Игра в крокет

Было невыносимо жарко. Маринетт сидела на скамейке рядом с палаткой родителей и скучала. Солнце пекло так, что ей казалось, будто она сейчас расплавится, как зефирка в какао. Соломенная шляпа, легкий топ и короткие шорты не спасали. Девушка отдала бы все, лишь бы оказаться в прохладном месте. Но ей оставалось только пить противную колу из банки, которая нагрелась на солнце и немного обжигала пальцы. А родители рядом вели бойкую торговлю новой выпечкой, где в половине рецептов присутствовало мороженое. Маринетт нисколько не хотела идти на эти несчастные соревнования по крокету. Ну что здесь может быть интересного? Одни старики еле ползают по полю и бьют мячик этим молотком с длинной рукоятью. Скука смертная. Она сетовала на родителей, которые заставили ее прийти. Видимо, они решили, что на соревнованиях смогут продать много выпечки, арендовали место для палатки. И они не ошиблись: все разлеталось, как холодные, ледяные пирожки. А Маринетт сидела на лавочке и «дышала свежим воздухом», хотя это с трудом можно было назвать прогулкой. — Чего такая кислая? — раздалось сверху. — Алья! — девушка подскочила на ноги и бросилась обнимать подругу. — Ты все-таки пришла! — Ты ж без меня со скуки помрешь, — засмеялась та. — Тем более, вдруг новое нападение случится? Я должна быть в центре событий! — Слишком жарко для нападений, — протянула Маринетт. Ей подумалось: она убьет Бражника, если тот решит напасть в этот ужасный знойный день. — Хватит ныть! — подбодрила Алья. — Пойдем лучше погуляем, посмотрим на игроков. — Тебе интересно разглядывать дедушек? — подколола Маринетт. — Не знала. — Очень смешно, — подруга развела руками. — Там есть и симпатичные парни. Отличный вариант познакомиться. — Вот Нино узнает, — прищурилась Маринетт. — Что узнает? Знакомиться будешь ты. Алья засмеялась и, не дождавшись ответа, за руку потянула Маринетт к полю. Оно было разделено на несколько сегментов, и всюду уже велась неспешная игра. Нет, все-таки сплошная скука! Они так медленно ходят, ударяют по этому мячику, и все такие серьезно-сосредоточенные, еще примеряются для удара, как в гольфе. Девушку от всего этого в сон клонило. Так еще и на горизонте не маячило ни одного «симпатичного парня», которых обещала Алья. Да и не нужен был ей никто после нескольких неудачных влюбленностей. Ни с Адрианом, ни с Котом Нуаром, ни с Лукой ничего не вышло. То есть, совсем ничего, они даже толком не встречались. Маринетт сама не знала, чего хотела. Или, вернее, знала слишком хорошо. Уже несколько лет она желала одного единственного человека, и это было причиной всех ее бед. Но полная невозможность едва не толкала ее в депрессию. Маринетт уже считала себя неправильной… ее мысли внезапно прервал голос Альи: — Это что, Габриэль Агрест? Маринетт тут же подняла голову. Она так задумалась, что не смотрела по сторонам. От удивления она остановилась. — И правда он… — пробормотала девушка, не веря своим глазам. Агрест ходил по полю, закинув молоток на плечо. На нем была белая футболка, открывающая все достоинства стройной мужской фигуры, брюки цвета слоновой кости, белая соломенная шляпа с узкими загнутыми полями и солнцезащитные очки. Он выглядел удивительно молодо и свежо. Невероятно, но в такую жару, когда Маринетт расплывалась лужицей, он умудрялся сохранять элегантный вид. — Что он здесь делает? — прошептала девушка. — Предположительно, играет в крокет, — усмехнулась Алья. На их глазах Габриэль легко ударил по мячу, заставив его пролететь через маленькие ворота. Маринетт заметила, что у нее сам собой открылся рот, только когда подруга подняла ее челюсть ладонью. — Вот мы и нашли симпатичного парня, — огласила она. — Подойди к нему. — Ч-ЧЕГО? — опешила Маринетт, сделала шаг назад и чуть не свалилась на землю. — Ты часто предмет своего немого обожания на улице встречаешь? — поинтересовалась Алья деловито. Они увидели, как стайка совсем молодых девчонок налетела на Агреста с просьбой то ли сфотографироваться, то ли дать автограф, то ли жениться на них, — словом, визг стоял оглушительный. Но буквально через пару секунд их уже оттаскивал Горилла, а они пытались пробиться назад. Подруги наблюдали за этим, как за бесплатным шоу. Алья наблюдала. Маринетт снова пыталась ловить мух ртом. — Что такого в Агрестах? — хмыкнула подруга, уже привычным жестом закрывая ей рот. — В смысле?.. — пробормотала