Дух бунтарства

      Лиза слегка неуверенным шагом отступила от Юлика и взглянув в его полные надежды карие, глубокие глаза, развернулась и прошла следом за Андреем в соседнюю комнату. Этот этаж был слегка порушен, поэтому в некоторых стенах зияли длинные трещины и даже дыры, но комнаты были только визуальными. То есть, из этой данной комнаты можно было вполне быстро перескочить или переползти в другую.       Идущий впереди Андрей провёл её чуть дальше, и остановился возле большого окна, без рамы и стекол. Он не смотрел на неё. Лиза неуверенно переступила с ноги на ногу и, убрав одну руку за спину, другой облокотилась о стену. — Ты хотел… — Я не буду, — одновременно с ней начал Андрей. — просить тебя, чтобы ты ушла от Онежко и осталась со мной.       Лиза посмотрела на мужчину. Он обернулся к ней. Алое солнце освещало его крупную и тёмную фигуру в большом проёме окна. Его серые глаза были полны спокойствия и уверенности. — Если ты счастлива с ним — я готов принять твой выбор. — медленно проговорил он. — Да. — уверенно ответила ему Лиза. — Я люблю его. И останусь с ним… Прости… — Ты не должна извиняться. — заверил её Андрей. — За чувства не извиняются.       Старый прошёл возле ещё одного окна и глубоко вздохнув добавил: — Но если тебе будет нужна помощь… Любая. То можешь обратиться ко мне и рассчитывать на меня.       Шатенка поправила прядь волос, упавшую ей на глаз. Его слова успокоили её и вселили уверенность. — Спасибо.       Её голос прозвучал тепло и непринуждённо. Она знала что любит Юлика, и никто, даже Андрей не заменит его… Но Лиза была благодарна Андрею, за то, что он не заставил её делать выбор. Пускай она его уже давно сделала. — Ну, я пойду. — проговорила она, отходя от стены.       И девушка не торопясь вышла из комнаты, провожаемая жадным и нежным взглядом серых, практически серебряных, глаз Старого. На его губах промелькнула едва заметная грустная улыбка. Он никогда не оставит её, будет оберегать, верить… и любить.       Миша смотрел на Свету. В её красивых карих глазах светились радостные и влюблённые огоньки. Парень держал её за руку и понимал, что была бы его воля, он бы вечно простоял бы с ней рядом, в свете лучей закатного солнца. То, что он чувствовал к ней… С ним никогда не происходило ничего более волшебного и пугающего… Миша никогда бы не подумал, что привяжется к кому-то так сильно, что, казалось бы, не сможет и дня прожить без звука её голоса или игривого взгляда весёлых карих глаз. Света была искрящей, бурной, как быстрая речная река и даже… ранимой отчасти. Но он хотел быть, был для неё опорой. Хотел чтобы девушка знала, что он будет рядом, что бы не приключилось. Всегда… — Свет. — неумело начал он. — Можно спросить тебя кое о чём?       Девушка удивлённо взглянула на него: — Конечно. Что-то случилось?.. Тебя поранили?! — Нет, нет, — взмахнул он руками. — Просто для меня… это важно.       Света понимающе посмотрела на него. — Ты не против переехать… ко мне? — попытался выдавить что-то вроде улыбки Миша, хотя на самом деле очень сильно переживал. — Я знаю, что у тебя были планы на карьеры в видеоблогинге… Но если ты захочешь, я помогу с этим. Даже готов завести свой канал… Будем снимать вместе или порознь, как пожелаешь.       Света удивлённо распахнула глаза и заулыбалась: — Твой канал? Да я… Да я с радостью перееду к тебе!!! Неужели ты думаешь, что я променяю тебя на подписчиков, Миш? Я могу помочь тебе в продвижении, запишем вместе пару роликов. Я думаю ты понравишься своей аудитории. Сможешь философствовать и рассказывать им очень интересные и глубокие вещи…       Девушка была просто в восторге. Она, кажется, была готова тараторить без умолку. А он был готов сколько же наблюдать за ней. — Не, буду просто обозревать мемы… и пилить реакции. — заулыбался Миша, смущённо поправляя свою чёрную густую чёлку.       Света крепко обняла его. Он прижал девушку к своей груди и вдохнул её знакомый запах духов и блёсток… Она была его маленькой звездой, яркой, близкой и одновременно далёкой и мечтательной. Но всё равно его. Его любимой.       Юлик с Русланом спустились вниз, выйдя через тот же подъезд. Солнце, заходящее за горизонт, делало всё вокруг нежно розовым, смешанным с оранжевым и золотистым. Верхушки деревьев обдувал прохладный вечерний ветер, избавляя от палящего алого солнца.       