Хогвартс меняет историю

Исчезнувшее стекло,- прочитала Гермиона. Почти десять лет прошло с того утра, когда Дурсли обнаружили на своем пороге невесть откуда взявшегося племянника, но Тисовая улица за это время почти не изменилась. Солнце вставало над теми же ухоженными садиками и освещало ту же самую бронзовую четверку на входной двери дома Дурслей; оно пробиралось в гостиную, оставшуюся почти неизменной с того вечера, когда мистер Дурсль смотрел по телевизору пророческий выпуск новостей. -Похоже, кроме новостей он ничего не смотрит.-сказал Рон. Только стоящие на камине фотографии в рамках свидетельствовали о том, что с тех пор прошло немало времени. Десять лет назад на фотографиях было запечатлено нечто, напоминавшее большой розовый мяч в разноцветных чепчиках, но с тех пор Дадли Дурсль вырос... -Да уж, вырос. Но вот по интелекту не особо.-рассмеялся Гарри. -А вот по размерам уж точно!-поддержал друга Рон. и теперь на фотографиях был крупный светловолосый мальчик, сидящий на своем первом велосипеде, кружащийся на ярмарочной карусели, играющий с отцом в компьютерные игры, мальчик в объятиях целующей его матери. Однако ничто на этих фотографиях не говорило о том, что в доме живет еще один ребенок. Тем не менее Гарри Поттер все еще жил здесь... -Была бы моя воля, уже ушёл бы.-угрюмо сказал Гарри. -Гарри, я обещаю, больше ты не будешь там жить.-сказал Римус, не смотря на укоризненный взгляд директора. и в настоящий момент он крепко спал, хотя спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к его двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос: — Подъем! Вставай! Поднимайся! Гарри вздрогнул и проснулся. -Так вот почему ты так быстро поднимаешься с утра.-сказал Рон. -Привык за одинадцать лет.-ответил Гарри. А Люпин переглянулся с Сириусом. Они уже решили, что заберут Гарри от Дурслей. Тетя продолжала барабанить в дверь. — Живо! — провизжала она. Гарри услышал ее удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Он перевернулся на спину и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мопеде. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон. -Конечно видел. Только это не сон был.-сказал Гарри. -Странно, что ты помнишь момент из такого раннего детства.-отозвалась Гермиона. -У волшебников всё устроено немного по-другому. Дети-маги всё запоминают лучше, чем маглы.-объяснил Дамблдор. Тетя вернулась к его двери. — Ты что, еще не встал? — настойчиво поинтересовалась она. — Почти, — уклончиво ответил Гарри. — Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально. -О, Гарри. По-моему это самый худший день в твоей жизни.-сказал Дин. -Да, но таких дней было Одинадцать.-ответил Поттер. В ответ Гарри застонал. — Что ты там говоришь? — рявкнула тетя из-за двери. — нет, ничего. Ничего… День рождения Дадли — как он мог забыть? Гарри медленно выбрался из постели и огляделся в поисках носков. Он обнаружил их под кроватью и, надевая, стряхнул ползающего по ним паука. -Ну зачем писать про пауков!-застонал Рон. Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место. -Всмысле, твоё место?-вскочил Римус. -Альбус, а я говорила! Нельзя было оставлять Поттера у них!-поддержала ужас Люпина Макгонагалл. Дамблдор не ответил. Одевшись, он пошел на кухню. Весь стол был завален приготовленными для Дадли подарками. Похоже, что Дадли подарили новый компьютер, который тот так хотел, еще один телевизор и гоночный велосипед — это не говоря обо всем прочем. -Гарри, а твои тётя и дядя не миллионеры?-спросил Симус. -Нет, а что? -А откуда у них столько денег на подарки? -Ну если они не купят, то что хочет их Дадличек, им хуже предётся. Для Гарри оставалось загадкой, почему Дадли хотел гоночный велосипед, ведь кузен был очень толстым и ненавидел физические упражнения — хотя отлупить кого-нибудь он был совсем не против. Любимой «грушей» Дадли был Гарри, но Дадли далеко не всегда удавалось поймать кузена. -Теперь ясно, почему ты бегаешь так быстро.-немного грустно улыбнулась Гермиона. Хотя поверить в то, что Гарри мог быстро бегать, было довольно сложно. Возможно, именно жизнь в темном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а Дадли был раза в четыре крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком. -Значит, как покупать своему сыну всё, что угодно, так пожалуйста. А как купить племяннику одежду, так нет.