Иллюзия или вполне выполнимая мечта?

       Константину казалось, что он находится в какой-нибудь психиатрической лечебнице. Было странно наблюдать как мальчишки, находящиеся с ним в одном помещении, себя вели. Их поведение было сравнимо с поведением пятилетнего ребенка. И то, тот был бы смышленее. В течение нескольких часов, после того, как привели этих омег, мужчине, или лучше сказать, уже ребенку, приходилось мучиться вниманием своих новых «сожителей». Один, что посмелее, пытался доказать свое первенство? Костя решил так, исходя из того, что этот омега враждебно смотрел на него и издавал звуки, похожие на рычание. Второй же был какой-то шуганный: часто перебегал из одного угла в другой, завывал, иногда пытался приблизиться к Константину, но, наткнувшись на его взгляд, снова поспешно возвращался на свое место. Эти существа, только внешностью напоминающие людей, передвигались чаще ползком. Лишь тот, что намерено показывал свое превосходство, опираясь на что-нибудь, встал на ноги и нетвердо делал несколько шагов, после чего с довольным видом плюхался на задницу.        Косте казалось, что из-за происходящего он сам сойдет с ума, отупеет и станет таким же, как они. Было невероятно сложно смириться с действительностью. Его поражало то, что он оказался в другом мире. Сначала это вызывало у него непонимание, удивление и даже восхищение. Вполне справедливо, он думал, что на самом деле сейчас находится в больнице, а мир, где он оказался омегой, всего лишь плод его воображения. Ведь он часто мечтал, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации, где станет красавцем-попаданцем-омегой, по закону жанра спасающим мир. То, что это было до ужаса реалистичным, он списывал на свое богатое воображение.       Но постепенно он осознавал, что это реальность. После того, как к нему «подселили» этих существ, после наблюдения за ними, Константин понимал, что сам бы такого не выдумал. Ведь мечтал-то он о типичном омегаверсе, где он потом находит свою истинную пару, создает семью, что не получилась бы в реальном мире. А то, что происходило сейчас, у нашего героя в голове не укладывалось. Пока он понял только две вещи: омеги здесь — наитупейшие создания; его несомненно обрадовало то, что он понимал язык. Возможно, это какой-то бонус, или местный язык не отличался от земного, но благодаря этому он хотя бы имел начальное представление о том, кто он и что это за мир. Костя решил, что для того, чтобы сейчас выжить, не попасть на опыты и не потерять второй шанс, даже на такую жизнь, следует притворяться привычным для местных жителей существом. Поэтому, как только он услышал приближающиеся звуки шагов, сел на пол и скопировал тупое выражение лица одного из омег, пускающего где-то в углу свои слюни.        Оказалось, приходили те же самые амбалы, что и до этого. У Кости не получалось назвать иначе двух, огромных габаритов, мужчин. — И все же, нужно было его отвести в изолированное помещение, чем они думают, оставляя вместе с другими С112? У него повышенная агрессивность, неужели они забыли о том, что агрессивные омеги часто нападают на других? У нас уже бывали случаи смертей, я не хочу повтора. А если учесть то, что в одном загоне с ним омеги исключительно слабые… — доносился до Кости голос одного из мужчин, что приближался к ним. Как он понял, загоном называлось то помещение, в котором они находились. И это понимание поднимало в нем волну негодования. Получается, что омеги тут ассоциировались со скотом. — Но он отлично поддается обучению, ты же видел его показатели в ходьбе. С112 один из немногих омег, что так быстро научился стоять на ногах и ходить. И глаза у него умные. До его продажи еще целых шесть лет. Ты ведь помнишь, раньше его агрессия была неконтролируемой, а сейчас вполне виден прогресс! Гарантировано, Рон, года через три он станет послушным мальчиком, — раздался низкий голос, принадлежащему второму мужчине. После чего Костя увидел и их самих. Его порадовало, что новых соседей они не привели, но нечто, похожее на планшет, в руках одного из них заставило насторожиться. — Просто признай, ты ждешь его продажи, чтобы купить себе, — открывая решетку, проговорил амбал, имя которого, кажется, Рон. После чего зашел в помещение, и двое омег радостно бросились к его ногам. Костя замешкался, а после, испытывая дикий стыд от подобного действия, тоже подполз к нему, только неспешно. — Не исключаю, — со смехом проговорил мужчина, в руках которого был планшет.      Открыв его, тот что-то начал в нем активно проверять, пока Рон трепал омег по макушке, которые подставляли их для ласки, чуть ли не высовывая от удовольствия языки. Один Костя хмуро терпел подобное действие. Обращение с ним, как с животным, его не прельщало, но приходилось молча терпеть. — Мне кажется, что этот, — посмотрев на руку Кости, задумчиво выдал Рон, — К129 заболел, проверь, когда он проходил последний медосмотр. Какой-то он вялый, тебе не кажется       Только сейчас Константин обратил внимание на то, что у него на предплечье набита татуировка в виде этого самого «К129». У остальных омег имелись такие же, но с другими буквами и цифрами. Даже не удосужились дать нормальные имена!        Мужчина с планшетом нахмурился и принялся довольно долго возиться с агрегатом, после чего удивленно вскинул брови и выдохнул: — С112 и А069 проходили последний медосмотр в срок. Но знаешь, что действительно странно? В базе нет номера К129.

