Сосед

      Дом тридцать четыре, первый подъезд, седьмой этаж, квартира номер 66. Это новый адрес Чон Чонгука. Сегодня он переезжает в новую квартиру, а точнее комнату. Недорогой вариант, удобно и уютно. Плохо было только одно — наличие соседа. Но поскольку это был дешевый и практичный вариант, Чон решил, что соседство можно потерпеть. Вот парень уже стоит в коридоре, вешая свою куртку на крючок. Чонгук был тут всего один раз, когда хозяйка показывала ему предполагаемое место жительства. Но соседа в тот момент не было дома, так что сейчас Чону предстоит первая встреча с человеком, с которым ему еще, возможно, жить и жить. «Неплохо бы произвести хорошее первое впечатление», -думает Гук, сбрасывая на пол сумку с вещами. Ой, зря он это сделал. Сумка, упав, задела весьма неустойчивый комод, тот пошатнулся и, как результат, стоящая на нем ваза упала на пол, с громким звоном разбиваясь вдребезги. — Ой… — Только и может сказать Чон, когда из-за угла появляется рыжеволосый парень. Он молод, не старше двадцати двух, симпатичный на лицо, примерно одного роста с Чонгуком. Парень сначала несколько секунд смотрит на пол, соображая, что именно разбилось, а после бросает раздраженный взгляд на Чона, и произносит низким, с нотками злобы голосом: — Твою мать, парень, у тебя руки из задницы что ли растут? Можно как-то по-аккуратнее с чужим имуществом? Чтоб ты знал, вазочка, между прочим, дорогая была. — Рыжеволосый опускается на корточки собирая осколки. — Извини, просто комод шатается. — Оправдывается брюнет. — А что ж тогда я ее ни разу не уронил? Мм? Что мне теперь матери дарить, черт возьми? — рыжеволосый бросает гневный взгляд на Чонгука. — Я могу вернуть тебе деньги, чего из мухи слона-то делать? — Пытается смягчить ситуацию Гук, но выходит плохо, ведь рыжий кривит губы в усмешке, не предвещающей ничего хорошего. — Ты мне лучше такую же вазу из Греции привези, придурок — отвечает рыжеволосый, вставая, и направляясь в сторону кухни. — Сам разбил, сам и уберешь. — Произносит он напоследок. — Вещи свои надо в своей комнате хранить, истеричка. — Бросает Чонгук, проходя к себе в комнату, и закрывая ее на замок. Да уж, не так он представлял себе знакомство с соседом. И что теперь делать? Съезжать? Ну уж нет, если рыжему что-то не нравится, пусть уматывает сам. Ибо квартирка Чону по душе и до университета недалеко. Да и, если очень постараться, то он будет видеть рыжеволосого не более одного раза в день, а уж это можно потерпеть. Так и началась их, если можно так выразиться, «совместная» жизнь, основанная на взаимной неприязни и игнорировании. Настолько глухом игнорировании, что они даже имен друг друга не знают и спрашивать желанием не горят. Проходит пара недель. Все получается так, как и думал Чонгук, видятся они с рыжеволосым от силы два раза в сутки и больше никаких проблем друг другу не доставляют. Даже не разговаривают. Сосед не приводит гостей, не шумит, музыку громко не слушает, из комнаты почти не выходит, да и дома бывает не так часто. В основном днем. Работает в ночную смену, наверно. Сам Чонгук также не доставляет рыжему неудобств. Друзей у парня много, но достаточно близких, которых можно было бы пригласить, нет. Есть правда лучший друг, с которым они общаются только в сети, и это, пожалуй, самый классный парень, с которым знаком (пусть и не лично) Чонгук, к нему всегда можно обратиться за советом, обсудить что-то, да и просто поболтать, когда очень скучно. А еще Чонгук студент, так что дома тоже находится не всегда, и потому с рыжеволосым, который уходит примерно в то время, когда Чон приходит, они пересекаются лишь изредка. Короче живется им неплохо. А значит, все будет в порядке, если так и дальше пойдет. Если, конечно, судьба-злодейка не подкинет очередной щекотливой ситуации.

