Коты и Павлины

Юнги проснулся с замечательным ощущением того, как что-то упирается прямо ему в задницу. И окей, парень был геем, да, но это совсем не значит, что посторонние объекты в его кровати, расположенные в таком интимном месте были явлением обычным. Ну, разве что накануне парень не надрался в щи и не полез к незнакомцам. Но нет, похмелья Мин не ощущал, а значит вероятность перепихона на одну ночь отпадала сама по себе. И раз не перепихон, то означало это только одно. «Только не хвост, сука, лишь бы только не хвост» - отчаянно подумал Юнги, медленно опуская руку, дабы нащупать неизвестный объект. Пальцы наткнулись на что-то мягкое, но крепкое одновременно и, нащупав жесткое основание у копчика, парень отчаянно застонал. Перья. Ебаные, сука, перья. Ну и кого его сраный соулмейт выбрал как любимое животное на этот раз? Еле как приняв сидячее положение, заломив при этом слегка то, что явно оказалось птичьим хвостом, Юнги бросил короткий взгляд вниз, заранее готовясь громко заорать. Секунда, и тишину в комнате и впрямь разрывает громкий нецензурный вопль, а в следующее мгновение в дверном проеме появляется аж три головы – Намджуна, Кудабли и Уйдинаха. - Что на этот раз? – с любопытством вопрошает Намджун, потом его взгляд плавно сползает вниз, натыкается на оперение, и парень сгибается в три погибели от смеха. – Бля. Павлин. Юнги, у тебя ебаный павлиний хвост. - Ну да, спасибо что сказал, а то я-то не заметил, - ядовито ответил Мин, автоматически почесывая подбежавшую Кудаблю за ухом. Кошка довольно заурчала, и тут же под вторую руку подлез Уйдинах, тоже требуя внимания и ласки. - Серьезно, чувак, твой соулмейт точно либо на ветеринара учится, либо на биолога. У него любимые животные меняются с завидным постоянством. – заявил Намджун, беспардонно отодвигая Уйдинаха и осторожно прикасаясь к ярким перьям. Юнги на это только горестно вздохнул. Вселенная решила знатно над ним поржать, видимо, подсовывая соулмэйта, у которого любимое животное менялось почти каждый месяц. А учитывая то, что ваше тело воспроизводило определенные части тела этих животных… в общем, Юнги о существовании своей половинки узнал относительно недавно, но уже отчаянно желал задушить этого юного натуралиста. В прошлом месяце он был коброй. Татуировка на шее, повторяющая узор на чешуе была клевой, а вот постоянно линяющая кожа и раздвоенный язык не очень. До этого был далматином. И хер с ними, ушами и хвостом, но вот ебучие черные пятна по всему телу – это слегка перебор. А около полугода назад Мин был… волнистым попугайчиком. Без комментариев. Намджун угорал как тварь, норовя потянуть его за заманчиво торчащий яркий хохолок на макушке, за что Юнги тогда здорово царапнул друга длиннющими ногтями. Ну а вот теперь это. Павлин. Павлин, сука, как вообще можно выбрать вот это вот твоим любимым животным? Кудабля, видимо, была такого же мнения, подозрительно нюхая внезапно появившуюся новую часть в теле хозяина. Уйдинах же был менее тактичен, и просто решил впиться зубами в торчащее ярко-зеленое перо. - Уйди нахуй, - проворчал Юнги, отпихивая от себя кота. Тот, воспринимая посыл как свою кличку, от которого она, собственно, и появилась, в ответ только заурчал и цапнул еще одно перо. – Ну вот почему у тебя соулмейт нормальный? Избрал барашка как любимое животное, и остался при своем мнении до сих пор. - Ага, а мне живи с этими белоснежными кудрями, - проворчал в ответ Намджун, проводя ладонью по упомянутым завиткам, касаясь небольших рожек. – Знаешь как тяжко эту шевелюру прочесать? - У меня блять хвост на два метра из задницы торчит, ты еще жалуешься? - А что, символично между прочим, - паскудно хихикнул Ким и подхватил на руки Уйдинаха, которому слишком понравилось жевать чужие перья. – Тебе же нравится красоваться. Вот и стал павлином. - Тогда напрашивается естественный ответ, что ты всегда по жизни был бараном, - не менее паскудно ухмыляется Юнги в ответ, поднимаясь с кровати. Хвост был действительно длинный и стелился по земле