Апельсин

* * *

Толчок. Толчок. Толчок.       Внизу живота непонятное ощущение, что-то горячее входит и выходит из ануса, доставая до простаты, тем самым заставляя жадно заглатывать ртом воздух. Из-под полуприкрытых век виднеется мутный силуэт. Пытаясь сфокусироваться на нём для того, чтобы разглядеть хотя бы лицо, Чимин понимает, что его зрение предательски снизилось.       В душной комнате присутствует едкий аромат цитруса. Помимо этого, вся спальня плохо освещена тусклым жёлтым светом. Чувствуя под собой шёлковую ткань, блондин жалобно сжимает её в своих маленьких пальчиках.

«Г-где я?..»

* * *

8 часов до случившегося.

      Самый обычный понедельник, ничем не выделяющийся среди остальных дней недели. Типичный университет, пары, согруппники, студенческая жизнь. Всё такое скучное, однообразное и рутинное. Хочется красок, разнообразия, но пока что всё обычно-повседневное.       Перерыв перед самой нудной парой. Все студенты, что находятся сейчас в аудитории, что-то весьма громко обсуждают, но их разговор никак не интересует Чимина, что сидит на 3-м ряду, за 2-й партой. Рядом с ним никого нет, но омега и не унывает. Ему нравится находиться в одиночестве. Думать о своём, облокотившись на собственную руку, при этом уставясь на чистую изумрудную доску. — Чимин~а, ты пойдёшь на тусовку сегодня вечером? — Прерывает его Тэхён, подсаживаясь рядом. — А? — Произносит Чим в ответ, непонимающе переведя взгляд на русоволосого паренька. — Опять в облаках витаешь? — Усмехнулся Тэ. Усевшись напротив доски, он косо посмотрел на Чимина, при этом слегка улыбаясь, — Ты в своём репертуаре! — Мне нравится думать о своём. Столько разных вопросов приходят в голову, к примеру: «Существует ли параллельная вселенная, где люди живут до сих пор в средневековье?» или «Что если вся моя жизнь — это всего лишь долгий сон?», «Может, вообще вся вселенная — какая-нибудь компьютерная игра, а мы в ней всего лишь персонажи?». — Слушай, тебе определённо нужно перестать пить тот чай, что мы купили недавно. — Почему? — Думаю, он на тебя плохо влияет. Откуда у тебя столько тупых и идиотических мыслей? — Оборачивается к нему Тэхён, — «Вселенная — игра», бля, да ты точно свихнулся! — Ничего ты не понимаешь… — Обиженно протягивает блондин, опустив взгляд на раскрытую тетрадь. — Ах, точно. Так ты пойдёшь или нет? — Куда? — Ты издеваешься? На тусовку. — Что мне там делать? Я лучше дома посижу, — безэмоционально произносит Чимин, вздохнув. Ведь он знает, как никто другой, что он лишний на всех этих шумных посиделках. — Ну, Чимин, — жалобно протягивает русоволосый, обхватив руку омеги, — Сходи со мной. Я так хочу потанцевать. Все мои приятели, кроме тебя, мне уже отказали, ссылаясь на дела. Ты ведь не откажешь своему единственному другу? — Прижимаясь грудью к Чимину, Тэхён жалобно надувает губки уточкой.       С Чимином мало кто общался. Все считали его странным, потерянным, далёким от реальности, вечно мечтающим о не сбывающемся. Но, на самом деле, он обычный омега, который, как и многие в этой аудитории, мечтает встретить своего истинного. Ничего необычного. — Я могу и без друзей обойтись, — холодно произносит блондин. — Какой ты грубый, Чимин~а, — дуется Тэ, отстраняясь от него. Встав со своего места, паренёк быстро выходит из-за парты и мчится в сторону двери с заплаканным лицом. Так, словно он один из персонажей аниме. — Придурок, школьницей себя возомнил, что ли? — Пробубнил себе под нос Чимин, еле улыбнувшись.

