё уладили и даже выделили отдельные палаты. Данила очень волновался…       Мысль о том, что с парнем всё хорошо успокоила Леру. –Что говорят обо мне врачи? — поинтересовалась она.       Света нахмурилась: –Тебе извлекли пулю. Операция прошла успешно, но на восстановление нужно будет время. «И деньги…» мысленно закончила Лера. –Врач сказал что ходить тебе пока нельзя. Ты встанешь на ноги где-то через две-три недели.К тому моменту нужно уже будет определиться с циклом и характером твоей реабилитации. –Понятно. — пробубнила себе под нос Лера. –Мы с Данилой договорились меняться. — улыбнувшись сообщила Света. — Так что он снова придёт к тебе сегодня. –Хорошо. Тогда я буду ждать его.       И она ждала. День, два, три, неделю. Её дни делились на процедуры, приём лекарств, сон и приходы Светы. Подруга подтверждала, что Данила приходил. Но только тогда, когда девушка спала после приёма выписанных ей снотворных. Лера всё яснее осознавала, что он явно избегает встречи с ней. Хотя каждый день на её прикроватной тумбочке появлялись фрукты, цветы, конфеты и много всякой всячины, она не виделась с ним. Чувство тоски буквально сверлило в ней огромную дыру. Лера настойчиво просила Свету поговорить с ним. Сама звонила ему и писала смс, но абонент постоянно был недоступен. Что же могло случиться? Что могло произойти? Она не могла понять. И каждый день выпивая снотворное, Лера вновь ждала его. Его молчаливого и неощутимого присутствия, такого же мимолётного, как падающая в небе звезда, на которую загадываешь самое сокровенное желание.       Данила в который раз шёл по уже знакомому ему светлому коридору. На этот раз он слегка припозднился. Он подошёл к двери палаты и аккуратно постучал в маленькое дверное окошко. Из-за дверей вышла Света. Она была явно не в духе его видеть. Так было с тех пор, как она поняла, что Даня специально не посещает девушку во время её бодрствования. –Если вы с ней даже не говорите, зачем постоянно ходишь? — обиженно огрызнулась голубоволосая, но смягчившись продолжила. — Она ждёт тебя Дань, понимаешь ты это или нет?       Парень промолчал. Он прошёл в палату, осторожно закрывая дверь за Светой. Та только глубоко вздохнула и ушла.       Шла уже третья неделя и Лере уже можно было вставать на ноги и прогуливаться по окрестностям больницы. Он постоянно узнавал у врачей и у Светы её состояние, спрашивал, что лучше купить и принести. Но никогда не рисковал оставаться у неё надолго. Чувство вины постоянно заставляло его оставлять её… ради неё же. Он ненавидел себя за это чувство и свои поступки. Но верил, что так ей будет лучше.       Он как и всегда садился возле спящей Леры и мог часами следить за ней. Поглаживать руки, волосы, плечи. Одного присутствия ему явно было недостаточно. Он хотел прижаться к ней, услышать голос, увидеть самые близкие на свете голубые глаза. Но останавливал себя. Не мог решиться. В такие моменты действительно чувствуешь себя жалким. Когда ему было совсем плохо он присаживался на подоконник её палаты и приоткрывая окно, курил. Эту уже вошло в привычку. Быть с ней. Здесь, в палате, да, где угодно. Он желал быть с ней рядом. Он находился с ней и бодрствовал целыми ночами. Дело уже доходило до того, что он мог тихо шептать ей сонной, какое же красивое ночное небо за окном. И она будто бы отвечала, сонно ворочаясь возле него. Но ночи проходили, тоска крепчала, будто бы неделя равнялась трём или четырём месяцам разлуки. Он не брал телефон стараясь не слушать её голоса. Чтобы его ещё больше не тянуло к ней, туда.       И вот вновь наступил ранний рассвет. Девушке скоро нужно было идти на завтрак. Данила поставил возле кровати небольшую сумку. В этот раз он принёс ей действительно что-то полезное — подумалось ему. Рыжеволосый поправил аккуратно лежащие возле её подушки белые цветы и сняв со спинки стула спортивную куртку направился к выходу. –Даня?       По его телу пробежали мурашки. Он остановился напротив двери, только успевши взяться за дверную ручку. От Лериного голоса внутри грудной клетки разлилось приятное тепло. Он не решался обернуться к ней. Столько раз избегая этого разговора, этого взгляда и голоса, сейчас, он был не готов. –Ты останешься? — аккуратно спросила Лера.       