***

Было тихое воскресное утро, Чонгук рассматривал продукты в холодильнике, допивая свой чай, что может быть лучше долгожданного отдыха? Начало каникул не могло не радовать. Казалось бы ничто не может омрачить этот замечательный день. А, нет, кажется все-таки может… Стиральная машинка жужжала и тряслась, а стоявшая на ней чашка, между тем, медленно скользила в сторону края. Чонгук разворачивается как раз в тот момент, когда стеклянное изделие срывается с ходящей ходуном стиралки. До парня не сразу доходит, что это была чашка рыжеволосого. Не дай бог этот идиот подумает, что Чон снова бьет его вещи. А потому брюнет хочет, как можно быстрее свалить с кухни. Зря. У самой двери он сталкивается с соседом. И вот как ему теперь объяснить, что Чон ни в чем не виноват, если его уже застукали при попытке скрыться с «места преступления». — Мне что, все свои бьющиеся вещи от тебя спрятать? А парень? Ты монстр разрушений какой-то. — Слегка раздраженно, но не так сильно, как это было с вазой, говорит рыжий. — Это был не я. — Чистая правда, но увы, неубедительная. — Да ну? А ваза тоже сама с комода спрыгнула? — Сосед усмехается, а Чонгук, возмущенный тем, что его обвинили в том, в чем по сути он не виноват, взрывается. — Так нефиг свои бьющиеся вещи оставлять где попало! Тем более, на включенной стиральной машинке. — Чонгук грубо отпихивает соседа в сторону, чтобы пройти и, громко хлопнув дверью, скрывается в своей комнате. — И кто из нас истеричка? — Говорит рыжий садясь на корточки рядом с бывшей чашкой, его любимой, между прочим. Чон злится. В том, что рыжеволосый разбрасывает вещи, нет его вины. И если к случаю с вазой Чонгук все-таки причастен, то сейчас он просто оказался не в том месте и не в то время. Гук плюхается на кровать, потягиваясь. Делать в это воскресное утро нечего. Так что парень тянется за мобильником, заходя в сеть. Полистав новостную ленту и не найдя там ничего интересного, Чон хочет уже отбросить телефон, как ему приходит сообщение. «Привет, ты уже третью неделю молчишь, все в порядке?» — интересуется собеседник. Сообщение от того самого друга, забавного парня, с забавным ником. С «Ви», так записан парень, они общаются уже три года. Их знакомство началось более чем нелепо. Чонгук проиграл в споре со своими друзьями, и по условию должен был написать первому попавшемуся человеку: «Я люблю тебя, выходи за меня!» и поставить сердечко. И в тот день выбор пал именно на Ви. Хосок, друг Чонгука, просто ткнул пальцем в рандомного человека, так что Чонгук теперь даже немного благодарен хоупу за это, ведь это дурацкое знакомство переросло в полноценное и такое интересное общение. Чон до сих пор помнит, как они вдвоем с Хосоком угарали с «остроумного» ответа Ви. Чонгук: Я люблю тебя, выходи за меня!!! Ви: Окей, я согласен, когда свадьба? Чонгук: Извини, это шутка. Ви: А то я сразу не понял. С друзьями поспорил? Чонгук: Да, как ты догадался? Ви: Скажем так, по собственному опыту знаю. Дальше они просто разговорились, общение пошло как-то само. Чон даже не заметил, как так получилось, что они переписываются чуть ли не каждый день, часами обсуждая что-либо. Позже, конечно, из-за нехватки времени, общались реже, но стабильно, как минимум, два-три раза в неделю проводили вечер за очередным долгим разговором. Они мало рассказывали о себе, ну может только об интересах, о своей жизни, но не личную информацию, да не интересно было особо. И так было до сих пор. Чонгук переехал, и у него совсем не было времени написать Ви, да еще и этот сосед. Брюнет даже не заметил, что последнее сообщение отправлял другу уже почти месяц назад. Ч: Прости, просто не было времени, я недавно место жительства сменил. В: Оу, прикольно. Я рад, что ничего не случилось. Ч: Как сам? В: Неплохо, работу поменял, теперь в ночные смены хожу. Ч: Трудно наверное, высыпаешься хоть? В: Вполне Ч: Кстати, мне вот что интересно, я все время хочу спросить, но вечно забываю… В: О чем? Ч: Почему ты «Ви», что это значит? В: А хрен знает, просто в голову пришло, это ничего не значит. А ты почему «Чонгук»? Ч: Хах, потому что меня так зовут! В: О, так