Let's Kill Them

Каждый родитель ждёт от своего ребенка, что тот станет их гордостью, отрадой и просто человеком, за которого им будет не стыдно. Все родители хотят в основном одного и того же: чтобы их сын или дочь получили аттестат с более менее удовлетворительными оценками, поступили в колледж, нашли хорошую, желательно, неплохо оплачиваемую работу и, конечно же, обрели свое личное счастье и обзавелись собственной семьёй. Но почему-то в этих пунктах ничего не говорится о чем-то менее материальном: счастье, спокойствие, вдохновение; найти себя в обществе, свое место, и наконец, друзья, как можно без них? Можно закончить тысячи универов, но разве это все важно, когда у тебя нет настоящих и преданных друзей? И что делать, если ты не можешь определиться, нужно ли тебе высшее образование или нет, но ведь так надо, так считается правильным. Так говорит общество и родители. Кэтрин до сегодняшнего дня ни чем не отличалась от множества своих ровесников: она училась довольно неплохо, состояла в группе чирлидерш, просто невинная куколка. Девочка, мечтающая о самых банальных вещах: выпускной, ее красавчик-парень… Что случилось с малышкой Уэст? Что толкнуло ее совершить такой ужасный поступок? Девушка сидела в комнате ожидания полицейского участка, сложив руки на груди. Вот-вот войдет один из ее родителей, скорее всего это будет мать, можно только представить ее негодование и озлобленность, но самое главное будет разочарование. Их маленькая дочурка уже вряд ли станет королевой бала на выпускном или мисс Америка, повезет, если ее вообще возьмут обратно в школу. Дверь открывается и полицейский пропускает вперёд мать Кэтрин, чьё выражение лица не предвещало ничего хорошего. Девчонке стало не по себе, она пыталась успокоить себя, но дрожь все равно пробрала ее тело. Элла Уэст села за стол напротив своей шестнадцатилетней дочери, которая совершила нападение в школе. Они просто молча смотрели друг на друга, до тех пор пока Кэтрин не выдержала зрительную атаку и не опустила глаза. — О чем ты думала, когда делала это? – спросила мать, внимательно всматриваясь в лицо своей дочери. — О том, что я хочу мести, – ответила девочка, наконец подняв глаза на миссис Вест. — А если бы ты его убила? – почти со слезами на глазах, спрашивает Элла. Кэтрин улыбнулась. — Эта мысль моментально поднимает мне настроение. Женщина была в шоке, она закрыла глаза, понимая, что от ее солнечной и доброй Кэтрин ничего не осталось. Перед ней была не ее дочь, а жестокая и беспощадная малолетняя девчонка, жаждущая крови и убийства. — Кэтрин… Что с тобой? Ты же не такая… Мы не этому тебя учили! – отчаянный вопль вырывался из женщины, пытаясь достучаться до девочки. — Упс, прости, мама, – скорчила она расстроенное личико. — Мисс, через десять минут начнется заседание, вам пора, – сказал вошедший полицейский. Элла резко обернулась. — Ещё минуту, пожалуйста. Правоохранитель терпеливо кивнул, дав ещё немного времени. Едва захлопнулась дверь, женщина резко схватила свою дочь за руку, таким образом, полностью обратив ее внимание на себя. — Значит так, слушай внимательно, – совсем не по-доброму начала она. — Ты и так совершила несказанную глупость, испортив жизнь себе и своей семье, поэтому, ты должна извиниться перед парнем и его семьёй, и сказать, что тебе очень жаль о случившемся или сделать вид что тебе жаль, ты поняла?! Кэтрин опешила от такой грубости со стороны матери, но она ее не напугала, а лишь разозлила. — С какой стати? Я лично ни о чем не жалею, и вообще отпусти меня, мне больно, черт! – она пыталась вырвать руку из железной хватки женщины. — Ты хоть до конца понимаешь что ты натворила?! Тебя могут судить как взрослую! Да ещё и эти Льюисы, с их влиянием и связями тебя легко посадят лет на пять, идиотка! Девушка не знала, что ответить. Да, видимо, она действительно облажалась. Семья Себастьяна была очень известна в своем городе, и видимо, проблемы только начинаются. Кэтрин продолжала молчать, пока наконец, Элла не продолжила уже в спокойном тоне, отпустив руку дочери. — Значит так, после суда, если все будет по плану, тебе дадут 78 часов исправительных работ и 3 года условно, и после отработок мы уедем из этого чертового города, потому что теперь из-за тебя нас знают здесь все. Нет никакого смысла оставаться. Кэтрин нервно дернулась. — Мы уедем? Куда? Элла Вест нервно сжимала кулаки, стараясь не смотреть на свою дочь. — Скорее всего в Арканзас, подальше отсюда. Кэтрин схватилась за голову, теперь из-за нее они должны покинуть их уютный дом и уехать в ебеня. — Я не хотела, чтобы так все получилось, – выдавила она. — В следующий раз когда будешь идти в школу с оружием и стрелять в людей, подумай лучше, – бросила Элла, резко встав и покинув Кэтрин. Девчонка положила голову на стол, еле слышно сматерившись.

