Hell.Hale

***

Судя по слухам и очереди, простирающейся на три квартала от входа, «Hell» — самое модное место города. И, соответственно, безумно дорогое. По своей воле Стайлз никогда бы сюда не сунулся. Хотя бы из-за названия. Но, похоже, только его это смущало. Клуб был переполнен. Под ногами — в прямом смысле под ногами: пол второго этажа был стеклянным — извивалась в танце как минимум сотня людей. Стайлз шел по их головам, испытывая неоднозначные чувства. Во времена учебы в колледже он безумно обрадовался бы, оказавшись здесь, наплевав и на название, и на контингент. Сейчас ему хотелось поскорее вернуться домой, где царили тишина и спокойствие, а не разврат и наркотики. Стайлз поклясться мог, что секунду назад заметил их передачу, и напомнил себе, что теперь его это не касалось. — Привет, — он плюхнулся на диван напротив Лидии. Та приветливо улыбнулась, поправила и без того идеально лежащие рыжие волосы, положила ногу на ногу и одернула подол короткого изумрудного платья. Стайлз откровенно ею любовался, в прочем, как и всегда. Лидия была прекрасна. Она едва заметно махнула рукой, и практически через секунду рядом с их столом, будто из воздуха, материализовалась официантка. Ее крохотные шортики и топ не оставляли простора для воображения. На голове красовались рожки, а черные волосы крупными кудрями спадали на плечи. Стайлз с трудом поборол желание проверить, есть ли у нее хвост, хотя бы маленький с пикой на конце — это было бы весьма пикантно. Официантка выжидающе посмотрела на него, затем на Лидию тем-самым-как-ты-его-выносишь взглядом. — Эм… можно меню? — выпалил Стайлз, слегка разволновавшись. Официантка исчезла так же внезапно, как и появилась. Лидия едва заметно улыбнулась, отхлебнула от своего коктейля. — Это все начинает напоминать неудачное первое свидание. Здесь не принято просить меню? Или оно называется как-то иначе? — Обычно оно называется. Успокойся. — Это сложно. Здесь все… — Стайлз прервался, потому что официантка принесла меню и положила его на стол. — Ого! — папка была толщиной дюйма полтора. — Это все напитки? — Здесь отличные бармены. — Я весь вечер буду только изучать составы всех коктейлей, — он пролистнул несколько страниц и не нашел ни одного знакомого названия. — Может, мне заказать воду? Лидия вновь сделала неуловимый пас рукой. Официантка появилась мгновенно, словно была домовым эльфом. — «Морской бриз» и фирменную закуску, — произнесла Лидия. Официантка, сдержанно кивнув, ушла. — Фирменная закуска? Это вот те полоски теста с соусом? — уточнил Стайлз, указав на соседний стол, где парочка уминала нечто похожее на корки от пиццы. — Стоят, небось, как четыре огромных мясных. Мы не могли бы в следующий раз встретиться в месте, где больше еды и меньше цены? — Успокойся. Соус достаточно жирный, чтобы смягчить действие алкоголя. А о деньгах не беспокойся. Тебе не придется платить, я же говорила. Питер владеет этим местом, и для меня здесь все бесплатно. Для тебя теперь тоже. — Это все немного странно, — Стайлз поморщился. — Я его видел-то всего два раза и то по скайпу, — если честно, он даже не помнил, как Питер выглядит. Вроде бы он был старше Лидии раза в два, высокомерно ухмылялся и носил трусы баксов за пятьсот. — Так, о чем ты хотела поговорить? О, спасибо! — Стайлз улыбнулся официантке, поставившей на стол заказ. Та никак не отреагировала на вежливость. — Здесь стиль такой? Типа дьявольские черти не опускаются до любезности? — Своего рода, да. К этому привыкаешь. Так же как к музыке, интерьеру… и вообще ко всему… мне теперь нравится бывать здесь, хотя сначала я реагировала так же, как и ты. Стайлз понимал, что так оно и есть. Ко всему со временем привыкаешь, даже к самым странным вещам. — А мне бы больше понравилось, если бы Питер владел милой, тихой кофейней. И я не стал бы возражать против бесплатного кофе и маффинов. И чизкейка. — Я передам Питеру, — рассмеялась Лидия, пригубив коктейль. — Как у тебя дела? Обустроился? — У меня полквартиры завалено коробками. В холодильнике пусто. Часть вещей будто бы вообще потерял. Послезавтра начинаются занятия, а я даже не начал к ним готовиться. Лидия насмешливо выгнула брови, недоверчиво посмотрев на него. — Ты сам понимаешь, как это звучит? — Да, — захохотав, Стайлз обмакнул в соус «корочку от пиццы» и запихнул ее в рот. — Как будто я снова в колледже. Но, постой-ка, так и есть! — закуска оказалась неожиданно вкусной, так же как и коктейль, который Стайлз, наконец, попробовал. — Зато теперь мы сможем чаще видеться. Лидия поджала губы, покрутила кольцо на указательном пальце и несмело взглянула Стайлзу в глаза. Плохой знак. В прошлый раз она с таким видом сообщила, что переспала с его парнем. — Через пару дней я уезжаю в Париж. Минимум на полгода. — Ты подписала тот контракт? Поздравляю! А к чему этот виноватый вид? — Я активнее всех уговаривала тебя переехать сюда. — Да. Теперь бросаешь меня. Так же как остальные, — он с притворной обидой отвернулся, высоко задрав нос. Прямо перед глазами оказалась огромная барная стойка, располагавшаяся на первом этаже. Четыре бармена сновали туда-сюда по кругу, ни на секунду не останавливаясь. Две девушки и два парня. То же в черном, как и официанты, но в менее откровенном. — Тебе просто надо найти себе кого-нибудь. — Где связь? — непонимающе нахмурившись, Стайлз отвлекся от разглядывания самого красивого, на его взгляд, бармена: высокого мускулистого брюнета с потрясающей щетиной. — Личная жизнь не даст тебе скучать. — Когда мне скучать? Ты знаешь, сколько всякого дерьма приходится заполнять и писать преподавателям? Хорошо, если у меня будет время на сон. — Лучше бы у тебя нашлось время на секс. Мы последний раз виделись полтора года назад — у тебя тогда никого не было. В разговорах и переписке ты тоже никого не упоминал. Сколько ты не трахался? — Не важно. Мы здесь не затем, чтобы обсуждать мою личную жизнь. — Которой у тебя нет, — Лидия хмыкнула, перекинув волосы через плечо. — Найди кого-нибудь. Прямо сейчас найди и приятно проведи ночь. — У меня каждая ночь приятная. То постельное белье, что подарили Джексон и Дэнни, потрясающее. Кстати, если увидишь их — передай привет. — Стайлз. — Что? Я могу здесь нарваться на своего будущего студента. — Или коллегу. Найди себе кого-нибудь среди них. — У меня нет времени на серьезные отношения. Возможно, позже, — сквозь зубы произнес Стайлз, борясь со всевозрастающим раздражением. — Одноразовый секс — уже давно не для меня. Он отказался от секса со случайными партнерами, когда наткнулся на одного из них в камере предварительного задержания, а потом допрашивал в течение четырех часов, каждую секунду опасаясь, что тот об этом заявит, и вспотел, как после двадцатикилометрового марафона. Правда об этом ужасе Лидия не знала. — Если опасаешься ЗППП, то можешь выбрать оборотня. У Питера есть пле… — Нет, Лидс. Никаких племянников, племянниц, кузин, детей, внуков, друзей и кого-то там еще Питера. Кстати, как он будет без тебя целых полгода? — Думаешь, я его единственная любовница? — Лидия фыркнула с таким выражением лица, что Стайлзу сразу стало понятно, какую глупость он сказал. — Тем более он сам организовал этот контракт. Глупо жаловаться, не находишь? — Честно? Нахожу, — запихнув в рот последнюю «корочку», Стайлз отряхнул руки и встал. — Идем танцевать. Раз уж мы здесь — надо размяться. Они спустились на первый этаж. Стайлза немного беспокоил прозрачный, если смотреть с такого ракурса, потолок, но вскоре о нем удалось позабыть, да и вообще обо всем. Они танцевали около часа, прежде чем Лидия сбежала припудрить носик. Стайлз протолкался к барной стойке, осмотрелся по сторонам, выискивая бармена, и вздрогнул, когда тот появился прямо перед ним. Будто из воздуха. Снова. — Вы аппарировать умеете? Освоили телепортацию? — выпалил Стайлз, подтянувшись на руках и заглянув за барную стойку. Там мог быть спрятан тайный ход. Или некое чудо техники, позволяющее перемещаться в пространстве. — Это не одно и то же? — вскинув густую темную бровь, приятным низким голосом спросил бармен. Тот самый, которым Стайлз любовался ранее. — Вообще-то нет, — он приготовился в подробностях объяснить разницу, но наткнувшись на слегка раздраженный взгляд бармена, предпочел промолчать. — Неважно. Воду, пожалуйста. У вас же есть вода? Обычная. Без газа. Бармен, не ответив, налил в высокий узкий стакан воды, бросил пару кубиков льда и дольку лимона, добавил трубочку и поставил перед Стайлзом. — Спасибо. — Пожалуйста. Стайлз от удивления приоткрыл рот, недоверчиво посмотрел на бармена и расплылся в широкой, совершенно дурацкой улыбке. — Я уже думал здесь все такие, будто им засунули в… забудь, — положив трубочку на стойку, Стайлз в два глотка осушил стакан и протянул его бармену. — Еще. Пожалуйста. Бармен стакан забрал, поставил его в раковину за своей спиной и достал чистый. Стайлз, воспользовавшись шансом, рассмотрел бармена вблизи и признал, что тот в его вкусе. Высокий, с отличным телом, сильными, ловкими, ухоженными руками, подтянутой задницей, добрыми светлыми глазами — цвет из-за освещения разобрать не удалось — яркими губами и умопомрачительно-мягкой на вид щетиной. — Дерек, — поставив перед Стайлзом стакан с водой, произнес бармен. Стайлз осоловело моргнул, подумав на мгновение, что здесь так называли воду, а потом улыбнулся, вытер ладонь о бедро и протянул Дереку. — Стайлз. Приятно познакомиться. Дерек пожал руку — в меру крепко, напоследок ласково погладив пальцы. Стайлз покраснел, внезапно смутившись. — Как ты сюда попал, Стайлз? — ласково спросил Дерек, будто пытался выяснить у ребенка с большим продолговатым шаром, наполненным водой, в руках, где тот взял презервативы, не выдав при этом их истинного назначения. — С подругой пришел, — холодно ответил Стайлз, отвернувшись, и обхватил трубочку губами. Он прекрасно понимал намеки. Особенно такие. И знал, что не вписывается в это место. Он неплохо зарабатывал, одевался не в «Уолмарте», да и жил в хорошем районе, но все равно не был ровней большинству посетителей клуба. — Эй, я не… — пробормотал Дерек как будто растеряно и наклонился ниже. Стайлз покосился на него, ожидая продолжения. — Здесь нельзя находиться несовершеннолетним. — Что?! Я не несовершеннолетний, — Дерек недоверчиво посмотрел на него. — Могу показать ай-ди. Но, серьезно, я уже перешагнул не то что восемнадцатилетний, двадцатиоднолетний рубеж. — Неважно, — выпалил Дерек, — ты же не пьешь алкоголь, — схватив полотенце, он начал усиленно протирать барную стойку. Стайлз заметил его заалевшие кончики ушей и скулы и постарался скрыть улыбку. Прежде чем он успел хоть что-нибудь ответить, Дерек отошел к другому клиенту. Стайлз еще немного полюбовался на крепкие, смуглые предплечья, пару раз столкнулся взглядом и обменялся флиртующими улыбками с Дереком, а потом вернулась Лидия. — Меня Питер зовет, — произнесла она, приобняв Стайлза за плечи. — Не обидишься, если я тебя брошу? — Нет. Иди. И я тоже навер… — Нет, ты оставайся, отдохни, — Лидия чмокнула его в щеку. — И ни о чем не думай. Хотя бы сегодня. — Постараюсь, мамочка, — Стайлз рассмеялся, следом за ним и Лидия. — Не пропадай, — уже серьезнее добавил он. — И не мечтай, — обняв его, она ушла. Он проводил ее взглядом, отказываясь верить, что увидятся они теперь нескоро. Последние пару месяцев пока Стайлз готовился к переезду и улаживал все формальности, именно Лидия поддерживала его, заверяя, что все будет в порядке, а незнакомый город вскоре станет родным, она поможет освоиться. А теперь Лидия улетала на другой конец света. Конечно, у Стайлза здесь были еще друзья. Большинство после колледжей нашли работу поближе к дому. Но некоторые вещи он мог обсудить только с Лидией, да и посетить ряд мест тоже — и дело не в ее связях, а в том, что она всегда соглашалась составить ему компанию. Допив воду, Стайлз подумал, что пора ему идти домой, и поставил стакан на стойку. Дерек готовил какой-то коктейль, бутылки невероятно быстро сменяли одна другую. Будто бы сами влетали в руки Дерека, а потом становились на место. Магия, не иначе. Усмехнувшись, Стайлз поднял взгляд и обнаружил, что Дерек жадно смотрит на него. — Потанцуем? — неожиданно произнес он. — Эм…, а вам разве можно танцевать на работе? — Я через пять минут заканчиваю. Подождешь? — О’кей. — Еще воды? — Дерек широко улыбнулся, перелив коктейль из шейкера в бокал, и убрал пустой стакан. — Нет, спасибо. Мне хватит. Дерек кивнул и отошел. Стайлз залип на обтянутой джинсами заднице, сглотнул и пожалел, что отказался от воды. В горле пересохло, как-то резко появилось желание забить на собственные принципы и последовать совету Лидии. Мимо прошла девушка-бармен, с любопытством оглядела Стайлза, как-то двусмысленно хмыкнула и скрылась за углом. Недоуменно нахмурившись, Стайлз повернулся спиной к барной стойке, оперся об нее локтями и без интереса стал рассматривать танцующих. Вскоре Дерек появился напротив него, ослепительно улыбнулся, взял Стайлза за руку и повел за собой вглубь толпы. Это было немного странно и удивительно. Стайлз отвык быть ведомым, но сейчас даже не думал сопротивляться. И не сказал ни слова против, когда Дерек остановился, привлек к себе за талию и повел в танце. Он оказался пластичен, обладал отличным чувством ритма. Не пытался откровенно прижаться, не пересекал границ — просто придерживал то за бок, то за бедро, то за руку, привлекая к себе и слегка отталкивая. Им не пришлось подстраиваться друг под друга. Несколько песен спустя Стайлз забросил руки на плечи Дереку, скрестил запястья за его шеей и встал ближе. Они соприкоснулись носами и почти — ртами. У Стайлза перехватило дыхание. Дерек с силой провел ладонью по его спине, остановился на пояснице и привлек еще ближе к себе. Стайлз невольно облизал пересохшие губы. Дерек поддался навстречу, очевидно собираясь поцеловать. Стайлз слегка повернул голову, избегая этого, мазнул губами по его щеке — щетина оказалась мягкой и совсем не колючей, — рвано выдохнул на ухо и, опустив руки на бедра, перехватил ведущую роль в танце. Дерек не возражал, легко подчинившись, став настолько притягательно-податливым, что Стайлз почти забыл о своих принципах относительно секса на одну ночь. Стайлз сумел расслабиться, потерявшись в музыке и Дереке, забылся, а когда вернулся в реальность, с удивлением обнаружил, что они едва ли не слиплись друг с другом и просто топтались на месте, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Дерек вжимался лицом ему в шею, шумно дыша. Хотя точнее будет сказать — нюхая. Стайлз растерялся. Он не раз видел, как подобным образом Скотт обнюхивал Эллисон, и знал, что это своеобразная оборотническая прелюдия. Раньше она ему казалась милой, теперь же, став непосредственным участником, он не испытывал ничего, кроме неловкости. — Дерек? — М? — Мне, наверное, следовало сразу сказать, что мы ограничимся танцами, — протараторил Стайлз ему на ухо. — Хорошо, — Дерек провел носом по его шее. У Стайлза мурашки пробежали вдоль позвоночника. — Почему? Я же тебе нравлюсь. — Нравишься. Просто я не люблю секс без обязательств. Отстранившись, Дерек ослепительно улыбнулся — неожиданная реакция, учитывая, что его только что продинамили. — Тогда, может, сходишь со мной на свидание? Стайлз оторопело моргнул. — Давай-ка продолжим этот разговор на улице. Здесь немного неподходящее место. Дерек кивнул, взял за руку и уверенно повел за собой сквозь толпу, не позволяя никому толкнуть Стайлза, а самому Стайлзу — упасть. Они покинули клуб, прошли мимо внушительного вида охранников. Перед входом все еще толпились люди, хвост очереди терялся где-то за углом. Стайлз присвистнул. — Неужели лучше простоять всю ночь здесь, чем потанцевать где-то еще? — он невольно озвучил свои мысли, не ожидая услышать ответ. Дерек вновь удивил его. — Нет. Только многие не понимают этого. Ты на машине? Или тебя подвезти? — На самом деле, я живу неподалеку, — покачав головой, Стайлз взглянул на их переплетенные пальцы. Отпускать руку Дерека не хотелось, но это необходимо было сделать, если он хотел попасть домой. — Тогда идем, провожу. Следовало отказаться. Стайлз совершенно не знал Дерека, тот мог быть не таким хорошим, каким казался. Совместные танцы — не повод раскрывать свой адрес. Стайлз лучше многих был осведомлен о том, к чему могли привести подобные глупости. Он посмотрел Дереку в глаза, собираясь сказать «нет». — Я не сделаю тебе ничего плохого. Обещаю. Просто провожу до дома и уйду, — произнес Дерек, опередив. Его мягкие интонации внушали доверие, а взгляд умолял согласиться. Облизав губы, Стайлз качнул головой и все-таки кивнул. — Ладно, — он увлек Дерека в противоположную от очереди сторону. — Но только до подъезда. Позволь мне хоть что-то оставить в тайне. — Ты же понимаешь, что, если бы захотел, я смог бы выследить тебя? — Да-а-а, — протянул Стайлз, покосившись на него с подозрением. — Ты вынуждаешь меня пожалеть о своем решении. — Вовсе ты не жалеешь, — посмеиваясь, Дерек погладил запястье Стайлза. — И не боишься. — Ох, оборотни и их чутье. Никогда не привыкну, сколько бы ни сталкивался, — Стайлз солгал, прекрасно зная, что Дереку не удастся это понять. На прежней работе восемьдесят процентов его коллег были оборотнями. Если бы он не умел справляться и обходить их особенности, и недели бы не протянул. — Постараюсь держать их в узде на свидании. Как насчет завтра? — Я не… — Стайлз провел рукой по волосам и слегка сжал шею сзади, пытаясь унять волнение. С каждой проведенной вместе минутой Дерек нравился ему все сильнее, отказывать не хотелось. Но сейчас было неподходящее время для того, чтобы заниматься личной жизнью. — Я только переехал сюда. Моя квартира напоминает склад. А послезавтра уже начинаются занятия. К ним неплохо бы подготовиться. И я не думаю, что у меня будет свободное время. Не хотелось бы давать тебе ложную надежду на… — Но ты не против? Если бы было время. — Ты прекрасно знаешь ответ. Дерек пробормотал что-то себе под нос, согласившись, и замолчал. Стайлз предположил, что это конец, и не стал продолжать разговор. У него была еще пара минут, которые требовались, чтобы добраться до дома, и Дерек все еще держал его за руку — этим следовало наслаждаться. Они перешли дорогу, Стайлз махнул рукой, указывая на свой подъезд. — Действительно, неподалеку, — с очевидным сожалением произнес Дерек. — Хороший район. — Наверное, — пожав плечами, Стайлз вновь посмотрел на их переплетенные пальцы. — Слушай. Ты свободен в воскресенье? — Да. — Давай поступим так: если ты не передумаешь до воскресенья, то зайдешь за мной утром, и мы прогуляемся. — Хорошо. А ты первым делом расскажешь мне, почему я должен был, по твоему мнению, за несколько дней передумать. — Идет, — Стайлз отпустил руку Дерека и отошел на пару шагов, испугавшись, что если продолжит стоять так близко, то непременно поцелует или все-таки пригласит к себе. — До воскресенья. О! Квартира одиннадцать. Чуть не забыл. Хотя ты нашел бы по запаху. Кивнув, Дерек напоследок широко улыбнулся и ушел. Стайлз растер ладонью лицо, выуживая из кармана ключи. В мыслях царил настоящий кавардак, разбираться в котором пока совершенно не хотелось.

