Голос души

К концу рабочего Лена судорожно придумывала причину, зачем ей понадобилось позвонить Кате, чтобы это не выглядело навязчиво или, что хуже, особенно странно. Ничего так и не придумав, она решила положиться на шутницу-судьбу и снова отправилась в тот ресторан, где работала девушка. Зайдя в зал с хостесом, который провел ее к свободному столику и предложил меню, она села и стала невозмутимо рассматривать картинки с красивыми, но, судя по стоимости, все же переоцененными блюдами, изредка оглядывая зал и ища глазами Катю. Народу было много, не смотря на будний вечер и местные цены. Девушки не было видно, и Лена уже было расстроилась, как вдруг услышала знакомый голос справа от себя: — Добрый вечер, — девушка, улыбаясь, стояла с блокнотом в рабочей готовности, прожигая голубизной своих глаз. — Привет. Ты опять трудишься? У тебя вообще бывают выходные? — делая непринужденный вид, спросила Лена. — Да, но нечасто. Больше смен – выше зарплата, — пожала плечами девушка, — вы уже определились с выбором? Я могу принять заказ, пока ваш официант работает с другим столом. — Мой официант? А разве не ты мой официант? — подняла бровь Лена. — Это не мой столик, просто мы иногда помогаем друг другу, принимая заказ, чтобы гость не ждал, если мы сами не успеваем, — словно оправдываясь, промолвила девушка. — Значит, это будет твой стол. Скажи, что это пожелание клиента. Я буду черный кофе и какой-нибудь десерт. На твой вкус. Девушка явно не ожидала такого поворота событий и, немного растерявшись, ответила: — У нас готовят очень вкусный чизкейк. — Отлично. Значит, чизкейк, — кивнула Лена, улыбаясь. — Хорошо, пару минут, — улыбнулась Катя и, убрав блокнот в небольшой кармашек на фартуке, направилась в сторону служебного помещения. Забросив в себя без особого энтузиазма действительно вкусный чизкейк, Лена попросила счет. Положив в коробочку еще и отличные, даже очень, чаевые, девушка сунула туда еще и свою визитку, мысленно попросив кого-то там наверху, чтобы это сработало. После этого она быстро собралась и вышла из ресторана. Только она села в машину, около окна появилась встревоженная Катя. Лена опустила стекло: — Елена Сергеевна, вы, наверное, неправильно посмотрели на счет, вы оставили слишком много. — Лена. И на "ты". Нет, я все правильно посмотрела. Это чаевые. Знаешь, я всегда оставляю неприличные чаевые, — пожала она плечами, надевая солнцезащитные очки. — Это всё равно слишком много! — не унималась Катерина. — Кать, ты до которого часа работаешь? — прервала ее Лена. — Что? — не поняла девушка. —Когда твоя смена кончается? — Ну, сегодня в восемь, я с утра, — девушка явно не понимала, к чему клонит Лена. — Через полчаса? Я тебя подожду. Подвезу тебя до дома. — Зачем? Спасибо, конечно, но не стоит. Я вполне могу добраться на автобусе. Зачем вам тратить свое время? — искренне недоумевала девушка. — Не знаю, зачем, хочется. Я тебя жду, — Лена уткнулась в телефон, намекая, что эта тема больше не обсуждается. В начале девятого Катя вышла с черного входа и села в машину. — У вас… Прости, тебя, очень красивая машина. — Нравится? Спасибо. Мне тоже. Хотя она довольно старенькая. А у тебя есть права? — пыталась завязать более-менее содержательную беседу Лена, отъезжая от ресторана. Меньше, чем через полчаса, они подъехали к уже знакомому дому. — Ну что, вот и приехали, — Лена сжала одной рукой руль, не зная, что сказать или сделать дальше. До этого с ней такого не было. Все ее прошлые "подруги" знали, к чему ведет их общение, поездки, встречи. А тут было непонятно, что происходит, даже для самой Лены. Катя не противилась их общению, но отвечала она из вежливости или интереса – было неясно. Но то, что девочка явно смущалась, было понятно и слепому. — Елена Сергеевна… Лена, а у вас разве нет мужа или ухажера, которые вас ждут? Просто вы тратите на меня свое время… Я к тому, что если это из-за той разбитой посуды, то, поверьте, всё в порядке, правда. Было видно, что этот вопрос волновал ее всю дорогу, и она явно собиралась с силами, чтобы произнести это вслух. — Нет, у меня нет ухажера. И мужа тоже нет. А если бы и был, то это была бы жена. Но, собственно, ее тоже нет. — В каком смысле? – недоуменно спросила Катя. Она