красивым зеленовато-голубым ковриком. Мин уже предвкушал как много раз ему этот хвост отдавят на вечно забитых улицах Сеула. - Я не буду принимать оскорбления от чувака, у которого из жопы торчит двухметровое нечто, - отбил Намджун, направляясь к выходу из комнаты, прихватив с собой кота. – Кстати, я бы тебе посоветовал подумать на досуге, как ты эту красоту пропихнешь в свои брюки. Ким хихикнул от своих же слов, и исчез, оставив Юнги наедине с кошкой, хвостом и новой проблемой. - Бля, - устало выдохнул Мин, бросая очередной взгляд на яркие перья. – А ведь правда, как? Ответа, ожидаемо, не последовало, лишь Кудабля застенчиво потрогала хвост черной лапкой, завороженно наблюдая за цветными переливами. * - О, Юнджи снова в деле? – с любопытством спросил Намджун минут пятнадцать спустя, отхлебывая горячий чай. - Я не готов прорезать в моих любимых джинсах дыру такого размера, чтобы этот кошмар туда влез, - проворчал в ответ Мин, вытягивая тонкие ноги, обутые в черные мартинсы. Красно-черная клетчатая юбка довольно интересно контрастировала с ярко-зеленым оперением, но и хер с ним, честное слово. – Да и к тому же, в жопу гендерные нормативы. - Великие слова, - отсалютовал ему Намджун, протягивая чашку кофе. – А парик где? - Кудабля куда-то утащила, - вздохнул Юнги, укоризненно косясь на невинно лежащую на подоконнике кошку, что последовала на кухню вслед за хозяином. – И куда, бля? Животное демонстративно принялось вылизывать черную лоснящуюся шерсть, мол, я вообще не понимаю, о чем вы говорите, ведь породистые кошки абсолютно точно не воруют чужие парики и не рвут их на части за диваном в гостиной, совсем нет. - Повезло тебе, что я люблю тебя слишком сильно, - вздохнул парень. – Может быть, даже сильнее Намджуна. - Кстати, - произнес Намджун, хрустя тостом и игнорируя последнее предложение. – Сегодня твоя очередь идти покупать корм. - Намджун, сука, ты это не серьезно. Как я с вот этим по городу пойду? – с ужасом вопросил Мин, наглядно дергая за длиннющие перья. Ким кинул на него красноречивый взгляд, что мог быть интерпретирован как «а меня ебет?». - Ну, если ты не хочешь отдать мне в вечное владение твой айпад… Юнги стонет и прикладывается головой о столешницу. Распределение обязанностей и наказание, если оные не выполнялись, в виде конфискации любимой вещи, когда-то казались хорошей и мотивирующей идеей. Но не сегодня, блять. - Ладно. Но если мой хвост задавит машина, что в последствии станет причиной моей безвременной кончины, я стану призраком и буду доебываться до тебя до конца моей жизни. – пригрозил Юнги, вставая из-за стола. Намджун изящно приподнял одну бровь, видимо, не особо впечатлившись угрозой. - Иди уже, королева драмы. И если тебя таки задавят, то я заберу твой айпад в любом случае. * В зоомагазин Юнги ввалился измятый и потрепанный, как физически, так и морально. Мало того, что люди, которые в большинстве своем были кошками или собаками, беспардонно пялились на его хвост, так некоторые по нему еще и проходились. Нарочно или нет Юнги естественно не знал, но запинаться почти на каждом шагу – удовольствие еще то. Прогулка заняла буквально минут десять, а Мин уже был готов растерзать любого, кто задержит на нем взгляд более, чем на три секунды. В магазине, слава богу, было довольно спокойно. Маленькая девочка восторженно разглядывала корзинку с котятами, пожилая женщина, сощурившись, искала подходящий корм для черепашек, а молодой парень искал что-то за прилавком. Видна была только рыжая макушка и кончики черных бархатных ушей, что легонько подрагивали. Юнги нахмурился – обычно за продавца тут был Чонгук, обладатель умильной улыбки, пары огромных невинных глаз и торчащих кроличьих ушей в добавок. А еще по совместительству близкий друг Намджуна и Юнги, и тот, кто когда-то притащил им пару котят, которые в последствии выросли в Кудаблю и Уйдинаха. Рыжий же парнишка, что сейчас ослепительно улыбался старушке, которая нашла наконец подходящий корм, был ему незнаком. Но сощурившиеся