***

Стайлз знал, что должен быть подвох. В то же мгновение, когда услышал приглашение Дерека, у него появились подозрения. А уж когда тот проводил до дома и даже не попытался настоять на чем-то большем — убедился — не могло ему так повезти. И уже через день получил подтверждение своим догадкам. Подвох был. Огромный такой, под названием: «Курс поведенческого анализа» у студентов третьего года обучения юридического. Стайлз сбегал по ступеням центрального прохода аудитории, мельком осматривая присутствующих и пользуясь тем, что пока никто не обращал на него внимания, принимая за своего. Один из парней, сидящих в третьем ряду, со спины был похож на Дерека: широкие плечи, сильные смуглые руки, короткостриженый черноволосый затылок. Стайлз надеялся, что именно похож, хотя уже точно знал, что напрасно. Воскресное свидание не состоится. И вовсе не по тем причинам, по которым он думал, а из-за того, что один из них оказался студентом другого. Как банально. Парень обернулся. И это действительно был Дерек — еще более красивый, чем Стайлз помнил. Ярко-синяя футболка безумно ему шла, а белоснежная улыбка ослепляла. Дерек заметно обрадовался, отодвинул в сторону свои вещи, лежащие на столе, и явно собирался пододвинуться, освободив место Стайлзу. Тот извиняюще улыбнулся, преодолел последние две ступени, обогнул преподавательский стол и, остановившись у доски, достал из кармана кардигана мел. За спиной ему наперебой советовали отойти и сесть на место, потому что вот-вот придет преподаватель и тогда ему влетит. Стайлз привык к подобному, стоически игнорировал все крики, выводя на доске размашистым почерком название курса и свою фамилию, но не мог так же легко отвлечься от одного единственного взгляда, направленного на себя. Стайлз мог поклясться, что чувствовал его. — Признателен вам за беспокойство, — он резко развернулся на пятках. — Но я уже здесь и не собираюсь сам себя ругать. Это будет немного странно, даже по моим меркам. И так, я профессор Стилински. Аудитория недоверчиво загудела. Дерек удивленно вскинул брови, откинувшись на спинку стула. Стайлз обошел стол, сел на него и хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. — Пока кто-то из вас меня гуглит, кто-то изучает страницу на фейсбуке, а кто-то пытается найти на официальном сайте мои данные, я сообщу вам, что сегодня мы поговорим о стереотипах. И не надо скептически хмыкать и сразу думать о том, что вам все и так известно. Никаких определений я у вас не буду спрашивать. Их нужно выучить к промежуточным, но в данный момент сосредоточимся на другом. Вы все приняли меня за студента, основываясь на стереотипах, — он, прищурившись, пробежался взглядом по студентам и указал на Дерека — никто, кроме него, к сожалению, не подходил. — Вы. Не против выйти сюда и немного мне помочь? Заинтересованно хмыкнув, Дерек встал и слегка лениво спустился вниз. Стайлз поспешно спрыгнул со стола, испугавшись на мгновение, что Дерек подойдет, встанет между разведенных ног и попытается сделать что-нибудь неуместное, больно уж вид у него был решительный. — Представьтесь, пожалуйста, — попросил Стайлз, убрав подрагивающие руки в карманы кардигана. — Дерек. — Приятно познакомиться, Дерек, — Стайлз встал рядом с ним и обратился к остальным студентам. — И так, если бы вам пришлось выбирать между нами — кто, по вашему мнению, больше похож на преподавателя? Аудитория загудела. Стайлз улыбнулся уголками губ, откровенно наслаждаясь оживлением. Он представлял, как они с Дереком смотрелись со стороны. Один — в очках, в песочных слегка мешковатых штанах, черной футболке со щитом Капитана Америки, скрытым удлиненным вязаным кардиганом, и растоптанных кедах. Второй — в отлично сидящих темно-синих джинсах, яркой футболке с V-образным вырезом и новеньких кроссовках. Один — похож скорее на студента-первокурсника, пытающегося казаться строже и старше. Второй — на преуспевающего мужчину, не желающего носить костюмы и уподобляться серой массе ровесников. Один — тощий, дерганный. Второй — мускулистый, уверенный в себе. Стайлз мог найти еще сотню отличий между собой и Дереком, но должен был сосредоточиться на другом. — Я бы выбрала Дерека, если бы не знала его уже третий год, — громко произнесла блондинка, рядом с которой Дерек сидел до этого. — И все ваши коллеги тоже, мисс… — Райес. Можно просто Эрика. — Приятно познакомиться, Эрика. Давайте, присоединяйтесь к нам, — Стайлз кивнул в сторону Дерека, мигом выхватил еще несколько подходящих студентов и указал на них. — Вы тоже…, а еще вы… и вы… Он выбрал в общей сложности девятерых, помимо Дерека, заставил встать их в ряд, попросил представиться, а сам еще раз рассмотрел каждого из десятки, убеждаясь в правильности своего выбора. Пять девушек и пять парней. Пятеро оборотней и пятеро людей. Разные стили в одежде. Разные типажи. Практически идеальная выборка для того, что он задумал. — И что теперь? Кто из них больше, чем вы, похож на препода? — насмешливо поинтересовался кудрявый парень из четвертого ряда. — Нет. Теперь вы попробуете понять, у кого из них выше средний балл по результатам прошлого семестра. Аудитория недовольно загудела. «Так нечестно!», «Откуда мы можем знать?», «Вы-то сами имеете доступ к личным делам» и все прочие высказывания в таком же духе слились, заставив Стайлза поморщиться. — Тише-тише, мы не на арене. Они не гладиаторы, а вы — не требующая зрелищ публика. Успокойтесь, посмотрите на них и выберете одного. — Мы говорим о стереотипах, значит, должны опираться на них, — проговорил смазливый светловолосый парень из первого ряда. — Тогда, получается, что ниже всех баллы у Эрики и Дерека, но я точно знаю, что Дерек входит в десятку лучших по курсу. — И? — скрестив на груди руки, Стайлз подбадривающе улыбнулся. — Значит, нужно забыть о стереотипах. В этом суть задания? — немного грубо сказал за спиной Дерек. Стайлз обернулся к нему, несколько раз кивнул и, не сдержавшись, похлопал по плечу. Дерек как-то странно посмотрел в ответ, но ничего больше не сказал и не сделал. Стайлз одернул руку, убрал ее в карман брюк и прошелся вдоль всех десятерых студентов. — Именно. Но большинство все равно не забудет о них. И это не всегда плохо. Люблю задачки с подвохом. Поэтому нужно просто выбрать одного. Он позволил студентам повыкрикивать догадки, уловил имя, которое повторялось чаще всего, и жестами велел всем замолчать. — О’кей, о’кей, я понял. Вы указываете на милую, скромную Хейден, — Стайлз приобнял ее за плечи, и ему почудилось, что Дерек раздраженно едва слышно зарычал. Но, покосившись в ту сторону, он понял, что ошибся. Дерек спокойно стоял первым в ряду, поглядывая на них с любопытством. Стайлз приказал себе собраться и также приобнял стоявшую рядом Эрику. — А я выбираю ее. Думаю, у вас, Эрика, балл выше. Она выглядела шокированной, как и все остальные. Правда, уже через пару секунд Стайлз сам себя исправил: почти все. В последнем ряду сидел темнокожий парень, который слегка приподнял уголки губ в неком подобии гордой улыбки. Он не сводил обожающего взгляда с Эрики, и Стайлз был уверен, что дело вовсе не в том, что она выглядела сногсшибательно: эффектная блондинка с пухлыми алыми губами, выразительными глазами, отличной фигурой, которую умело подчеркнула одеждой. Стайлзу стало на мгновение интересно, было между ними что-нибудь или нет, но он поспешил унять свое любопытство, вернувшись к лекции. — И так, дамы, что скажете? — Сто девяносто восемь, — самодовольно улыбнувшись, произнесла Эрика. — Сто девяносто, — призналась Хейден, недовольно поджав губы. Студенты разочарованно-недовольно загудели, как будто Стайлз только что рассказал им, кто главный злодей в их любимом сериале. — Вы все-таки пошли на поводу у стереотипов. Выбрали менее эффектную девушку. И не блондинку, — этот момент он не любил больше всего: подбор слов для «дурнушки». Хотя не сказать, что Хейден была бы так уж некрасива, просто не особо следила за собой. Спутанные темные волосы, нелепая одежда, скрывающая фигуру, и холодный стервозный взгляд. — Эрика, позволите мне немного поколдовать над вами? Та кивнула, с нескрываемым интересом проследив, как Стайлз достал из кармана кардигана резинку для волос. — Сделаете хвост? — Эрика вновь кивнула, забрав у него резинку. — А я пока подберу вам костюм, — он приметил подходящий свитер у кудрявого парня и, поднявшись на три ступени, оперся о его парту. — Одолжите свитер? Парень молча протянул его. — Спасибо, — Стайлз быстро вернулся к Эрике. — Надевайте. Какой у вас размер обуви? — Шестой. — Кто может одолжить Эрике кеды шестого размера? — Я, — воскликнула девушка с последнего ряда с прямыми темными волосами и умными карими глазами. Она споро разулась и вручила кеды подбежавшему Стайлзу. Тот забрал их, спустился вниз и шумно выдохнул, про себя признавая, что не отказался бы сейчас от оборотнической выносливости. — Спасибо. Все всем вернем. Эрика, переобувайтесь, — та послушалась. Стайлз оглядел ее с головы до ног, снял очки и вручил ей. — Наденьте еще их. Извините за то, что утратите стопроцентное зрение. Это ненадолго, — кивнув, она нацепила на нос очки, и вот теперь стала походить на самую настоящую лузершу, несмотря на алые губы и безупречный маникюр. — Что теперь думаете? — «Дурнушка Бетти» наоборот! — выкрикнул один из студентов. Все рассмеялись. — С Хейден так не выйдет, — добавил смазливый парень с первого ряда. — Выйдет, — Стайлз убрал руки в карманы брюк. — Только мне нужен больший выбор одежды. Если Хейден захочет — к следующей лекции мы это провернем. Теперь вы видите, что делают с нами стереотипы? Мы поддаемся им и ошибаемся. Но не надо сразу пытаться действовать наоборот. Многие поступают именно так и тоже ошибаются. Главный смысл этого мини эксперимента — анализируйте то, что видите, а не делайте выводы на основе шаблонов и стереотипов. Примерный семьянин, добрый, вежливый, готовый оказать вам услугу в любое время дня и ночи может оказаться педофилом. А жуткий, вонючий бомж — интеллигентным, воспитанным, чертовски умным парнем, проводящим некое исследование. Вам сле… — Не всем! Оборотням не нужна вся эта бойда. У нас есть преимущество, — высокомерно заявила худая девушка с каре, сидевшая в предпоследнем ряду. Стайлз прошелся по аудитории и неосознанно остановился перед Дереком. — Я мог бы сейчас рассказать историю, которую большинство из вас пропустит мимо ушей или просто не поверит в нее. Но лучше устрою наглядную демонстрацию, — он посмотрел на часы, невольно отметив, что у Дерека сегодня надеты такие же, только с черным, а не красным ремешком. — Тем более у нас есть еще время, — достав из кармана пакетик с ватными тампонами, которыми полицейские-оборотни пользовались в моргах, дабы избежать удушающих запахов, Стайлз поднял его, чтобы все смогли увидеть. — Поучаствовать предлагаю всем оборотням. — И нам можно? — спросила Эрика. — Конечно. Только сначала я заберу свои очки, — надев их, Стайлз поспешно остановил Эрику, собиравшуюся снять свитер. — Нет-нет, оставь. Еще на пару минут. Бери два шарика и вставляй в нос. Скептически изогнув брови, Эрика послушалась. Стайлз повернулся к Дереку: — Дерек? Тот молча взял шарики. Стайлз развернулся к аудитории, встряхнув пакетиком. — Кто еще? В принципе, я могу подойди к каждому из оборотней и заставить сделать это, но пока еще голосую за добровольность, — он не спеша поднялся до предпоследнего ряда, остановился рядом с худой выскочкой, — кроме вас, мисс. Я вынужден настоять, — с недовольным видом она взяла два шарика, демонстративно засунула в нос и тут же растерянно нахмурилась. Стайлз победно усмехнулся. — Кто еще? Вверх одна за другой взлетели руки. Стайлз быстро раздал шарики, вернулся вниз, достал из кармана плеер и настроил громкость на максимум. — А теперь, — он врубил музыку. Та звучала не слишком громко, но достаточно раздражающе для чуткого слуха оборотней, — скажите мне, кто из нашей десятки занимается спортом. Подозреваю, что кто-то из них может быть членом университетской команды, поэтому сделаю поправку: всех, кто занимается спортом. Тренируется систематически. Но мы не учитываем регулярные походы в спортзал и занятия физкультурой. — Я сам себя сдам, — мягко сказал Дерек, отойдя к первой парте, и присел на нее. — Я в команде по баскетболу и бейсболу. Почти все об этом знают. — Хорошо. Тогда угадывайте наравне со всеми. Сосредоточились все студенты. Стайлз курсировал по аудитории, останавливаясь то тут, то там, намеренно мешая. В идеале ему следовало бы заставить каждого из оборотней заткнуть уши наушниками и врубить музыку, но даже так им было достаточно трудно сконцентрироваться. Они привыкли полагаться на свою повышенную чувствительность, а когда один из органов чувств по каким-либо причинам блокировался — терялись. Но еще чаще они чересчур доверяли им, впоследствии допуская серьезные ошибки. — Эрика, верни, пожалуйста, вещи их владельцам. Подозрительно прищурившись, Эрика без лишних возражений послушалась. Шорохи, еще и ее шаги, возврат вещей, цокот каблуков — Стайлз чувствовал себя Великим Злом. Оборотни недовольно вздыхали, раздраженно хмыкали, вздрагивали, хмурились. Пожалуй, единственным спокойным из них был Дерек. Стайлзу стало интересно, почему, но спросить он не мог. Тем более перед всеми. Стайлз посмотрел на часы — прошло три минуты. Этого вполне достаточно. Выключив музыку, он встал лицом к аудитории и хлопнул в ладоши. — И так. Что скажете? Люди тоже могут участвовать. Высказываться никто не спешил. Стайлз прекрасно знал, что задал достаточно сложную задачу, но ее ответ лежал на поверхности. Как минимум четверо из девяти более-менее профессионально занимались спортом. И только двое из них были оборотнями. — Эрика, — наконец, сказала девушка, одолжившая чуть раньше кеды. — Но я просто помню, что она участвовала в первый год в соревнованиях. — Верно, — кивнул Стайлз, взглядом попросив Эрику подтвердить. — Так и есть, — она отошла от оставшихся восьми. — Вы же не скажите, откуда узнали? — Как-нибудь потом. Должен же я вас заинтриговать настолько, чтобы вы пришли в следующий раз. Стайлз успел заметить, как Дерек наклонил голову, пряча улыбку. Он выглядел настолько очаровательно, что его захотелось прямо сейчас поцеловать. Стайлз поспешно отвернулся, облизав губы, и глянул на часы. — Мы должны поторопиться. Давайте, я выберу еще одного, — он прошелся вдоль восьмерки студентов, останавливаясь напротив каждого, словно проводил опознание, а на самом же деле — разыгрывал спектакль для студентов. — Вы, — Стайлз выбрал утонченную латиноамериканку, Алекс, — верно? — Да. Скейтбординг. — Спасибо, Алекс. Можете вернуться на место, а можете остаться с нами. — Парень в белой футболке, — произнесла высокомерная девчонка. — Мейсон? — Стайлз посмотрел на смуглого парня. Тот покачал головой и встал рядом с Эрикой. Стайлз устало вздохнул. Время лекции подходило к концу, а его задача, похоже, поставила в тупик всех. — Я не думал, что все окажется настолько сложным для вас. Доставайте ватные шарики. Смею предположить, что даже без них — вы не угадаете. Одного так точно. Но дело даже не в этом, а в том, что вы все на собственной шкуре убедились — не всегда есть возможность воспользоваться своими «сверхсилами». Но даже если бы я не лишил вас обоняния, то вы выбрали бы скорее Брейден, — Стайлз указал на высокую мулатку, — от которой пахнет порохом, чем Тео, — он кивнул на подтянутого, тихого и даже в чем-то скромного парня, — который участвует в марафонах. Тео и Брейден по очереди подтвердили, что Стайлз не ошибся, и он продолжил: — Отсюда мораль: нужно анализировать то, что вы видите. Складывать воедино. А не ставить клеймо, опираясь на стереотипы или свои обостренные чувства. На этом все. Увидимся на следующей неделе. Студенты, собирая вещи, начали оживленно обсуждать прошедшую лекцию и постепенно покидали аудиторию. Стайлз прислонился к преподавательскому столу, терпеливо ожидая, когда все уйдут. Ему необходимо было закрыть кабинет и сдать ключ. Из-за участившихся случаев вандализма на территории кампуса с этим стало строже. Он мечтал о том, как вскоре доберется до кофейни, закажет огромный капучино с карамельным сиропом и будет пить его все сорок минут, что были у него в запасе до назначенных приемных часов, а, возможно, и во время них. Вряд ли кто-то заглянет к новенькому преподавателю в его первый рабочий день. К нему подошел Дерек. Стайлз знал, что участившееся сердцебиение выдало его волнение, но ничего не мог с собой поделать. Он с удивлением отметил, что в аудитории, кроме них, никого не осталось, и от этого ему стало только хуже: предательски вспотели ладони, губы пересохли и ужасно захотелось пить. — Извини, — тихо сказал Дерек. — Я так до конца и не поверил, что тебе за двадцать. — Ничего страшного. Я тоже не подумал бы, что ты еще учишься. Дерек скользнул взглядом по его лицу, словно ласково погладил, и отступил, чуть сильнее сжимая в пальцах тетрадь. — До встречи. — Конечно, — Стайлз неловко махнул ему на прощание рукой. Дерек быстро взбежал по ступеням и вышел из аудитории. Стайлз проделал то же самое, только значительно медленнее. Ему некуда было спешить. Он радовался, что они с Дереком не переспали. И в то же время жалел об этом, потому что упустил свой единственный шанс.

