Сиренами рождаются

Даже музыка и галдеж в баре Мокси были не в состоянии заглушить мерзкий дребезжащий голос Железяки: тот, продолжая торчать в своем захламленном уголке на задворках Убежища, ухитрялся портить Искателям настроение, вереща в многострадальный ЭХО. Передатчик отчаянно хрипел, страдал из последних сил, но продолжал транслировать механический кошмар, лежа на противоположном конце стойки. Майя, подрепев голову рукой, тоскливо косилась на многострадальный ЭХО, честно пытаясь вникнуть в суть требований маленького робота. Сирена, кажется, единственная интересовалась заданием, за которое им всем могло перепасть по сотне-другой баксов на нос — авось окупит затраченные на выполнение. Сальвадор и Экстон с неким упоением кидали в банку для чаевых мелкие монетки, поспорив, кто из них метче, когда речь не идет об оружии; Мокси это дело только поощряла и томно улыбалась накрашенными пухлыми губами. Зер0 безлико наблюдал за стоящим перед ним стаканом; она никогда не видела, чтобы ассасин пил, но, стоило отвести взгляд, уровень подозрительной жидкости неуклонно падал. Сплошная загадка. — Не подведи, слуга! — бодро звякнул Железяка и наконец-то умолк. Сирена, подождав пару секунд, убедилась, что словесное извержение у мелкого поганца закончилось, и со вздохом сунула ЭХО в карман. Барменша, с прохладцей протиравшая безнадежно грязную стойку, сочувственно подмигнула: совсем недавно Искателям пришлось развлекаться на дне рождения у робота, а потом дружно стоять в очереди у автомата Зеда, чтобы вылечиться от последствий съеденной пиццы. Да, она такая, еда пандорская… То, без чего нет жизни, тоже пытается убить! Майя коротко махнула Мокси рукой (от этого жеста татуированной ладони шарахнулось несколько человек, вроде как увлеченных напитками и игровыми автоматами), слезла с высокого табурета и вышла на грязные улочки Убежища. Между ветхими и поломанными домами задувал холодный ветер, гонявший по летающему городу пластиковые пакеты и пустые гремящие жестянки. Сирена поежилась: Пандора была не самой гостеприимной планеткой, это уж точно, но на поверхности, по крайней мере, можно укрыться, предварительно перебив других н-ногих, н-головых и н-руких претендентов. На базе Алых Налетчиков же во всех углах кружилась и плясала пыль, промораживая до самых костей, забиваясь в легкие и скрипя на зубах. У края улицы лежал труп, с которого какой-то предприимчивый горожанин деловито стаскивал куртку. Ну, ему не нужно же больше, правда ведь. Левую руку слегка кольнуло холодом, но Майя привыкла обходиться без всего самого насущного — включая нормальную еду, сон, безопасность. Даже собственное тело, если вдуматься, уже осталось где-то в заснеженной пустыне или в горячих песках. Убежище жило своей повседневной жизнью: люди бесцельно бродили, несли бред, так что впору засомневаться, что не находишься посреди лагеря психов и бандитов. Вот сейчас из-за угла выскочит голодный скаг или еще какая дрянь, завоет, плюнет, дунет… Пока что, впрочем, только кто-то стучал в дверь Эрла — у мужика были огромные запасы эридия, который ему регулярно поставляли Искатели; хорошо, что Лилит была не в курсе. Сирена скривилась: теперь, судя по обрывочным данным, Ястреба ценным минералом пичкали по самое не хочу, лишь бы ключ заряжала вместо убитой Ангел. Майя познакомилась с двумя сиренами. Обеих спасла — пусть и по-разному, и обеих — не уберегла. И лишь немного приблизилась к разгадкам, за которыми прибыла на Пандору. Да, они могут зарядить ключ от Хранилища, но почему? Почему Лилит и Ангел используют эридий для усиления способностей, а на нее он не действует? Впрочем, оно и к лучшему: в Заповеднике на живых существах использовали шлак, что несомненно слабее своего первоисточника, но все равно сильно действовал. Хреновый получается расклад: на один старый вопрос приходится два-три новых, приправленных новыми проблемами. Сирена спустилась в магазин Маркуса, кивнув торговцу по дороге. Его богатый ассортимент оружия ее сейчас не интересовал; многое из того, что могло пригодиться, Искатели подбирали по дороге, благо, на Пандоре пушек больше, чем людей. Конечно, большинство из них собраны на коленке и стреляют гвоздями или гайками — но получить гвоздем в плечо тоже на кайф. Проверяли, спасибо. Майя свернула в боковую комнатку, где всегда было в кого пострелять: бандиты ухитрялись добираться до Убежища даже в воздухе, а Маркус всегда был рад испробовать новые винтовки. И с удовольствием доверял это дело желающим тренировки Искателям. Вот и сейчас — к жестяному щиту был прикручен какой-то окровавленный мужик. Сирена извлекла ЭХО. — Эй, если хотите пострелять, поднимайте задницы и заворачивайте к Маркусу, — отрывисто проговорила она. Экстон, частоту которого она поймала, согласно пробурчал что-то. — Ох ты ж скаг меня подери! — восторженно проверещал кто-то сбоку. Искательница обернулась — на ящиках примостилось какое-то непонятное (как, впрочем, большинство местных обитателей) существо в шмотках такого же невнятного цвета, как и сами ящики — поэтому Майе не сразу удалось заметить его или ее. В маленьких глазках из-под надвинутой на глаза шапки светился первобытный восторг, неприятно напомнивший ей о той категории людей, что желают поклоняться сиренам. По опыту она знала: такие иногда переходят все границы. Однако хвататься за пушку женщина не спешила. Вот еще. Перейдешь черту дозволенного — и я тебе мозг выжгу без огненного оружия. И глазом не моргну. — Восемьсот долларов не зря! — снова пронзительно взвизгнул (а) незнакомец (ка), заставив Искательницу поморщиться. — Маркус не соврал! Вы сюда ходите! Так, понятно. Пройдоха в своем репертуаре — содрал с бедолаги кучу денег за интервью, по всей видимости, а там уж как повезет. Придут Искатели — так повезет, а если и нет, то их все равно можно изловить в Убежище. Вот сукин сын, а! Схема-то работает! Может, потребовать, чтобы взял в долю?.. — Меня зовут Сэм! — продолжил (а) тараторить местный (ая). Имя не внесло никакой ясности в дело. — У меня есть вопросы! Сирена вздохнула. Люди восхищаются ее товарищами и ей только за то, что они пушки в руках умеют держать получше многих и оказались редкими везунчиками. Вся Пандора налицо. — Ну, спрашивай, — неохотно позволила она, наконец немного расслабившись. Оставалось надеяться, что остальные скоро придут — отдуваться в одиночку за четверых Майе не хотелось.