девушка. — Ты от них сразу с ума сходишь. У тебя что, судьба такая?.. Мари-и-и! — Алья потрясла ее за плечи и попыталась пихнуть вперед. — Да подойди ты к нему! Хватит слюни пускать! Однако Маринетт совершенно не ожидала встретить Габриэля здесь, и ей вдруг стало страшно, хотя во время миссий она ничуть его не боялась. Но то была Ледибаг, ей по статусу положено быть героиней. А сейчас она — обычная девчонка, которая просто боится подойти к своему кумиру. Более того — к предмету своей влюбленности. Она ведь точно знает, что двадцать раз запнется и не сможет связать двух слов. Было, проходили. Маринетт так глубоко задумалась, что не заметила, как Алья медленно, но верно толкала ее вперед. Габриэль, кажется, заметил приближение очередных фанаток, однако из-за темных очков было совсем непонятно, куда он смотрит. Горилла, который стоял не так далеко, заметно напрягся. А Маринетт забуксовала и уперлась ногами в газон. — Иди давай, — Алья сделала последний рывок, пихнув ее дальше. Девушку понесло вперед. Она не заметила на траве маленький деревянный мяч, — и вот уже отправилась в свободный полет, который завершился на траве рядом с кожаными ботинками Агреста. Где-то позади ойкнула Алья и хотела бежать поднимать подругу, как вдруг сверху раздался голос: — Вы в порядке? Маринетт отодрала себя от земли и подняла голову, чтобы увидеть перед собой… протянутую ладонь. Ей протягивал ладонь сам Габриэль Агрест. Она разом забыла о случившемся падении и о том, что она, кажется, расцарапала коленки. Маринетт попыталась унять дрожь и взять его за руку спокойно, но вышло как-то совсем плохо, и мужчина сам поднял ее, поставив на ноги. — Смотрите, куда идете, — посоветовал он спокойно и подобрал с земли слетевшую шляпу Маринетт, после чего отдал ей. Девушку слегка трясло. Она пару раз открыла и закрыла рот, силясь сказать что-нибудь, поблагодарить на худой конец. Но слова застряли в горле. Маринетт пробормотала нечто, отдаленно похожее на «спасибо», после чего ретировалась прочь. Ей было чертовски стыдно. Она чувствовала себя полной дурой, которая даже на ногах стоять ровно не может. Какой позор. Такое нелепое падение — и прямо на глазах у кумира. Видимо, неуклюжесть была ее проклятием. Она ведь спокойно могла налететь на Агреста, на пару мгновений оказавшись в его объятиях. Но нет, надо обязательно встать на злополучный мячик! Слезы наворачивались от осознания. — Маринетт? — осторожно позвала Алья, приобняв ее за плечи, когда они оказались довольно далеко. — Все хорошо, — пробормотала девушка. — Глупо получилось… Так страшно… — Чего ты боишься? — подбодрила подруга. — Он такой же человек. Не надо быть супергероиней, чтобы заговорить с ним. И Маринетт осенило. — Я… передай родителям, что я пойду домой переодеться, ладно? — попросила она.

***

— Играете? — поинтересовалась Ледибаг, уперев руки в бока. Габриэль вздрогнул и обернулся. Она мысленно усмехнулась: значит, он не заметил ее приближения. А люди вокруг уже косились на них странно, и это не удивительно: сразу две знаменитости в самом невероятном месте — в поле для крокета! — Не ожидал вас здесь увидеть, — сухо ответил мужчина и обошел ее вокруг, когда наступила его очередь бить. — Аналогично, — усмехнулась Ледибаг и последовала за ним. — Новый враг? — спросил Габриэль, примеряясь к мячу. — Нет, все спокойно, — пожала она плечами. — Просто решила посетить мероприятие… А вы не похожи на человека, которому нравился бы крокет. Агрест собирался ударить ровно в ворота, но Ледибаг специально подошла совсем близко и почти прислонилась к нему, так что мяч полетел мимо. Прозвучало тихое «черт». Габриэль сделал шаг в сторону, посмотрел на нее укоризненно. — Что? — удивилась она. — Мне просто интересно… Не покажете, как бить? Он глубоко вздохнул. Мужчину явно не радовало ее присутствие, хотя сперва на его лице промелькнула толика заинтересованности. Но Ледибаг решила оторваться на полную. Раз в повседневной жизни она и слово вымолвить не смогла, то теперь у нее были безграничные возможности. Ведь не сможет же охранник Агреста ее выставить. В конце концов, она супергерой. С охранником справится. Да еще и Габриэля похитит, если захочет… Она усмехнулась собственным мыслям. Спустя пару минут ей уже сунули в руки молоток и дали мяч. Мужчина объяснял правила игры, но Ледибаг не слушала. У нее нашлось дело поважней: она