это настоящее имя, понятно. Дальше они болтали о привычном: о музыке, их музыкальные вкусы были схожи, о фильмах и других вещах. Три часа пролетели незаметно. Чонгук попрощался, сказав, что пойдет прогуляется. Погода была хорошая, тепло, и нет этого яркого, слепящего глаза, солнца. Благодать. Этот район парень знал плохо, но все же достаточно, для того, чтобы не заблудиться. Серые здания и длинные пробки — обыкновенное состояние улицы по воскресениям. Чонгук шел по тротуару, слушая какую-то плавную и слегка грустную мелодию, однако настроение у него было прекрасное. От разговоров с Ви почему-то всегда остаются только положительные эмоции, и Чон давно это заметил, и даже готов признать, что если бы не этот забавный парень, то Чонгук бы уже представлял собой обыкновенного депрессивного злобного студента, которого все задолбало. Но он не такой, он все еще очень веселый и жизнерадостный Чон Чонгук, у которого все хорошо. И по большей части, за это надо благодарить Ви, ибо более позитивного и проницательного человека Чонгук не знает. Ну может быть еще Хосок, но тот сейчас полностью увяз в учебе, так что общаются они с Чоном не часто. Спустя какое-то время Гук устал бродить по улице, а потому поспешил вернуться домой. На пороге квартиры брюнета ждал «сюрприз». Сюрприз в виде летящей в него двери, очевидно, открытой либо с пинка, либо с размаху. И прилетает эта дверь точнехонько брюнету в нос, от чего парень отклоняется назад, еле удержав равновесие, и хватается за место ушиба. — Черт… Прости… — Говорит рыжий, хлопая удивленно-виноватыми глазами. — Ты что творишь? Я разбил твою вазу, и ты за это решил разбить мне нос? — Задыхаясь от возмущения, и держась за ушибленный нос, из которого тонкой струйкой текла кровь, проговорил Гук. А спустя пару секунд добавил уже более спокойно, — Вата есть? — Да, идем. — Отвечает рыжий и они вдвоем проходят в квартиру. Спустя каких-то пять минут, ушедших на поиск ваты, они сидят на кухне. Никто не посмел сказать ни слова. Молчание сильно затянулось, а потому рыжий, остро ощущавший свою вину в случившемся, все-таки решился подать голос: — Прости, нехорошо получилось… — мямлит парень, смотря куда угодно, но не на Чонгука. — Нехорошо получилось, что я жить тут остался. Ты хоть думай головой, когда двери открываешь. — Злится брюнет. Он ни в коем случае не собирается прощать этого рыжего придурка. — Ладно, что ты хочешь в качестве извинения? — Вздыхает парень, опуская взгляд, а после и вовсе прикрывает глаза. — Хочу, чтобы ты перестал разбрасывать по дому хрупкие вещи, ясно? Твоим вещам место в ТВОЕЙ комнате, а если бросишь в коридоре, то не жалуйся потом, что кто-нибудь случайно их разобьет. — Твердо сказал Гук. — Ну ты мог бы быть и поаккуратнее. Ваза-то действительно была дорогая. — Опустив взгляд возражает рыжий. — Из Греции, да? Ты там был? — Спрашивает Чонгук уже обычным тоном, решая, что спорить и ругаться с парнем все равно бесполезно, а им еще жить тут вместе. Да и тем более, по нему видно, что вину свою он осознает, бессмысленно злиться на того, кто признал, что виноват. — А мы уже на «ты»? — Ухмыляется рыжий. — Много чести к тебе на «Вы» обращаться. Сколько тебе лет? — Отзывается Чонгук. Нет, он обычно вежливый, но только не с этим рыжим, который с их первой встречи жутко бесит Чона. — Мне 23. И нет, я не был в Греции, мне эту вазу друг привез, и я собирался подарить ее родителям. — Поясняет парень. — Кстати, можешь звать меня по имени, Ким Тэхён. — Чон Чонгук, — отвечает брюнет, а рыжий почему-то удивляется и переспрашивает. — Как? Чон Чонгук? — Тэ приподнимает брови. — Да, что-то не так? — Брюнет вопросительно смотрит на Тэхёна. — Нет, просто подумал надо же, совпадение какое. Моего близкого друга зовут точно так же. — Улыбается рыжий. Ну да, конечно, это всего лишь совпадение. В мире может быть дофига Чон Чонгуков, решает для себя Тэхён и спустя пару секунд вообще забывает о мысли, что эти два Чона могут оказаться одним и тем же человеком. — Ты никуда не спешил? — Спрашивает Чонгук, вспомнив что рыжий вроде как собирался уходить, до того как заехал дверью брюнету