Что ты знаешь о вампирах?

Ты видела десятый сон и, в принципе, могла бы начать смотреть одиннадцатый, однако гуляющий в комнате сквозняк нарушил сладкую негу. Даже находясь под одеялом, тело чувствовало дуновение прохладного ветра. Значит, открыто окно… Может, закрыть его и спать дальше? Но все мысли улетучились, как только ты открыла глаза. Воспоминания вчерашней ночи бешеным вихрем пронеслись перед глазами и в какой-то миг ты пожалела, что алкоголь не отбивает тебе память. Было бы очень удобно — не помнить. Вот только события прочно засели в голове, а руки принялись лихорадочно ощупывать тело, чтобы проверить на наличие укусов. И надо же… НЕ УКУСИЛ. А ведь всё могло закончиться куда печальнее. Ты осторожно осмотрела комнату. К счастью, Тэхёна в ней не было, а значит можно было спокойно одеться и слинять. Первой мыслью был побег через окно, вот только отверстие было чрезвычайно маленьким. Ты бы никак не смогла в него пролезть. Так что оставался единственный вариант — убежать через парадную дверь. Таким образом, кое-как натянув одежду и собрав нерасчесанные волосы, ты выбежала из комнаты, надеясь вскоре найти выход (всё-таки планировку дома ты не помнила — прошлым вечером было совсем не до этого). И вот в момент, когда цель практически была достигнута, рядом с тобой возникла фигура: — Будешь блинчики? И лучше бы это был Тэхён. Вот только перед тобой стояла миссис Хван и степень неловкости рисковала выйти на новый уровень. Ты небрежно одета, остатки макияжа размазаны по опухшему лицу, а волосы выглядят так, словно в них соловьи решили свить себе гнездо. Блинчики? Какие блинчики? И лишь потом в голову закрадывается вопрос «А что здесь вообще делает бабушка Мины и Бэкхёна»? Неужели миссис Хван и Тэхён живут вместе? А дальше твои размышления уходят глубже… Потому что, если женщина живёт здесь, значит… ОНА СЛЫШАЛА, ЧТО ПРОИСХОДИЛО НОЧЬЮ. Господи. Стыдно-то как. — Эмм… Нет, спасибо… Я… МНЕ ПОРА! — ты убегаешь, даже не обувшись. Во-первых, хотелось как можно быстрее сбежать из этого дома. Во-вторых, ты понятия не имеешь, где именно осталась твоя обувь. В порыве страсти, она могла оказаться где угодно — всех подробностей ведь не упомнить. Черт. ЧЕРТ! Вот как можно было так вляпаться? Переспать с вампиром? Такое даже в страшном сне не могло присниться! Это же невозможно! А он тебя еще и не укусил. Разве у вампиров нет потребности лакомиться своими жертвами во время секса? Энергию высасывать, ну или что-то типа того? Тебе кажется, что мир сошел с ума. Или просто твоя крыша понемногу съезжает, оставляя мысли без крова. Может, ты разучилась думать? Или длительное отсутствие полового партнера решило всё вместо тебя? Ну блин! Можно ведь было выбрать кого-то другого. Почему любовником должен был стать вампир?

* * * * *

— Сольхён, ты видела, сколько раз я тебе звонила? — мама заговорила, как только услышала хлопок входной двери. — Ты хоть знаешь… — и замерла. — Господи, Сольхён! Что случилось? Миссис Ан понять довольно легко — ты выглядела так, будто над тобой надругались, еще и пришла босиком. Странно, что по дороге домой ты не встретила полицию, иначе они бы несомненно упекли тебя в обезьянник. Хорошо погуляла — ничего не скажешь. Вид, конечно, плачевный, а вот ощущения — невероятные. Тело приятно ломило, из-за чего казалось будто ты впервые за долгое время отдохнула должным образом (впрочем, это недалеко от правды). Что уж греха таить, Ким — отличный любовник. Видимо, набрался опыта за свою долгую жизнь. Сколько ему лет? Мина говорила около 185-ти. Ты не запомнила точное число… Получается, ты провела ночь со старпером? Ну да ладно. Незачем забивать себе голову — всё равно произошедшее нельзя изменить. — Милая, может, обратимся в полицию? — миссис Ан осторожно усадила дочь на диван и принялась рассматривать кожу на наличие увечий. — Не нужно, мам. Всё… — хочется произнести «всё в порядке», но в данных обстоятельствах это будет слишком странно, поэтому ты решила частично сказать правду. — Это вампир, — посмотрев на обеспокоенную мать, ты решила уточнить. — И нет, он меня не укусил. Перед глазами воображаемые прутья, клетка и цепи, сковавшие твою эмоциональность и спрятавшие ее в глубине твоей души. И вырываться из плена совсем не хочется. Лучше смотреть на мир безразличными глазами, чем позволить прорваться чувствам, которых быть не должно. И с чего вдруг этот Тэхён тебя привлек? Ты смотрела на него с первого дня знакомства. Нет смысла отрицать, что он не человечески прекрасен, но ведь вся суть в том, что «не человечески». А ты — человек, и сам факт совместной ночи уже противоречит всем имеющимся правилам отношений между людьми и вампирами. Это неправильно. Совсем. Но трахается он круто. Вот опять эти мысли! Захотелось влепить себe пощечину, однако у тебя хватало здравого смысла, чтобы сдержать порыв. В конце концов, мама по-прежнему находилась рядом, и подобное действие она воспримет, как психическое отклонение из-за произошедшего ночью. Хани не решалась что-либо спрашивать, а ты твердо решила, что о случившемся не должен знать никто. А Тэхён вряд ли кому-то станет о таком рассказывать. В любом случае, ты всегда сможешь это отрицать, верно?

