Снимаю маску

      Гарри шел по пустынному и разгромленному Хогвартсу в сторону кабинета директора, где сейчас проходило собрание Ордена Курицы Гриль Феникса. Ему было интересно, зачем его позвал Дамблдор, ведь по мнению взрослых — он еще маленький мальчик, не вышедший из детства, и всем было плевать, что детства-то у него и не было. Благодаря обстоятельствам, ему пришлось рано взрослеть, потерять детскую наивную эмоциональность и доверять интуиции, которая никогда не подводила, и которой помогал магический дар предвидения. Нет, он не был ясновидящим, он просто знал как надо поступить в тот или иной момент, так, чтобы в итоге придти к цели. А Цель у него была одна — просто спокойно пожить. Одному и, желательно, подальше от цивилизации. Как же его это все задолбало. В раннем возрасте, — у него просто язык не поворачивался назвать ЭТО детством, — он мечтал, что по достижению им совершеннолетия он избавится от общества Дурслей, и что ему больше никто не будет мешать. Он мечтал, что станет свободным, независимым, счастливым. Но пришло письмо из Хогвартса. И вот уже семь лет ему приходится изображать доброго, милого и недалекого гриффиндорца, — Золотого мальчика, — потому что так надо. Первые несколько лет было интересно. Потом стало скучно. А сейчас от одной мысли об этом хочется блевать. Он хотел бы сейчас оказаться на месте любого слизеринца, — где и должно было оказаться его место, — но надо идти к директору и играть образ Героя. Как не хочется этого делать, но так, блин, надо. Кому надо, спросите вы? Ответ будет прост — ему самому. Потому что от этого, Мерлин и Моргана, зависит его спокойная будущая жизнь.       Все то, что говорил директор, впечатывалось в его мозг, будто прижженное раскаленным железом. Ему надо умереть, для того, чтобы Волдеморт проиграл. Ему! Надо! Умереть! — что уже не вписывается в его планы на будущее, — Чтобы! Волдеморт! Проиграл! Фраза звучит бессмысленно даже с объяснениями, что он — крестраж. Неужели Дамблдор совсем долек объелся? Зачем он по-вашему на василиска лез на втором курсе? Для того, чтобы та гадость, обнаруженная им в его же голове исчезла. Но не-е-т, «Гарри, мой мальчик, пойми, от этого зависит судьба всего мира». Хочется высказать все, что он думает сейчас, но интуиция подсказывает, что еще не время. Они еще за все ответят.       Близится полночь. Ровно в назначенное время, в окрестностях Хогвартса раздается голос Темного Лорда. — Гарри Поттер. Ну где же ты? Я разочарован. Смелый гриффиндорец побоялся придти на дуэль и защитить своих друзей. Все смерти — это только твоя вина. Ты прятался за их спинами, пока они сражались и погибали. Где же твое хваленое благородство, мальчик-который-выжил? Где силы и могущество, воспеваемые всеми? Печально, печально… — Том Реддл, — теперь все услышали юношеский голос, который тоже начал свою речь. — ну или известный всем как Волдеморт, Тот-кого-нельзя-называть. Я не собираюсь драться за людей, которые не хотят защищать себя, перекладывая всю ответственность на семнадцатилетнего мальчика, недоучившегося в школе. Наше детство похоже. Только я, в отличии от тебя, хочу не власти, а просто спокойствия. Быть свободным. И у меня, как и у тебя, никогда не было друзей. Можно ли назвать друзьями тех людей, кто общается с тобой за деньги, презирая и ненавидя за глаза. Да-да, вы не ошиблись, великий Дамблдор платил им за то, что они общались со мной. Потому что у героя должны быть правильные друзья. Которые помогут когда надо, а главное подтолкнут на путь истинный. Иначе как герой согласится умереть ради общего блага? Но вот вы только не учли одного: я никогда никому не подчинялся. Я снимаю маску притворства. Я никогда не был гриффиндорцем. О, как хорошо я изображал недалекого Поттера. Никто, — даже ты, — не заподозрил меня. А ведь не зря на первом курсе шляпа настойчиво отправляла меня в Слизерин. Знаете что я ей ответил? Хитрый никогда не поступит на Слизерин, а умный — на Рейвенкло.* Я всегда был одиночкой, чего бы, вы, директор не думали. О, о вас я могу говорить бесконечно. О зельях, что вы подливаете студентам и учителям, о том, как играете на чувствах и практикуете на людях ментальные практики и внушения. По вашей вине гибнут люди, и вы это знаете. Потому что вы хотите власти. После моей смерти вы бы запросто одолели бы Лорда — для вас это не проблема, если последний крестраж, — то есть я, — был бы уничтожен, — и стали бы этаким серым кардиналом. Как же, победитель двух Темных Лордов. А то, что такими они стали после общения с вами, история умалчивает. Я просто хочу сказать, что мне нужна спокойная жизнь. Я не буду тебя побеждать, Том. А что бы вы поверили: Магией клянусь, что все вышесказанные мной слова — правда. Слышите меня? Я все еще маг… В общем удачи, а то мой самолет без меня улетит… Я снял свою маску, а вы снимите свои…

***

Спустя года       Томас Марволо Реддл сидел в кресле министра и пил коньяк. Хотел править Англией? Получай, не подавись. Вытаскивать страну из ямы пришлось именно ему, при этом борясь с остатками Дамблдоровских людей. Было трудно наладить контакт с обществом, но со временем все улучшилось. Как же он сейчас понимал Поттера, свалившего из этой дыры. — Эхх… — тоскливо посмотрел на лежащую стопку бумаг министр.       А где-то на севере Африки отдыхал после очередного трудового дня артефактор Харальд, не вспоминая родину Англию и вполне себе наслаждаясь жизнью.