по носу. — Черт, точно. Ладно, прости еще раз. Я пойду. — Рыжий поднялся с места, глуповато улыбнулся и вскоре скрылся в коридоре. Чонгук остался наедине с собой, размышляя о случившемся. Он вроде как злился на Тэхёна ужасно, ведь иметь синяк на носу не хочется. Благо сейчас никаких видимых изменений не наблюдалось, кроме небольшого покраснения. Однако Чон считал, что рыжий заслуживает мести. Нет, бить морду, Гук ему не собирался. У парня возникла идея поинтереснее. Зачем мстить, если можно использовать? Судя по всему, Тэхён — парень чувствительный, и ответственный, его гложет чувство вины, а значит, Чонгук может этим воспользоваться, ради своей небольшой мести. Как только в голове Чона созрел план, он тут же рванул в магазин, а вернулся с небольшим пакетом. Парень уселся перед зеркалом, и начал рисовать себе синяк на носу, и парочку кровоподтеков. Получилось очень реалистично. Парень улыбнулся своему отражению. «Ты ведешь себя как ребенок, Чон Чонгук», — твердила совесть. «Этот рыжий ни за что не догадается!» — забив на голос разума, решил Гук. Осталось только дождаться возвращения Тэхёна, а потом проявить все актерское мастерство которое имелось у парня.

***

Прошло около часа, прежде чем Гук услышал дверной щелчок. Спустя пару минут в дверь чонгуковой комнаты постучали. — Эм… Чонгук? — Голос Тэхёна был негромким, и фраза прозвучала как-то даже робко, — Я бы хотел загладить вину, я торт купил, может, попьем чаю на кухне? Я хотел бы еще раз извиниться. — Чонгук уже пожалел о своей мести, рыжий и так переживает. Но стоило Чону вспомнить ложное обвинение (насчет разбитой чашки) и летящую на него дверь, Гук твердо решил, что Тэхён заслужил свое наказание. — Может позже? Я не очень хорошо себя чувствую. — Довольно тихо отвечает Чон из-за двери. — Оу, это из-за носа да? Так сильно попало? Ты в порядке? — голос рыжего вмиг становится обеспокоенным. — Эм, да, я в полном порядке не переживай. — сообщает Чонгук. — Точно? Открой дверь, я посмотрю. — Не надо. Все хорошо. — Чонгук, открой пожалуйста. — Тэ отступать не собирается. За дверью слышится тяжелый вздох, потом шуршание, а после шаги. Замок щелкает и из дверного проема показывается голова Чонгука, выглядит он нормально, но что с его носом Тэхён не видит, ибо парень натянул маску. — Ну убедился? Я в порядке. Можешь быть сво… — Чонгуку договорить не дали, Тэхён ни сказав ни слова, резко тянет за край маски вниз, а после застывает с широко выпученными глазами и открытым ртом. — Блять, ты что делаешь? — Чонгук бьет Тэ по руке и вновь натягивает маску. — Черт, прости, я не знал, что все так серьезно. — Тэ опускает взгляд и Чонгук может поклясться, что на долю секунды рыжий выглядел так, будто сейчас расплачется. — Прости меня. Пойдем… Торт поедим? — Тэхён еле выговаривает это и Чонгуку хочется провалиться сквозь землю, но он быстро затыкает совесть и продолжает спектакль. — Хорошо, идем. — Чон сдергивает маску, она не нужна, раз рыжий все уже видел, и проходит за Тэхёном на кухню. Торт, который принес Тэ, был довольно большой, с шоколадом и карамелью, а еще кажется с вишней. Чонгук был тем еще сладкоежкой, а потому от вкусного тортика его нельзя было оторвать. Брюнет почти не слушал, что там старается сказать Тэхён, когда уплетал уже третий кусок. — Вообщем, еще раз прости, я правда не хотел, просто меня так не вовремя вызвали на работу, и я был раздражен этим, да и вообще думал, что ты у себя в комнате, и даже не мог предположить, что ты окажешься за дверью. — Тэхён сначала смотрит на Чонгука, а потом на его «многострадальный» нос, который сейчас выглядит просто…ужасно, благодаря косметике и чоновским навыкам визажиста, которые он почерпнул, когда наблюдал за кузиной, которая работала гримером. Чувство вины заставляет Тэ мгновенно пустить взгляд. — Ладно уже, забудь. Скоро пройдет. — отмахивается Чонгук. — Может еще чаю? — Предалгает Гук и собирается встать, чтобы заварить обоим по чашечке черного чая. — Сиди, я сам. — Улыбается Тэ, и идет к чайнику. А Чонгук ухмыляется, думая, что его план по превращению соседа в «послушного раба», пришел в действие.