* * * * *

А в подвале по-прежнему сидел Чимин. И, наверное, Бэкхёну не стоило соваться к вампиру в одиночку. Но парень всегда был бесстрашным, так что, никого не предупредив, он решил нанести Паку визит. Слишком безрассудно. Но еще безрассуднее — подойти к монстру в плотную, наблюдая как он обнажает свои клыки. — Решил свести счеты с жизнью, Бэкхён-а? — вампир скалится, а парень может почувствовать чужое дыхание на своем лице. — Ты всегда был гнидой, хён. Наверное, судьба справедлива, раз решила, что ты должен сдохнуть таким образом. — Не будь таким смелым, малец. Тебе повезло куда меньше. Ты ведь лакомый кусочек. Как думаешь, почему городские вампиры развели такую шумиху? — Чимин противно улыбается, а Бэкхён сглатывает вязкую слюну. — Как будто ты знаешь. — Знаю, конечно. За тебя дают вознаграждение, парень. Потому что тебя ищут. Ким Сокджин сказал, что наградит того вампира, который приведет тебя к нему, — выражение лица Пака становится совсем противным, а Бён почему-то верит в его слова. Может, именно по этой причине родители Бэкхёна никогда не брали его с собой на охоту? Потому что знали, что парню может угрожать опасность? Вот только почему его ищут? Неужели из-за того, что он дефектный ребенок, родившийся от человеческого союза? Это его уникальность? — Кто такой Ким Сокджин? — парень чувствует, что это важно. Видимо, некий Сокджин — важная шишка, если остальные вампиры выполняют его приказы. Неожиданно у входа в подвал появляется до боли серьёзный Тэхён с упаковкой крови в руках (видимо, чтобы подразнить узника): — Это мой отец… А дальше происходит нечто невообразимое, потому что Чимин, воспользовавшись заминкой Бэкхёна, просунул руку через решетку и потянул Бёна на себя, после чего впился зубами в ладонь. Бэкхён не успел среагировать. Тэхён тоже. Они вдвоём погрузились в непонятное молчание, когда Пак начал злобно хихикать: — Это подарочек за то, что обозвал меня гнидой, — Чимин явно остался собой доволен, а Ким впал в полнейшую прострацию, потому что его младшего брата не могли укусить. Бэкхён не может умереть. — Хёён, — у Бёна слезы на глазах, и в этих слезах безмолвное отчаяние, мольба о спасении и надежда на будущее. — Я не хочу умирать, — он говорит шепотом, будто от тона может измениться суть сказанного. Наверное, каждый укушенный думает о том, что осталось не так много времени, что в любую минуту жизнь может оборваться, и этого можно избежать только одним способом… А Чимин медленно сходит с ума. И смех вампира становится истерическим, когда он наблюдает, как закрывается дверь. Пак чувствует, что Тэхён его убьет, но именно этого он и добивался — лучше уж так, чем продолжать гнить в этой клетке без возможности выбраться. Наверное, Сокджин бы убил Чимина, если бы узнал, что тот укусил «ценного человека». Наверное, Бэкхён и впрямь особенный…

* * * * *

— Он укусил меня, хён. Укусил! — у Бёна истерика, самая что ни есть настоящая. — Дай мне выпить своей крови. — У тебя необычный организм. Мы вообще не знаем, во что это выльется. Ты не можешь просто обратиться в вампира. Ты… — Тэхён быстро шел по дороге, пиная всё на своём пути. Бэкхён не может исчезнуть. Он только встретился с Кимом. Он только… Тэхён вспомнил своё видение, а точнее разговор с Сольхён… Тогда, есть ли шанс, что Бён выживет или… — Тогда, что мне делать, хён? Ждать когда появятся симптомы укуса? — парень спешно достал телефон и начал набирать номер сестры, потому что она имеет право знать. — Мина, меня укусили. Извини за то, что был ужасным братом и… — на этом месте он разрыдался, словно пятилетняя девочка. И хоть Бэкхён не признавал подобную слабость, сейчас он не мог иначе. Эту боль необходимо куда-то выплеснуть. А от осознания, что скоро не будет вообще никакой боли, как и ощущений в целом, хотелось и вовсе выть волком. После сброса вызова, Бён вырвал из рук Кима упаковку с красной жидкостью. Ему уже вообще на всё плевать, поэтому не задумываясь, он принялся потягивать из трубочки содержимое, а Тэхён по мере питья брата округлял глаза всё больше. — Твой укус. Он… затягивается… — затем последовал облегченный выдох, а в голове возник вопрос, ответа на который не было «Как такое возможно?»