В её голосе звучали нотки просьбы и сожаления. Он услышал как он сошла с кровати и подошла к нему. Тонкие руки скользнули ему на грудь. Она обняла его со спины. –Прости… — тихо выдавил он опустив голову и пристыженный взгляд. — Прости, что не смог… –Я люблю тебя… — прошептала она, приложив голову к его спине, неловко сжимая руками его футболку на груди.       Он аккуратно убрал одну её руку, взяв вторую, и развернулся к ней лицом. Он приложил Лерину ладонь к своей груди и поднял на неё взгляд. Она даже сонной была очень красивой. Миловидный овал лица, аккуратные и нежные губы, пронизывающие голубые глаза и лёгкий румянец на щеках. Рассветные лучи красили её розовые волосы в нежный коралловый цвет. Он искренне улыбнулся, глядя ей в глаза. –Я тоже тебя люблю.       Её ресницы дрогнули. Глаза жадно впились в него. Он наклонился и поцеловал её в губы. Лера слегка поднялась на цыпочках. Данила прижал её к себе, коснувшись руками её шеи и подбородка. Вкус её губ был не сравним ни с чем. Парень продолжил более настойчиво. Лера отступила шаг назад. Они опустились на кровать. Данила навис над ней. Девушка провела рукой по его рыжим и мягким волосам. В лучах, проникающих сквозь жалюзи они казались ярко-огненными. Лерины руки проникли ему под футболку и стали гладить широкую спину. У него в ушах стучала кровь. –Твоё…состояние… — периодически отрываясь от её горячих губ спрашивал Даня. — Тебе можно? –Угу. — выдохнула ему в губы Лера.       Но даже несмотря на её ответ, он предельно аккуратно запустил свои руки ей под пижаму. Её кожа была мягкой и нежной. Данила буквально чувствовал, как она тает в его руках. И он сам таял, касаясь её чувственных и сладких губ. Парень провел дорожку от губ к её тонкой шее. Прерывистое дыхание Леры обжигало его левое ухо. Данила заводился не по-детски. Много ночей подряд он к своему же стыду представлял как будет прикасаться к ней, целовать, ласкать и обнимать. И вот сейчас он может выпустить наружу все свои чувства и желания. Близость с девушками у него уже была, но этот раз был особенным. Всё ощущалось и чувствовалось по-другому. Это были другие эмоции. Это была любовь.       В дверь громко постучали. –Блять. — прорычал Даня, быстро поднимаясь с кровати, и поправляя Лерину одежду.       Девушка смущённо принялась поправлять растрёпанные волосы и махать на себя, охлаждая пыл. Её лицо раскраснелось, губы были зацелованы им до нежно алого оттенка. В палату зашли врач с медсестрой. Те выглядели не лучше смущённых юноши и девушки.       Даня глянул на Леру. Та, смущённо подняла глаза на вошедших посетителей. –У нас плановый обход перед завтраком. — сообщила медсестра, стеснительно, но не без интереса осматривая их двоих. –Да, конечно. — кивнула Лера. –Дайте нам минутку. — поправив рыжие волосы, попросил Данила.       Он обернулся к Лере и наклонившись тихо сказал: –Мне нужно уйти, но я обещаю что приду к тебе вечером. Около кровати сумка с деньгами. Не спрашивай откуда я их взял. Считай это компенсацией за то, что устроили те твари в твоей квартире. Там также хватит на оплату курса твоей реабилитации… Увидимся вечером.       С этими словами он развернулся и прихватив свою спортивную куртку вышел из палаты. Оставив след радостной и такой милой улыбки на её губах.       Близилась ночь. Лера уже поужинав лежала в кровати и смотрела новостную ленту. Света периодически то прибегала к ней, то убегала. Она была очень занята поисками подработки, за что тысячу и миллион раз извинилась перед подругой. Но Лере уже было лучше, поэтому она не нуждалась в постоянном присмотре, как раньше.       За окном был ночной Питер. В кона палаты проникал яркий свет фонарного столба. Девушка специально не стала принимать свою назначенную порцию снотворного. Она убрала таблетки обратно в флакон, стоящий на прикроватной тумбе.       Лера нервничала, так как Даня обещал быть к вечеру. Но ужин уже прошёл, да и время посещений подходило к концу. Последние гости шли по коридору к выходу. Их сопровождала дежурная медсестра. Шаги в конце коридора затихли, а свет в коридоре сменился на ночное освещение. Лера понурила голову, вертя в руках телефон. Она решила ещё подождать. Зарывшись носом в одеяло она продолжила рыться в телефоне.       