***

Проходит три дня. Все это время, Чонгук всячески манипулировал Тэхёном, давя на чувство вины. То в магазин попросит сбегать, то намекнет на то, что неплохо бы мусор вынести. Он не просит Тэ прямым текстом, лишь намеки, а Тэхён сам вызывается помочь. Чонгуку противно от самого себя, он чувствует себя как беременная женщина, эксплуатирующая своего мужа. Но признаться в обмане — стыдно, а потому придется доиграть спектакль. Ведь не может вчера быть синяк на все хлебало, а сегодня чистый нос, без намека на какие-либо повреждения? Каждое утро, парень наносит все меньше грима на лицо. Но все равно чувствует себя засранцем… — До чего ты докатился? — вздохнув, обращается он к своему отражению. А после направляется на кухню, где его уже ждет Тэхён и чай. — Доброе утро, я смотрю нос у тебя уже заживает, — улыбается Тэхён, он как всегда приветлив и Чонгук не может сдержать улыбки. — Ну да, скоро совсем пройдёт. — Брюнет садится за стол и отпивает немного чая. — Ну как? Вкусный? — Тэхён тоже берет кружку в руки. — Ага, неплохой. Ты снова еще не ложился? — Интересуется Чон, помня, что Тэхён работает в ночную смену, как он сам недавно сказал. — Я выспался на работе, сегодня мало покупателей было. — Отвечает рыжий, парень подрабатывает продавцом в круглосуточном. — Ложись тогда. Не сиди тут со мной. — Чонгук и так чувствует себя сволочью, он не хочет лишать Тэ еще и сна. — Да ладно, подумаешь, мне действительно хватило трех часов, не бери в голову. — Рыжий говорит чистую правду. — Я печенье купил, будешь? Ну и как отказаться от сладенького? Верно, никак. Чон улыбается во все тридцать два, и и жестом показывает Тэхёну, чтобы тот немедленно тащил печеньки. Утреннее чаепитие проходит за непринужденным разговором, парни несомненно стали ближе с тех пор как Тэ разбил Гуку нос. Впрочем, Тэхён оказался не таким ворчливым занудой, как думал Чонгук, а нормальным веселым парнем. Брюнет даже отказался от «ТЫкания», и перешел на более уважительное «хён», когда обращался к Тэ. Сам же рыжий больше не считал Чона наглым и высокомерным говнюком, бьющим все, что под руку попадется. Теперь младший был для Тэхёна почти приятелем. — Ну ладно, будем закругляться, мне еще многое сделать надо. — Говорит Тэхён, наливая воду в стакан. — Ты и дома работаешь? — Спрашивает Гук. — Нет, дома занимаюсь тем, что нравится. — Отвечает Тэхён, подходя к столу. Однако в следующий момент спотыкается о какую-то коробку стоящую на полу и летит прямо на Чонгука, окатывая водой с головы до ног. — Прости… — бормочет Тэхён откуда-то с коленок Гука, за которые он так удачно схватился во время падения. — Я не хо… — Тэхён поднял голову и застыл, смотря на лицо Чона и его поплывший макияж… Эх, Чонгук, надо было водостойкую краску брать. — Эм… Что-то не так? — Похоже до Чона еще не дошло, что именно произошло. Тэхён молчит, смотря в пол, делая различные умозаключения, обида медленно встает комом в горле, становится жутко неприятно и, Тэхён, конечно, никогда в этом себе не признается, хочется заплакать. — Хён? — Чонгук вопросительно смотрит на рыжего, который все еще сидит на полу, опираясь руками на колени Гука. И только сейчас брюнет понимает, что краска на лице поплыла, его обман раскрыт. — … Ну ты и козлина, Чонгук. — Говорит Тэ, встает, бросает гневный взгляд на брюнета, и удаляется в свою комнату.