в улыбке глаза-полумесяцы, легкий румянец на щеках и какие-то совершенно очаровательные пушистые ушки вызывали непонятное желание подойти поближе и… Мин уже почти сделал шаг, но в следующее мгновение тут же наступил на неудачно (или удачно?) подвернувшееся под ногу собственное перо и чуть не грохнулся на коробку с хомячками, лишь чудом удержав равновесие. - Блять, - под нос выругался он, в очередной раз проклиная ебучее оперение. Хомяки, как ему показалось, неодобрительно на него посмотрели и вернулись к пробежкам в колесе. - Простите, вы в порядке? – раздался рядом взволнованный голос. – Мне показалось, что вы упали… - Нормально, - выдал Юнги, сдувая упавшую на глаза мятную челку. Перед ним стоял тот самый парень-продавец и сверлил обеспокоенным взглядом. Юнги заметил чужой тонкий хвост с белым кончиком, что нервно метался туда-сюда, и к ужасу своему почувствовал, что краснеет. Краснеет, блять. Стоит вот в юбке, с потрепанным павлиньим хвостом из задницы, и краснеет хер знает от чего. Заебись денек. - А-а-а… - с непонятной интонацией протянул рыжий, чьи щеки вдруг тоже налились краской. – Вы… я подумал… - Что я девушка? – закончил за него Юнги с ухмылкой на лице, изо всех сил пытаясь не выдать ебучее смущение. Парнем он был довольно хрупким, и со спины его не раз путали с особой женского пола. Сначала Мин бесился, а потом принял и понял, что есть в этом свои плюсы. Например то, что его ноги смотрятся ну просто охуенно в этой юбке. Продавец был, видимо, такого же мнения, так как сейчас пялился на его коленки. - Нет, не то. То есть и это, но это неважно. То есть… - парень моргнул, сделал глубокий вздох, а потом посмотрел Юнги в глаза и выпалил: - У вас очень красивый хвост. И почему-то эта фраза, эта простая фраза как-то резко выбила кислород из легких Юнги. Словно ему сказали что-то невероятно важное, и это важное сейчас от души ебануло ему молотком по затылку. - Как тебя зовут? – прохрипел Мин, все еще находясь под остаточным впечатлением. Продавец моргнул, а потом снова расплылся в улыбке, которая словно бы осветила его лицо, весь магазин, и черную душу Юнги в придачу. - Пак Чимин. Черное правое ухо дернулось в нервном жесте, слегка поворачиваясь в сторону, и Юнги, совсем отчего-то не удивившись, заметил у кончика три белых пятнышка. Таких же, как и у Кудабли. - Меня зовут Мин Юнги. И скажи-ка, Чимин, не меняешь ли ты случайно любимых животных каждый месяц?.. * 1 неделю спустя - Я послал его за кормом для котов, а он притащил соулмейта, - трагично выдал Намджун, картинно выдирая волосы (или лучше сказать шерсть?). – Почему у тебя все через жопу, друг мой? - Хвост растет из копчика, необразованная ты скотина, - лениво отвечает ему Мин и салютует бокалом. Рядом сидит Чимин и тихонько хихикает, периодически дергая правым кошачьим ухом. Юнги улавливает проблески белого и не может не улыбаться – он всегда знал, что любил котов больше, чем людей, но то, что его соулмейт будет носить метки его кошки… Вселенная воистину любит постебаться. Особенно учитывая тот факт, что Чимин учился на ветеринара, обожал документалки про животных, и, в силу чувствительности своей натуры, немедленно влюблялся в любое животное про которое и была документалка. - Хен, я ему сегодня скину двухчасовое познавательное видео про лис, - доверительно шепчет ему сидящий рядом Чонгук, поглаживая урчащего Уйдинаха. – Глядишь, у тебя пропадет это яркое перьевое безобразие и появятся пара крутых ушей. Чонгук оказался близким другом Чимина, который и помог ему устроиться в зоомагазин, зная об одержимости старшего любыми видами животных. И вообще, Юнги не верил в судьбу и прочую херотень, но сейчас он был от души благодарен за то, как удачно все сложилось. - Главное, про лисичек фенек не кидай, - шепчет ему в ответ Юнги. - Сегодня я буду смотреть про рыб-капель, - радостно возглашает Чимин, а Мин лишь вздыхает, глядя на своего светящегося практически соулмейта. Рыба-капля так рыба-капля. Что может быть хуже павлиньего хвоста, верно?