Stay

Et si tu n'existais pas, Dis-moi pour qui j'existerais? Des passantes endormies dans mes bras Que je n'aimerais jamais. Он прорисовывает ее образ, картину полную светлых тонов, среди множества темных рисунков. Бережно, тщательно, мазок за мазком, воссоздавая ее из воспоминаний. Странно, как ни силился, как ни пытался забыться с той девчонкой, он не мог прогнать ее образ, злясь на себя самого за эту манию, начавшую обращаться безумством. Тихий стук некстати отрывает от работы и, мысленно чертыхнувшись, Клаус направляется к двери. - Что, волчица не смогла вытерпеть и… - он застывает, увидев стоящую на пороге. Ее волосы, обычно так тщательно уложенные, сейчас неряшливыми прядями лежат на плечах, одежда испачкана и кое-где разорвана, девушка мелко дрожит, обнимая себя руками, будто пытаясь согреться, будто умирая от холода, веющего изнутри. - Кэролайн… - он выдыхает ее имя, не веря в то, что перед ним не мираж. - Можно? – почти неслышно спрашивает она, и мужчина, отстранившись, пропускает девушку вовнутрь. Неуверенно переступив порог, Кэролайн бредет к гостиной, Клаус следует за ней, подавив в себе желание, прижать к себе трясущуюся девочку. - А у тебя здесь все изменилось, - ровным голосом замечает она, - и правильно, что сделал перестановку. - Кэролайн, ты пьяна? Она переводит на него свои нежно-голубые, невинные глаза, в которых, как в открытой книге, читается боль, столько боли, что щемит сердце. - Совсем чуть-чуть, - она отводит взгляд. – О, ты решил повесить здесь эту картину. Так мило. В мгновение ока он оказался рядом с ней, сжав в пальцах хрупкие плечи, и почувствовав резкий запах виски, понимает, насколько она действительно пьяна. - Что случилось? Она опускает глаза, приоткрывая дрожащие губы, силясь что-то сказать, но только горько выдыхает. - Елена пыталась меня убить, - спустя несколько мучительно долгих секунд вдруг выпаливает Кэролайн, снова на него глядя. Клаус сам того не сознавая крепче стискивает ее плечи, стараясь подавить внутри безотчетный гнев. - Что ты сказала? Теперь он чувствует дрожь и в собственных лежащих на ее плечах ладонях, на мгновение представив, что двойнику удалось задуманное. - Я говорю это не потому, что хочу твоего гнева, - ровно отвечает она. – Просто… только ты… - Кэролайн бессильно вздыхает, запутавшись в собственных мыслях. – Она столько пережила, ей тяжело, так тяжело, что я просто не имею права злиться на нее, нужно быть выше, сильнее этого. Но я злюсь, - она резко вскидывает на него вспыхнувшие глаза, а в голосе звенит волнение. – Я злюсь, Клаус, я ненавижу то, что она причинила боль моей матери. И ненавижу себя за это. За то, что чувствую себя всеми брошенной, когда о себе вообще не следует думать. В один момент стены пьяного равнодушия рушатся. Она плачет, так горько и навзрыд, так искренне, как плачут, наверное, только дети, и люди, вмиг потерявшие самое дорогое, зная, что это уже никогда не вернуть. Кэролайн переворачивает своими слезами что-то глубоко в его душе, заставляя его ненавидеть себя за эту слабость, за искренние, глупые попытки стереть ее образ, замазать его ласками других женщин, ненавидя их за то, что они – не Кэролайн. И, переборов в себе трепет перед этой женщиной, одним рывком Клаус притягивает ее к себе. Вопреки ожиданиям, она не отталкивает, она доверчиво прижимается к его груди, уткнувшись лицом в плечо. - Завтра мне будет так стыдно… Ты говорил, что мы похожи, но я не хочу, понимаешь, не хочу, я боюсь… - сбивающимся голосом шепчет она в ткань его рубашки. – Так уже было с Деймоном… Ужасно. И я боюсь, я же останусь совсем одна… - Клаус успокаивающе гладит ее по волосам, притягивая к себе ближе, стараясь унять ее дрожь. – Даже Стефан меня не поймет, а потом и ты… просто надоем, я всем надоедаю… я не… - Ты никогда не сможешь мне надоесть, - искренне отвечает Клаус, выловив фразу из потока неразборчивых слов. – Если бы у меня была ты… - Тебе сейчас так кажется, - легко обрывает его Кэролайн. Он усмехается от этих слов. Глупая девочка. Походят долгие минуты, и ее бессвязный, тихий шепот утихает, утихает и дрожь, Кэролайн, наконец, успокаивается в его руках, глубоко дыша, вдыхая терпкий запах его тела. - Тебе нужно поспать, - ласково шепчет Клаус ослабевшей девушке. Она сонно что-то бормочет в ответ, будя в его сердце совсем незнакомое чувство, и Клаус подхватывает ее на руки, собираясь отнести в спальню, но, вспомнив произошедшее там сегодня, кладет обессилившую девушку на диван в гостиной. Укутавшись пледом, Кэролайн закрывает глаза, но в полудреме нащупав еще холодными пальцами его ладонь, прижимает ее к щеке. - Останься. - Я буду здесь. Спи. _________ * И, если б не было тебя, Скажи, для кого тогда б я жил... Ради прохожих (женщин) засыпавших в моих руках, Которых бы никогда не полюбил?