***

На воскресенье у Стайлза не имелось никаких планов. Ему необходимо было разобраться с рабочими документами, только совершенно не хотелось заниматься этим в единственный выходной. Стайлз мечтал отдохнуть, выкинув из головы все, связанное с Калифорнийским Университетом. Накануне он свалил на журнальный столик в гостиной толстенную папку бумаг и несколько учебников, теперь же сидел за барной стойкой, закинув ноги на соседний стул, цедил вторую кружку кофе за утро и гипнотизировал эту кривую стопку, не испытывая ни малейшего желания прикасаться к ней. Стайлз готов был вернуться в постель, но все же заставил себя встряхнуться, встать и разобрать оставшиеся коробки. Он открыл верхнюю, достал три толстых книги в кожаных обложках и не успел поставить их на полку стеллажа, как зазвонил домофон. Озадаченно нахмурившись, Стайлз пересек комнату и настороженно спросил: — Кто там? — Дерек. Впустишь? Стайлз растеряно взъерошил волосы. Он не ожидал, что Дерек придет. И вообще запрещал себе о нем думать. Встречая в кампусе, лишь вежливо кивал в ответ на дружелюбное приветствие и стремился поскорее уйти. Сейчас же ему предстояло столкнуться с Дереком лицом к лицу без возможности сбежать — не такая уж простая задача, как могло бы показаться со стороны. Стайлз осмотрел пижаму на предмет подозрительных пятен, открыл входную дверь и только потом сообразил, что мог просто попросить Дерека уйти, а не отпирать замки и встречать на пороге, как долгожданного гостя. Дерек взбежал по крутой лестнице на третий этаж, даже не запыхавшись, и окинул Стайлза обжигающим взглядом. — Привет. Ты не готов еще? Я могу подождать в машине. — Не стоит, проходи, — поежившись то ли от непонятно откуда взявшегося сквозняка, то ли от слишком пристального внимания Дерека, Стайлз пропустил его в квартиру и закрыл за ним дверь. — Не думал, что ты придешь, учитывая обстоятельства. — Обстоятельства не позволяют нам пойти на свидание, но ничто не мешает нам прогуляться, как мы и хотели. Я покажу тебе город. По-дружески. Стайлз должен был отказаться, прекрасно это осознавал и все равно собирался согласиться. Он хотел провести еще немного времени с Дереком, прежде чем окончательно расставит все точки над «и», пресекая на корню любое общение, кроме того, которое допустимо между преподавателем и его студентом. — Ладно. Дай мне пару минут, чтобы одеться, и пойдем. Дерек будто засветился изнутри от радости. Стайлз невольно засмотрелся, с сожалением признавая, что никто еще никогда так на него не реагировал. И от этого еще сложнее было принять тот факт, что между ним и Дереком ничего не могло быть. Он ушел в спальню, надел первые попавшиеся чистые джинсы и футболку. Хотел надушиться, но вспомнив об остром обонянии оборотней, не рискнул. Вернувшись в гостиную, Стайлз обнаружил Дерека там же, где его оставил: около дивана. Дерек стоял со слегка опьяненным видом, крылья его носа трепетали, взгляд затуманился. Стайлз уже становился свидетелем подобного. Как-то Джордан «поплыл», оказавшись в комнате Дэнни, с которым встречался на тот момент. Как-то Скотт заблудился в себе прямо посреди школьного коридора, услышав аромат духов Эллисон. В обоих случаях Стайлз без задней мысли поинтересовался, что это такое приключилось с его друзьям, а, услышав ответ, мечтал стереть эту информацию из памяти. Оборотни, оказавшись в месте, «пропитанном» запахом привлекающего их человека, чувствовали себя примерно так же, как кошки, дорвавшиеся до валерьянки. Вести себя хотели тоже соответствующе, поэтому «отключались» от мира, изо всех сил стараясь сдержаться, а не катались по полу, уткнувшись в одежду объекта своей любви. Не желая смущать Дерека, Стайлз сделал вид, что ничего странного не заметил; прочистив горло, прошел мимо, быстро обулся, прихватил солнечные очки и рассовал по карманам бумажник и телефон. Дерек покраснел — снова лишь кончиками ушей и скулами — и нервно переступил с ноги на ногу. — Идем. На свежем воздухе станет легче. Они покинули квартиру, Стайлз закрыл дверь, ощущая тяжелое дыхание Дерека на своей шее, вздрогнул и, обогнув его, быстро побежал по лестнице вниз. Дерек не отставал, а, оказавшись на улице, наоборот отошел на несколько шагов и сделал пару глубоких вдохов. — Ты знаешь, что со мной произошло? — хрипло спросил он, достав из кармана ключи от машины. — Да. Дерек вопросительно вскинул бровь, сняв с сигнализации черный камаро. — Ого! У меня появился богатый друг? — В некотором роде. Не уходи от темы. — Я не ухожу, просто не каждый день меня собираются катать по городу на шевроле камаро две тысячи десятого года, — Стайлз с благоговением огладил дверь, прежде чем открыл ее. — У меня почти все друзья оборотни, так что я многое знаю. Они сели в машину, пристегнулись. Стайлз осмотрел безупречно чистый кожаный салон. — Многое? — немного нервно уточнил Дерек. Стайлз тихо рассмеялся, покосившись на него. — Многое. И давай на этом остановимся. Все-таки мы друзья, и мне не хотелось бы говорить о твоем… ну, ты понимаешь. Дерек усмехнулся, на этот раз даже не подумав смутиться, и не спеша вывел машину на дорогу. — Ладно, оставим этот разговор до того момента, когда перестанем быть друзьями. Мы сначала прогуляемся с тобой по Голливудскому бульвару, потом отправимся в Центр Гетти, а после поедем на пляж. Встретим там закат, если успеем, конечно. — Какое романтичное завершение дня ты запланировал. — В мое оправдание: изначально это должно было быть свидание. Я все продумал еще по пути домой той ночью. — Неожиданно, — пробормотал Стайлз, оперевшись рукой об открытое окно. — Ты мне понравился, что в этом неожиданного? Я хотел очаровать тебя. И до сих пор хочу. — Дерек… — Нет, выслушай, а потом будешь спорить. Мы не можем пока встречаться, но можем дружить. Это не запрещено университетскими правилами. Пусть это будет период ухаживаний. Немного затянутый, но ведущий нас к отношениям. За это время мы узнаем друг друга. По-старомодному. — «Немного затянутый»? — Стайлз насмешливо фыркнул. — Минимум до конца семестра! Ты собираешься лишить себя секса на несколько месяцев? Добровольно? Ради чего, Дерек? — Ради того, что получу в итоге. Стайлз недоверчиво покачал головой. Его бывший и недели не протянул, а Дерек говорил о месяцах, когда нельзя будет даже целоваться, потому что стоило позволить себе малость — они не смогут остановиться. А если они не смогут остановиться, их запахи в итоге смешаются настолько, что ни у одного встречного оборотня не останется сомнений относительно того, какие именно отношения их связывают. — Это слишком… — Ты сам в итоге убедишься, что я не просто так болтал, — грубо перебил его Дерек. — Но зачем? — Затем, что я тебя хочу. А я всегда получаю то, что хочу. — Почему ты решил, что оно того стоит? — Чувствую. Стайлз не стал спорить. Он не слышал про особое чутье оборотней на подобные дела, но все могло быть. В конце концов, Скотт, едва увидев Эллисон в школьном дворе, понял, что она его судьба. Они вместе уже больше десяти лет, воспитывают двоих прекрасных детей, подумывают о третьем, и ни один из них не изменял другому. Стайлз откровенно завидовал им, мечтая о таком же. Если Дерек утверждал, что у них обоих был шанс построить такие же крепкие отношения, стоило ему поверить и попытаться. Но для начала неплохо бы сменить тему. — Жаль, что у твоей машины крыша не поднимается. — В следующий раз могу взять у сестры порше, — Дерек довольно оскалился, ощутив смену настроения. — Так ты действительно из богатой семьи? — Относительно. Состояние Хейлов было заработано еще… — Подожди-подожди, — замахав руками, Стайлз сел в пол-оборота. — Хейлов? Ты — Хейл? — Ну да. Дерек Хейл. А что? — Дерек посмотрел на него с непониманием. — Твой дядя Питер владелец адского клуба. — Ну да. Ты знаком с Питером? — Нет, — Стайлз раздраженно взъерошил волосы. Он сейчас так злился на Лидию! Ей крупно повезло, что она улетела в Париж, иначе маршрут прогулки пришлось бы немного скорректировать и устроить кое-кому небольшие разборки. — Черт возьми, я убью Лидию. Она же знала, где ты учишься, что ты еще учишься! Не могла не знать. Лидия всегда все знает. — Лидия? Ты сейчас про любовницу Питера? — Ага. Она нас хотела свести. О! Подожди, все еще веселее. Мы с тобой из одного города. Стайлз прекрасно понимал, что это не должно было быть таким открытием для него. У него были списки студентов, выбравших его курс. Стоило их изучить, и как минимум фамилию Дерека уже бы знал. Но он просто не добрался до них. Глянул мельком, уточняя количество и соотношение людей и оборотней, да и все. — Твой отец шериф Стилински? — нахмурившись, уточнил Дерек. — Ага. — Я когда тебя увидел и услышал фамилию — даже не подумал сопоставить. Рассмеявшись, Стайлз достал из кармана телефон. Стайлз [10:34]: «О чем ты думала, когда предлагала познакомить меня с Дереком?» Лидия [10:38]: «О том, что вы будете хорошей парой». Лидия [10:38]: «А что?» Стайлз [10:40]: «Лидия! Он младше меня, и оказался моим студентом». Лидия [10:41]: «Вы успели переспать до того, как узнали об этом?» Стайлз [10:41]: «Нет». Лидия [10:42]: «Идиоты». С этим Стайлз не стал даже спорить. Действительно идиоты. Особенно он. *** Прогулка удалась. Они начали с аллеи звезд, потолкались среди туристов, выискивая наиболее известные имена и вымышленных персонажей. Дерек пытался припомнить исторические факты и правила закладки звезд. Иногда путался в цифрах и ошибался. Стайлз не предпринял ни единой попытки исправить его и молчал о том, что прекрасно все это знал, возможно, даже лучше самого Дерека. И о первой памятной плите, и о том, что знаменитости обязаны выплатить тридцать тысяч организационных затрат, и об обязательном присутствии на закладке, и о пятнадцатилетнем застое, и о многом-многом другом. Затем они полюбовались Китайским театром Граумана, изучили слепки рук и ног, нашли волшебную палочку Гарри Поттера. Стайлз, воспользовавшись случаем, поведал о разнице между аппарацией и телепортацией. Дерек ловил каждое его слово с неподдельным интересом, удивляя этим. Стайлз привык, что его слушали на лекциях, но не в повседневной жизни. Большинство считало, что его болтовня не заслуживает внимания. А Дереку, похоже, нравилась. Они сами не заметили, как добрались до Центра Гетти. Вот здесь у Стайлза по-настоящему захватило дух от масштабов самого строения, от планировки и, конечно же, от великолепного сада. Дерек вновь перехватил эстафету рассказчика, а Стайлз только и мог, что крутить головой, да восхищаться. Если бы это было первое свидание — оно по праву стало бы самым лучшим первым свиданием в жизни Стайлза. Никто еще так не старался ради него. Создавалось впечатление, что Дерек не один день потратил на зубрежку истории этих мест. Он с такой старательностью делился подчерпнутой информацией, невольно вызывая умиление и желание поцеловать. Стайлз смотрел на плавающий в бассейне лабиринт из азалий, слушал про художника Роберта Ирвина, спланировавшего этот сад, а думал лишь о том, как было бы здорово сейчас повернуться, обхватить затылок Дерека ладонью, притянуть к себе и крепко поцеловать, выражая все клокотавшие внутри эмоции. Ни одно «спасибо» не могло вместить в себя то, что Стайлз чувствовал. Они поели здесь же, в Центре Гетти, а потом поехали на пляж. Стайлз вырубился в машине. Будь он с кем-то из друзей, то непременно проснулся бы под хохот и выслушал кучу насмешек из-за своей ужасной выносливости. Дерек не сказал ни слова на этот счет, да и вообще повел себя так, словно это было в порядке вещей. Стайлз, смутившись, попытался извиниться, но Дерек не позволил, одернул сразу, велел разуться и повел к океану. Стоило только ступням соприкоснуться с горячим, почти обжигающим песком, Стайлз тихо застонал от наслаждения. Дерек подавился и закашлялся, ярко покраснев. — Ты не мог… — пробормотал он. — Не-а, — озорно блестя взглядом, отозвался Стайлз. — Мне сейчас очень-очень хорошо. Я так давно не был на пляже. Хотя нет, вру. Был. Но в обуви и пришлось бежать… — он замотал головой, прогоняя всколыхнувшиеся в памяти образы. Другой город. Другой пляж. Но практически такой же шелест океана, и ноги утопали в песке так же. Перед глазами маячила серая куртка, развивалась на ветру, и казалось, что достаточно протянуть руку и можно будет схватить, остановив. — Не важно. Стайлз пошел вперед, стремясь поскорее добраться до воды. — Ты не в первый раз обрываешь себя. Плохие воспоминания? — Скорее мрачные. И часть из них я точно не имею права разглашать. — Где ты работал до этого? — Если скажу — мне придется тебя убить, — серьезно проговорил Стайлз. У Дерека с каждым произнесенным словом все выше взлетали брови — Стайлз не смог выдержать должную паузу и расхохотался, откинув голову назад. — Прости. Давно мечтал это сказать. На самом деле, в этом нет никакой тайны. ФБР. — А почему уволился? Они пошли вдоль кромки прибоя. Прохладные волны били по ногам. Легкий ветер остужал кожу. Дерек то ли неосознанно, то ли намеренно держался так близко, что соприкасался плечом со Стайлзом. А тот и не возражал. По сути, он никому не рассказывал о причинах ухода из ФБР. Лидия обо всем знала, потому что по чистой случайности оказалась тогда в Чикаго, примчалась в больницу, помогла в кратчайшие сроки добраться до Бикон Хиллс и нашла ему новую работу. Все остальные просто были поставлены перед фактом без каких-либо объяснений. Стайлз не любил откровенничать, привык держать все в себе. Но стоило спросить Дереку — слова легко соскользнули с языка. — Так сложились обстоятельства. Меня ранили, — Дерек вздрогнул, заметно побледнев. — Эй, все в порядке. Я же тут, — Дерек кивнул, взмахом руки, попросив продолжать, и будто бы еще сильнее прижался к нему. — Была просто царапина. Наложив пару швов, меня отпустили. Но пока я находился в больнице, один ушлепок додумался позвонить моему отцу, сказал, что я едва ли не умираю от потери крови, — Стайлз взъерошил волосы. Вспоминать об этом до сих пор было тяжело. Он тогда едва не убил придурка-стажера. — У отца случился сердечные приступ. Все обошлось. Он быстро поправился и вернулся к работе. Я же начал дергаться. И вовсе не потому, что работа опасная. А из-за командировок. Не получалось выкинуть из головы, что я могу находиться настолько далеко от него, что просто не успею вовремя приехать. Дерек обнял его за плечи и поцеловал в висок. Стайлз понимал, что лучше бы отстраниться, но не смог себя заставить. Рядом с Дереком было хорошо. И плевать Стайлз хотел на все. Даже если кто-нибудь узнает их, донесет до ректора — плевать. — Черт, — Дерек резко одернул руку. — Что такое? — Моя сестра, Лора, здесь с друзьями, — кивком Дерек указал налево. Стайлз увидел высокую, стройную, красивую брюнетку, бегущую к ним, приподняв подол длинного сарафана. — Привет, мелкий, — ласково произнесла она, повиснув у Дерека на шее. — Кто это с тобой? — Стайлз. Мой друг, — Лора отстранилась, с любопытством осмотрела Стайлза и одобрительно кивнула. — Стайлз, это моя сестра, Лора. — Миленький, — произнесла она вполне дружелюбно. Если честно, Стайлз ожидал прямо противоположной реакции. Лидия говорила, что Хейлы очень закрытая семья со старомодными взглядами на отношения между людьми и оборотнями. — У вас свидание? — Нет. Мы просто друзья. Лора вскинула брови, посмотрев на него «ты-это-серьезно?» взглядом. Стайлз опустил голову, пряча улыбку и думая о том, что Лидия определенно ошиблась в оценке как минимум двух Хейлов. — Я тебе потом все объясню, — сквозь зубы почти прорычал Дерек. — Ладно-ладно. Надеюсь, ты не забыл про ужин с родителями в среду? — Нет. Только у меня тренировка, и я немного опоздаю. — Ох, Дерек и его тренировки, — раздраженно закатив глаза, Лора поморщилась. — Главное появись. Одна я их не выдержу. — Хорошо, — усмехнувшись, Дерек поцеловал ее в щеку. Лора помахала Стайлзу на прощание и убежала обратно к друзьям. — Вы похожи, — отметил Стайлз, чтобы хоть что-нибудь сказать, вместо грозившей вот-вот сорваться с языка просьбы снова обнять. — Только она старше. Лора, не оборачиваясь, показала ему средний палец. — И такая дерзкая, — посмеиваясь, добавил Стайлз. — Не то, что ты. — Это я с тобой такой. — М-м-м-м, — Стайлз пихнул Дерека локтем в бок и плюхнулся на песок, с наслаждением вытянув ноги. Вода омыла их, замочив закатанные джинсы. Он едва ли обратил на это внимание, откидываясь назад. Дерек сел рядом. Стайлз жмурился, но очки надевать не хотел, не желая упускать всю красоту и яркость цветов. Солнце медленно скользило к горизонту, будто поджигая океан, окрашивая его в захватывающий оранжево-красный. Если бы Стайлз умел сочинять стихи, то непременно сложил сейчас несколько строк о прекрасном закате, не менее прекрасном Дереке рядом и самом лучшем первом-свидании-не-свидании. Океан будто бы поглотил собой солнце. Наступила ночь. Им еще минут сорок добираться до дома. Завтра предстоял тяжелый день. Стайлз же не хотел двигаться. Ему давно уже не было так хорошо. Он, не глядя, нашел руку Дерека, накрыл его ладонь своею, сжал пальцы и, почувствовав ответное прикосновение, улыбнулся.

***

Стайлз боялся следующей встречи с Дереком. Накануне не произошло ничего криминального. Никаких поцелуев, никаких попыток напроситься в гости, никаких откровенных прикосновений. Дерек просто отвез его домой, попрощался и уехал. Он выглядел довольным. Но Стайлз допускал, что мог обмануться. В прошлом с ним не единожды это случалось. Он думал, что свидание прошло отлично, а потом натыкался на отчуждение, холод и явный намек на то, что в нем не заинтересованы. В большинстве случаев Стайлз не представлял, что сделал не так, чем не устроил. Подростком считал, что все дело в его болтливости. Только с возрастом ничего не менялось. Мало кто соглашался пойти с ним на второе свидание. А его единственные серьезные отношения вообще обошлись без них — вот он минус и плюс того, чтобы встречаться с соседом по квартире. Поэтому Стайлз морально настроился на худшее и снова ошибся. Он столкнулся с Дереком на парковке в семь утра. Кроме них там не было ни души. Стайлз обрадовался, что у его унижения не будет свидетелей, перехватил поудобнее стопку книг, поправил на плече ремень сумки и приветливо, неуверенно улыбнулся, ожидая полного игнорирования. Но Дерек широко улыбнулся, демонстрируя идеально-белые зубы. — Доброе утро, — приободренный такой реакцией, произнес Стайлз. — Ты чего в такую рань приехал? — В библиотеку хочу попасть. Тебе помочь? Стайлз покачал головой, не в силах отвести взгляд от Дерека и поверить в то, что тот, похоже, не собирался забирать свои слова назад. — Не могу поверить, что вчера ты говорил серьезно. — Почему? — Мне не везло с партнерами, — пожав плечами, Стайлз направился в сторону библиотеки, решив немного проводить Дерека, прежде чем идти к себе. Дерек послушно, и Стайлз уже почти не удивлялся этому, шел рядом. — Я этому рад, — Стайлз вскинул брови, и Дерек продолжил: — Если бы у тебя все сложилось — у меня не было бы ни единого шанса. — Ты только не думай, что этот шанс принесет тебе какие-либо поблажки. — Мне они и не нужны, — Дерек произнес это настолько искренне, что и мысли о возможном вранье не появилось. И замялся. Стайлз терпеливо ждал, довольно жмурясь от яркого солнца. — Я не знаю, как мне себя вести, — медленно, будто бы даже стеснительно продолжил он. — В кампусе нам следует держать дистанцию — это очевидно. Но мы будем видеться только в выходные? Или среди недели тоже? Я могу тебе звонить? Писать? Именно в этот момент Стайлз осознал, что Дерек тоже боялся сегодняшней встречи и волновался не меньше, причем по более объективным причинам. В его глазах Стайлз — взрослый, достаточно успешный мужчина, с нехилым опытом за плечами, который в любую секунду мог послать парня младше себя, лишь бы не рисковать карьерой. О надуманных сомнениях Стайлза Дерек даже не подозревал, иначе вряд ли бы нервничал. — Конечно, — Стайлз подбадривающе улыбнулся, хотел похлопать Дерека по плечу, но заметил двух коллег — весьма любопытных девушек, чьих имен не помнил. — Дерек, вы можете забрать темы итоговых работ прямо сейчас или зайдите в приемные часы. — Я… — Дерек нахмурился, посмотрел в сторону цокающих каблуками девушек и медленно кивнул. — Лучше сейчас. У меня тренировка по баскетболу во время ваших приемных часов. — Тогда идемте. Они свернули на узкую дорогу, ведущую к корпусу юридического. Шли теперь быстро, ни о чем не разговаривали. Это походило бы на волнующую кровь прелюдию, если бы они собирались где-нибудь уединиться и потрахаться. Стайлз усмехнулся, взбегая по лестнице, обернулся. Дерек с преувеличенным вниманием смотрел себе под ноги — и над этим нельзя было подшутить так, как хотелось. Едва не запнувшись, Стайлз притормозил на последней ступени и поспешил прямо по коридору к себе. Открыв кабинет, он пропустил внутрь Дерека, зашел следом и закрыл дверь. — До меня только сейчас дошло, как трудно нам будет, — проговорил Дерек. — И? — холодно произнес Стайлз, опустив на свой стол книги и бросив сумку рядом. — Справлюсь. Придется вести себя чуть сдержаннее, но я справлюсь. Стайлз прекрасно понимал, что его радость и облегчение не укрылись от Дерека, поэтому не счел нужным скрывать внешние проявления. Откопав среди бумаг лист с темами итоговых работ, вручил его Дереку с улыбкой. — Держи. Вдруг, на самом деле выберешь что-то. И запиши мой номер. Я всегда на связи, — выхватив лист, Дерек сложил его пополам, запихнул в карман сумки, одновременно выуживая из кармана узких джинсов телефон. Стайлз рассмеялся — обычно с такой прытью действовал он. — Успокойся, я никуда не спешу. — А вдруг нам снова кто-нибудь помешает? — Ничего криминального в том, что я диктую тебе свой номер — нет. — Мне тогда лучше все-таки выбрать одну из твоих тем. Так будет проще, — сосредоточенно нахмурившись, Дерек разблокировал телефон и, очевидно, открывал «контакты», чтобы добавить новый. — Эй, — Стайлз поймал его запястья, слегка сжал их, заставив остановиться и посмотреть на себя. — Дерек, давай договоримся. Ты не должен выбирать мои темы. Ты не должен делать то, что тебе не нравится или не хочется. Если нужны поводы заходить ко мне — воспользуйся самым элементарным: сделай вид, что не понял что-то на лекции. Идет? — Идет. А теперь диктуй номер, и я завалю тебя сообщениями, потому что мне этого хочется. Идет? — Идет, — погладив запястья Дерека, Стайлз отпустил их и отошел к своему столу.