явно нечасто сталкивалась с такими заявлениями, может, даже и никогда прежде. — Ну… Женщины. Я предпочитаю женщин. — Лена любила рубить с плеча. Иди до конца, если уж сделала шаг. Катя явно не ожидала такой откровенности. Язык, по всей видимости, парализовало, ее зрачки расширились, а в глазах был виден процесс переваривания услышанной информации. — Да ладно, не переживай, я не собираюсь к тебе приставать или насиловать, — немного грустно усмехнулась Лена. Она привыкла к такой реакции. Слишком часто она видела такое выражение на лицах других людей. — Нет, я… Я не думала об этом. Извините… В смысле, извини, я… — девушка явно не знала, какие слова подобрать. Да и какие слова будут уместны в этой глупой ситуации. — Все нормально, правда. Ладно, мне пора. Спокойной ночи, Катя, — довольно сдержанно произнесла Лена, пустив в ход очередной психологический «крючок». — Да. Прости. Спасибо, спокойной ночи. Катя вышла из машины и, закрыв дверь, задержала взгляд на Лене, будто чего-то ждала. Но девушка на нее даже не взглянула, топнув на педаль газа. Кате было неловко, ей казалось, что она своим молчанием и реакцией в целом, как-то обидела или оскорбила Лену. И Лена это знала. Знала, что какое-то легкое, зудящее чувство вины теперь прописалось в квартире Кати. Лена практически открыла ей душу, а она даже не нашла, что сказать,а значит, следующий ход должен быть от нее. Вернувшись домой, Лена поняла, что пропустила поход в спортзал. Чертыхнувшись, прошла в комнату, по дороге снимая с себя одежду. "Надо будет позвонить этой наглой барышне и сказать, что я беру ее на работу", — подумала Лена и направилась в ванную. *** Рабочий день начался, как обычно, Лена поговорила с Татьяной Ивановной, обрадовав ее, что замена ей найдена. И что ей нужно позвонить Инне и сказать, что девушка может выходить на работу и приступать к своим обязанностям. А Татьяна Ивановна сможет уйти на законный отдых, как только Инна войдет в курс дела. Через какое-то время заглянула секретарь и сказала, что завтра в восемь утра Инна будет на месте, и Татьяна Ивановна сможет уже ознакомить девушку со всеми делами. Лена изредка поглядывала на часы и гадала, во сколько позвонит Катя. Лена знала, что она позвонит. Катя человек тонкой душевной конструкции, воспитанная по старым канонам, усердно привитым бабушкой. И она обязательно позвонит. Должна позвонить. Рабочий день неумолимо шел к концу, но звонка так и не было. "Может, она потеряла визитку? Или вовсе ее не заметила и не взяла". Лена явно переживала и, окончательно измотав себя, закрыла ноутбук и решила сходить на тренировку в спортзал, о которой забыла ранее. Гантели, тренажеры и беговая дорожка ритмично выбивали тяжелый комок мыслей из головы Лены, а контрастный душ и вовсе смыл все остатки переживаний. Из зала она вышла обновленная и даже счастливая. Подумав об Аньке, она достала телефон и увидела пропущенный. И, да. Он был от Кати. Тут же забыв о верной подруге, Лена набрала номер девушки. — Алло? – спокойный и тихий голос поприветствовал Лену. "Господи, ты там умираешь что ли?Что же это за барышня кисейная?" — как-то даже с раздражением подумала Лена. — Да, здравствуйте, вы мне звонили, — Лена сделала вид, что она не узнала девушку. — Елена, это… Катя. — Какая Катя? — операция «я-совсем-не-думаю-о-тебе» была запущена. — Ну, Катя, из ресторана, — как-то слегка смущенно пояснила девушка, чем вызвала Ленину ухмылку. — А. Здравствуй, Катя. Что-то случилось? — Лена совсем немного добавила в голос теплоты, но тон оставался официальным. — Нет, всё… Всё в порядке, просто... – девушка, волнуясь, терялась в словах, а это значило, что маленькие весы сейчас наклонились в сторону Лены. — Мы могли бы встретиться? – наконец, вздохнув, пробормотала она. — Ну… хорошо, — будто подумав, ответила Лена, хотя мысленно она уже надела реактивный ранец и была в пути, — куда мне подъехать? — Приезжайте ко мне. Если вам не сложно. — Не сложно. Через двадцать минут буду, — Лена отключила звонок, а сама думала, на руку ей это или нет – что их встреча состоится на Катиной территории. Но что-то менять было уже поздно, поэтому она запрыгнула в машину и поехала к девушке. Обстановка в квартире Кати была весьма