Они подошли к одной из машин и Руслан вытащил свой вейп. Юлик же весь извёлся мыслями о том, стоило ли отпускать Лизу с Андреем, о чём они беседуют, чего ему вообще нужно от неё… — Переживаешь? — понимающе произнёс Руслан глядя на парня. — Любишь её?       Юлик потупил глаза. — Люблю…, но мы довольно часто ругаемся и ссоримся. В частности из-за меня…       Руслан выдохнул клубы пара изо рта. Они опустились ему на руки, и он быстро развёл их в стороны, тем самым разрезая пар на две части. — Ну, вы говорили об этом? — спросил он, как бы невзначай. — Разговор иногда решает… — С чего ты вообще интересуешься? — завёлся Юлик. — Потому, что терять свою любовь из-за своего же упёртого и несносного характера — глупо…       Юлик сильно сжал зубы: — Тебе-то откуда знать?..       Вдруг Юлик округлил глаза. Настя…? — Ты про вас… с Настей? — медленно и растерянно проговорил Юлик, теряя свой пыл.       Руслан промолчал и продолжил парить, выдыхая белые клубы изо рта и носа. Юлик притих и молча стоял рядом. Выходит их ситуации в чём-то похожи…       Внезапно они услышали визг тормозов и неподалёку от них остановился автомобиль. По взгляду Руслана Юлик понял, что брюнет узнал этот автомобиль. Руслан недовольно нахмурил брови и закашлялся. Из машины, вся в слезах, выскочила Настя и быстрым шагом направилась в их сторону. Её взгляд заметно потеплел и расслабился, когда она увидела Руслана невредимым. Но глаза всё равно застилали слёзы.       Руслан резко сорвался с места и, как только они с девушкой оказались в шаге друг от друга, он схватил Настю за руку и потащил за собой, куда-то за угол дома.       Юлик проводил их взглядом и решил оставить наедине. Внезапно, он услышал звучные шаги со стороны подъезда, и обернулся. К нему неуверенно шла Лиза. На её лице была растерянность. Юлик сделал несколько таких неуверенных шагов ей навстречу. — Нам… нужно поговорить. — сказала девушка, посмотрев на него. — Я… люблю тебя. Ты прекрасно знаешь это… — Прости. — вставил слово Юлик.       Лиза замерла: — За что? — Я… был не прав, когда вёл себя так… Был эгоистом. — парень опустил глаза. — Я знаю, что мог ранить твои чувства. Я тоже люблю тебя… Лиз, прости меня. Если сможешь…       Девушка глубоко вздохнула и сделала шаг. Юлик поднял свои глаза к её лицу. Лицо Лизы было всегда искренним. Каждая черта была дорога ему, знакома и близка. Парень наконец понял, что не хочет терять её. И никогда не хотел… Просто… не мог совладать с собой…       Лиза медленно коснулась своей ладонью его щеки и улыбнулась. Юлик прижал её ладонь к своему лицу и нежно поцеловал. Улыбка Лизы стала куда нежнее и шире. Он коснулся её губ и они слились в нежном поцелуе.       Они вместе и сейчас для них это самое главное.       Заведя заплаканную девушку за угол дома, Руслан прислонил её спиной к стене и навис над ней, будто тёмная туча, готовая искрить тысячами молний. — Ты блять здесь откуда? — недовольно произнёс он.       Настя поджала губы и без малейшего страха заглянула в тёмные глаза парня. — Я волновалась… — Да ну? — скривился Руслан. — А то, что меня могли грохнуть до этого у тебя на глазах?! Ты не волновалась?..Да хуй со мной!!! Тебя блять могли грохнуть, Настя!!! Тупая ты дура!       Настя скривила губы, по щекам вновь хлынули потоки слёз.       Руслан негодовал, он был вне себя от ярости. Какого чёрта эта девчонка рискует ради него?! Он знал какого…, но разве мог признаться в этом себе же? — Ты бы о своей шкуре так переживала, как о моей!!! — не унимался он, вываливая на девушку всё, что скопилось в нём за столь долгое время. — Кретин!!! — Настя со всей силы влепила ему пощёчину и парень застыл на месте. — Идиот! Придурошный! Дебил! Мразь! Сволочь ты последняя!       Девушка рыдала. Ей не было больно, она была очень зла на Руслана. Он ведь сам всё время рисковал ради неё, переживал и заботился о ней, хоть и не показывал этого никому… Какой же он идиот! А теперь ещё и это… У неё просто не было выбора, кроме как кинуться спасать его, в любой удобный момент, под любым предлогом, даже если от этого будет зависеть её собственная жизнь. — Я люблю тебя, ублюдок ты конченный!!! — не унимаясь кричала Настя, продолжая лупить ошарашенного Руслана маленькими кулачками. — Люблю!!! Затем и беспокоюсь, потому и пытаюсь заботиться и оберегать тебя! А ты!!! Ты… ты…       Девушка бессильно дрогнула плечами и разрыдалась, падая на колени. Руслан подхватил её и прижал к своей широкой груди. Буквально сдавил её, сдавил всё, что было у неё внутри. Сжал это и не отпускал. Никогда бы… — Прости-и-и-и… — сквозь слёзы рыдала Настя, пытаясь вытирать лицо ладонями. — Прости меня… Я так люблю тебя… Я бы не смогла… Я так испугалась, Руся…       «Руся»… В груди парня растеклось тепло. — И я… — выдавил он, так тихо, что девушка на мгновение прекратила лить слёзы. — И я люблю тебя…       Настя задержала дыхание на несколько секунд, а после, глубокий выдох с новой силой вырвался у неё из груди. Как давно она мечтала услышать эти слова… Сколько раз пыталась услышать хоть что-то нежное и ласковое… И Настя вновь разрыдалась. Но теперь это были не слёзы обиды… Она была настолько счастлива… насколько никогда бы не подумала.       