***

Сообщениями Дерек его не завалил — Стайлз вообще мало представлял себе, сколько их должен был получить, чтобы можно было воспользоваться этим словом. И в первый раз написал буквально через две минуты после того, как ушел из его кабинета. Дерек [7:15]: «Хей». Дерек [7:15]: «Если тебе интересно, ты у меня «Красавчик». В телефоне». Дерек [7:16]: «Думаю, так будет меньше вопросов, если кто-то заглянет через плечо». Стайлз [7:28]: «Добрался до библиотеки?» Дерек [7:29]: «Да. Уже сделал запрос, жду книги». Дерек [7:29]: «Прочитал твои темы, много интересных. Штук 5 я смог бы неплохо раскрыть». Стайлз [7:30]: «Ты не должен, тем более оцениваю я очень строго». Дерек [7:30]: «Я получу А, и обгоню Эрику по баллам». Стайлз рассмеялся, не представляя, что ответить. Ему не хотелось лишний раз напоминать об их разнице в возрасте, указывая на то, что его гонка за баллами осталась в далеком прошлом. Рассказывать же об этом лучше лично. Давно уже Стайлз не испытывал подобной неловкости. Обычно у него не возникало проблем со словами. Он мог болтать без умолку обо всем на свете, обожал переписываться. Если открыть в его телефоне чат с кем-то из друзей — даже с отцом — там будут десятки сообщений от него и более краткие ответы от них. Сегодня утром Стайлз за завтраком переписывался со Скоттом, рассказывая и о Дереке, и о работе, и о том, что в ФБР было намного проще. Половиной этого вполне можно было поделиться и с Дереком, но Стайлз боялся слишком быстро надоесть, прекрасно понимая при этом, что если будет краток и сдержан — Дерек не узнает его настоящего. Дерек [7:40]: «Занят? Не хочу мешать». Стайлз [7:41]: «Ты не мешаешь! Это я не знаю, как себя вести. Если буду самим собой — быстро тебя надоем». Дерек [7:41]: «Я так не думаю и просто хочу узнать тебя». Стайлз колебался. Он мог попытаться пофлиртовать — это у него получалось ужасно, но попробовать стоило. Возможно, Дерек окажется тем, кому идиотские заигрывания нравились. А мог написать правду, нечто личное, и посмотреть на реакцию Дерека. Стайлз [7:55]: «Мои единственные отношения закончились из-за измены. Как выяснилось позже — далеко не первой. Мы жили вместе. Стоило мне уехать в командировку, он приводил кого-нибудь. И не видел в этом ничего плохого». Дерек [7:57]: «Лишь проведя годы и годы вместе, храня верность, я смогу доказать, что не такой, как он». Дерек [7:58]: «У меня был секс с девушкой до того, как окончательно определился. Я ее чертовски сильно напугал, обратившись в бета-форму во время оргазма. И, к счастью, успел вытащить до того, как повязал ее». Стайлз [7:58]: «И каждый раз обращаешься?» Стайлз [7:59]: «Подожди. Ты можешь полностью трансформироваться? Стать волком?» Дерек [8:01]: «Нет. С тех пор удавалось сдерживаться». Дерек [8:01]: «Да». Стайлз [8:02]: «ОМГ». Дерек [8:03]: «Что? Тебя это пугает? Возбуждает? Привлекает?» Стайлз [8:05]: «Интригует. Немного возбуждает, но НЕ-В-Том-Самом-Смысле. Мне хочется на тебя посмотреть. Могу поспорить ты очень красивый волк. Черный?» Дерек [8:10]: «Черный. Обычно я обращаюсь только в полнолуние, но ты мог бы как-нибудь пойти со мной». Стайлз [8:12]: «Побегать под полной луной? Ты же не съешь меня, приняв за добычу?))». Дерек [8:14]: «Только В-Том-Самом-Смысле, сразу, как догоню и стану снова человеком». Стайлз [8:14]: «А это уже возбуждает В-Том-Самом-Смысле». Дерек [8:15]: «Извини. У меня начинается лекция». Дерек [8:15]: «На всякий случай: ты же знаешь, что означает подобная пробежка?» Стайлз [8:16]: «Знаю». И это было еще мягко сказано. Стайлз был свидетелем возвращения из леса Скотта и Эллисон — взъерошенные, словно пьяные, они едва держались на ногах и были такими счастливыми, что всех в округе начало слегка подташнивать. Через две недели после этого полнолуния состоялась их свадьба, а через девять месяцев — родился первенец, малыш Нейтен. В случае однополых отношений подобный исход был невозможен, но смысл не менялся. Разделить полнолуние с оборотнем — практически обручиться с ним. Стайлз от такого бы не отказался. Он отложил телефон, буквально приказав себе заняться бумагами, а не думать о Дереке. Первая лекция у Стайлза начиналась в одиннадцать, и до этого времени следовало разобраться с десятком запутанных таблиц, созданных руководством университета якобы для облегчения жизни преподавателей. Учебный год только начался, а в них уже следовало внести столько данных, что голова шла кругом. Стайлз чувствовал, что к концу семестра, всерьез задумается об увольнении только из-за всей этой бюрократии.

***

Всю неделю, вплоть до воскресенья все их общение сводилось к переписке. Краткий обмен взглядами и улыбками при встречах — не в счет. Стоило Стайлзу переступить через собственные страхи — писать Дереку и ждать от него ответа стало легче. Дерек [12:01]: «Харрис всегда такой жуткий?» Стайлз [12:15]: «Харрис? О, боже, я думал, что он уже не припадает». Стайлз [12:16]: «Да. Мерзкий тип. Будь с ним осторожнее. Он жутко злопамятный и может здорово потрепать нервы». Дерек [12:17]: «Ок, учту. А ты чем занят?» Стайлз [12:20]: «Готовлюсь к лекции». Дерек [12:24]: «А у нас Дитон. Предстоит полтора часа сна с открытыми глазами». Стайлз [12:24]: «Сочувствую». Стайлз [12:25]: «И боюсь представить, что вы говорите обо мне». Стайлз [12:25]: «Лучше молчи. Позволь мне верить, что вы в восторге от первой лекции и с нетерпением ждете вторую». Дерек [12:26]: «А если так и есть?» Стайлз [12:31]: «Льстец». Стайлз [12:32]: «Итоговому баллу это все равно не поможет». Дерек [12:32]: «Я и не пытаюсь». Дерек [18:40]: «Тренировка прошла ужасно. Новички будто первый раз в жизни мяч увидели». Дерек [18:40]: «Ты играешь?» Стайлз [18:41]: «Нет». Дерек [19:15]: «Бейсбол?» Стайлз [19:45]: «Немного». Дерек [19:46]: «Придешь на игру?» Стайлз [19:58]: «Если буду свободен». Дерек [19:58]: «Занят?» Стайлз [20:15]: «Готовлю». Стайлз [20:17]: «Дурацкая группа поддержки новых преподавателей. Я должен завтра принести кексы. Какой-то идиотизм, будто это поможет мне в работе». Дерек [20:30]: «Ты печешь кексы?» Стайлз [20:30]: «Ага». Дерек [20:45]: «Хочу один». Стайлз [21:35]: «Зайди перед первой парой, угощу». Дерек [21:37]: «Ок». Дерек [21:59]: «У меня смена начинается». Стайлз [21:59]: «Ок, до завтра».

***

Стайлз [6:03]: «Утро. Не разбудил?». Дерек [6:14]: «Нет. Только что вернулся с пробежки». Стайлз [6:15]: «Ты бегаешь по утрам? Конечно, бегаешь. И чему я удивляюсь?» Дерек [6:16]: «Ты нет?» Стайлз [6:17]: «Не-а. Я вообще в ужасной форме». Стайлз [6:17]: «Только и делаю, что ем». Дерек [6:19]: «Ты в хорошей форме. Мне нравится». Стайлз [6:19]: «Это ты меня без одежды не видел». Стайлз [6:20]: «Забудь, что я это написал!» Стайлз [6:20]: «Сотри!» Стайлз [6:20]: «Удали!» Дерек [6:22]: «Лучше представлю тебя без одежды. Как раз в душ собираюсь». Дерек [7:10]: «Обиделся?» Дерек [7:34]: «Я все равно зайду за кексом». Дерек [7:53]: «Вкусно!» Стайлз [7:54]: «Знаю». Дерек [7:55]: «Выходи за меня». Стайлз [7:55]: «Ха-ха». Дерек [8:15]: «Легкое мятное послевкусие — я бы съел все». Стайлз [9:55]: «Я даже не могу написать, что ты растолстеешь — чертов ваш обмен веществ. Ты можешь лопать кексы сотнями и не поправишься ни на грамм». Стайлз [9:55]: «Говорю, как Лидия». Дерек [11:20]: «Мы можем тренироваться вместе, и тогда никакие кексы тебе не будут угрожать». Стайлз [13:11]: «Я признаю один единственный вид тренировок, который нам пока не доступен». Дерек [13:41]: «Тот самый, о котором я мечтал в душе?» Стайлз [13:41]: «Ага». Дерек [13:42]: «Мне подходит». Дерек [16:34]: «Кстати, а как же тренировки в ФБР?» Стайлз [17:02]: «Они более старомодные и скучные». Дерек [17:27]: «Не расскажешь?» Стайлз [17:27]: «Было бы о чем». Стайлз [21:52]: «Несколько раз я хотел уйти. Не знаю даже, что удерживало. А потом случайно помог поймать кое-кого и понял, что все эти тренировки важны. Если я не буду в состоянии защитить себя или обезвредить преступника, или убежать, или догнать — мне не место на этой работе или подобной. Справляться с физической нагрузкой стало проще». Стайлз [21:53]: «Я не люблю вспоминать то время». Дерек [21:54]: «Извини». Стайлз [21:55]: «Не за что извиняться. Все в порядке». Дерек [21:55]: «Хорошо». Дерек [0:35]: «Спокойной ночи». Стайлз [0:35]: «Спокойной ночи».

***

Дерек [6:15]: «Утро». Стайлз [6:15]: «Утро». Дерек [6:17]: «Постараюсь на лекции вести себя как обычно, хотя, думаю, буду пялиться на тебя влюбленным взглядом». Стайлз [6:18]: «Постарайся сдержаться». Стайлз [7:31]: «Но я буду не против, если ты один или в компании друзей случайно прогуляешься мимо моего кабинета и поможешь мне донести кое-что». Стайлз [7:49]: «Умно. Думал, ты сам придешь». Дерек [7:50]: «Проще было отправить Эрику. Все сошло за случайность». Дерек [9:52]: «Интересная лекция. Ты так и не рассказал, как умудряешься так быстро «читать» всех вокруг». Стайлз [11:54]: «Опыт и врожденная наблюдательность». Дерек [12:06]: «Как в «Менталисте»?» Стайлз [12:07]: «Типа того. Только с чуть большим чувством такта и образованием». Дерек [15:24]: «И меня ты тоже анализируешь?» Стайлз [15:24]: «Ты — не моя работа». Стайлз [15:25]: «Если бы я всех постоянно анализировал — давно бы свихнулся». Стайлз [15:26]: «И не лажал так в отношениях». Стайлз [15:26]: «Наверное». Стайлз [15:28]: «Последнее все-таки спорно». Дерек [15:32]: «У меня ощущение, что я тебя обидел». Дерек [20:11]: «Стайлз?» Дерек [21:20]: «Если ты не ответишь, мне придется сбежать с работы и явиться лично». Стайлз [21:24]: «Все нормально. Ездил в магазин, а телефон забыл дома». Стайлз [23:50]: «Ложусь спать». Дерек [23:57]: «Сладких снов».

***

Дерек [6:00]: «Доброе утро, Мистер Апрель». Стайлз [6:32]: «Нет». Стайлз [6:32]: «Блядь». Стайлз [6:33]: «Откуда ты узнал?» Дерек [7:01]: «У Эрики одна из подружек собирает такие календари». Стайлз [7:04]: «Весь универ уже видел?» Дерек [7:21]: «Пока только наши». Дерек [7:21]: «Ты горяч». Дерек [7:22]: «Кто бы мог подумать, что ты скрываешь такое тело». Дерек [7:22]: «Повешу у себя в спальне». Дерек [7:23]: «Не могу перестать смотреть. Твой торс и эти расстегнутые джинсы». Стайлз [7:24]: «Выбрось его». Дерек [7:26]: «Никогда. Ты даже не представляешь, что мне пришлось сделать, чтобы его получить». Стайлз [7:26]: «Не хочу знать». Дерек [22:11]: «Какие у тебя планы на субботу?» Стайлз [22:40]: «С утра лекция, потом свободен. Хочешь встретиться?» Дерек [22:43]: «Да. У меня тренировка в десять, а потом есть время до работы. Я могу заглянуть к тебе?» Стайлз [22:44]: «Конечно. Пообедаем вместе». Дерек [22:46]: «Отлично! Сразу после тренировки приеду к тебе». Дерек [23:50]: «Ночи». Стайлз [23:50]: «Ночи».

***

Стайлз [7:30]: «Доброе утро». Дерек [7:32]: «Утро. Ты уже в универе?» Стайлз [7:33]: «Ага. Иду за кофе». Дерек [7:41]: «Если я буду приносить тебе кофе каждое утро — будет слишком подозрительно?» Стайлз [7:54]: «Ага. Ты же не мой раб-аспирант». Дерек [7:54]: «Могу стать твоим рабом-студентом». Стайлз [7:56]: «К сожалению, у меня не тот проф.уровень». Дерек [7:58]: «Жаль». Дерек [17:11]: «Тренировка затягивается». Стайлз [17:11]: «Ок». Дерек [18:44]: «Меня тренер утащил обсуждать стратегию предстоящей игры». Дерек [18:44]: «Я здесь надолго». Стайлз [18:50]: «Тебя уже не ждать?» Дерек [19:02]: «Думаю, да». Дерек [19:02]: «Прости». Стайлз [19:04]: «Ничего страшного. Бывает». Дерек [19:10]: «Ты не обижаешься?» Дерек [19:10]: «Черт». Дерек [19:11]: «Завтра ты свободен? Погуляем?» Стайлз [19:12]: «Жду тебя утром. Отвезешь меня в обсерваторию Гриффита». Дерек [19:12]: «Хорошо!» Проводить вечер в одиночестве не хотелось. Стайлз устал от разговоров с самим собой, коллегами и студентами. Ему необходимо было сменить обстановку, увидеть что-то, кроме своей квартиры, кампуса и дороги туда-обратно, и потрепаться о чем-то, не затрагивающем профессиональные темы. Постучав телефоном по бедру, он быстро написал Джордану, интересуясь, свободен ли тот. И через пару секунд получил положительный ответ, предложение встретиться в баре и адрес. Согласившись, Стайлз отправился собираться.

***

Бар находился далеко от дома. Пешком идти пришлось бы слишком долго, а за руль садиться Стайлз не хотел, потому что планировал немного выпить. Поэтому вынужден был поймать такси и надеяться на то, что его не примут за приезжего и не станут кружить по городу, чтобы содрать побольше. И, как Стайлзу показалось в итоге, нарвался все-таки именно на такого ушлого типа. Но безропотно заплатил, запомнив номер машины, окинул взглядом стоявших у входа крепких мужиков, внезапно обрадовавшись тому, что никак внешне не подчеркивал свою ориентацию, и зашел в бар. Джордан сидел в центре зала за одним из крохотных столов, за которым двое едва могли уместиться. Стайлз предпочел бы стоять у барной стойки весь матч, чем сидеть за таким столом, если бы не его расположение: отсюда был прекрасно виден огромный телевизор. И хоть Стайлз не был фанатом американского футбола, все равно предпочитал следить хоть краем глаза за игрой, чтобы понимать, кто выигрывает и кого следовало, поддавшись азарту болельщиков, подбадривать. — Кто сегодня играет? — спросил Стайлз, сев на стул рядом с Джорданом. — «Орлы» против «Львов». Или наоборот, — Джордан усмехнулся, притянув к себе высокий стакан с темным пивом. — Ты чего так долго? — По-моему, таксист слегка покружил по городу, накручивая счетчик. — Номер запомнил? Натравлю на него патрульных. — А если мне показалось? — поинтересовался Стайлз, отправляя Джордану сообщение с номером такси. — Профилактика никогда не бывает лишней. Стайлз осмотрелся. Интерьер типичного спортивного бара: много темного дерева, на стенах развешаны футболки игроков различных команд, в дальнем углу — мишень для дартса. Ничего общего с пафосным «Hell». Так же как и у Джордана не было ничего общего с Лидией. Стайлз же каким-то немыслимым образом умудрялся дружить с обоими, хотя и признавал, что в местах, которые выбирал для встреч Джордан, чувствовал себя намного комфортнее. — Пойду, возьму себе чего-нибудь. Дойдя до бара, Стайлз удивленно присвистнул. На стене за стойкой были перечислены все предлагаемые сорта пива, и их было не меньше двухсот. Глаза разбегались от многообразия. Стайлз себя чувствовал сейчас точь-в-точь как в клубе с Лидией, когда перед ним появилось толстенное меню. Только в данный момент некому было ему подсказать, что выбрать, поэтому пришлось тыкать в первое попавшееся светлое. Лысый, бородатый бармен с устрашающе огромными руками одобрительно хмыкнул — Стайлз решил, что сделал неплохой выбор и немного успокоился. У него никто даже не подумал спросить ай-ди — что тоже радовало. Прихватив бокал и тарелку с солеными орешками, Стайлз вернулся за стол. — Так почему это место? — Здесь нет копов и отличное пиво, — равнодушно пожал плечами Джордан, щелкая фисташки и не сводя взгляда с телевизора, по которому пока крутили исключительно рекламу. Обычно Джордан вел себя более раскованно и эмоционально. Стайлз настороженно нахмурился, покрутил в ладонях бокал, отхлебнул пива, стер с верхней губы пену. Джордан молчал, хотя раньше у него никогда не возникало проблем с тем, чтобы поделиться мучившими его мыслями. Присмотревшись к нему, Стайлз отметил следы усталости на лице, но в этом не было ничего удивительного, учитывая род его занятий. — В чем дело? На работе проблемы? — Нет, — поморщившись, Джордан бросил на салфетку скорлупу орехов. — Все как обычно. Это другое, совсем другое. Я встречаюсь кое с кем уже некоторое время. Нам хорошо вместе, но меня напрягает разница в возрасте. Стайлз подавился пивом и закашлялся, смаргивая слезы. — Ты старше или кое-кто? — сдавленно спросил он. — Я. И сильно. Стайлз отодвинул бокал от себя подальше, сложил руки на столе и наклонился ближе к Джордану. — В чем именно проблема? Ты раньше встречался с мужчинами старше себя, проблем не было. По другую сторону не так весело? Или он пытается вытянуть из тебя деньги? Или он… работает на улице? — Нет-нет. Он из хорошей семьи, не нуждается в деньгах, отстаивает свою самостоятельность и пренебрежительно относится к моим просьбам быть осторожнее, тусуясь по ночам с друзьями. Он оборотень, считает себя неуязвимым. Учится еще. К счастью, в колледже, а не в школе. Все хорошо. Он не устраивает сцен из-за моей работы. Не психует из-за ночных вызовов. Если честно, ревнивец здесь я. Не думаю, что у него это серьезно. — Почему? — Потому что я сам таким был! Встречался с парнями постарше, вешал им на уши лапшу, трахался с другими. Я и сейчас поступал бы также, будь больше времени и сил. — Не суди всех по себе. — Твоя любимая фраза, — раздраженно взмахнув рукой, Джордан ополовинил свой стакан. — И она как никогда в тему. Возможно, ты зря себя накручиваешь. — Возможно. А ты как? — Уже начинаю ненавидеть студентов и своих коллег. И не понимаю, по каким причинам принял это предложение. — Лидия, — усмехнулся Джордан. — Она умеет убеждать. Это точно. Она уговорила свою маму рассмотреть кандидатуру Стайлза на должность преподавателя, а самого Стайлза — съездить на собеседование. В качестве аргумента «за» упоминался нормированный рабочий день, безопасность, хороший оклад и карьерные перспективы. Тогда это показалось заманчивым, сейчас — почти нет. И дело вовсе не в Дереке. Стайлза действительно раздражали слишком учтивые коллеги, слишком дотошные студенты и слишком строгий график. Он привык к другому и никак не мог перестроиться. — Лидия в Париже. Может быть, это мой шанс? Доработаю семестр, уволюсь и займусь чем-нибудь еще. — Ты всегда можешь принять предложение Моррелл. Она будет рада заполучить тебя в штат. — Я пока не уверен, что сработаюсь с ней. Меня еще не вызывали, и я пока даже свою роль внештатника не исполнил. Джордан не стал настаивать, допил пиво и пошел за еще одной порцией. Стайлз откинулся на спинку стула, уставился в телевизор — команды как раз выходили на поле. С минуты на минуту начнется игра — отличный повод, чтобы не продолжать разговор. Стайлз сам не знал, почему не хотел делиться новостями о своей личной жизни. Джордан бы понял, особенно учитывая то, с кем в данный момент встречался. Но Стайлз просто пока не мог хоть что-нибудь рассказать. — За кого болеешь? — спросил Джордан, вернувшись. — Ни за кого. Ты же знаешь, что я ненавижу американский футбол. Сижу здесь исключительно из-за большой любви к тебе и нежелания проводить вечер в одиночестве. — Тогда за «Орлов», это те которые в… — Зеленом. Я в курсе. И правила знаю. Рассмеявшись, они синхронно пододвинули стулья, чтобы удобнее было смотреть. И вскоре Стайлз позабыл о нелюбви к этому виду спорта, заразившись азартом от остальных болельщиков.

***

Следующие две недели прошли в том же духе. После проведенного вместе еще одного воскресенья — такого же прекрасного, как и первого — появилось больше тем для разговоров, а страх, что другой не ответит, исчез. Стало неважно, сколько сообщений за день они отправляли друг другу: всего четыре — пожелания доброго утра и спокойной ночи — или десятки — обсуждения учебы, ужасной книги, жалобы на начинающийся завал. Стайлз не представлял, что повлияло на это, но ему нравилась подобная уверенность в Дереке. Они как будто давно друг друга знали, долго не общались, из-за этого при встрече появилась неловкость, но стоило ее преодолеть — все вернулось на круги своя. Их отношения не были нормальными, проходили не по стандартному, общепринятому сценарию, и при этом устраивали Стайлза на сто процентов. А вот если бы пришлось впихивать свидания в их напряженные графики — все могло бы закончиться, даже не успев начаться. Дерек был занят не меньше Стайлза, может быть, даже больше: лекции, домашние задания, тренировки, ночные смены в клубе. Поэтому невозможность видеться каждый день играла им на руку. Проблема была только в том, что, видя Дерека в кампусе в компании друзей, Стайлз ловил себя на ревности. В голову сразу начинали закрадываться мысли о том, что он и Дерек не такая уж хорошая пара, как кажется. Между ними всегда будет стоять разница в возрасте. Они вроде бы не обращали на нее внимания, но она была, со всеми вытекающими из этого проблемами, с которыми они еще не столкнулись только потому, что не афишировали свои отношения.

