Let's Kill Them

Cпустя три месяца Эта ночь была особенно мучительной для Кэтрин Уэст. Она не могла сомкнуть глаз, осознавая, что оставались считанные часы до того как она покинет исправительное учреждение. Три месяца казались целой вечностью, мучительной и уничтожающей. Кэтрин перевернулась на другой бок, и взглянула на спящую напротив Сару, свою соседку. Нельзя сказать, что они были близкими, но девушки все же смогли ужиться без типичных тюремных разборок. Уэст знала, что после того как она выйдет, начнутся настоящие проблемы. Тюрьма, в своем роде, её ограждает от окружающего мира, который так отвратителен. Её раздражала собственная семья, которая ненавидит её, особенно старшая сестра, которая наверняка была бы счастлива, если бы Кэтрин сдохла бы в этой же тюрьме. Она бы и рада, но Шарлотта так просто не получит желаемого. Интересно кто за ней приедет? Или же родные совершенно не позаботятся об этом, и дадут ей полную свободу действий? Девчонка была уже готова к этому. В голове по частям строился план. Сначала она бы забрала свои вещи, угнала черный Mitsubishi, принадлежащий старшей сестре, и уехала бы куда можно подальше, подальше от ненавистных родственников. Правда, она не умеет водить, но разве это её волнует? Ровно три гребанных месяца Кэтрин старалась вести себя как можно более незаметнее и спокойнее; ровно три месяца она занималась с психологом, который пытался разобраться в её душевных проблемах, которые, по мнению врача, явно были у девушки. Девчонка знала, что согласно обществу её легче назвать сумасшедшей, но может таким образом люди наконец от нее отстанут? Едва заключенные вернулись с завтрака, как полицейский спешил открыть дверь, обращаясь к девчонке, повернувшейся на источник шума. — Уэст, на выход, – без эмоций отчеканил охранник. Девушка улыбнулась, взглянув на мрачную, впрочем как и всегда, Сару. — Прощай, Сара, было приятно познакомиться, – сказала Кэтрин, хоть и её лицемерие было на лицо. Уэст спешно вышла из камеры, следуя за полицейским. Она проходила мимо камер с девушками, которые недовольно наблюдали за счастливой заключенной, покидающей тюрьму. В конце коридора она увидела своего отца, слегка испугавшись. Ей стало действительно не по себе, от того, что может сделать её отец в качестве наказания. Он был строгим и не допускал подобного поведения дочерей, поэтому Шарлотта является любимой дочкой, а младшая Кэтрин всегда остается глупой и неуклюжей в глазах родителей и родственников. — Привет, – неловко сказала она, взглянув на недовольное лицо отца, держащего вещи дочери и документ, подтверждающий её отбывание на зоне. Глава семейства все же слегка смягчился, увидев исхудавшую дочь, истощенную колонией. Вместо ответа, Уильям обнял свою шестнадцатилетнюю дочь. — Мы же домой, правда? – с надеждой спросила девушка. Отец слегка прочистил горло, качая головой. — Пойдем, нам пора. Кэтрин в недоумении следовала за отцом, чувствуя прилив гнева. Что они сделают с ней? Выбросят на улицу? Продадут в рабство? Или может сдадут её в интернат для трудных подростков? Уэст сходила с ума, сознание все больше затуманивалось гневом и яростью. Едва они сели в машину, девчонка вновь взглянула на отца. — Папа, куда мы едем? – обеспокоенно спросила она. Отец сильнее сжал руль, внимательно наблюдая за дорогой. — После того как тебя посадили, мы сразу же решили продать дом и уехать, – холодно объяснил он. Кэтрин едва хватило сил, чтобы не сматериться в присутствии отца. — И где мы теперь живем? — В Литл Роке, Арканзас, – без эмоций ответил он, продолжая вести машину. Уэст резко отвернулась, направив взгляд на вид из окна автомобиля. Она пыталась сдержать накатившиеся слезы, но это было практически невозможно. — Я даже не попрощалась с Мелиссой, – сквозь слезы озвучила Кэтрин. Отец взглянул на дочь, которая шмыгала носом из-за непрекращающихся слез. — Она знает о переезде, и в курсе где мы живем. Твоя подруга обещала, что при первой же возможности приедет. Эти слова успокоили ее, стало лучше. Мелисса не бросит ее, это не могло не радовать. Возможно, этот переезд не так уж и ужасен… — С твоей идеальной характеристикой и этим нелепым случаем, который перекрыл все твои хорошие качества, ни одна школа не хочет тебя принимать, – сообщил Уильям. Кэтрин едва слышно фыркнула. Она не хотела возвращаться в школу, пускай и в ту, где никто понятия не имеет о том кто она такая. — Но все же одна школа оказала нам услугу, и взяла на себя смелость, принять на обучение, – продолжил отец. — Они требуют испытательный срок в виде двух недель, и при условии, что ты будешь принимать своё лекарство. — Лекарство?! Папа, пожалуйста, только не это. От таблеток мне только хуже, – жалостно произнесла Уэст. — Я думала, что совсем свихнусь в колонии. Отец с недоверием покосился на дочь. — Такого быть не должно. Ладно, я поговорю с твоим врачом. Возможно, таблетки тебе вовсе и не нужны. Кэтрин едва слышно усмехнулась. Значит, новая школа… Вряд ли там что-то будет интересное, в любом случае, она сможет сотворить какую-нибудь глупость, за которую её мигом выкинут из школы, и тогда, она наконец будет жить свободно, не ограничивая себя ни в чем.