***

Облокотившсь на капот машины, Дилан выкуривает, по счету, он уже не помнит какую сигарету, разглядывая свои пальцы по которым была размазана кровь. Он взглянул на костяшки, пиздец, они просто сбиты. Мать придет в ужас, когда увидит последствие его минутной дерзости в сторону спортсменов. Как же он ненавидит видеть ее растроенной. Наверное, это самоя мучительная вещь для Дилана. Его лицо было в ссадинах и ранах, один из парней ударил его лезвием, благо не сильно ранив Янга, эту рану можно скрыть волосами, что он и планирует делать. Последний раз затянувшись сигаретой, он швыряет окурок на асфальт. Резко садясь за руль, он решил взглянуть в зеркало на свое лицо. Отвратительно. Захопнув дверь, он завел машину, разворачивая ее в обратном направлении. После школы он всегда приезжал на Риверфронт Драйв, находящийся на другом берегу реки Арканзас. Янг ехал неспеша на своем стареньком Ниссане, подаренным отцом на шестнадцатилетие. Наверное, единственное, что у него есть от отца кроме фамилии. Пересекая мост, соединяющий южную и северную часть города, Дилан размышлял о том, что он гребанное разочарование своих родителей. За свои шестнадцать лет кроме статуса самого странного парня в школе, он не добился ровным счётом ничего. Это его не могло не расстраивать, он не знал, что ему делать. Какое у него будущее? Пойдет ли он в колледж? Сможет ли оставить своих демонов в голове и наконец слиться с обществом и найти новых друзей? Будет ли у него девушка? В этом момент Дилан встрепенулся. Сегодня Габриэлла была с ним так вежлива и дружелюбна, а он своим ебанным самодовольством испортил всё, как всегда. Как долго он мечтал о ней, ее шикарная улыбка, немного пухленькие губы, к которым отчаянно хочет прикоснуться, попробовать ее на вкус… Дилан немного прибавляет скорость, ему вдруг захотелось оказаться в своей комнате, наедине с музыкой и мечтами, о том чего никогда не будет. Приблизившись к своему дому, парень заезжает в открытый гараж. Дилан надевает черную бейсболку, козырьком вперёд, скрывая лицо, выходит из машины, взяв ключи, спешит в дом. Миранда сидела в гостиной, внимательно смотря телевизор. Как бы парень ни старался незаметно проникнуть в свою комнату, мать все равно услышала вернувшегося сына. — Дилан, это ты? – она обернулась, увидев парня стоящего спиной к ней. — Да, мам, – глухо отозвался он. Женщина встала с дивана, направляясь к выходу. — Почему ты так долго?... – начала она и ахнула. Снова открылась рана, и кровь тонкую линеей стекала по его скуле. — Это ещё что?! Дилан! – Миранда бросилась на кухню за аптечкой, Дилан снял бейсболку и тяжело вздохнул про себя, ругаясь. — Мам, не надо, все нормально, – слабо начал он. — Я пойду к себе… — Никаких нормально, подойди сюда, живо! Дилан почувствовал себя маленьким нашкодившим мальчиком, который чувствовал стыд перед родителями. Какой же он глупый. Миранда снова ужаснулась, увидев полностью лицо своего единственного сына. Аккуратно убрав светлые пряди его волос, она помыла рану, и затем смоченной перекисью ватой, остановила кровь. — Я ведь могу сам, – неуверенно сказал он, не смотря на мать. Миранда поджала губы, продолжая обрабатывать изуродованное лицо парня. — Я вижу, что ты можешь, – сердито произнесла она. — Добавлять мне проблем. Дилан даже не спорил, это так и есть. Он всегда только и делал, что разочаровал и расстраивал Миранду. Порой он думал, что было бы лучше если бы его не было. Когда-то он пробовал резать себя, делая небольшие порезы на левой руке, но мать нашла лезвие в его письменном столе и обнаружив раны на теле подростка, женщина сразу поняла что к чему. Это было ужасно. Отец покинул семью, она осталась одна со своими проблемами и суицидальным сыном-подростком, что может быть страшнее? Когда мать закончила, Дилан поспешил убраться в свою комнату, но миссис Янг слегка коснулась его руки, останавливая его. — Дилан, пожалуйста, объясни мне что с тобой происходит? – надломанным голосом буквально умоляет она. Сердце парня невольно сжалось, ему стало ещё больнее, чем когда Крис и остальные мудаки избивали его сегодня за школой. — Это ерунда, правда, – пытаясь соврать, ответил он. — Тебе правда не о чем беспокоиться. Миранда вытерла глаза от выступивших слез, снова с болью взглянув на парня. — Если у тебя какие-то проблемы, ты же знаешь, что я не чужой человек, я тебя всегда выслушаю, – она говорила слишком искренне, ему стало жаль ее. — Ты единственное, что осталось у меня Дилан, понимаешь? Он понимал. И знал, что причиняя себе вред, он делает хуже не себе, а своей ни в чем не виноватой матери, которая и так настрадалась в этой жизни сполна. Этого она уж точно не заслужила. — Прости меня, – тихо сказал он. — Я люблю тебя мам. Дилан обнял мать, понимая, что с этой минуты он приложит все усилия, чтобы мать больше никогда не видела его проблем и вечно грустного выражения лица.