***

Джордан позвонил в девятом часу вечера и попросил немедленно приехать в участок — им требовалась консультация по новому делу. Стайлз пробыл там до утра, задержался бы еще, но ему необходимо было появиться в университете. Только вспомнил он об этом, когда уже давно должен был подъезжать к кампусу, и не успел заскочить домой, чтобы переодеться. Работая в ФБР, Стайлз привык носить классические костюмы. В них он выглядел солиднее и старше, что было несомненным плюсом, учитывая род его занятий. Собираясь на вызов, он по привычке достал из шкафа черный костюм, белую рубашку и галстук. И уже заранее предвидел, какое произведет впечатление на студентов. Стайлз бежал по коридорам корпуса, пытаясь придумать, чему посвятить сегодняшнюю лекцию. Ту, что стояла в плане, не получится рассказать без дополнительных материалов, которые он так и не закончил вчера. Выудив из кармана телефон, Стайлз невольно улыбнулся, прочитав сообщение. Дерек [8:11]: «Все в порядке? Ты обычно не опаздываешь». Стайлз [8:12]: «Уже почти здесь. Никуда не уходите». Он вошел в аудиторию, шумно выдохнул, на секунду притормозив около первой ступени, и быстро спустился к доске. — Извините за опоздание, — Стайлз улыбнулся, поправив очки, мельком посмотрел на Дерека — тот выглядел взволнованным, нервно теребил в пальцах ручку и будто бы с трудом заставлял себя оставаться на месте, осматривая Стайлза обеспокоенным взглядом. — Сегодня мы поговорим о мотивах преступлений. Кто-то из вас сделал домашнее задание и прочитал главу, посвященную этой теме, и с легкостью сможет рассказать определение. Кто-то нет, поэтому мне придется его озвучить. Мотив — внутренний смысл поведения, чисто субъективный. То, ради чего оно осуществляется. Естественно у каждого, совершающего преступление, есть свой мотив, чаще всего не один. Как правило, при расследовании мы цепляемся за самый очевидный, лежащий на поверхности, потому что никому нет дела до тех, что зарыты глубоко внутри, о которых и сам преступник зачастую не знает. Я о них тоже не буду говорить. Хотя бы потому, что лекция у нас не по психологии бессознательного. И вы не собираетесь работать психотерапевтами. Для вас более важны как раз очевидные. Узнав их, вы сможете понять, кто преступник, что его толкнуло на это, как доказать его вину и объяснить присяжным, почему вы обвинили именно этого человека, а не кого-то другого. Ну или оправдываете именно его. Все зависит от занимаемой позиции. Несколько человек рассмеялось. Стайлз прошелся вдоль первого ряда, обдумывая, о чем говорить дальше. Сухая теория прекрасна была изложена в учебнике, намного лучше, чем сам Стайлз смог бы. Он привык отвлекаться, переключаться на мелкие детали, уточнения и пояснения, которые чаще всего запутывали остальных. — Предлагаю поступить так, как обычно. И заняться практикой. Перед этим напоминаю еще раз, что перед промежуточными будет лекция, на которой вы сможете спросить у меня все, что вам непонятно. Так же можете отправить вопросы на электронную почту, даже если они кажутся вам глупыми. Сейчас же мы не будем обсуждать очевидные мотивы преступлений. Вы и так сможете сказать, что толкает людей, например, на воровство. У меня же есть задачка, для решения которой необходимо пораскинуть мозгами. И, опять же, она отлично проиллюстрирует то, с чем вы можете однажды столкнуться, — Стайлз сел на преподавательский стол, ослабил галстук и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. — Для начала я дам вам условие. Потом выступлю в роли подозреваемого. Вы сможете задавать мне вопросы, я постараюсь отвечать предельно откровенно, — он кратко рассмеялся. — Правда, не уверен, что это как-то поможет оборотням. Поэтому все включаем мозги и слушаем внимательно. Студенты заметно оживились, зашуршали бумагами, защелкали ручками и достали карандаши, собравшись делать заметки. Стайлз знал, что им нравились практические задания, а так же то, что этим следовало заниматься на семинарах, но те отсутствовали в учебном плане на этот семестр. — Итак. Два дня назад в парке найдено тело. Мужчина, чуть больше тридцати, белый, человек. Выстрел в живот. Умер от потери крови, почти мгновенно. Орудия убийства нет. Никаких следов — тоже. Дождь уничтожил все улики. Единственное, что удалось найти — отпечаток на бумажнике жертвы. Пробили по базе и вышли на бывшего военного. «Меня», — Стайлз показал кавычки. — При первичном опросе ничего не удалось из «меня» вытянуть. Не знаю-не видел. Сегодня утром нашли видео, на котором человек, похожий на «меня» выходит из парка через пятнадцать минут после убийства. Ничтожная улика. Но вы чувствуете, что это сделал «я». Осталось только найти мотив и доказать это. У вас появился повод вызвать «меня» на допрос. Воспользуйтесь им. Ох, да, время смерти, две ночи назад, в районе трех утра, — он качнул головой, взъерошил на затылке волосы и взмахом руки предложил студентам действовать. — Вперед. — Что вы делали в ночь с десятого на одиннадцатое? — спросила Пейдж. — Спал. — Это может кто-нибудь подтвердить? — Нет. Я живу один. — У нас есть фотография, на которой изображены вы. — Нет. У вас есть фотография, на которой изображен некто похожий на меня и еще сотню людей и оборотней. — Вы знали Джона Доу? — выкрикнула Эрика с обворожительной улыбкой. — Нет. Никогда его не видел. Уже говорил об этом, — Стайлз нагло ухмыльнулся, подмигнув ей. Дерек откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу, и сосредоточенно грыз кончик карандаша. Стайлз невольно посмотрел на лодыжку, выглянувшую из-под закатанных джинсов. Загорелая, покрытая темными волосками, с выпирающей косточкой — ее хотелось облизать, поцеловать и украсить засосами. Стайлза никогда не привлекали чьи-то ноги, какими бы красивыми они ни были. Но в случае Дерека — один вид лежащей на его бедре лодыжки вызвал какое-то короткое замыкание в мозге. Студенты задавали вопросы, Стайлз отвечал, практически на автомате, не в силах отвести взгляд. Он ярко, в мельчайших деталях представлял, какого было бы медленно вбиваться в тело Дерека, забросив его ногу себе на плечо, прижимаясь к ней губами. Лиам — красавчик из первого ряда — спросил о близких людях подозреваемого, за это следовало зацепиться, похвалить. Стайлз же смог только смазано пробормотать что-то о кузинах, бывших девушках и родителях. — Извините, а можно вопрос по вводным? — подняв руку, поинтересовался Айзек. И вот это уже заставило Стайлза встряхнуться, отвлечься. Он кивнул, сняв очки, помассировал переносицу, надел их и посмотрел на Айзека. — Вы можете рассказать о жертве? О нем что-нибудь известно? Возможно, подозреваемого наняли, чтобы убить этого Джона Доу? Стайлз совершенно забыл поделиться другими данными расследования. Но, с другой стороны, кто-нибудь из студентов мог сразу уточнить этот момент. Никто им не запрещал. А он не спал целые сутки, умудряясь еще как-то импровизировать на заданную тему, поддерживая «допрос». — Хм, да, молодец, Айзек. Никто почему-то не додумался пораспрашивать у меня об этом. Родители живут в Техасе, владеют фермой. Жертве принадлежит сеть спортзалов. Доход стабильный, не слишком большой, но позволяющий шиковать и не думать о деньгах. Не женат, постоянного партнера нет, несколько любовниц, младший брат, его жена. Всех допросили, у всех алиби. — А мотив был у кого-то из них? — спросил Дерек. — Кому отойдет бизнес и все состояние Джона Доу? — Родным. Что-то брату, что-то родителям. — И у брата алиби? — Да. Вопросы ко «мне» еще будут? — насмешливо уточнил Стайлз. — А кого-то из семьи Джона Доу вы знаете? — произнесла Хейден. — Нет. Хейден раздраженно отбросила карандаш и скрестила на груди руки. Некоторые из студентов принялись обсуждать условия, додумывая не сказанное Стайлзом. Кто-то возмутился, указывая на недостаток данных, необходимость изучения материалов дела, всех записей допросов, счетов жертвы и подозреваемого. Отчасти Стайлз был с ними согласен. Отчасти нет. Лично он, слушая допрос Паркера Грина, просто анализировал его поведение, пытался понять, каким образом, в каком месте тот мог пересечься с жертвой. На изучение всех материалов дела ушли бы минимум сутки, которых у них не было. Стайлз ткнул наугад — и попал в цель. И студентам предлагал сделать именно это: смоделировать ситуацию, перебрать варианты и попытаться найти верный. — Тише-тише, криками вы не поможете. Я не прошу вас доказать вину. Всего лишь попробуйте определить мотив. Что могло заставить одного человека убить другого, совершенно незнакомого? — Заказ, — ответил Бойд. — Как и предположил Айзек. — Верно. Но это не тот случай. Денежного следа нет. — Он псих? Не понравился ему парень, вот и грохнул, — сказал Лиам. — Здоров. Тесты провели. Но такое тоже бывает. Эрика с Дереком о чем-то спорили сначала шепотом — но оборотни в аудитории заинтересованно прислушивались, — затем на повышенных тонах. — Молодые люди, — сухо одернул их Стайлз, не понимая толком причины вспыхнувшей злости, — если вам есть что сказать — говорите. Мы все хотим послушать. Дерек с Эрикой переглянулись, немного смутившись. — «Незнакомцы в поезде», — произнес Дерек, сжав пальцы на лодыжке. Стайлз шумно втянул носом воздух, надеясь, что никто не уловит исходившего от него возбуждения. Это что-то совершенно ненормальное, требующее самоанализа или воплощения в жизнь. — Мы устраивали на днях марафон фильмов Хичкока, — продолжила Эрика. — И в «Незнакомцах» один парень предложил другому совершить «убийства крест-накрест». Стайлз вновь приревновал Дерека к его друзьям, прекрасно понимая, насколько это глупо. Он не смог бы к ним присоединиться, даже если бы его позвали. — Вы свернули в нужное направление, — Стайлз натянуто, кривовато улыбнулся. — И нащупали мотив. — Древний дерьмовый фильм? — с недоверием уточнила Брейден. — Думаете, убийцы не смотрят фильмы? Ничему не учатся? Уличная шпана — может, и нет. Их и поймать легче. Жизнь — не сериал, сложные случаи встречаются не так уж часто, но они бывают. И вот тогда необходимо активировать все знания, которые у вас есть. Все. Даже самые, на первый взгляд, не нужные, — Стайлз посмотрел на часы. До конца лекции оставалось всего несколько минут. — На этом все. Вопросы? Нет? Тогда до следующей недели. Он сжал край стола, изучая начищенные носки своих черных ботинок и мысленно подгоняя студентов поскорее убраться отсюда. К нему подошел Тео. Стайлз взглянул на него поверх очков. — Профессор Стилински, я хотел уточнить, могу ли использовать пример с «Незнакомцами» в итоговой работе или нет. — Смотря как вы его используете. Если просто напишете конспект сегодняшней лекции — я работу не засчитаю. Если обыграете как-то иначе — все будет в порядке. — Угу, понял, спасибо, — кивнув, Тео начал не спеша подниматься по лестнице. Стайлз обратил внимание на Дерека, стоявшего неподалеку и не собиравшегося, похоже, никуда уходить. — У вас тоже вопрос? — устало произнес он, жалея, что не мог спросить напрямую, почему Дерек задержался. — Вы не могли бы посмотреть тезисы моей работы? — В приемные часы вы не можете зайти ко мне? — спросил Стайлз, покосившись на оставшихся в аудитории студентов. Он подозревал, что дело не в тезисах или не только в них, готов был переговорить с Дереком, но не мог его как-то выделить, сразу ответив согласием. — У меня лекция, а потом тренировка, — Дерек так проникновенно посмотрел в глаза — Стайлз подумал, что не сумел бы отказать, даже если бы между ними ничего не было. — Ладно, — тяжело вздохнув, он спрыгнул со стола и одернул пиджак. — Идемте, добудем мне кофеин, и я посмотрю ваши тезисы. Потому что без него — толку от меня никакого. Дерек нахмурился — широкие брови практически сошлись на переносице, образовав глубокую морщинку, которую незамедлительно захотелось разгладить. Стайлз достал из кармана ключ от аудитории, сжал его в кулаке и стал подниматься по лестнице. Дерек шел рядом, практически дышал в спину, заставляя ежиться. — Все в порядке? — тихо произнес он. — Да. Устал просто, — так же тихо ответил Стайлз, сосредоточенно смотря себе под ноги. В таком состоянии он легко мог запнуться или оступиться. — Всю ночь провел в полицейском участке. — Потребовалось твое участие? — Ага. Именно с этим делом, — посмотрев через плечо на Дерека, Стайлз ему подмигнул и сумел вполне искренне, задорно улыбнуться. Однако Дерек все еще продолжал хмуриться и выглядел настолько взволнованным, словно Стайлза вот-вот могли госпитализировать с истощением или пулевым ранением. — Все нормально. Успокойся. Немного кофеина — ладно, много кофеина, — и я буду в норме. Дерек даже и не подумал успокаиваться. Цокнув языком, Стайлз слегка раздраженно поморщился. Он уже и забыл, насколько гиперопекаемыми порой становились оборотни.

***

В «Старбаксе» был всего один уединенный стол, за которым любили сидеть как влюбленные парочки, так и желающие позаниматься. И он, к счастью, оказался свободен. Стайлз забился в угол, обхватив горячую кружку руками, прихлебывал обжигающий черный кофе и пытался заставить себя проснуться. Глаза закрывались сами собой, не удавалось сфокусироваться даже на Дереке, пьющего свой ледяной латте. Стайлз хотел домой, забраться в кровать и проспать часов двадцать. Но ему требовалось еще просидеть у себя в кабинете на тот случай, если кто-то решит заглянуть в приемные часы. — Ты когда в последний раз ел? Стайлз вздрогнул, услышав вопрос Дерека, снял очки, положил их рядом с планшетом и пожал плечами. — Вчера? Наверное. — Так, — Дерек поставил кружку на стол, — что будешь? — Я не думаю, что уместно есть в присутствии студента, — понизив голос, ответил Стайлз, надеясь, что выражением лица удалось передать все испытываемое сожаление из-за отказа. Дерек наклонился над столом, пригвоздив тяжелым взглядом к стулу. — Меня не ебет чье-либо мнение. Ты голоден. Я иду и покупаю тебе что-нибудь на свой вкус или ты сам говоришь, что хочешь. Третьего варианта нет. — Сэндвич с индейкой. Горячий. И чизкейк, — выпалил Стайлз. Дерек удовлетворенно кивнул и ушел. Стайлз медленно выдохнул, поправил воротничок рубашки, приспустил галстук еще ниже. Спина и подмышки покрылись липким, противным потом. Дерек подавлял своей проснувшейся властностью и то ли напугал этим, то ли возбудил — Стайлз не мог точно определить. Он подпер голову рукой, отодвинул в сторону очки, чтобы случайно не уронить их на пол, подтянул поближе планшет Дерека, который, конечно же, оказался запаролен. Появившаяся перед носом, будто из воздуха, тарелка буквально пробудила Стайлза к жизни. Аппетитный запах защекотал ноздри, во рту скопилась слюна. Стайлз встрепенулся, схватил сэндвич и откусил огромный кусок. Язык обожгло, но Стайлз не обратил на это внимание. Дерек сел рядом, разглядывая его с нескрываемым удовольствием — и это тоже едва ли заботило. — Тезисы есть или это был просто предлог? — покончив с сэндвичем, Стайлз вытер губы салфеткой и придвинул к себе чизкейк. — Есть, — Дерек разблокировал планшет и показал открытый документ. — Пришли мне на почту, — с набитым ртом велел Стайлз, мельком взглянув на экран. — Изучу попозже. Дерек зло, едва слышно зарычал сквозь зубы. Не такой реакции на свое предложение ожидал Стайлз. Уже собираясь возмутиться, он заметил направляющуюся к ним Пейдж, и все встало на свои места. Дерек откинулся на спинку стула, расставив ноги шире, соприкоснулся коленом с бедром Стайлза и с преувеличенной сосредоточенностью уставился в планшет, будто не почту отправлял, а решал сложнейшую задачу. — Извините за беспокойство, — с милой улыбкой Пейдж обратилась к Стайлзу. — Вы не могли бы взглянуть на мои тезисы? Сдержать раздражение оказалось сложно. Стайлз ненавидел, когда прерывали его обед. Тем более если он проходил в приятной компании. Проблема была лишь в том, что рядом находился Дерек — такой же студент, как и Пейдж. Стоило нагрубить ей, отправив подальше, о более близких, чем это уместно, отношениях с Дереком станет известно. — К сожалению, сегодня я не в состоянии оценить одновременно две работы. И Дерек вас опередил. Поэтому присылайте все на почту, обещаю дать максимально развернутые пояснения, если меня что-то не устроит. Или заходите минут через пятнадцать ко мне. — Ладно. Хорошо. Спасибо. Пейдж посмотрела на Дерека с какой-то неясной надеждой — тот даже головы не поднял, хотя должен был почувствовать ее интерес. Стайлз понимающе хмыкнул. Покраснев, Пейдж быстро ушла. — Она на тебя запала. — И что? — Успокойся, — Стайлз сжал бедро Дерека. — Мне понравился обед. Я должен как-нибудь тебя поблагодарить? К сожалению, я не очень хорошо знаю оборотнический этикет. — Нет. Мне достаточно того, что я чувствую, — Дерек накрыл его ладонь своею. — Это просто… полнолуние скоро, я немного нервничаю. — Все в порядке, я понимаю. — Наверное, я поеду вместе с Лорой домой на выходные. Мы не сможем увидеться. — Ничего страшного. — Уверен? — Да. И ты это тоже можешь почувствовать. То, с каким довольным видом Дерек улыбнулся, говорило о том, что он определенно почувствовал все, даже то, что Стайлз предпочел бы скрыть.