только сейчас заметила, что в этих брюках у Агреста была потрясающая задница. Да еще и футболка, через которую видно рельеф торса. Хоть картины с него пиши… Видимо, Ледибаг так глупо и непристойно улыбалась, что он это заметил. — Все понятно? — строго спросил Габриэль, оборвав предложение на середине. — Надо просто ударить, делов-то, — пожала она плечами. Потом уперлась ногами в землю, быстро размахнулась молотком. И ударила по мячу так, что он улетел в другой конец поля, едва не ударив какого-то грузного мужика. — Простите! — крикнула ему Ледибаг и виновато улыбнулась. — Вы не в гольф играете, — отчитал ее Агрест. — Здесь важна точность и спокойствие. Не надо со всей силы бить по мячу. Ледибаг поудобнее перехватила молоток и прицелилась, отведя его в сторону. От старания она даже высунула кончик языка и прищурила один глаз. — Не так, — Габриэль покачал головой. — Он опять улетит. Надо бить аккуратней. Внезапно он оказался сзади и накрыл ее руки своими, поставил молот в нужную позицию. Ледибаг слегка покраснела от такого жеста. Но наглость в ней пересилила, и она подалась назад, прижавшись к Агресту спиной. Запрокинула голову, столкнулась с ним взглядом. Пару секунд они молчали, не обращая внимания на удивленных людей. — Ну и? Что дальше? — выдала Ледибаг то ли усмешку, то ли улыбку — она сама не определилась. — А дальше вы просто бьете, — выдохнул Габриэль. — Так? — она сама не верила, что делает это, однако что-то внутри оказалось сильней. Ледибаг слегка наклонилась вперед, отведя назад бедра и вновь столкнувшись с мужчиной. Лишь после этого она легко ударила по мячу, попав сразу в двое ворот подряд. Обрадовалась: — Успех! И тут же отстранилась, чтобы рвануть за мячом. Ледибаг чувствовала, как Габриэль прожигает ее взглядом. Но не понять было, то ли он зол, то ли его вполне устраивает такое поведение. Однако когда она вернулась, мужчина уже оставил молоток. — Уходите? — спросила она разочарованно: приключения только начинались. — Слишком жарко, — ответил он, глядя в небо. — Не хотите выпить чего-нибудь прохладного? — С радостью, — согласилась Ледибаг и расплылась в довольной улыбке.

***

— Да вы пьяны, — засмеялась она, ощущая широкие мужские ладони на своих бедрах. — Ничуть, — ответил Габриэль совершенно трезво. Темнело. Они ушли с соревнований в самый разгар веселья, когда должны были выбирать победителей и запускать фейерверки. Стакан дорогого пива да безалкогольный коктейль, — вот и все, что они выпили за долгим разговором, полным флирта и «случайных» прикосновений. Ну, и мороженое: по пути им попался Андрэ, мимо которого Ледибаг никогда не могла пройти спокойно. Деньги оказались только у Габриэля: свои собственные ей было не достать. Впрочем, на фоне происходящего ее это мало волновало. Она мысленно праздновала победу. Мужчина, кажется, был к ней глубоко неравнодушен. И вот теперь они стояли в проулке между зданиями. Агрест прижимал Ледибаг к прохладной стене и требовательно целовал мягкие девичьи губы. Она таяла от каждого прикосновения, но не хотела уступать. Она легко забралась руками под белую футболку, и теперь очерчивала пальцами рисунок пресса. Внутри все горело от желания, однако они никуда не спешили. Да и не станешь же снимать одежду здесь, посреди улицы. Ледибаг вообще слабо представляла, как это будет происходить. Она не имела права отменять трансформацию. Когда они, со множеством остановок, добрались до приличной гостиницы, стемнело окончательно. Родители могли потерять ее, но Ледибаг напрочь забыла обо всем. Ее трясло от возбуждения и страха… Им пришлось на пару минут отлипнуть друг от друга, пока Габриэль снимал самый дорогой номер и отделывался от просьбы дать автограф. Эти мгновения показались ей вечностью, но вот наконец они поднялись на третий этаж и ввалились в просторную комнату. С огромным трудом добрались до широкой постели. — Как он снимается? — спросил Агрест, скользя руками по ее телу и, видимо, пытаясь найти молнию. — Боюсь, что никак, — стушевалась она. На пару секунд они оба застыли в раздумьях. Сердце бешено колотилось в груди. Ледибаг отчаянно соображала. Ее не должны узнать, значит, она не сможет снять трансформацию… если только… — Я могу вам доверять? — спросила она серьезно. Габриэль почему-то ответил не сразу, будто и сам у себя не вызывал доверия. — Да, — наконец произнес он. — Тогда выключите свет… Плотные