Прошло около получаса. Лера услышала тихие шаги в коридоре. Возможно это была медсестра? Но тут раздался еле слышный скрип двери и в палату аккуратно прошёл Данила. Он был в чёрной худи с накинутым на голову капюшоном и плотно забитым рюкзаком за спиной. –Готова? — бодро спросил он, снимая капюшон.       Его рыжая шевелюра приобрела смешную форму. –К чему? — непонимающе округлила глаза Лера. –К экскурсии по ночному Питеру, конечно. — улыбнулся зеленоглазый расстегивая свой рюкзак. — Я покажу тебе мои самые любимые места. Ты ведь не так давно приехала, и город знаешь не так хорошо, как я.       Он вытащил из рюкзака какой-то пакет и положил перед Лерой. Девушка удивленно открыла его: –Это же вещи из моего чемодана. –Если честно, я не мог определиться в чем тебе будет удобней и практичней, поэтому пришлось подключить Свету. — почесал голову Данила.       Теперь понятно почему подруге срочно нужно было «искать себе подработку». Но Лера не злилась. Её приятно удивил сюрприз парня. Она встала и, закрыв ширмой кровать, принялась переодеваться, вся в предвкушении будущей ночи. В пакете оказалась длинная туника с накидкой и плотные чёрные лосины с кедами. Она быстро переоделась и вышла из-за ширмы. Но тут её осенило: –Дань, как ты попал сюда? На территорию не пускают после девяти, а посещать пациентов запрещено уже с восьми. Я уже не говорю о том, что пациентам запрещено покидать территорию больницы ночью. –Я договорился с одним из охранников и дежурной сестрой. — пожал плечами Данила, убирая пакет обратно в рюкзак. — Но всё равно нам нужно быть потише.       Чёрт возьми, подумала Лера. Они практически сбегают из больницы тайком. –А если нас заметят? — шепотом спросила девушка, пока Даня старался не заскрипеть дверью снова. –У меня с собой пистолет. — усмехнулся он. –Что??? — удивлённо зашипела Лера. –Да брось, шучу я. — отмахнулся тот, придерживая дверь, чтобы Лера вышла следом за ним в коридор.       Они быстро направились к посту дежурной, и благополучно миновав его, прошли мимо лифта и направились на первый этаж по лестнице. Пройдя ряды ступенек они спустились на первый этаж, света на котором практически не было. Лере стало не по себе. Даня будто бы почувствовав это подал ей руку. –Давай руку. А то тут темно, как в жопе, навернёшься ещё. Нам только новых травм не хватало.       Он включил фонарик телефона. Это немного облегчило им путь. Они прошли пару колонн и свернули направо. Даня явно знал куда идёт. Поэтому он шёл чуть впереди девушки, также не отпуская её руку. Тут в проходе перед ними замелькал свет ещё одного фонарика. Охранник? Но тут Даня резко дернул её к одной из колонн, и прижав к себе приложил палец к губам.       Толстенький мужичок прошёл мимо них, светя по округе своим фонариком. Даня смотрелся в табличку над проходом, из которого вышел охранник. –Чёрт. — вырвалось у него. –В чём дело? — шепотом спросила Лера. –Не то крыло. — объяснил он. — Но через него тоже выйдем, правда до машины придется прогуляться. Пошли.       Он потянул девушку за собой. –Мы поедем на машине? — удивилась она. –Ля, ну не пешком же шуровать. — усмехнулся он. — Я одолжил машину у знакомого.       Они прошли через пост охраны незамеченными и перепрыгнув через турникеты при служебном выходе, остановились возле стеклянных запертых дверей. Данила достал из кармана ключ и отпёр двери. –Откуда? — не переставала удивляться Лера. –У меня был дубликат ключей от выхода в левом крыле. — ответил Данила. — Видимо здесь замки такие же.       Они вышли на улицу. В лицо Лере подумал прохладный и свежий ночной воздух. Она глубоко вздохнула. Можно ли их прогулку назвать первым свиданием? Наверное да. Она просто не хотела думать ни о чём лишнем. Просто идти с ним по ночным улицам и болтать обо всём на свете.       Они быстро обошли здание и подошли к единственному автомобилю на парковке. Это было небольшое чёрное авто. На вид оно казалось абсолютно новеньким. Даня снял сигнализацию и они сели в него. Заведя машину Даня закинул свой рюкзак на заднее сиденье. –Куда мы сначала поедем? — поинтересовалась Лера. –Секре-е-ет. — заводным тоном ответил парень. — На сегодня у нас с тобой один большой секрет и так… по мелочам.       Леру это умилило. Её подзадоривало чувство интриги. Чёрная машина дала по газам и выехала с парковки.       