разнообразной. Кухня и спальня девушки были достаточно современные, а сама гостиная еще хранила дух покойной бабушки. Огромная громоздкая стенка-гарнитур, которая была в каждой советской квартире, с антресолями, сервантом, где стояла опять же советская посуда, сделанная на Гусь-Хрустальном заводе. Гостиная была пропитала девяностыми. У родителей Лены тоже была такая стенка и практически такой же набор хрусталя. В углу на столике стоял старый большой телевизор с кружевной салфеткой, постеленной сверху. Но, в целом, всё было очень чисто и опрятно. Тут же выбежал огромный рыжий кот и начал тереться о джинсы Лены. — Васька, уйди! — шикнула на него Катя. — Васька? — улыбнулась гостья. — Как оригинально. — Да это бабушка назвала. У нее в детстве был такой же кот. Она верила, что это именно он переродился и, вообще, не случайно попал к нам в дом. — А как он попал к вам в дом? – спросила Лена, поглаживая уже мурлыкающего кота. — Я выходила утром в институт, это еще на первом курсе было, и у входной двери сидел грязный, маленький и очень худой котенок. Бабушки дома не было, я схватила его и потащила в ванну. Естественно, ни до какого института я тогда так и не дошла, зато у нас появился он. Он очень умный. И все понимает. — Он очень красивый, — любуясь Васькой, сказала Лена, — так о чем ты хотела поговорить? Девушка снова напряглась, как струна. — Пойдем на кухню. Может, чаю? Или ты голодна? — как могла, оттягивала неумолимо приближающийся момент разговора девушка. — Я борщ сварила. Это, конечно, не яйца пашот и не гусиная печень, как в нашем ресторане, но тоже очень вкусно. Лена невольно улыбнулась, услышав про борщ и вспомнив недавний разговор с Анькой – про борщ и носки. — Нет, спасибо, я не голодна. А от чая не откажусь. Если есть, черный. — Хорошо, — как-то даже обрадовалась Катя и застучала посудой, когда девушки оказались в кухне, — у меня есть совершенно волшебный чай, с настоящими листочками смородины, малины, мяты. Сама собирала. Получается очень насыщенный ягодный вкус. — Ну, давай свой волшебный чай, — усмехнулась Лена. Через десять минут все же стало ясно, что Кате рано или поздно придется объяснить Лене причину своего звонка. И когда Лена попивала душистый чай, а Васька сладко мурчал на ее коленях, девушка, выдохнув, проговорила: — Я позвонила, потому что... Я хотела извиниться. Лена вопросительно на нее посмотрела, подняв одну бровь. Голубые яркие глаза Кати были широко раскрыты – было ясно, что девушка говорит искренне и очень волнуется. — Я некрасиво себя вчера повела. Простите… Прости меня за мою реакцию, — продолжила она, — я и не думала, что вы начнете ко мне… Ну, что вы… Ты что-нибудь сделаешь. Просто… За эту,без малого, неделю, у меня сложилось ощущение, что мы знакомы очень давно. Хотя мы виделись всего несколько раз, мне… Мне с тобой так легко. И это странно, потому что у меня… У меня совсем нет друзей, — девушка явно терялась и сказала все практически скороговоркой, смущенно поглаживая пальцем ручку на чашке с чаем. — Тебе не за что извиняться. Это нормальная реакция. Бывает и хуже, — задумчиво произнесла Лена,— я рада, что мы познакомились. Правда. И мои, скажем, предпочтения не будут влиять на наше общение. Я не буду скрывать, ты мне нравишься, очень. Нравишься и как человек, и… как девушка. Но принуждать тебя я ни к чему не собираюсь, — почему-то в этот момент казалось, что правда – лучшее решение. И Лена решила выложить все. В конце концов, ей уже не пятнадцать, чтобы играть в такие игры. — Если это не взаимно, ничего страшного. Будем общаться, как друзья. Лена, одурманенная этим небесным цветом глаз, говорила, а сама не верила. Какие могут быть друзья, если один желает другого? Никогда нельзя совершать эту ошибку. Если есть чувства к человеку, то ты никогда не будешь объективен в своем мнении, словах, оценке, поступках. И причинять себе боль, наблюдая, как твой избранник или избранница спокойно живет и без твоих хочу-люблю-жить не могу, это удел мазохистов. Им это нравится, и пусть. Лена была не из их числа. И она прекрасно знала, что обрежет все каналы связи с Катей, и в жизни не переступит порог того ресторана, если поймет, что дело действительно безнадежно. — Спасибо. Правда. Я… Я