* * *

      Чимин, стоит напротив огромного особняка, построенного в стиле «хай-тек.» Сам дом был двухэтажный, почти все стены здания были заменены на панорамные окна, из-за чего Чимин задавался вопросом: «Как вообще можно жить в стеклянной коробке? Скорее всего, даже в трусах по-хозяйски не походишь». Длинная дорожка из камня вела до стеклянной двойной двери, из которой выходили люди обнимаясь, целуясь, а некоторые и вовсе подбегали к декоративным кустам, в надежде вывернуть желудок (эх, жалко кустики…). Также из панорамных огромных окон во всю сверкали вспышки и лазерные лучи. При этом орала музыка, настолько громко, что её было слышно даже на улице. Удивительно, что соседи ещё не вызвали ментов.       Достав из кармана джинсов смартфон, омега разблокировал экран и посмотрел на время, на часах показывало: «19:34». — Хм… Тэ должен был уже прийти. — Процедил он, убрав телефон обратно в карман.       Вы, наверное, спросите: «Как он оказался на этой тусовке? Разве он не отказал Тэхёну?» Ну да, он отказал. Но это же Чимин, чего вы хотели? Если бы он не пошёл, то, скорее всего, волновался бы за него. Ведь этот гадёныш тот ещё косяпор. Натворит дел, а Чиму после за него в участке отдуваться. Вроде не ребёнок, а ведёт себя именно так.       Тэхён не пришёл и через полчаса, подумав, что он может уже внутри, Пак направился ко входу. Открыв дверь, блондина сразу же оглушила музыка, что доносилась из колонок. Чуть пошатнувшись, омега шагнул в зал. Внутри дом был не чуть не меньше, чем снаружи. В огромной гостиной, в которой танцевали люди, было невыносимо жарко, при этом пахло потом, чужими феромонами и выпивкой. Аккуратно ступая вперёд, Чим искал взглядом Кима, который, как казалось ему, должен был танцевать где-то в толпе. Омега выкрикивал его имя, но его голоса было и вовсе неслышно. Басы орали настолько громко, что даже сам Пак не слышал себя.       Потеряв надежду найти Ким Тэхёна, Чимин устало вздыхает и садиться на барный стул, рядом с барной стойкой, что снизу подсвечивается насыщенным голубым неоном. Он не капли не удивился тому, что в доме присутствовала барная стойка. Ему казалось, что в этой домине, нетолько барную стойку увидишь, а может и красную комнату или какой-нибудь тайник?       Посидев 15 минут, Пак понимает, что скорее всего Тэхён и вовсе не пришёл. Вспомнив, что у него есть телефон, блондин достаёт с кармана джинсов смартфон, снимает блокировку экрана, заходит в контакты и набирает Кима. Но в ответ ему лишь: «Телефон абонента выключен или находиться вне зоны действия сети». — Блядь, — выругался Чим.       Сунув смартфон в карман своей грязно-розовой толстовки, омега встаёт со стула, опираясь на барную стойку. Встав на свои две, внизу живота проходит резкая боль. Схватившись за живот, Чимин медленно шагает, а боль всё усиливается. Дыхание начинает сбиваться, а в голове полный вакуум. «Н-нет… Только не сейчас. Неужели он где-то рядом?» — Произнёс про себя омега, оглядываясь по сторонам, пытаясь унюхать феромон истинного.       Опираясь обо всё, что только лезло под руку, Чимин еле вышагивал в коридор, что был освещён привычным жёлтым светом, исходящим из встроенных в потолок лампочек. Отталкиваясь левой рукой от стены, омега медленно шагал вдоль коридора. Сердце билось, словно бешеное, а в горле давно было сухо от того, что блондин жадно глотал воздух. «Дверь… Спрячусь там…» — Произнёс про себя Чимин, уставясь на коричневую дверь, что находилась от него в 3 метрах.       