***

Проверка тестов — быстрое, но очень нудное занятие. Все, что требовалось от Стайлза — смотреть номер варианта и сверять буквы с ключом. Неким разнообразием являлся десяток открытых вопросов, требующих развернутых ответов, причем из-за того, что приходилось разбирать почерки, а не из-за сути написанного. Стайлз зевал, прихлебывая кофе, грыз печенье и краем глаза смотрел «Дживса и Вустера». Когда в третьем часу утра зазвонил домофон, Стайлз настороженно замер, не донеся до рта половину печенья. Он никого не ждал. К тому же все еще продолжалась самая жуткая ночь месяца. Неизменно каждое полнолуние на Стайлза нападала бессонница, а внутренности крутило от жуткого страха. Со всей своей любовью к самоанализу причин этого он так и не нашел. На него никто никогда не нападал. Преступления, совершаемые в это время, ничем не отличались от всех остальных. Но Стайлз все равно чего-то боялся, чувствуя себя героем фильма ужасов и предпочитая бодрствовать. Работая в ФБР, он всегда оставался на ночные дежурства — в окружении коллег было спокойнее. Домофон все звонил. Стайлз сумел себя заставить подойти и ответить. — Да? — Привет. Это я. Пустишь? — раздался хриплый голос Дерека. — Конечно, поднимайся. Открыв двери, он забросил в рот печенье, обеспокоенно смотря на лестницу и не представляя, что могло привести к нему Дерека среди ночи. Тут же он вспомнил, что тот собирался уехать к родителям в Бикон Хиллс, и если сейчас находился здесь, значит прибежал или приехал оттуда. Дерек раскраснелся, на лбу поблескивала испарина, а в волосах запутались еловые иголки. Рукав футболки был порван, джинсы испачканы чем-то подозрительным, на кеды налипли большие комья земли. — Боже, где ты… заходи, — пропустив Дерека в квартиру, Стайлз запер дверь. — Разувайся. Что случилось? Я думал, ты у родителей. — Был там, но… — стащив кеды, Дерек нервно переступил с ноги на ногу и неуверенно взглянул на Стайлза. — Мне просто захотелось быть здесь. С тобой. Могу я… могу остаться? — Да, конечно. Хочешь чего-нибудь? — Не знаю, — Дерек смущенно улыбнулся, прошел к дивану, запустив пальцы в волосы, наткнулся на иголки и поморщился. — Наверное, мне не помешает душ, — он оглядел себя с нескрываемым удивлением. — Ничего себе. Стайлз мягко рассмеялся. — Иди в ванную. Я принесу тебе что-нибудь из одежды. Чистые полотенца в шкафчике. Там же найдешь зубную щетку, если нужно. — Спасибо. Дерек ушел в ванную, а Стайлз — в спальню. Капаясь в ящиках комода, он пытался понять, что же заставило Дерека преодолеть почти двести миль на своих двоих, и не мог. Ни о чем подобном Стайлз так же не слышал. Возможно, все его друзья-оборотни просто считали это слишком личным. Возможно, не сталкивались ни разу. Он не собирался у них спрашивать. Если это нечто важное — Дерек сам расскажет. Пока он не походил на любителя секретов, и Стайлз не опасался, что на этот раз все будет иначе. Выбрав самые большие из имеющихся спортивных штанов и футболок, Стайлз отнес их в ванную, положил на закрытую крышку унитаза и, старательно отводя взгляд от запотевшей стеклянной душевой кабины и Дерека в ней, поспешил уйти, плотно прикрыв за собой дверь. Он вернулся в гостиную, выключил телевизор, сел на диван, придвинул к себе стопку тестов, нашел то место, на котором остановился, сравнил ответ с ключом, перешел к следующему вопросу и поймал себя на том, что не уверен в правильности предыдущего ответа, хотя ошибиться, сличая две буквы, — весьма сложно. Все его мысли крутились вокруг Дерека, беспокойство грызло изнутри, требуя каких-то действий. Взъерошив волосы, Стайлз встал, помялся на месте, понимая, что врываться к Дереку или сторожить под дверью — неуместный идиотизм. Он сел и сразу же снова встал, решительно направившись к ванной. Не случится ничего страшного, если просто поинтересоваться, не хочет ли Дерек перекусить. — Ты не голоден? — Нет. — О’ке-е-е-е-ей. Стайлзу ничего не оставалось сделать, кроме как вернуться в гостиную. Глубоко вздохнув, он поджал губы и заставил себя допроверять хотя бы этот тест. Дело шло медленно: каждый ответ приходилось сличать по два, а то и три раза. Особой проблемой стали открытые вопросы, потому что смысл написанного ускользал. К счастью, когда Стайлз в десятый раз перечитывал одно и то же предложение, Дерек, наконец, вышел из ванной — и это стало поводом бросить ручку. Он выглядел нелепо в коротких штанах и чересчур обтягивающей футболке. Стайлз, не сдержавшись, рассмеялся. — Извини. Просто ты… — Ничего. Я и сам посмеялся бы, — улыбнувшись, произнес Дерек. — Если бы это было не на мне. — Ты точно ничего не хочешь? — Воды. Кивнув, Стайлз прошел на кухню. — Холодной или теплой? — Холодной. Стайлз достал из холодильника бутылку, налил воду в высокий стакан и протянул его Дереку. Тому потребовалось всего два глотка, чтобы все выпить и попросить еще. — Ангина оборотням не страшна? — вскинув брови, поинтересовался Стайлз, снова наполняя стакан. — Страшна, но только в детстве. Правда, вылечиваемся мы за день-два, какой бы страшной ни была болезнь, — осушив второй стакан, ответил Дерек. — Спасибо. — Пожалуйста, — убирая бутылку обратно в холодильник, Стайлз заметил, как Дерек широко зевнул. — Иди, ложись. Выбирай любую половину кровати. Как только закончу с тестами — присоединюсь. — Отлично звучит, — усмехнувшись, Дерек окинул его с головы до ног голодным взглядом и бесшумно удалился в спальню. Стайлз только и смог, что глубоко вздохнуть и пожелать себе терпения. У оборотней было очень тонкое обоняние. Запах секса они слышали даже спустя неделю при ежедневном тщательном мытье дважды в день и отсутствия других близких контактов. При любых других обстоятельствах Стайлзу было бы на это наплевать. Но при этих — он не рисковал даже целоваться с Дереком, опасаясь, что не сумеет остановиться. Решив, что безопаснее будет дождаться, пока Дерек уснет, Стайлз вернулся к проверке тестов, только не осилил даже трех работ. Он снова отвлекался, ему хотелось быть рядом с Дереком или хотя бы видеть его. Внутри поселилось непонятное волнение. Казалось, несмотря на все заверения Дерека и вроде бы нормальное — за исключением самого появления — поведение, что с ним не все в порядке. Возможно, что-то произошло дома. Может быть, Дерек поругался с родителями или с кем-то из родственников. Он мог прийти к Стайлзу за утешением, но не знал, как об этом попросить. А Стайлз отправил его в спальню, даже не попытавшись расспросить или обнять, поддержав. Хотя мог бы, но был слишком ошарашен внезапным приходом Дерека, взволнован и слегка выбит из колеи этой ночью. Необходимо было как можно скорее исправить собственные ошибки, если Дерек еще бодрствует. Выключив свет, Стайлз прошел в спальню. Его худшие опасения подтвердились. Дерек сидел на краю кровати, подогнув под себя ногу и закрыв лицо руками. Спрашивать все ли у него в порядке — не имело смысла. Все было более чем очевидно. Дерека действительно что-то мучило. Стайлз сел за ним, обнял, прижавшись щекой к спине, переплел пальца на твердом, как камень, животе. Дерек тяжело дышал, сердце билось быстро-быстро, отдаваясь оглушающим грохотом в ухе. И был настолько горячим, что его хотелось засунуть в ледяную ванную и накачать жаропонижающими, хотя Стайлз и знал, что подобная температура тела у оборотней — это нормально. Дерек постепенно расслаблялся. Он накрыл руки Стайлза ладонью, крепко сжал, будто испугавшись, что тот разорвет объятия. Стайлз погладил большим пальцем живот Дерека, успокаивая. — Мне хочется, чтобы твой запах смешался с моим. Чтобы здесь всюду витал наш запах. Я понимаю, что этого пока нельзя делать, но… — А так легче? — Да. Намного. — Давай ляжем, — Стайлз начал медленно отстраняться на случай, если Дерек будет против, но тот позволил. Он встал и улыбнулся, отметив, что Дерек стал устраиваться на той стороне кровати, которая была ближе к двери. Выключив свет, Стайлз перебрался через Дерека на свободную половину, даже не подумав о том, что можно было бы обойти кровать, забрался под одеяло и приглашающе поднял руку. Дерек перекатился к нему под бок, положил голову ему на грудь, руку — на живот и вздохнул, как показалось, удовлетворенно и довольно. Стайлз погладил Дерека по голове. Тот в ответ издал низкое довольное рычание, больше похожее на мурлыканье. Не сдержавшись, Стайлз чмокнул его в макушку и продолжил перебирать пряди волос, слегка массируя затылок. Он чувствовал себя так спокойно, что в это почти не верилось. Вскоре Дерек заснул. Стайлз вслушивался в ровное дыхание, все еще поглаживая Дерека по голове. У него появилась мысль осторожно встать и закончить работу, но лежать рядом с Дереком было настолько уютно, что не хотелось даже шевелиться. Устроившись удобнее, Стайлз обнял его и довольно быстро уснул.

***

Проснулся Стайлз далеко за полдень. Дерек все еще дрых у него под боком, щекоча дыханием подмышку и наталкивая на совсем не невинные мысли стояком. Если бы они были парой в полном смысле слова, с этой секунды утро стало бы куда приятнее. Еще ни разу с момента начала отношений Стайлз не испытывал настолько сильного искушения нарушить правила. Даже в момент знакомства, там, в клубе, он меньше хотел Дерека. Возможно, потому что не было ограничений, кроме принципа не трахаться с первым встречным. Затаив дыхание, Стайлз аккуратно выбрался из постели. Дерек даже не шелохнулся. Одеяло сбилось у него в ногах, но его это, похоже, ничуть не беспокоило. И в этом, учитывая его повышенную температуру, не было ничего странного. Стайлз принял быстрый душ и вернулся в спальню в одном полотенце. На Дерека он едва ли обратил внимание, решив, что раз тот до сих пор молчит и валяется в кровати, то все еще спит, и сосредоточился на содержимом своего шкафа. У него был не слишком большой выбор одежды. В основном повседневные, более-менее приличные шмотки, которые Стайлз надевал на работу, спортивная форма и несколько старых джинсов и футболок — дань прошлому, когда футболки с принтами, клетчатые рубашки и джинсы или мешковатые штаны были любимой одеждой. Выдернув с полки застиранные джинсы и футболку с молотом Тора, Стайлз вздрогнул, услышав за спиной тихий, хриплый стон. — Только не говори, что собираешься надеть их на голое тело. — Не буду, потому что это не так, — усмехнувшись, Стайлз достал из комода боксеры. — Видишь? Он обернулся, тут же пожалев об этом. Дерек лежал, приподнявшись на локтях. Растрепанный. С не такой привычно-аккуратной щетиной. Еще сонным взглядом. Совершенно не тот идеальный парень, которого Стайлз до этого знал, и от этого еще более привлекательный. Особенно тем, что лежал в его кровати. — Лучше бы не видел, — рассмеявшись, Дерек упал на подушку. — Пойду в душ. Стайлз проводил его взглядом, стараясь не зацикливаться на том, как низко сползли у Дерека штаны, быстро оделся и отправился заниматься завтраком, который из-за времени следовало назвать обедом. Он немного знал о предпочтениях Дерека в еде, если добавить к этому физическое истощение и энергию, потребовавшуюся на регенерацию, следовало приготовить мясо. Да побольше. К счастью, в морозильнике лежали стейки, припасенные на случай неожиданного визита Джордана. Для себя же Стайлз, если и готовил дома, предпочитал что-нибудь вегетарианское. Из ванной Дерек вышел слишком быстро — Стайлз только и успел, что засунуть стейки в духовку, нарезать салат, да помыть кофемашину и засыпать в нее зерна. Дерек переоделся в свои джинсы, но оставил футболку, в которой спал, — от этого как-то непривычно потеплело в груди. — Кофе? — предложил Стайлз. Дерек сосредоточенно нахмурился, дернул кончиком носом, будто принюхиваясь. Стайлз заозирался по сторонам, подумав, что забыл что-то на плите, наклонился, заглянув в духовку, на случай если стейки начали подгорать. Все было в порядке, но Дерек хмурился, причем, казалось, все сильнее и сильнее. — Что? — начиная паниковать, спросил Стайлз. — Лора приехала. — О… — Стайлз обессиленно привалился к раковине, не представляя, что бы это могло означать и к каким последствиям приведет. — Не волнуйся, она… Дерека прервал звонок домофона. Стайлз не хотел даже думать, откуда Лора узнала номер его квартиры. Он открыл ей, не удосужившись спросить, кто там, отворил дверь и вернулся на кухню, предоставив Дереку возможность поговорить с сестрой наедине. Стайлз услышал, как Лора прошла в квартиру, и невольно настороженно замер. Он знал, что не должен был демонстрировать свой страх, потому что о нем сразу же стало бы известно и ей, и Дереку. Но ничего не мог с собой поделать. У него были все основания нервничать. Он до сих пор не знал причин вчерашнего поведения Дерека, не представлял, что тот рассказал Лоре и остальным о нем, как объяснил желание оказаться здесь, в квартире своего преподавателя, знали ли они вообще о том, кто он. — Привет, Стайлз! — прокричала Лора, как показалось, доброжелательно. — Привет. Кофе? — спокойно отозвался он, даже не стремясь повышать голос. И Дерек, и Лора прекрасно его слышали. — Нет, спасибо. Я всего на минутку. Завезла Дереку вещи, которые он оставил дома. — Лора… — процедил Дерек сквозь зубы, вызвав у Стайлза улыбку. — Если бы ты не забыл телефон, я бы просто позвонила и попросила тебя спуститься, — что-то — скорее всего, сумка — грохнулось на пол. — Да-да, и я тебе благодарен за то, что ты сделала крюк и завезла мне сумку. И если ты не хочешь кофе… Лора расхохоталась, что-то очень тихо сказала Дереку — Стайлзу не удалось расслышать. Зато до него, наконец, дошло, что они специально разговаривали достаточно громко, чтобы у него было представление, о чем шла речь. Стайлз взъерошил волосы, чувствуя небывалую растерянность. — До встречи, Стайлз! — вновь прокричала Лора. Следом хлопнула входная дверь. — Ага, — только и сумел пробормотать Стайлз, не особо акцентируясь на смысле прощальных слов. — Лора никому ничего не скажет, не волнуйся, — проговорил Дерек, зайдя на кухню. Он остановился на пороге, убрав руки в карманы джинсов, и выглядел настолько потерявшимся и непривычно смущенным, что его захотелось обнять. Стайлз покачал головой, разом говоря о том, что не в Лоре дело, и запрещая себе сходить с места. — Дело не в этом. Я просто не знаю, как себя вести в таких ситуациях. Мне хочется сделать одно, но я понимаю, что не могу себе это позволить, и торможу. Я многое знаю о сверхчувствительности оборотней, но толком не понимаю границ дозволенного. И речь далеко не о сексе, — усмехнувшись, Стайлз почесал сзади шею. — Даже сейчас я спрятался на кухне, хотя мне свойственно совершенно другое поведение. Он не заметил, когда Дерек подошел к нему, только слегка вздрогнул, когда тот обнял, и крепко сцепил руки у него за спиной, прижавшись к его груди. Стало немного легче. Приятно иногда передавать кому-нибудь ответственность за поступки и просто плыть по течению. — Я что-нибудь придумаю, — уверенно произнес Дерек, но его голос слегка дрогнул, намекая Стайлзу, что за этим скрывалось еще и опасение, что этот разговор вел к разрыву. Стайлз потерся носом о ключицу Дерека и заставил себя отстраниться. — Мясо. Нужно достать его, если мы хотим накормить тебя и не хотим спалить кухню. — Я могу сегодня остаться у тебя? — Да. Если обещаешь позволить мне закончить проверку тестов. — Мне и самому следует заняться эссе. Тем более Лора привезла мой ноут. — Тогда, думаю, мы неплохо проведем время, — подмигнув ему, Стайлз достал из духовки противень, поставил его на плиту и велел: — Наливай кофе. Перед работой нам следует хорошенько подзарядиться. И Стайлз не ошибся. Они прекрасно провели день, устроившись на диване, каким-то чудесным образом ничуть друг другу не мешая.

***

Дерек [16:27]: «Я сказал своим, что мы с тобой дружили еще в БХ, поэтому сейчас иногда общаемся». Дерек [16:28]: «Это объяснит, почему от тебя пахнет мной, а от меня — тобой». Дерек [16:28]: «Мы сможем проводить больше времени вместе». Дерек [16:29]: «И позволить себе некоторую близость». Стайлз [16:50]: «Хорошо». Дерек [16:52]: «Точно?» Стайлз [16:53]: «Да. Отличная мысль». Дерек [16:54]: «Не видя тебя — сложно понять, искренен ли ты». Стайлз [16:55]: «Зачем мне врать?» Стайлз [16:55]: «У нас отношения. Немного странные, но все-таки отношения. Их не построишь на лжи». Стайлз [16:56]: «Мне просто немного надо перестроиться. Свыкнуться с мыслью, что мы давно дружим». Дерек [20:01]: «Ок. Свыкайся».

***

Дерек [18:54]: «Ты пришел!» Стайлз [18:55]: «Надеюсь, не зря. Сделайте их!» Стайлз [21:01]: «Охренеть! Я, кажется, сорвал голос». Стайлз [21:01]: «Ты так хорош! Игра была улетной. Четыре овертайма!» Стайлз [21:01]: «Мне пора заканчивать с восклицательными знаками». Стайлз [21:02]: «Я бы тебе сейчас… и я не напишу это слово, ты и сам все поймешь». Дерек [21:27]: «Так это ты кричал?» Дерек [21:27]: «На коленях?» Стайлз [21:28]: «Да». Стайлз [21:28]: «Но если бы я был на коленях, кричал бы ты». Дерек [21:29]: «Пошел представлять все в деталях. Как хорошо, что я живу один».

***

Стайлз [12:18]: «Заметил на себе странный взгляд Эрики. Теперь думаю из-за чего это: из-за календаря или твоих слов о дружбе». Дерек [12:32]: «Календарь…» Дерек [13:02]: «На самом деле все связано. Ее мучает вопрос: видел ли я тебя голым и так ли прекрасно твое тело, как на фото». Стайлз [13:08]: «Не могу поверить, что вас так зацепило. Ладно ты, ты предвзят, и я тебя привлекаю. Но Эрика… У нее есть парень с офигенным телом. Она окружена офигенными телами. Все оборотни преступно сексуальны. Мне никогда не выиграть в этом соревновании. Так что успокой ее. Это фотошоп». Дерек [13:10]: «Я прикасался к тебе — это не фотошоп». Дерек [13:11]: «Теперь я жалею о том, что на лекции». Стайлз [13:12]: «Нет, ты не…» Дерек [13:13]: «Да. Я. Да. Тео посоветовал мне заниматься сексом лично, а не по смс». Дерек [15:00]: «Стайлз?» Дерек [17:28]: «Эй?» Дерек [17:41]: «Я только что видел тебя в кампусе. Ты взволнован, но в порядке. Что произошло?» Стайлз [17:42]: «Ничего. Позже напишу». Стайлз [22:47]: «Пытал своих друзей на тему того, как скрыть от оборотней секс. Ответ один: никак». Дерек [00:21]: «Все так и есть».

***

Дерек [10:03]: «Первогодки бушуют. Не думал, что ты настолько строг. Или у них все настолько плохо, что всего три высших балла на поток?» Стайлз [10:08]: «Надо было лучше готовиться. Если бы это был устный опрос — я бы понял их претензии». Дерек [10:09]: «Мне надо засесть за учебники, иначе придется краснеть». Дерек [10:09]: «И не только по твоему курсу». Стайлз [10:12]: «Тебя ждут веселые времена, зато легче будет сдать итоговые». Дерек [10:14]: «В тебе ни капли жалости». Стайлз [10:14]: «Причем тут жалость? Готовиться надо — и все. Ничего сложного в тестах нет. Даже у Харриса». Стайлз [10:15]: «И намекни своим сокурсникам, чтобы перестали заваливать меня тезисами и черновиками работ, иначе я действительно разозлюсь и тест сделаю куда сложнее, чем есть». Стайлз [10:15]: «И лично Малии и Эрике передай: что наша с тобой дружба — не открывает доступ к ключам». Дерек [10:17]: «Они просила у тебя ответы?» Стайлз [10:18]: «Одна — на правах твоей кузины. Вторая — лучшей подруги, которой надо готовиться к какому-то-там праву, а не тратить время на ерунду, которая никогда не пригодится, а ходит она только потому, что я — классный». Дерек [10:18]: «Я разберусь с ними». Дерек [10:18]: «Извини». Стайлз [10:19]: «Ты-то причем?» Стайлз [10:22]: «Или ты из-за отношения к моему курсу? Думаешь, меня это заботит? Нет. Но я точно знаю, что хотя бы раз за свою офигительную карьеру адвоката она вспомнит о том, как один секси-препод в красках рассказывал о том, как увидеть за всей мишурой правду, и что иногда неплохо бы понимать истинные мотивы нанимателя». Стайлз [10:23]: «Это не работа моей мечты. Я не хочу подводить Лидию и Натали, которая за меня поручилась». Дерек [10:24]: «Мне стало легче». Дерек [10:31]: «А что там с тезисами?» Стайлз [10:33]: «Ничего. Кроме того, что меня достали твои сокурсники. Вы уже третий год учитесь, пора научиться справляться самим». Стайлз [10:33]: «Но тебя это не касается. У тебя отличные тезисы». Стайлз [10:33]: «Это не эвфемизм». Стайлз [10:34]: «Или все же он?» Дерек [10:34]: «Лучше бы он, потому что если это количество замечаний ты охарактеризовал «отличными», то мне страшно представить, что в твоем понимании «плохие». Стайлз [10:35]: «Лучше тебе не знать». Дерек [10:36]: «Думаю, ты прав».

***

Дерек [6:47]: «Было здорово. Спасибо, что так неожиданно появился. Скрасил смену». Стайлз [6:47]: «Мне просто захотелось угостить тебя завтраком. Отдыхай».

***

Стайлз [15:01]: «И снова Эрика странно на меня смотрит. Что на этот раз?» Дерек [18:04]: «Возможно, дело в том, что она думает, что я в тебя влюблен». Стайлз [18:10]: «И ты сообщаешь мне об этом так? Сообщением?» Дерек [18:11]: «Если бы сказал лично — вся наша конспирация полетела бы псу под хвост». Стайлз [18:11]: «И я в тебя». Дерек [18:12]: «Точно полетела бы». Стайлз [18:27]: «Тогда, может быть, ты еще и объяснишь, что произошло в полнолуние?» Дерек [19:00]: «Немного поругался с родителями. Мне не следовало приезжать к ним без тебя. Точнее следовало просто остаться с тобой. Я знал об этом, но боялся напугать. Некоторые не выносят нас в полнолуние. Знаю, что ты не такой! Но все равно испугался. Мама разозлилась из-за этого. Папа пытался убедить, что если мой парень не принимает меня «целиком и полностью» — лучше нам сразу расстаться. Я пытался переубедить их, как-то объяснить, не выдав ни твоего имени, ни других существенных деталей. Вот так вот». Дерек [19:01]: «Лора все знает и считает меня трусливой задницей. И она права». Стайлз [19:01]: «Ты можешь проводить со мной каждое полнолуние, если захочешь». Дерек [19:02]: «Полетела бы во второй раз». Стайлз [19:02]: «И в третий, и в четвертый… не думаю, что мы смогли бы остановиться». Дерек [19:02]: «Стайлз».