-возмутилась миссис Уизли. -Миссис Уизли, они считают меня пустым местом, так зачем им тратить на меня деньги?-задал риторический вопрос Гарри. У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. Все, кто знал Лили, печально вздохнули. Ведь цвет её глаз передался Гарри. Эти ярко-зелёные глаза они бы узнали из тысячи. Он носил круглые очки, заклеенные скотчем и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу. Единственное, что Гарри нравилось в собственной внешности — это тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию. -Неужели он и правда тебе нравился?-скептически посмотрела на Гарри Гермиона. -Тогда он мне нравился, но уж точно не сейчас. Шрам был у него с самого детства, и первый осмысленный вопрос, который он задал тете Петунье, был как раз о том, откуда у него взялся этот шрам. — Ты получил его в автокатастрофе, в которой погибли твои родители, — отрезала тетя. Тут раздался громкий лай. Это Сириус рычал и кусал воздух. -Автокатострофа?-возмутился Снейп, на удивление всех сидящих в большом зале. Впервые вижу, что Снейп и Сириус солидарны.-шепнул Гарри друзьям. — И не приставай ко мне со своими вопросами. «Не приставай ко мне со своими вопросами» — это было первое правило, которому он должен был следовать, чтобы жить в мире с Дурслями. Когда Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, в кухню вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия. -Причешись!-засмеялся Римус, и увидив вопросительные взгляды, объяснил.-Волосы-это как-будто проклятье Поттеров. Причесать их нереально. Примерно раз в неделю дядя Вернон смотрел на Гарри поверх газеты и кричал, что племянника надо подстричь. Наверное, Гарри стригли чаще, чем остальных его одноклассников, но это не давало никакого результата, потому что его волосы так и торчали во все стороны, к тому же они очень быстро отрастали. -Я ж говорил.-сказал Римус. К моменту когда на кухне появились Дадли и его мать, Гарри уже вылил на сковородку яйца и готовил яичницу с беконом. Дадли как две капли воды походил на своего папашу. У него было крупное розовое лицо, почти полностью отсутствовала шея, маленькие глаза были водянисто-голубыми, а густые светлые волосы аккуратно лежали на большой жирной голове. Тетя Петунья часто твердила, что Дадли похож на маленького ангела, а Гарри говорил про себя, что Дадли похож на свинью в парике. -Гарри...-начал Фред. -А ты оказывается умеешь шутить!-закончил за брата Джордж. -Я конечно знаю, что вы близнецы, но как вам удаётся продолжать друг за другом.-спросила близнецов Гермиона. -А это наша тайна!-хором сказали Фред и Джордж. Гарри с трудом расставил на столе тарелки с яйцами и беконом — там почти не было свободного места. Дадли в это время считал свои подарки. А когда закончил, лицо его вытянулось. — Тридцать шесть... -Сколько?-воскликнул Малфой.-Даже мне столько не дарят. — произнес он грустным голосом, укоризненно глядя на отца и мать. — Это на два меньше, чем в прошлом году. — Дорогой, ты забыл о подарке от тетушки Мардж, он здесь, под большим подарком от мамы и папы! — поспешно затараторила тетя Петунья. — Ладно, но тогда получается всего тридцать семь. — Лицо Дадли покраснело. Гарри, сразу заметив, что у Дадли вот-вот приключится очередной приступ ярости, начал поспешно поглощать бекон, опасаясь, как бы кузен не перевернул стол. Тетя Петунья, очевидно, тоже почувствовала опасность. — Мы купим тебе еще два подарка, сегодня в городе. Как тебе это, малыш? -Малыш? Мы сейчас точно говорим об одном человеке?-спросил Билл. Еще два подарочка. Ты доволен? Дадли задумался. Похоже, в голове его шла какая-то очень серьезная и сложная работа. Наконец он открыл рот. — Значит… — медленно выговорил он. — Значит, их у меня будет тридцать… тридцать… -Он что, посчитать не может?-удивился Невилл.- По-моему, даже Крэбб и Гойл быстрее бы сообразили. — Тридцать девять, мой сладенький, — поспешно вставила тетя Петунья. — А-а-а! — Уже привставший было Дадли тяжело плюхнулся обратно на стул. — Тогда ладно… -Такое ощущение, что он сделал отдолжение.-сказала Гермиона.