Пытаясь ускорить шаг, блондин обхватил низ живота обеими руками, ибо боль усиливалась от каждого сделанного им шага. Неожиданно его ухватывают за локоть, разворачивают и буквально впечатывают в стену. Перед ним стоит Мин Юнги, от которого пахнет жасмином. Пряный, очень сладкий аромат приятно щекочет ноздри.       Не обменявшись и парой слов, альфа вцепляется в расслабленные, пухлые, чуть дрожащие губы Чимина, от чего по телу омеги проходит табун мурашек. Жадно захватывая его губы, Мин, уже не контролируя себя, запускает свою руку под толстовку Пака. Поглаживая под одеждой его торс, альфа буквально заставляет Чимина постанывать в поцелуй. Поднимаясь всё выше, большая ладонь Юнги словно «случайно» касается соска омеги.       Руки Чимина тянутся к его тёмно-зелёному бомбер. Сжимая своими пальчиками воротник куртки, он притягивает альфу к себе. Почувствовав его возбуждённую плоть сквозь чёрные джоггеры, таз Пака выгибается в его сторону, заставляя два возбуждённых половых члена тереться друг о друга через плотную ткань штанов.       Понимая, что уже нет сил терпеть, Юнги обхватывает талию Чимина и, не отрываясь от его губ, шагает в сторону двери. Медленно повернув ручку, дверь открывается, и они скрываются за ней.       Зайдя в просторную комнату, что была плохо освещена тусклым жёлтым светом, альфа расцепил их поцелуй, оставив между ними малозаметную ниточку слюны. — Если бы знал, что моя омега такая милая, то устраивал бы такие тусовки почаще и, может быть, мы и пораньше бы встретились, — чуть шепча, выпалил на одном дыхание Мин, любуясь смущённым личиком Пака.       Не успев ничего ответить, губы Юнги накрыли губы Чимина, не давая высказаться.       Медленно шагая назад, омега почувствовал что-то мягкое, это явно была постель. Вновь разорвав их поцелуй, Юнги оттолкнул от себя перевозбужденного Чимина, и он упал на шёлковую фиолетовую постель.       Стоя напротив него, альфа жадно облизывался, при этом снимая с себя бомбер, футболку, а затем и штаны, что до боли стискивали неугомонный стояк. — Чим, я не собираюсь сдерживаться,  — практически промурлыкал беловолосый, освободившись от ненужного элемента одежды.       Оставшись лишь в тёмно-серых боксерах, он упал на него. Юнги ласково чмокнул его в шею, поднимаясь вверх до мочки уха, из-за этого Чимин яро простонал. Рука альфы заскользила под толстовку омеги. Нежно поглаживая кожу живота от паха до груди, Мин, уткнувшись в шею Чимина, наслаждался исходящим от него ароматом апельсина. Такой сочный, сладкий, прекраснейший апельсин; боже, да у Мина сейчас голову снесёт.       Силой стянув с него кофту, Юнги нежно поцеловал его в грудную клетку. Приобняв того за талию, альфа буквально заставил изогнуться позвоночник Чимина. Оперевшись в горячие плечи Юнги, Чим еле сдерживал стоны, прикусывая нижнюю губу. — Не сдерживайся, — еле прошептал Юнги, заставив Чимина почувствовать своё горячее дыхание на своём животе.       Беловолосый расстегнул пряжку на джинсах Чимина, за ней пуговицу и ширинку. Коснувшись члена сквозь белые боксёры, он сделал пару подрачивающих движений. Смачно простонав, омега вцепился в простынь под собой.       Сняв с него джинсы, Юнги оттянул резинку белья. Держа в правой руке содрогающийся член, а левой сжимая чертовски упругие ягодицы Чимина, он чмокнул его в ствол.       