Они катались по ночному Питеру частенько останавливаясь где-нибудь и осматривая достопримечательности, ставшие ещё более красивыми с включенной подсветкой. Бродили где-то, потом возвращались в автомобиль и ехали дальше. Лера хотела бы чтобы эта ночь была самой длинной в её жизни. Они шутили, смеялись и просто дурачились, словно маленькие дети, которые попали в лавку сладостей и игрушек. Данила обнимал её, подшучивал, смотрел на неё настолько влюблённым взглядом, как мог смотреть только он один. Время летело просто незаметно, хотя уже давно перевалило за полночь.       И вот когда они в очередной раз сели в машину, Даня неожиданно спросил: –Проголодалась? –Не думаю что кафешки или рестораны ещё открыты. — ответила Лера. –А кто сказал что нам они нужны? — пожал плечами Данила. — Я предлагаю перекусить в одном из самых прекрасных мест Питера. –Хорошо. — согласилась Лера. — Я только за.       Они приехали к его дому. Оставив машину в небольшом дворике и прихватив с собой Данин рюкзак они поднялись на самый верхний этаж. В удивлению девушки Даня вовсе не имел в виду свою квартиру. Он прошёл к лестнице и в пару щелчков вскрыв замок, открыл решётчатую дверь, ведущую на крышу.       Выйдя на плоскую крышу с ограждением по краям Даня, взяв Леру за руку, повёл её куда-то дальше. Девушка в это время любовалась видами сияющего и горящего яркими огнями Петербурга.       Данила провёл и усадил её на небольшой, но удобный выступ одной из бывших вентиляционных вытяжек. Присев рядом он достал из рюкзака большой термос, стаканчики и всякие булочки с разнообразными вкусностями. Он разлил по стаканам горячий шоколад. Если раньше Леру охватывало чувство лёгкости, то сейчас в ней мешались чувства восхищения, близости и какой-то крайне сильной нежности. С их места открывался прекрасный вид на ночной Санкт-Петербург. Но подняв глаза чуть выше она заметила потрясающей красоты ночное небо. Оно было усыпано множеством горящих звезд. –Почему ты уехала из Таганрога? — спросил он, тоже всматриваясь в ночной небосвод. –В отличие от моего города, в Питере… здесь своя атмосфера, особая… атмосфера… –Свободы. — закончил за неё Данила, улыбнувшись краешком рта.       Девушка заворожённо повернула к нему голову. Он буквально снял это слово с кончика её языка. А Данила пододвинулся ближе и обнял её. Она положила свою голову ему на плечо. Ей было тепло. Очень тепло. Даже задувающий ветер с крыш не мог заставить её почувствовать холод в этот момент.       Она хотела почувствовать Питер так, как чувствует его он. Посмотреть на этот город его глазами. Наполниться теми же эмоциями, что даёт ему Петербург. А он хотел отдать ей эти эмоции, отдать самого себя. Поэтому они всё ближе жались друг к другу, переплетали руки, бросали влюблённые взгляды.       Так прошло около двух часов, проведенных за разговорами по душам и любованием потрясающими видами Питера. –Когда я должна буду вернуться? — грустно спросила его девушка. –Наверное до обхода врача. — неуверенно и неохотно бросил Данила, после, долго молчал и наконец спросил. — Ты хочешь сейчас вернуться? –Нет. — честно ответила она, положив свою руку на его. –Тогда может, останешься у меня? — предложил Данила.       Лера только улыбнулась и молча закивала. Даня расплылся в мягкой улыбке. Их обоих клонило в сон, поэтому спустившись в Данину квартиру они переодевшись повалились на большую двухместную кровать в его комнате. Лера вспомнила, как они впервые оказались тут вдвоём. В её груди приятно закололо.       Время уже было позднее. Лера повернулась к уже начинающему клевать носом Даниле. Он обнял и притянул её к себе. Она чувствовала спокойное и размеренное биение его сердца. Ощущала уже ставший привычным запах его сигарет. Трогала мягкие рыжие волосы. А он гладил её по голове и мило улыбался. Они были счастливы как дети. –Я люблю тебя… — шептал он ей на ухо. — Спокойной ночи. –И я тебя люблю. — также тихо отвечала ему Лера, зарываясь носом в его крупную шею. — Сладких снов.       Ночная прогулка ставшая для них больше, чем приятное времяпрепровождение, встреча, которая переросла в нечто большее, чем просто дружба, случай, который помог им понять, что они значат друг для друга, две ладони, которые они скрепили прежде чем заснуть и два сердца, бьющихся в один такт в небольшой уютной квартире в центре никогда не спящего и чарующего Питера. Это была их маленькая вселенная, их собственный космос.