***

      С момента, как Константин оказался в этом мире, прошло 6 лет. В тот первый день, как только выяснилось, что он не занесен в базу данных, где находились все номера омег и информация об их здоровье и продвижении обучения, он чуть себя не выдал. Тогда его под белы рученьки повели на медосмотр. Он кричал и вырывался в страхе, что его сейчас могут убить. Ведь, может, из-за того, что он не находился в этой злополучной базе, они посчитают, что он лишний и уберут. На самом деле привели его в какое-то место, напоминавшего больницу, там уже местные доктора поставили ему укол, который наверняка был успокоительным, и вертели во все стороны, ощупывали, осматривали и трогали все приличные и неприличные места, брали анализы. Как же Константин боялся, что анализы выдадут его разумность, что было вполне вероятно. Но к его счастью этого не случилось.       Как выяснилось позже, его номер внесли в базу данных и теперь в их загон каждый день приходили люди в белых халатах, обучали стоять и передвигаться на ногах, а иногда приносили с собой какую-то пробирку и заставляли нюхать ее содержимое. Константин не имел понятия, что в ней находилось, но от запаха ощутимо вело, и он чуть ли не скулил, сдерживая позывы бесстыдно развести ноги, что в свое время делали остальные двое омег. Как оказалось, это было что-то вроде усиленных феромонов альфы, с помощью которых омег проверяли на «правильность». Из разговора тех же врачей, Костя знал, что находились омеги неправильные, которые никак не реагировали на запах, а о том, что делали с такими неправильными омегами, он старался не думать.        За все эти 6 лет, наверное, нормальный человек бы свихнулся без общения в окружении умственно отсталых существ. И за то, что он до сих пор остался собой, Костя был безумно благодарен Рону. Когда мужчина приносил еду, он задерживался и часто рассказывал о себе, о мире, словно считал омегу существом разумным и понимающим. Так Костя понял, что Альфы — основное население всех стран этого мира, а омеги не являются полноценными гражданами, что было вполне логично. Ну, вы бы оформили, к примеру, гражданство своего домашнего любимца?       По достижении омегой шестнадцатилетнего возраста его выставляли на аукцион, где любой желающий альфа мог бы приобрести себе супруга. Следует также сказать и о том, что аукцион проходил по определенным правилам: альфа имел право взять в дом омегу только при условии, что самому альфе не менее двадцати трех лет, что он имеет жилплощадь и средства для содержания омеги. Их покупали только ради собственного удовольствия и для обзаведения потомством. Эдакие ходячие инкубаторы. Причем альфы по-разному относились к омегам, кто просто покупал для них самые необходимые вещи и дальше пользовался в свое удовольствие, кто хвастался ими, приобретая богатые наряды и демонстрируя людям, находились и те, кто действительно любил их. Так или иначе, омеги представляли для альф ценность и законом причинять им вред было запрещено. Константин же надеялся на то, что когда придет время, его заберет к себе достойный мужчина, что полюбит его и, с течением времени, Костя раскроет свою личность, обрадует супруга своей разумностью. Мечты.        Омега уже свыкся с устройством этого мира и принял все, надеясь на исполнение этой самой своей мечты. Но появился страх, что она, как и первая, не воплотится в реальность так, как надо, и сердце бешено забилось, когда за ним пришли трое мужчин, среди которых был Рон, с хмурым видом губами прошептав ему леденящее кровь слово: — Аукцион.