Почувствовав губы Мина на своём половом члене, по телу Пака прошлись иголки. Боже, это такое приятное чувство, но Чимин хочет не этого. Он хочет, чтобы истинный, наконец, засадил ему по самую простату; он хочет почувствовать чувство наполненности.       Левая рука Юнги соскальзывает с бёдер Чимина, но взамен проскользнув под боксеры, Мин силой стаскивает их до бедёр. Раздвигая своими длинными пальцами две половинки, Юнги уже чувствует смазку. Такая скользкая, липкая, до мозга костей охуительная. Вставив сразу два пальца, альфа немедля засунул их во всю длину, тем самым надавив на простату. — В-вставь… — еле произнёс Чимин, от чего Мин удивился. — Уверен? — Сам же сказал, что не будешь сдерживаться…       Вытащив пальцы и оставив член Пака в покое, Юнги пристал над вялым, чуть дрожащим телом. Нежно сняв с бёдер Чимина трусы, он кинул их куда-то в сторону. Сняв и с себя боксёры, Юнги положил ягодицы Пака на свои бёдра, закинул его ноги на свои плечи. Сглотнув, он упирается головкой члена в сжимающийся и разжимающийся анус омеги.       Посмотрев на Чимина, что был настолько милым, по телу альфы прошли толпы мурашек. Его взгляд был мокрым, а блондинистые волосы небрежно рассыпались по лбу, местами прилипая от пота. Из его блядских, пухлых, чуть приоткрытых губ, выходил горячий, обжигающий воздух, тело судорожно тряслось в объятьях Мина. — Ну же, в-вставь… — простанывает Чимин, цепляясь за плечи Юнги, заставляя того прижаться к себе.       Сделав толчок, Мин прижимает к себе Пака, тем самым переходя в сидячее положение. Член альфы, входит во всю длину с лёгкость, и Чимин постанывает, прижимаясь к Юнги, при этом утыкаясь носом в ключицы альфы. Пиздатый, будоражащий запах жасмина — этот аромат ему точно идёт.       Переходя на бешеный темп, Юнги зверски вбивается в задницу Чимина. Правой рукой он прижимает омегу к себе, а левой добела костяшек сжимает половинку упругой попки Пака. Такую задницу не пощупать — грех. — Б-быстрей… Хочу ещё… П-пожалуйста. — Произносит сквозь собственный стон Чимин. Оставляя багровые засосы на бледной коже альфы, Пак царапает его спину, при этом насаживаясь на член Мина.       Откинув от себя Пака, Юнги вытаскивает член, переворачивает его на живот, ставит перед собой раком, и вновь грубо заходит в него. Сжимая в руках его зад, Мин жёстко въёбывает ненасытного омегу. Не сбавляя темпа, Юнги со всей силы шлёпает Чимина, от чего тот смачно постанывает. — Чимин, ты хочешь ещё? — Вскрикнул альфа. — Д-да… Пожалуйста ещё, — процедил Чимин, прикусывая одеяло.       Шлёпнув его вновь, по телу беловолосого проходит чувство наслаждения, ему нравиться это блядский стон Пака, просящий ещё.       Обняв талию омеги, Юнги прижимается к его горячему телу. Резко останавливаясь, Мин вливает всё в Чимина. Протяжно вскрикнув, Пак падает лицом в подушку, при этом тяжело дыша.       Уткнувшись носом в его шею, альфа заставлял чувствовать своё тяжёлое, палящее, бешеное дыхание.       Облизнув загривок Пака, он нежно надкусил мягкую кожу, но после резко, до боли прикусил её. Вновь простонав, омега сжал в кулаке простынь. — Теперь ты мой, — промурлыкал Юнги, сразу же поцеловав его в метку. — Твоё имя… — Невнятно произносит омега. — А? — Твоё имя… Как тебя зовут? — Повторяет он, пытаясь восстановить дыхание. — Мин Юнги. — Отличное знакомство, Юнги, — усмехается через боль Пак.       Чувствуя, как внутри разбухает узел, омега зажмуривается. — Теперь у нас будет р-ребёнок? — Нерешительно спрашивает он, пытаясь не показать своего смущения. — Думаю, да. — Пиздец...