***

Дерек [11:17]: «Куда ты делся? На лекции же был, а теперь меня встречается объява, что сегодня тебя не будет и все вопросы следует посылать по почте». Стайлз [11:41]: «В участок вызвали». Дерек [11:42]: «Новое дело?» Стайлз [11:41]: «Нет, просто нужно было утвердить мой график». Стайлз [19:59]: «Сможешь сегодня зайти?» Дерек [20:00]: «Да».

***

Накануне в элитном районе города убили женщину — тело обнаружили около мусорных баков в переулке за рестораном. О том, что она работала няней в одной из семей, живущих неподалеку, удалось узнать довольно быстро, а вот то, что ребенка, за которым она присматривала, похитили — нет. Родители умолчали, надеясь справиться самостоятельно, и рассказали обо всем только спустя сутки, когда заплатили выкуп, а дочь им не вернули. К расследованию должен был подключиться отдел, занимающийся похищениями, но только в кино это происходило практически моментально. В реальности это занимало куда больше времени, которого у них и так было в обрез. Пока капитан занималась улаживанием бюрократических вопросов, к делу привлекли Стайлза. Следующие семь с лишним часов были сущим адом. Бесконечные допросы, осмотры мест преступлений, анализ разговора похитителей с родителями и места встречи для передачи денег. Раньше Стайлз работал в команде, каждый обрабатывал определенный пласт информации, а потом они сводили это воедино. Теперь ему приходилось справляться одному, и хуже условий придумать было бы сложно. Всеобщими усилиями девочку удалось найти. К счастью, для идиотов-родителей все еще живой, а вот преступник скрылся. Забрав деньги, он сразу же покинул город. Конечно, его объявили в розыск, но это уже мало касалось Стайлза. Он покинул полицейский участок невероятно опустошенным. Так бывало всегда после трудных дел, у него даже выработался определенный ритуал по восстановлению душевного равновесия. Но вчера Стайлз о нем даже не вспомнил — на автомате написал Дереку, надеясь, что у того найдется хотя бы минута для встречи. Дерек смог урвать полчаса перед работой, что, учитывая его напряженный график, было очень много. Они провели их в молчании, лежа на диване в обнимку. Этого Стайлзу хватило для своеобразной перезагрузки. И ему захотелось, забив на конспирацию, проявить ответную заботу. В конце концов, если он принесет завтрак своему «старому другу», отправившемуся на промежуточный экзамен сразу после двойной смены, ничего страшного не случится. Как только Стайлз свернул на парковку — сразу же увидел Дерека около его камаро в компании Айзека. Они о чем-то спорили. Вмешиваться совершенно не хотелось, но и сидеть в машине, ожидая, когда они закончат, Стайлз не мог. Это было бы слишком странно и подозрительно даже для него. Тем более, если он зависнет в машине без видимых причин, Дерек начнет переживать, а это в данный момент ему совершенно не к чему. Припарковавшись на своем месте, Стайлз выпрыгнул из машины, закинул на плечо сумку, забрал с пассажирского сиденья пакет с сэндвичем и подставку со стаканами с кофе и бросил взгляд в сторону камаро. Айзек упрямо помотал головой. Дерек раздраженно выдохнул и, похоже, был готов запустить в кого-нибудь своим рюкзаком. Таким Стайлз его еще ни разу не видел и поспешил отвлечь, даже не задумываясь о том, как это будет выглядеть со стороны. — Эй! — воскликнул он, подходя ближе. Дерек натянуто улыбнулся, не особо обрадовавшись его появлению. Айзек вздрогнул, поспешно отвернувшись, будто не хотел, чтобы Стайлз увидел его лицо. — Хейл, второй раз я на такое не пойду, — он практически бросил бумажный пакет в Дерека, прекрасно зная, что тот поймает. Так и произошло. Дерек прижал пакет к груди, удивленно вскинув брови, заглянул внутрь и улыбнулся уже искренне. — Спасибо. Я не думал… — Что я такой добрый? Это уж точно. Но повторения не жди, я тебе не курьер, — Стайлз говорил резко, отчасти холодно, всячески выказывая недовольство, которого и в помине не было. Дерек, судя по обращенному на него теплому взгляду, это прекрасно чувствовал. — Бери свой кофе. — Я лучше пойду, — быстро произнес Айзек, мельком посмотрев на Стайлза. Всего секунда, но этого хватило, чтобы заметить огромный синяк под правым глазом и кровоточащую ссадину на лбу. — Подожди, — попросил Дерек, забрав стакан из подставки. — Я с тобой. Тебе нужно к медсестре. — Нет. — Тут не помешает наложить швы, иначе шрам останется, — с деланным безразличием отметил Стайлз, отхлебнув кофе. — В дверь не вписался? Айзек поспешно кивнул, вздохнув с явным облегчением из-за того, что не последовало никак вопросов из того десятка, что обычно задавали в подобных случаях. Стайлз слишком часто видел жертв насилия, чтобы спрашивать напрямую, или сомневаться в том, каким именно образом были получены эти повреждения. Заметив умоляющий взгляд Дерека, он нахмурился и, воспользовавшись тем, что Айзек стоял к нему спиной, беззвучно уточнил, нужна ли помощь. Дерек моргнул, едва уловимо кивнув. — У меня в кабинете есть аптечка. Идемте. А то еще выгонят с экзамена. Айзек колебался. Стайлз не собирался его уговаривать. Это была не его забота. Все что мог на данный момент, он уже сделал, поэтому направился к себе, предоставляя Айзеку право самому выбирать, как поступить, а Дереку — шанс заставить его передумать, потому что, без сомнений, Айзек не собирался принимать помощь. Как и большинство людей, подвергающихся жестокому обращению. Стайлз только пока не мог понять, впервые это с ним произошло или нет. Но собирался выяснить и попытаться убедить — конечно, не прямо сейчас — обратиться за помощью. Судя по шепоту, долетающему до него, Дерек уговаривал Айзека все рассказать, тот пока активно сопротивлялся. Но хотя бы согласился обработать ссадины — уже небольшая победа. Стайлз ускорил шаг, радуясь, что пока они никого не встретили. Наконец, показалась знакомая дверь. Стайлз едва на бег не перешел — хотелось уже побыстрее разобраться с этим, пока их все-таки кто-нибудь не увидел. Совсем не к месту вспомнилось правило из устава университета относительно драк — и если Стайлз и мечтал когда-нибудь выступить перед дисциплинарным советом, то из-за своих отношений с Дереком, а не из-за того, что пытался прикрыть студента. Он открыл дверь, прошел в кабинет, бросил сумку на свой стул, стакан с кофе поставил на подоконник и достал из ящика стола аптечку. Айзек остановился практически на самом пороге с таким видом, будто собирался сбежать. Дерек мягко толкнул его в плечо, заставив сделать еще пару шагов, и закрыв дверь, остался около нее. — Садись, — Стайлз кивнул Айзеку на стул, закатывая рукава рубашки, и посмотрел на Дерека: — А ты ешь, а то не успеешь до начала теста. Не зря же я крюк делал, — он открыл бутылочку антисептика, краем глаза увидев, как Дерек едва заметно улыбнулся и, поставив стакан на стол, зашуршал пакетом. Айзек присел на самый край стула — подобной робости за ним раньше не наблюдалось. Или Стайлз просто не обращал внимания. Он, протерев антисептиком руки, открыл упаковку со стерильной марлевой салфеткой, налил на нее перекиси водорода, подошел к Айзеку, наклонился к нему, легкими прикосновениями обрабатывая рану и изучая ее. Достаточно глубокая, края ровные, местами кровь уже запеклась, и надавливать приходилось сильнее. Однако Айзек не жаловался. Несмотря на боль, он не проронил ни слова, даже не зашипел и не вскрикнул, лишний раз подтверждая, что привык все выносить молча и терпеть. — Все-таки не помешало бы зашить, — Стайлз отложил салфетку, достал широкий пластырь и аккуратно приклеил его, постаравшись не задеть бровь. — А к синяку — приложить лед. Глаз заплыть может, — он нашел в аптечке мазь от гематом и вручил Айзеку тюбик. — С этим сам справишься. Но к врачу я б заглянул. Только не говори, что упал или врезался в дверь, — не поверят. — Спасибо, — пробормотал себе под нос Айзек, встав. В его походке, в том, как поднимал руку и наносил мазь на синяк, наблюдалась скованность. От посетившей его догадки, Стайлз нахмурился. Будь его воля — немедленно отправил бы Айзека на осмотр в больницу. У него вполне могли быть внутренние повреждения или переломы. Прикусив губу, чтобы случайно не ляпнуть чего-нибудь лишнего, Стайлз отвернулся. Он собрал со стола мусор, закрыл все пузырьки и сложил их обратно в аптечку. — До свидания, — тихо произнес Айзек, видимо, закончив. — До свидания, — Стайлз посмотрел на него через плечо, а потом на Дерека, надеясь, что тот прочитает по глазам просьбу задержаться. — Я догоню, — тут же бросил Дерек. Кивнув, Айзек покинул кабинет. Стайлз мигом растерял всю строгость и сдержанность, взъерошил волосы, уселся на край стола и, взяв стакан, сделал несколько больших глотков. Дерек приблизился к нему, бросил в мусорку упаковку от сэндвича, а в аптечку — тюбик с мазью. — И кто это с ним делает? — Его отец. — Полагаю, не в первый раз? — Далеко не в первый, — Дерек с виноватым видом, будто сам систематически избивал Айзека, покачал головой. — Айзеку было пятнадцать, когда его старший брат погиб. С тех пор это и происходит. Мы, когда узнали, пытались его убедить написать заявление, но… — он беспомощно развел руками. — Даже сейчас, когда Айзек уже не зависит от отца, может вообще не появляться у него… Вздохнув, Стайлз снял очки и помассировал переносицу. На родителей заявляли еще реже, чем на мужей, жен и прочих близких. Если бы Айзек был несовершеннолетним, для проверки достаточно было бы заявления соседей или учителя. С совершеннолетними же все было намного сложнее. Без факта публичного избиения, без заявления жертвы, без обращения в больницу законным путей помочь было нельзя. — Напиши мне все, что знаешь о его отце. Полное имя, адрес, место работы. Попрошу пробить его по базе, но вряд ли мы что-нибудь найдем. Я почти уверен, что у него даже ни одного просроченного штрафа нет. Такие люди отлично умеют играть на публику, — Стайлз за бедра дернул Дерека на себя. — И убеди Айзека прийти ко мне и все рассказать. — Хорошо, я постараюсь. Изо всех сил, — Дерек, устроив руки на бедрах Стайлза, потерся носом о его висок. — Спасибо за завтрак. Я не ожидал. — Пожалуйста, — Стайлз поцеловал его в кончик носа и с большой неохотой отстранился. — А теперь иди. Тебя ждет тест. — Потом тренировка, завтра матч. Придешь? — Да. Дерек радостно улыбнулся. У Стайлза в груди потеплело. Точно так же он себя чувствовал, завтракая с Дереком после его смены в клубе. Когда не мог насмотреться на уставшее, но довольное лицо. Когда готов был заказать все, что имелось в меню, лишь бы накормить его. Когда делился с ним десертом, потому что, даже съев свою порцию, Дерек выглядел голодным. Стайлз должен был догадаться еще тогда. Или несколькими днями ранее, когда они сумели удобно расположиться на крохотном диване в его гостиной. Стайлз сидел в одном углу, согнув ногу и оперев на нее стопку тестов, а вторую вытянув и положив Дереку на бедро. Дерек же развалился в противоположном углу, печатал правой рукой на ноутбуке, а левой — мягко поглаживал лодыжку Стайлза. Все было очевидно. Только он этого не осознавал. Дерек давно уже ушел, а Стайлз по-прежнему сидел на столе, легкомысленно болтал ногами, допивал кофе и глупо, неимоверно глупо улыбался.

***

За последний час в полицейский участок доставили около тридцати задержанных — что совсем не удивительно для конца месяца. Требовалось улучшить статистику, вот и устроили облавы на уличных дилеров, воришек и проституток. В бюро поступали так же, только не разменивались на подобную мелочевку. Надо было это предвидеть. Но когда пару часов назад позвонил Джордан и попросил подъехать, Стайлз даже не подумал о том, какой сегодня день, и насколько может затянуться ожидание. Еще немного — и придется расстроить Дерека опозданием на бейсбольный матч. Стайлз посмотрел на часы, нервно барабаня пальцами по рулю, и в этот момент заметил выходящего из участка Джордана. Тот жестом велел оставаться в машине, перешел дорогу и сел на пассажирское место. — Привет. Извини, что так долго. У нас сплошные облавы сегодня, сам понимаешь, — Стайлз кивнул, с трудом сдерживая нетерпение, хотя и предполагал, что поиски не увенчались успехом. — По этому мужику ничего нет. Чистая история. Несколько штрафов за превышение скорости, да те давно погашены. Совершенно не за что зацепиться. — Как я и думал. — Но я поговорил с ребятами, которые занимаются подобными делами. Они посоветовали — неофициально, конечно, — то, о чем я подумал еще во время твоего звонка. Мы можем его посадить. Только за что-нибудь другое. Стайлз снова кивнул. В этом не было ничего особенного. Такое случалось довольно часто. И, как правило, он это не одобрял. Впрочем, как и Джордан. Они оба выступали за справедливость, старались ловить плохих парней, а не подставлять хороших в угоду сильных мира сего. Но в данном случае следовало рассматривать все варианты. — Только это лучше сделать до конца месяца, сам понимаешь. Пока идут облавы — проще спрятать концы, — добавил Джордан. — Дадим ему еще пару дней. — Хорошо. Возможно… Джордан резко прервался, заставив Стайлза отвлечься от мыслей о том, как заставить Айзека во всем признаться. Было что-то в замешательстве Джордана, мало — или почти несвязанное — с этим делом. — Что? — Думаю, пришло время рассказать тебе, с кем именно я встречаюсь. Это Тео. — Тео? Тео Райкен? — Ага. — И что? К чему такая напряженность? Он — не твой студент. Вы вообще никак не связаны. Не то, что я и Дерек. Но, да, мир тесен, признаю. — Дерек? Так вот, как его зовут. Теперь понятно, почему ты избегаешь разговоров о личном. Все именно так и было. Джордан изредка упоминал своего парня, интересовался, не изменилось ли чего в жизни Стайлза, а тот ловко менял тему или уходил от ответа, ограничиваясь кратким и абстрактным: «Все сложно». В течение пары месяцев он мастерски увиливал от откровенных бесед, и так глупо проболтался. — Да-да. Но не отвлекайся. Ты хотел что-то сказать? До того, как решил раскрыть личность своего парня. — Только то, что Тео тоже в курсе всей этой ситуации и хочет помочь. Возможно, если и он поговорит с Айзеком… — Джордан пожал плечами. А Стайлз должен был признать, что из этого могло что-нибудь получиться. Тео был спокойнее, не давил своей внутренней силой так, как это совершенно неосознанно делал Дерек. Казалось, тот мог сделать все, для него не существовало преград. Он ничего не боялся. Чтобы понять, что это далеко не так, необходимо было узнать его. Но Айзек был напуган, сомневался в себе и любые уговоры Дерека воспринимал через призму: «Ему легко говорить. Если бы я был так же уверен в себе и силен, то ничего бы не боялся и не прятался, и не терпел». А вот Тео, несмотря на то, что тоже был оборотнем, такого впечатления не производил. — Может получиться. В любом случае, ему не помешает еще чья-нибудь поддержка. — А тебе? Стайлзу тоже, как и любому другому. Но в данном случае она не имела никакого смысла. Что Джордан мог сказать? «Вам нужно потерпеть». «Тебе следует сменить работу — и все само собой разрулится». «Забейте на последствия и трахнетесь». Все это Стайлз и так знал. Не было необходимости слышать это от кого-то еще. Может быть, позже, когда отношения с Дереком перестанут быть тайной, и на них обрушится неодобрение оборотнического сообщества, Стайлз сам прибежит за поддержкой. Но не сейчас. — Мне она не нужна, а вот успеть на матч — очень. Джордан хмыкнул и покинул машину.

***

Стайлз успел как раз к началу первого иннинга. Остановившись в проходе между трибунами, он пытался найти свободное место. Весь стадион пестрел цветами играющих сегодня команд. От ярко-голубого и красного рябило в глазах, а от приветственного гула болельщиков зашумело в ушах. — Профессор Стилински! — услышав знакомый голос, Стайлз заозирался по сторонам и увидел машущего ему Тео. — Идите сюда! Стайлз не собирался отказываться. Так же как и выяснять по собственной инициативе Тео занял ему место или по просьбе Джордана. Это было не столь важно. Стайлзу предстояло сосредоточиться на игре. После каждого прошедшего матча Дерек их тщательно анализировал. С недавних пор в непосредственном присутствии Стайлза или по средствам сообщений. Делал ли он так раньше; был ли там кто-то, выслушивающий его; пытался ли этот кто-то давать советы или хоть что-то отвечать — Стайлз не знал, но не хотел выглядеть непонимающим идиотом. Одного раза, когда Дерек на эмоциях засыпал бейсбольными терминами, Стайлзу хватило. Он понимал лишь отдельные слова, не в силах собрать их воедино, как если бы Дерек говорил на иностранном языке, который Стайлз только-только начал изучать. С баскетболом все было немного проще хотя бы тем, что в нем не было четырех видов аутов. Приложив усилия, Стайлз более-менее разобрался, что к чему в бейсболе, но так и не полюбил его. Ему по-прежнему казалось, что это неимоверно скучная для зрителей игра. Почти такая же нудная, как большой теннис. Или керлинг. Если Стайлз вместе с отцом смотрел бейсбол по телевизору, то неизменно засыпал примерно на третьем иннинге. На стадионе же сделать это было сложнее, и он всегда отвлекался на что-нибудь более захватывающее. Но об этом теперь следовало забыть. Стайлз встречался с игроком, пусть и всего лишь университетской команды, и должен был научиться бороться со скукой, не переключаясь при этом на более интересные занятия. Ему нужно было всего лишь как-то перетерпеть пару часов. Однако вскоре он обнаружил, что присутствие на поле Дерека превращало бейсбол в увлекательнейшую игру, напрочь отбивающую сонливость. И дело было не в том, в какие позы вставал Дерек, чтобы отбить или поймать мяч. И не в том, как брюки обтягивали его задницу и бедра. И не в том, как напрягались, перекатывались под кожей его мышцы, когда он совершал удар битой по мячу. И даже не в том, какое у него при этом было выражение лица: серьезное, крайне сосредоточенное, закрытое и чертовски привлекательное. Хотя первые минут двадцать только на этом Стайлз и акцентировался. А вот потом разглядел азарт, бьющий через край, у каждого находившегося на поле. Обе команды хотели победить. Игроки стремились показать себя, продемонстрировать все, на что способны. Каждый по отдельности и все вместе они боролись, сражались за мячи, молниеносно оценивали ситуацию, подавали друг другу невербальные сигналы, принимали порой рискованные шаги, стремясь заработать очки и выиграть. В девятом иннинге обстановка накалилась настолько, что Стайлз не мог больше спокойно сидеть на месте, подскочил и вместе со всеми поддерживал игроков их команды. А уж в тот момент, когда подошла очередь Дерека отбивать, и всему стадиону было уже понятно, что это мог бы быть решающий мяч, Стайлз кричал, рискуя сорвать голос, подбадривал и впервые пожалел, что у него не было накладной руки или помпонов, которыми можно было размахивать. Закончилось все непозволительно быстро. Он радовался вместе со всеми болельщиками УКЛЫ, обнимался с ними, хлопал по плечам, даже не задумываясь о том, что большинство из них вообще видел впервые. Тео вытащил его и Айзека на поле под предлогом того, что их общий друг приложил руку к этой победе и надо его поздравить. Стайлз посчитал это странным. Он не был одним из них, ни разу не зависал с ними и вообще старался на территории кампуса держаться от Дерека подальше. Тео же вел себя так, будто бы все знал и пытался их прикрыть. То ли по собственной инициативе, то ли по просьбе Джордана, то ли самого Дерека. Стайлз собирался это прояснить, но, конечно же, не прямо сейчас. Дерек подошел к ним, сияя счастливой улыбкой, быстро обнял Тео, затем сразу и Айзека, и Стайлза — тот даже пикнуть не успел, ощутив легкое прикосновение носа к щеке и сильную хватку на плече, лишь скомкано пробормотал поздравления. Дерек отстранился, снял свою ярко-голубую бейсболку с белой буквой «В», озорно подмигнул, нацепив ее на Стайлза, и как ни в чем не бывало вернулся к команде. На него налетели болельщицы, облепили со всех сторон, зацеловали. Стайлз прекрасно знал, что это совершенно ничего не значило, всего лишь выражение радости, но все равно ревновал. Ему хотелось точно так же налететь на Дерека и поцеловать, но не в щеку. И чтобы все увидели, кому тот принадлежал, и перестали на него претендовать. Стайлз заставил себя отвернуться от веселящейся команды, поправил бейсболку, отметив, что поблизости уже не наблюдалось ни Айзека, ни Тео. Они присоединились к Эрике и Бойду, стоящим неподалеку. Скорее всего, они пойдут куда-нибудь отмечать победу. Возможно, вместе с Дереком и командой. Стайлз же отправился домой.