шторы уже были задернуты. Когда щелкнул переключатель, наступила почти полная темнота. Ледибаг глубоко вздохнула и прошептала: «детрансформация». Красная вспышка — и суперкостюм пропал. Вдруг нахлынула неуверенность, будто ее сдерживал лишь талисман. Маринетт сжалась в попытке найти в себе силы и не сбежать. По телу табунами ходили мурашки, стоило Габриэлю незаметно приблизиться и положить руки ей на талию. Девушка подалась вперед, прижимаясь к нему, и поцеловала сперва наугад: глаза не до конца привыкли к темноте. Сквозь череду мягких прикосновений и поцелуев мужчина убедил ее, что ей совершенно нечего смущаться. Маринетт попыталась поверить: она и без костюма чего-то стоит, а уж под надежной защитой тьмы — тем более. И девушка вновь почувствовала в себе смелость. Она принялась изучать тело внезапного любовника, когда на них не осталось одежды. Она ощущала его руки на своей груди, и внутри нее взрывалась сотня фейерверков от жгучего нетерпения. Маринетт легко провела рукой по твердому члену, и Габриэль издал тихий стон. Она улыбнулась в поцелуй, когда их губы встретились снова, и шумно выдохнула, когда чужие пальцы проникли в ее влагалище. Дальше она помнила смутно, лишь чувства, которыми темная комната наполнилась до самого потолка. Мужчина вошел в нее осторожно и медленно, позволяя привыкнуть к новым ощущениям. Маринетт вздрогнула и сжалась от короткой волны боли, закусила нижнюю губу. Габриэль не двигался, только наклонился вперед, целуя ее шею, плечи и ключицы, вычерчивая пальцами узоры на ее груди, чуть надавливая на соски. Маринетт обняла его за плечи, зарылась пальцами в жесткие волосы. Когда мужчина начал двигаться неспешно, она почти перестала ощущать дискомфорт. Теперь ей хотелось большего, и девушка застонала в поцелуй, чем вызвала короткую усмешку. Движения постепенно ускорялись, а комната наполнялась рваным, сбившимся дыханием и тихими стонами. Маринетт неосознанно впивалась ноготками в мужские плечи, оставляя красные следы, и прогибалась от возбуждения. Она сильнее обхватила ногами бедра Габриэля, желая увеличить глубину проникновения. Он хрипло зарычал, опалив ее шею горячим дыханием. Волны возбуждения захлестнули Маринетт, и несколько раз имя любовника сорвалось с ее губ. Затуманенному разуму это показалось несправедливым: он ведь не знает, как ее зовут. Но это так и осталось на задворках создания. Все мысли вытеснил нахлынувший оргазм, когда Агрест вошел до упора и кончил. На пару мгновений они замерли, пытаясь отдышаться, после чего мужчина сгреб Маринетт в объятия. От нового поцелуя закружилась голова, и девушка ответила так, будто это было в самый последний раз. Ей вдруг нестерпимо захотелось, чтобы он остался. Однако это была роскошь, которую Маринетт не могла себе позволить. Отстранившись, Габриэль помедлил, но все же поднялся с постели. Его рука потянулась к прикроватному столику с лампой, но замерла, коснувшись переключателя. — Мне нужно немного света, — произнес он почему-то совсем тихо. — Я… ценю тайну личности и не стану смотреть. — Хорошо, — выдохнула Маринетт. Его спокойный голос вызвал в ней странное желание довериться. Она лишь на всякий случай натянула одеяло до самого подбородка. Загорелся слабый желтый свет. Сквозь полутьму девушка наблюдала, как Габриэль снял и выбросил презерватив в мусорное ведро, потом принялся искать разбросанную в спешке одежду. Он ни разу не повернул к ней голову, Маринетт же не могла оторвать взгляда от красивой мужской фигуры. Ее всю наполняло что-то невыразимое, и одновременно в груди было предательски пусто. — Вы… вы могли бы остаться, — пробормотала она, не веря своим собственным словам. — А как же секрет личности? — спросил Габриэль, не оборачиваясь. Это напоминание подействовало на Маринетт отрезвляюще, поэтому она не стала возражать, только улыбнулась грустно. В конце концов, если Агрест узнает, захочет ли он и дальше видеть ее?.. Тем временем, мужчина оделся, выключил лампу и двинулся к двери. Остановился там, посмотрел на нее сквозь темноту и спросил: — Мы еще встретимся? — Обязательно, — Маринетт быстро поднялась с постели, подошла к нему и, будто бы на прощание, легко коснулась губами его губ. Габриэль улыбнулся совершенно по-особенному. Безумно не хотелось его отпускать, но девушка должна была. Одно лишь осознание грело душу: Ледибаг еще не раз нанесет визит дому Агрестов.