I'm a model, you're a photographer.

Челюсть Найла, кажется, почти встретилась с полом. Он резко сел на диване и повернул голову в сторону Луи, впиваясь в него многозначным взглядом. Шатен почувствовал себя некомфортно, будто находится не в своей тарелке. За столько лет знакомства, блондин никогда не смотрел на Томлинсона так, как смотрит сейчас. Этот взгляд даже нельзя было описать другими словами, кроме «пустой», «безэмоциональный», «безразличный». Через несколько секунд Найл наконец-то моргнул, опуская взгляд на свои пальцы, произнося лишь: — Оу. Я понял, да. Луи немного успокоился. Его радовала хотя бы та новость, что Найл отреагировал или спокойно, или у него еще не началась какая-нибудь волна раздражения. Шатен тихо надеялся на первое. — Эм… Вот. Что скажешь? Хоран пожал плечами, засовывая пальцы в свои светлые волосы. — Я просто надеюсь, что с тобой всё будет в порядке. — Найл взглянул на друга, улыбаясь мелкой улыбкой. Луи окончательно выдохнул. У него лучший друг на свете. — Я слышал, популярность — зверская штука, а с твоим телом. Уфф, бро. Томлинсон рассмеялся, опрокидывая голову назад. Это счастливый смех, это смех настоящего Луи. — Значит, ты хочешь сказать, что с этим у нас все хорошо, да? Блондин кивнул, широко улыбаясь: — Абсолютно, чувак. Я, конечно, не был готов к такой новости, но, знаешь, меня это не удивило. — Найл снова пожал плечами. — Я действительно люблю тебя, бро, и всегда поддержу твои намерения. Луи издал звук, похожий на скулеж, и обнял Найла: — Ты иногда бываешь очень сентиментален. Блондин усмехнулся: — Только для тебя, детка. Тослинсон по-настоящему счастлив, что у него есть такой потрясающий друг, на которого, Луи уверен, может положиться. Он теперь понимает, что было действительно тупо не рассказывать Найлу правду. Просто никто не научил шатена доверять. Слишком много раз он ошибался и промахивался в своей жизни.