Парень сжал девушку в своих объятиях, медленно опускаясь на землю. Настя была готова потонуть, раствориться в нём.       Эти двое скрылись от солнечных, закатных лучей, так и стремящихся проникнуть в самое нутро и вытащить оттуда то, чем оно наполнено. Они спрятались ото всех, исчезли и остались только друг для друга. Растворились… не оставив и следа своего присутствия.       Рука Данилы упрямо тянула Леру за собой. Они поднимались всё выше и выше и выше… пока не прошли на самый верхний этаж дома. Ветер здесь завывал куда сильнее. А последняя дверь на этаже вывела их на небольшой выступ, где крыши не было совсем, а вид открывался просто невообразимый.       Девушка старалась придерживать Данилу, который и так еле мог самостоятельно ставить ногу, но тащил её буквально волоком.       Сделав ещё пару шагов он остановился и развернулся к Лере, не отпуская её руку. Девушка только сейчас смогла рассмотреть его как следует. Растрёпанные и запылённые рыжие волосы, буквально полыхающие в закатном небе и обрамлённые солнечными алыми лучами, усталый, нежный и озабоченный взгляд зелёных глаз, и мягкое касание его пальцев на запястье. Без всего этого Лера просто не могла представить себя и свою жизнь. Каждая её клеточка буквально кричала о том, что Данила её наркотик, от которого отвыкнуть практически невозможно, иначе она будет постепенно умирать… — Ты правда… — несмело решила начать Лера, не совсем понимая, о чём с ней поговорить парень. — хотел чтобы мы расстались?       Внутри Леры теплилась и цвела надежда, что тогда он просто был не в себе… — Хотел… — выдавил Данила, жалостливо сведя светлые брови. — Но я так сильно полюбил тебя… Что теперь эта идея кажется мне настолько глупой и несуразной… Что я готов провалиться под землю… — Я не хочу терять то, что у нас есть. — прервала его Лера, взглянув в родные зелёные и уставшие глаза. — Я так боюсь… что мы сможем утратить это… Я не хочу. Никогда-никогда. Я люблю тебя… так сильно…       На глазах девушки проступили слёзы. Её розовые волосы казались алыми в лучах закатного солнца. Их напористо и яростно развевал прохладный ветер, бегущий по крыше дома. А её глаза казались практически прозрачными, как тонкая кромка льда, под которую как всегда проваливался Данила, стоило ему только взглянуть в них. Он будто тонул. Задерживал дыхание, прислушивался к себе, к быстрому биению своего сердца, к тишине и спокойствию, что окутывало его и заставляло просыпаться в нём самые сокровенные и жаркие чувства… То, что бы он никогда не позволил себе с кем-либо другим.       Он подошёл к Лере и обхватил руками её лицо. Такое маленькое, хрупкое, нежное и любимое. — Я навсегда буду с тобой… — прошептал Данила в её губы. — Я навсегда останусь с тобой… — таким же шепотом ответил Лера в губы парня.       Лера нежно коснулась своими тонкими пальцами его широкой груди, почувствовала, как сильно стучит его сердце и осознала, что её собственное сердце бьётся в том же самом ритме. Искры посыпались от них, как от бенгальского огонька, что и не мечтал погаснуть также стремительно, как загорался и горел. Они не собирались догорать.       Данила схватил Леру на руки и, еле устояв на больной ноге, поднял к себе лицом, завлекая её страстным и жарким поцелуем. Огонь их чувств разгорелся ярче закатного солнца, готового спалить всё, чего касаются его лучи.       Они оба понимали, что огонь этот не потушит и самый сильный ветер, шторм и даже самая лютая буря. Этим огнём были они сами, их пыл, их горячность, их страсть, их жажда, их чувства, их любовь.       И пока они все горели и пылали в закате дня, в воздухе витал дух молодости, юности и взбалмошности, жажды адреналина и приключений, жажды любви, нежности, понимания, признания, неподдельных эмоций и искренних чувств. Дух того, чем и кем они сами желали быть — дух бунтарства.