не хочу потерять с тобой общение из-за того, что у нас разные, так скажем, интересы, — слова девушки звучали, как мольба, когда маленький щенок ноет у ног и просит его не бросать. — Хорошо. Я тебя поняла. Поспешно завершив чаепитие, Лена вышла из квартиры и, сев в машину, поняла, что ей просто необходима сегодня доза крепкого напитка и компания боевой подруги. — Ань? Дело есть, собирайся, сейчас заеду за тобой и поедем ко мне. Почти до утра они просидели на кухне, обсудили всё и всех, даже новенькую Инну. Причем, пришли к выводу, что раз с Катей не получилось, можно хотя бы заняться утешительным сексом с шикарной красоткой. Естественно, ни о какой работе утром речи быть не могло. Лена позвонила Татьяне Ивановне и предупредила, что приболела, и что пару дней ее не будет. А Инна пусть пока вникает в работу. Потом, позвонив своему непосредственному начальству, Лена взяла несколько отгулов. За этот "отпуск" они общались с Катей только по телефону. Лена и ей соврала, что больна, на что девушка уже была готова была приехать, чтобы помочь и позаботиться о ней. Это было хорошее предложение, но Лена была не настолько хорошей актрисой, чтобы тщательно изображать жутко больную. Пришлось отказаться. Они переписывались, общались, узнавали всё новые факты друг о друге. И в какой-то момент Лена поняла, что всё больше привязывается к девушке, что она ей действительно становится интересна. Не так, когда «ну, не сложилось – и ладно», а когда отказ на самом деле может принести боль. А допускать этой боли было никак нельзя. И Лена постепенно начала сводить общение "на нет". К среде девушка вернулась в рабочий строй. Татьяна Ивановна написала заявление, получила расчет, без положенных по закону двух недель, и они даже обнялись на прощание. Лена сказала Татьяне Ивановне, что если ей что-нибудь понадобится, пусть, непременно, звонит – Лена обязательно поможет. Оставшись один на один с накопившимися за несколько дней документами, Лена поняла, что без кофе этот бумажный апокалипсис она не разгребет. Только она подумала об этом, как дверь распахнулась, и ее новая сексуальная секретарша нежно сказала: — Может, кофе, Елена Сергеевна? Я варю отличный кофе, вы такой еще не пробовали, я вас уверяю, — сочные губы расплылись в улыбке. "Да она сам дьявол! Может, она мысли читает?"- подумала Лена, а вслух произнесла: — Ну, если он и впрямь такой вкусный, то, пожалуй, я соглашусь. — О, поверьте, вам понравится, — кивнув и еще раз блеснув зубами, красотка удалилась. Лена даже рада была этому явному флирту со стороны секретарши – это хоть как-то отвлекало ее от мыслей о Кате. Они не общались уже пару дней. Точнее, Катя писала и звонила, а Лена мужественно игнорировала. Она понимала, что ведет себя крайне неразумно и по-детски, но если кто бывал в такой ситуации, то понимает, что в такие моменты складывается ощущение, что именно молчание – лучший и самый правильный выход. "Она молодая, даже… маленькая, зачем ты ей? Друг? Пусть найдет себе друзей-ровесников. Ты не сможешь с ней дружить, ты же знаешь. Ты ее хочешь. Ты хочешь обладать ей. Полностью. Безгранично. Ты чертова эгоистка, которая берет всё, что захочет, а потом выкидывает. Права была Анька. Ты высасываешь людей без остатка, хренов вампир, зачем тебе эта девчонка?! Да, конечно, сейчас тебе хочется ее холить и лелеять, защищать, заботиться о ней, быть ей опорой. Но надолго ли это? И плевать, что до этого у тебя такого чувства не было. Это возраст. Просто становишься сентиментальнее". Проведя день в подобных размышлениях и подписании бумажек, попивая действительно вкусный кофе, в конце рабочего дня Лена вышла из офиса и уже у машины обернулась на стук каблуков. Рядом стояла Инна. Даже десятичасовой рабочий день не оставил на ней следа – она была все также свежа и хороша собой. — Елена Сергеевна, — девушка подошла почти вплотную, нарушая зону личного пространства,— у меня машина в ремонте, вы не могли бы меня подвезти? Такого явного подката Лена не ожидала. «Такси, не слышала?». — Ну… Хорошо. Садись, — она открыла дверь перед девушкой, которая не переставала улыбаться, и обошла машину к водительскому месту. Открывая свою дверь, она услышала знакомый голос позади себя: — Лена?