Let's Kill Them

Свернувшись калачиком на кровати, Кэтрин продолжала плакать уже ровно второй час. Ей было больно и обидно за то, что сказали ей родители. В такие моменты создавалось впечатление, что ни о какой родительской любви и речи быть не может. Словно после того полученного тюремного срока для них дочь умерла. Она видела то неподдельное раздражение матери, которая всем нутром презирала младшую Уэст. Разочарованный и обозленный вид отца, он был готов ее ударить, но что-то ему помешало. На удивление, Шарлотта была единственная кому было немного жаль свою младшую сестрёнку, хоть она ни сказала ей ни слова. Выслушав тонну претензий и унижений, девчонка заперлась в своей комнате мечтая о побеге. Она бы сбежала из своего дома, если бы у нее были бы хоть какие-нибудь деньги и надежды на лучшее будущее. Кэтрин осознавала, что едва она переступит порог дома без ведома родителей, целая армия полиции отправится на ее поиски, и когда ее найдут тогда уже можно смело покончить жизнь самоубийством. Ее все ещё трясло от рыданий, а в голове все ещё крутились редкие фразы родителей. « Ещё одна выходка и мы отправим тебя в школу для трудных подростков!» Родители решили, что школа-интернат – лучшее решение проблем с дочерью, которая не смогла растрогать даже своими слезами мать и отца. Она ненавидела их всей душой, и с каждым днём девчонка все больше убеждалась в том, что это взаимно. В доме Янгов пахло чем-то вкусным, но у Дилана никакого аппетита не было. Восемь уроков вымотали его, не остаётся сил даже на комп или тренировку, к черту все. Миранда услышала вошедшего сына, сразу же среагировав. — Дилан, это ты? Ужин уже на столе, мой руки и иди сюда, – раздался голос матери с кухни. Он уже хотел было ответить свое любимое « я устал и хочу отдохнуть», но тут же вспомнил об обещанном разговоре. Не самое лучшее время, но пообещал же. Парень устало выдохнул и поплелся на кухню. Миранда уже успела накрыть стол, и вымыть всю кухню. Отметив про себя идеальную чистоту, он тепло улыбнулся. — Привет, – поздоровавшись парень, уселся за стол напротив мамы. Женщина сухо кивнула, приступив к трапезе. — Как сегодня прошел день? – поинтересовалась она. — Нормально, – ответил парень, стараясь не сильно показывать усталость. — Без драк? – укоризненно спросила мать. Дилан фыркнул. — Прекрати, это всего лишь было дурачество, – попытался выкрутиться Янг. Мать кивнула, гадая про себя сколько ещё сын собирается ее обманывать. — Как и вчерашняя бутылка виски? – саркастично хмыкнула она. Дилан виновато опустил глаза, промолчав в ответ. Теперь эту гребанную оплошность она будет припоминать ему ещё долго. — Ты ведь не глупый мальчик, – продолжила мать. — Так может уже пора прекратить заниматься всякой ерундой и наконец взяться за ум? — Я хочу тебе кое-что сказать, – прочистив горло сказал Дилан. Он нервничал и долго сомневался стоит ли говорить это матери. Но взвесив все за и против, Янг решился немного приоткрыть занавес в свою жизнь для нее. Миранда подняла глаза и терпеливо ждала, что же ее сын собирается сказать. — Мне нравится одна девушка, – неуверенно начал он. — Очень нравится. Мать немного смягчилась, и на лице появилась тень улыбки. — Это же замечательно, – ответила она. — Она из твоей школы? — Мы учимся в одном классе, – кивнул парень. — Она переехала сюда из Луизианы в прошлом месяце. Женщина кивнула, внимательно слушая сына. — Я хочу ее пригласить к себе на выходные, – с намеком произнес Дилан. Миранда снова слегка улыбнулась. В эту субботу Дилану исполнится уже 17 лет. С 13 лет он перестал праздновать свои дни рождения, и настоятельно просил мать не устраивать праздники по этому поводу. — Как ее зовут? – поинтересовалась Миранда. — Мне бы хотелось с ней познакомиться. — Кэтрин, – счастливо улыбнувшись ответил Дилан. От продолжительных рыданий у Кэтрин сильно разболелась голова, но никаких таблеток под рукой не было, поэтому она просто пыталась уснуть. Но боль была настолько сильная, что сон сняло как рукой. Она молча смотрела в потолок, мечтая сдохнуть. За окном уже стемнело, лишь свет уличных фонарей проникал в темную, неуютную комнатку Кэтрин, которую она ненавидела всем сердцем, впрочем как и весь дом включая всех его жителей. Рядом валялся телефон, который мать желала отобрать у дочери, но благо отец посчитал это неуместным наказанием. Раздался звонок, Кэтрин быстро ответила, даже не взглянув на экран телефона. — Алло, – хрипло прошептала она. — Ты спишь? Прости, не хотел тебя разбудить, – в телефоне прозвучал голос извиняющегося Дилана. Девчонка улыбнулась неожиданному звонку, это был словно лучик солнца во тьме. — Нет, все нормально, я не спала, – немного громче возразила она. — Ты в порядке? – словно почувствовав боль спросил он. — Нет, но я буду, – пообещала Кэтрин, прижав телефон к уху. Дилан подозревал, что дома ей влетело от родителей, поэтому не хотел акцентировать внимание на неприятном. — Не хочешь на этих выходных прийти ко мне? У меня вроде как день рождения, – совершено замявшись пролепетал он. Кэтрин не смогла спрятать улыбку, услышав неуверенный тон одноклассника. — Мои родители хотят меня отправить в школу интернат для трудных подростков, если я хоть раз в чем-то провинюсь, и я все ещё под домашним арестом, – стараясь как можно тише говорить недовольно пробормотала Уэст. — Черт, – только и ответил он. — Похоже с твоими родителями шутки плохи. — Они ублюдки, и я их ненавижу, – гневно прошептала она. — И плевать мне на их запреты, пусть засунут их себе куда подальше. На том конце послышался смех, перебиваемый женским голосом. — У меня есть план, но для этого мне будет нужна твоя помощь, – сказала Кэтрин. — Да ты у нас бунтарка, смотрю, – пошутил Дилан, предвкушая, что же она ему скажет. — Но в любом случае я с тобой. Последние слова задели ее. Это было сильно, хоть об этом он так и не узнал. — Отлично, – злорадно ухмыльнулась Уэст.