***

Через неделю начнутся рождественские каникулы, наверное, самое долгожданное для всех школьников. Дилан Янг желал как можно скорее разобраться со всеми школьными проектами и контрольными работами, чтобы уже получить свои законные “C” и “D”, стремиться к “A” он уже давно не видел смысла. Дело было не только в ленивом Дилане, но и в отношении учителей к нему. Не то чтобы он был каким-то не таким, скорее ученики, проявляющие более активную позицию в спортивной жизни в школе, получали больше снисхождения, чем обычные дети, которые ходят в школу только ради занятий. Дилан считал это полнейшим идиотизмом, и всей душой ненавидел каждого в свой школе. С каждым днем он все больше находил оправданий школьным стрелкам, которые когда-либо нападали на своих одноклассников. Трудно удержаться от соблазна выстрелить в лицо ублюдку, жизнь которого состоит из бессмысленных вещей, включая издевательства над младшими над теми, кто не в силах за себя постоять. Но справедливости ради, все же были люди, которые не вызывали желания убить их. Та же Габриэлла, например. Вчера Дилан услышал в коридоре, как две его одноклассницы обсуждали тот факт, что Блейк и Габриэлла расстались, было невероятно сложно сдержать улыбку. Казалось, с каждым днем она нравилась ему все больше и больше, отрицать бессмысленно. Скоро начнется обед, и смена Дилана близка к завершению. Он без интереса поглядывал на клиентов, шумно разговаривающих, и от скуки начал подсчитывать выручку на кассе. Рядом суетился напарник Тодд, стоящий на соседней кассе. Дилан постукивал пальцами по столу, переводя взгляд то на время, то на посетителей, то на Тодда. Едва время приблизилось к двенадцати, Дилан облегченно вздохнул, вновь посматривая на часы, висящие на стене. — Тодд, – обратился он к своему напарнику по работе. — Как думаешь, Гвен сможет отпустить меня прямо сейчас, без всех этих бессмысленных собраний после завершения смены? — Куда так спешишь, Янг? – ехидно насмехался Тодд. — Неужто ли на свидание? Дилан ухмыльнулся. — Да, к твоей маме, – пошутил он. Несмотря на то, что парни никогда не были друзьями, они могли себе позволить шутить подобным образом. — Больной ублюдок, – усмехнувшись, ответил Тодд. — Ладно, иди уже, я прикрою тебя. Светловолосый просиял. Спешно снимая с себя рабочий фартук, он быстро надел свой черный плащ. — Спасибо, чувак. Я у тебя в долгу. Тодд улыбнулся. — Передавай маме привет. И да, скажи ей, что сегодня я хочу лазанью на ужин. Дилан искренне рассмеялся, кивнув, и резко покидая полупустое кафе. Янг спешил к своей машине, попутно подкуривая сигарету. Под ногами хрустел снег, и стало ещё прохладнее. Он сел в машину, вставив ключ, завел мотор. Дилан взглянул новенькую винтовку, которую он так удачно выкупил у одного знакомого, и вот уже неделю он никак не может поверить в свое счастье. Оружие он бережно хранил в своей комнате, иногда беря его с собой, чтобы потренироваться в стрельбе. В последнее время жизнь складывалась удачно, он приобрел оружие, и есть накопленные деньги на поездку к другу в Калифорнию, за исключением школы, но даже это казалось такой мелочью. Он проехал уже приличное расстояние от своего города, и наконец завернул на уже знакомую, безлюдную, лесную местность. Он заехал слегка в глубь леса, чтобы проезжающие мимо машины не могли заметить его. Он затормозил, взяв в руки оружие, Дилан резко открыл дверь и вышел. Парень поправил темные очки, всматриваясь вдаль. Все цели для стрельбы остались на месте, это радует. Даже не потребуется дополнительного времени для установки добычи. Дилан прицелился, опираясь плечом в приклад стрелкового оружия, крепче сжимая винтовку, он прицелился, и с уверенностью нажал на спусковой крючок. Выстрел. Янг попал точно в пустую стеклянную бутылку, расположенную от него в 300-ста метрах. Он опустил оружие, присматриваясь к результату. Парень был доволен. Янг продолжал дальше стрелять по бутылкам, банкам и других самодельных целях. Наверное, ничего не приносило ему большего удовольствия, чем стрельба. Ну, разве, что если вместо неодушевленных целей были реальные люди, это было бы идеально. Спустя час Дилан решил сделать перерыв. Он положил винтовку на землю, нажав на предохранитель. Пошарив в карманах плаща, он достал сигареты и зажигалку. Закурив, подросток облокотился о капот своей машины. Дилан снова полез в карман, нащупав телефон. Убедившись, что связь здесь не ловит, он удовлетворенно продолжал затягиваться сигаретой, стряхивая пепел с плаща.