***

Дерек [19:59]: «Я бы предпочел отпраздновать с тобой». Стайлз [20:01]: «Приятно знать». Стайлз [20:01]: «Веселись. Еще успеешь поваляться на диване с пиццей и пивом». Дерек [20:02]: «Поужинаем завтра?» Стайлз [20:02]: «Конечно».

***

До конца приемных часов, а вместе с ними и рабочего дня оставалось минут пятнадцать. Стайлз потихоньку собирался, обдумывая меню на предстоящий ужин. Тихий стук в дверь заставил напрячься и мысленно выругаться на припозднившегося студента. — Заходите, — постарался как можно дружелюбнее произнести Стайлз, бросив сумку на пол. В кабинет нерешительно вошел Айзек, осторожно прикрыл за собой дверь и остановился около стола Стайлза. Он переминался с ноги на ногу, теребил кончик лямки рюкзака и не сводил взгляда со стаканчика с ручками. Не ожидавший его появления и потерявший уже всякую надежду на это, Стайлз постарался скрыть свое удивление за вполне логичным в этот час раздражением. — Вы что-то хотели? — Ага. Айзек прикусил губу и больше не проронил ни слова. Было видно, что он хотел что-то сказать, несколько раз набирал в грудь воздух, но не решался. Он бросал быстрые взгляды исподлобья, словно поставленный не за что в угол ребенок, и испуганно молчал. Стайлз не был детским психологом. Он даже психотерапевтом-то никогда в жизни не работал. Анализ, взгляд со стороны, редкий контакт, направленный на то, чтобы вытащить из объекта признание, — далеки от терапии. И, если честно, сейчас не время для нее, да и не место, да и Стайлз — не тот, кому следовало бы ее проводить. Поэтому он продолжил вести себя так, будто совершенно не понимал цели визита Айзека. — Тест вы написали более чем хорошо. Думаю, с итоговым проблем не будет, так же как и с полученными за курс баллами. Работу вы у меня не пишите, и я, к сожалению, уже подал списки и не смогу их поменять, — быстро проговорил Стайлз, с искренним, как надеялся, сожалением. — Меня бьет отец, — выпалил Айзек и посмотрел перепугано, слегка вжав голову в плечи, словно ждал удара. Хотя, наверное, действительно ждал. Или криков. Или заверений в том, что это неправда и не стоит наговаривать на отца. Не дождавшись ничего из этого, продолжил уже медленнее: — Уже пять лет. Я, несомненно, этого заслуживаю. Потому что… плохо учусь, не помогаю ему, сейчас вообще редко бываю дома, и ему приходится все делать самому. Но… но… в последнее время он стал… я боюсь, что… Айзек замялся. Стайлз не подгонял его, обошел стол, спокойно достал стакан, налил в него воды и протянул Айзеку, у которого настолько сильно дрожали руки, что он чуть его не уронил. — Присядь, — мягко предложил Стайлз. Сев на самый край кресла, Айзек сделал пару глотков, облизал губы и, наконец, закончил: — Он убьет меня. Я боюсь, что он убьет меня. Вы… вы вроде бы… Дерек говорил, что у вас есть друзья в полиции. А я могу написать заявление. Но вдруг… они не поверят? — Они соберут улики. У тебя еще не прошли до конца синяки, и ссадина на лбу выглядит, мягко говоря, ужасно. Ее следовало все-таки зашить и показать врачу, — Айзек дернулся, быстрым, привычным движением поправив волосы так, чтобы пряди упали на лоб и закрыли рану. Стайлз сделал вид, что не заметил этого. — Они так же поговорят с соседями, твоими друзьями, поднимут медицинскую карту. Съездят к вам домой. Допросят твоего отца, — Айзек посмотрел затравленно, вжался в спинку кресла и вцепился в стакан с такой силой, что вполне мог раздавить его. Стайлз аккуратно забрал у него стакан и поставил его на стол. Похоже, еще немного, и Айзек передумает идти в полицию. — Успокойся. Я знаю, ты думаешь, что разозлишь его, сделаешь только хуже. Я видел, к чему приводит жестокое обращение. О таком нельзя молчать. Да, это сложно доказать, особенно, когда по ту сторону человек намного сильнее тебя, с безупречной для всех репутацией. Но возможно. Ты будешь не один. У тебя есть друзья, которые поддержат тебя. Которые уже задействовали свои связи, — усмехнувшись, Стайлз достал из кармана телефон. — Я сейчас позвоню Джордану. Он мой друг, и я попрошу его помочь с этим делом. Хорошо? — он заглянул Айзеку в глаза. — А вы… вы сможете поехать со мной? — Смогу, — Стайлз подбадривающе ему улыбнулся, не разрывая зрительного контакта. — Хорошо.

***

Стайлз [19:11]: «Ко мне пришел Айзек. Мы сейчас едем в участок к Джордану. Как что-то станет ясно — напишу». Стайлз [19:11]: «Ужин придется перенести. Извини». Дерек [19:12]: «Да плевать на ужин! Поедим позже или в другой день». Дерек [19:13]: «Не могу поверить, что он все-таки смог сделать это». Дерек [19:13]: «Я пока в библиотеке посижу». Дерек [19:14]: «Ему ничего не надо? Может, мне приехать?» Стайлз [19:20]: «Пока не надо». Стайлз [21:40]: «Я с Айзеком все еще в участке. Парни поехали обыскивать его дом». Дерек [21:41]: «Хорошо. Я вам все еще не нужен?» Стайлз [21:42]: «Ты мне всегда нужен». Стайлз [21:42]: «Айзеку потребуется поддержка друзей. Возможно, стоит сообщить его соседу в общежитии? Или вам подождать у него в комнате? Или где-нибудь поблизости? Но участок — не то место, где следует сейчас быть тебе или кому-то из вас». Дерек [21:43]: «Понял. Соберу наших». Дерек [21:57]: «Мы будем в круглосуточном кафе недалеко от общежития». Стайлз [21:58]: «Мне ему это передать?» Дерек [21:58]: «Нет. Я написал ему. И, думаю, не только я». Стайлз [21:59]: «Да. Телефон у него не затихает». Стайлз [00:58]: «На сегодня закончили. Отвезу Айзека в общежитие и поеду домой». Дерек [00:58]: «Ждем».

***

Стайлз безумно устал. Даже злость, клокотавшая в нем еще пару часов назад, испарилась без следа. Все, чего ему сейчас хотелось, это стереть из памяти увиденное и услышанное в участке. Он умел отстраняться от чужих плохих историй, но конкретно в этой был замешан не посторонний. Айзек — его студент и друг Дерека, его бойфренда. Айзек — хороший парень, который не заслужил и сотой доли того, что пережил. Избиения были лишь каплей в море, по сравнению с остальными пытками — по-другому их и не назовешь. Отец наказывал его за все подряд. Ужин немного подгорел — получи стаканом по лицу. Опоздал к комендантскому часу — проведи ночь запертым в сломанном морозильнике в подвале. Получил плохую оценку — прибери в доме, который тобой же и разгромили. Парни, вернувшиеся из дома Лейхи, не сдерживали эмоций. Если до обыска многие сомневались в правдивости слов Айзека, то после — они мечтали почесать кулаки о Лейхи-старшего. До Стайлза долетели обрывки их разговоров, и лучшего бы это не произошло. Так же как лучше бы он не видел фотографий, сделанных в доме. Исцарапанная изнутри крышка морозильника еще долго будет присутствовать в его кошмарах. Стайлз подбросил Айзека до общежития. Не успел тот выйти из машины, как на него налетела Эрика. Отъезжая, в зеркале заднего вида Стайлз заметил Бойда, Тео, вроде бы Лиама и еще несколько человек, которых не успел разглядеть. Об Айзеке было кому позаботиться. А Стайлз мог со спокойной душой ехать домой и отдыхать. Пусть в одиночестве, но к нему в комплекте шли тишина и уют — и это все, что сейчас было нужно. О «ком» Стайлз старался не думать, потому что непременно утонул бы в меланхолии. Однако около дома его поджидал сюрприз. На крыльце сидел Дерек с двумя бумажными пакетами, скорее всего, с едой, и о «ком» не думать уже не удавалось, потому что теперь у Стайлза точно было все, о чем он только мог мечтать сегодняшней ночью. Стоило ему выбраться из джипа, Дерек поднялся с насиженного места. Взяв сумку, Стайлз закрыл машину и подошел к нему. — Я захватил перекусить. Если не хочешь, можно убрать в холодильник, а завтра разогреть, — произнес Дерек. Стайлз улыбнулся с искренней теплотой, взял его за руку и повел в квартиру. На то, чтобы говорить, не было сил. Но слова сейчас и не требовались. Дерек прекрасно его понял, переплел их пальцы и молча шел следом. Ни одного вопроса не прозвучало, ни одной просьбы рассказать о произошедшем — вообще ничего, и вовсе не потому, что его не снедало любопытство. Ему было интересно, Стайлз видел это. Просто Дерек уважал его желание помолчать, прекрасно зная, что, как только Стайлз будет готов — поделится всем, чем сможет. — Что ты здесь делаешь? — спросил он, когда они зашли в квартиру и закрыли за собой дверь. — Я думал, ты будешь с Айзеком. — Его есть кому поддержать. А вот тебя — нет. Полагаю, вечер выдался не из приятных. Я должен был убедиться, что ты в порядке. Стайлз обнял его и поцеловал — устало, нежно и благодарно. Он едва ли понимал, что делал. И далеко не сразу осознал, что это их первый с Дереком поцелуй. Ощущения, каждое движение губ и языков казались знакомыми. Дерек неспешно поглаживал его спину, отвечал так же нежно и не стремился перехватить инициативу или сменить настрой. Стайлз ожидал иного, но то, что получил в итоге, ему понравилось даже больше. — Аппетита у меня действительно нет, — с улыбкой произнес он, отстранившись. Дерек усмехнулся, смотря с таким обожанием, что у Стайлза сердце замерло, впрочем, как и вообще все внутри, потому что он не верил в то, что видел. — Тогда идем в душ и спать, — сказал Дерек, потянув его в сторону ванной комнаты.

***

Стайлз [13:42]: «Почему ты меня не разбудил?» Дерек [13:43]: «Ты так сладко спал — рука не поднялась. Я бы и сам, с удовольствием, спал с тобой и дальше, но у меня была тренировка». Стайлз [13:43]: «Вчерашний ужин стал прекрасным завтраком. Спасибо. Ты сам успел поесть?» Дерек [13:44]: «Да». Дерек [13:57]: «У меня через полтора часа поздний обед с Лорой. Хочешь присоединиться?» Стайлз [14:05]: «Не уверен, что это хорошая идея». Дерек [14:16]: «Почему? Лора знает о нас». Стайлз [14:18]: «Извини, я просто еще не готов к близкому знакомству с твоей сестрой. Или с кем-то еще из твоей семьи». Дерек [14:18]: «Ок». Стайлз [19:05]: «Хорошо провел время?» Стайлз [19:45]: «Дерек?» Дерек [19:59]: «Ага». Стайлз [19:59]: «Ты обиделся?» Дерек [20:01]: «Нет. Конечно, нет». Стайлз [20:01]: «Прости. Я с удовольствием поужинаю или пообедаю, или даже позавтракаю с Лорой, но чуть позже». Дерек [20:02]: «Ок».

***

Стайлз [9:27]: «Доброе утро. Разбудил?» Дерек [9:31]: «Нет». Стайлз [9:36]: «Ты все еще свободен сегодня? Мы могли бы, наконец, поужинать. Или встретиться прямо сейчас и провести день вместе». Дерек [9:43]: «Я занят сегодня. Извини». Стайлз [9:44]: «Ты все еще дуешься. Дерек, мне искренне жаль, что я не могу пока познакомиться поближе с твоей сестрой. Я понимаю, как это для тебя важно. И что обидел тебя отказом. Но и ты должен меня понять. Хотя бы попытайся, пожалуйста». Дерек [9:59]: «Как раз этим и занимаюсь. Нам следует меньше переписываться. Это привлекает слишком много внимания. Кто-нибудь может прочитать и все понять». Стайлз [10:08]: «И кто же имеет подобный допуск к твоему телефону?» Дерек [10:08]: «Всякое может случиться». Стайлз [10:09]: «Действительно». Стайлз [10:09]: «Не могу поверить, что мы поссорились по смс». Дерек [10:11]: «Я не ссорюсь с тобой. Просто даю свободу, о которой ты мечтал». Стайлз [10:11]: «Отлично».

***

Ночные звонки приносят плохие новости — это известно всем. А вот от дневных или вечерних и даже утренних — никакого подвоха обычно не ждешь. Чаще всего Стайлз даже на определитель номера не смотрел, потому что, если был свободен, всегда отвечал. Когда ему приятный женский голос сообщил о том, что Джордан Пэрриш находится в больнице в тяжелом состоянии, Стайлз не поверил. Джордан был оборотнем. С ними редко случалось что-то настолько серьезное, чтобы их госпитализировали. Они не не уязвимы, но им требовалась всего пара часов, максимум сутки, чтобы восстановиться. Под «тяжелым состоянием» в их случае подразумевалось «все еще жив, но едва ли протянет до утра». Стайлз покинул университет в спешке, не оставив даже записки на двери кабинета, что сегодня больше не вернется. Схватил сумку, позабыв кардиган на спинке кресла, и пока добежал до машины — продрог до костей. Дул ужасно сильный ветер, накрапывал дождь. Следовало бы вернуться, но не хотелось терять время. В больнице милая медсестра, чем-то напоминающая миссис МакКолл, маму Скотта, рассказала, что произошло, постаралась объяснить, как обстоят дела на данный момент, и передала Стайлзу, как экстренному контакту и доверенному лицу, личные вещи Джордана. Чуть позже лечащий врач повторил практически все то же самое, только заумными словами, скрывающими за собой страшное. Джордан участвовал в облаве на нарколабораторию и пострадал при взрыве мета. Множество повреждений, огромная кровопотеря — у человека даже шанса не было бы на спасение. Джордану повезло, что он оборотень. Об этом твердили все. Стайлзу же хотелось, чтобы они приберегли свои «утешения» для других. Комната ожидания для посетителей и коридоры больницы были забиты полицейскими. Как оказалось, многие из них знали Стайлза и стремились его «поддержать», засыпая банальностями — «держись», «он выкарабкается», «Джорди сильный парень» и прочими в таком же духе. Его же тошнило от сочувствия в их глазах. Всем этим он досыта наелся еще в детстве, когда мама болела. И знал одно — это просто слова, которые ни черта не помогали. Он не отказался бы от совета, как справиться с этим, от объятий и от кофе. Ему хотелось поделиться своими страхами, перестав выглядеть собранным, сдержанным и взрослым. Ему как никогда требовалась поддержка, но не посторонних. Спрятавшись на лестнице, Стайлз достал телефон, нашел номер Дерека, но так и не решился позвонить. Дерек, если бы ответил, едва услышав новость, сразу бы приехал, наплевав на все дела и обиду, был бы рядом и отпугивал одним своим видом всех сочувствующих. Стайлз в нем не сомневался. Они не сказали и не написали друг другу ни слова за прошедшие четыре дня. При встречах в кампусе ограничивались вежливыми кивками. Но он все равно был уверен, что Дерек не бросил бы его одного в этой ситуации, просто Стайлз не хотел мириться при подобных обстоятельствах. И, по правде говоря, ужасно боялся того самого «если», подразумевающего за собой другой вариант: игнорирование звонка. Он набрал номер Лидии, совершенно позабыв о разнице во времени. — Стайлз? — ответила Лидия раньше, чем он сумел подсчитать, который сейчас час в Париже, и повесить трубку. Услышав ее как всегда спокойный, немного отстраненный голос, Стайлз обессилено опустился на ступеньку. — Джордан в больнице, — тяжело дыша, проговорил он. Лидия не стала уподобляться другим, задавая бессмысленные вопросы. Она, так же как и Стайлз, могла сделать правильные выводы, исходя из одного короткого предложения. И точно так же ненавидела утешения, прекрасно умея успокаивать без них. — Дыши, Стайлз. Тебе нужен кислород, — Лидия мягко усмехнулась. — А мне — причины госпитализации Джордана. Он судорожно вздохнул, но не смог пока ничего ответить. Лидия ждала, но не особо терпеливо, то и дело недовольно хмыкая в перерывах между попытками уговорить дышать ровно. Но у Стайлза не получалось. Он пытался изо всех сил, но чудодейственный, как правило, голос Лидии будто утратил свои свойства. Перед глазами мелькали белые точки, легкие уже начали болеть, голова слегка кружилась — Стайлзу показалось, что ещё немного — и потеряет сознание. Он привалился к стене, зажмурился, сжимая в руке телефон Джордана — единственную уцелевшую вещь — поцарапанный, с потрескавшимся экраном, но в рабочем состоянии. В пальцы впивались сколотые края. И почему-то Стайлз подумал о Дереке. У того на задней крышке мобильного была длинная, довольно глубокая царапина. Воспоминания о том, как из раза в раз, задумавшись, проводил кончиком пальца по ней, успокаивали. Дерек так мило смущался, рассказывая, как схватил телефон, позабыв о выпущенных когтях, словно ребёнок, для которого в преддверии полнолуния было очень сложно полностью удерживать человеческую форму. — Ты хоть представляешь, какой огромный счёт получишь? — внезапно произнесла Лидия, настолько резко сменив тему, что Стайлз даже растерялся. Он рассмеялся, отстраненно отметив, что уже мог нормально дышать. И при этом едва ли понимал, когда полностью успокоился. — Так что произошло с Джорданом? — спросила Лидия. — Пострадал при взрыве. — Тебя пустили к нему? — Да, — Стайлз поежился — Джордан выглядел ужасно: весь в бинтах, с местами выстриженными, местами подпаленными волосами, с трубкой, торчащей изо рта, с кучей датчиков, подключенных к нему, и проводами, тянущимися к противно пищащим приборам. — Если доживет до утра… Регенерация идёт медленно, слишком много повреждений. Врачи сделали все, что смогли. Я могу только ждать. И ты прекрасно знаешь, как это трудно. — Ему нужна поддержка, и я уверена, что он чувствует твоё присутствие. — Этого, кажется, так мало, — положив телефон Джордана на ступеньку ниже, Стайлз взъерошил волосы. — У него только-только стабилизировалась личная жизнь. Ты знала, что у него есть парень? Один! Всего один. Для Джордана это… — Стайлз прервался, поняв, что не видел в больнице Тео. А если судить по рассказам Джордана — Тео, узнав, сразу же приехал бы. Значит, ему не сообщили. — Мне нужно сообщить ему. Черт, как я… — Так, как умеешь только ты. — Да уж, — усмехнувшись, Стайлз нашёл номер Тео в телефоне Джордана. Палец завис над именем. Следовало для начала попрощаться с Лидией. Разговоры с Европой — дорогое удовольствие. Соображай Стайлз в тот момент — воспользовался бы скайпом. Но было немного страшно вновь оказаться одному. — Держи меня в курсе. Если понадобится помощь — сразу же обратись к Питеру, я его предупрежу. Он не откажет. — Хорошо. Пока, Лидс. И… спасибо. — Не за что, Стайлз. Ты же знаешь, что я всегда здесь для тебя. Так же как и ты для меня. Позвони парню Джорди. Если… ему лучше быть там. Он зажмурился, отказываясь думать и об этом «если» варианте. Джордан поправится, непременно поправится, и первым, кого он увидит, открыв глаза, будет Тео. Именно поэтому ему следовало позвонить, а не из-за какого-то там «если». — Да. Ты права. — Пока, Стайлз. Закончив звонок, он убрал свой телефон в карман, взял в руку мобильник Джордана и набрал номер Тео. Разговор предстоял тяжёлый.

***

С Джорданом все было без изменений. С одной стороны, это хорошо. С другой — чем дольше он находится в коме, тем сложнее определить её последствия. Подобное состояние у оборотней — малоизученная редкость. Было известно о двух случаях, когда, очнувшись, они утрачивали свою человеческую часть, даже не обращаясь, вели себя как дикие звери. И о трёх, когда они полностью исцелялись. Статистика была на стороне Джордана, а вот время — нет. Все те оборотни, составлявшие статистику, пришли в себя на вторые сутки — ненадолго, но пришли. Джордан же ни разу даже не шелохнулся. О том, что он все еще жив, говорили только приборы, подключенные к нему. Стайлзу разрешили находиться в палате, но он провел всю ночь в комнате для посетителей вместе с Тео, которого не удалось провести к Джордану. Они уговаривали главного врача, убеждали главную медсестру, давили на жалость дежурной по отделению — и все твердили, что у них нет оснований допускать постороннего в отделение реанимации. Вот если бы Тео был мужем или родственником пациента — другое дело, а бойфренд приравнивался ими к пустому месту. Тео был разбит, его глаза то и дело мерцали бронзой, а вместо слов с губ срывалось рычание. Страшно было представить, что он чувствовал, слыша, ощущая Джордана сквозь стены и при этом не имея возможности быть с ним рядом. Стайлз не мог оставить Тео одного в таком состоянии. Поначалу они не разговаривали. Тео держался настороженно и, очевидно, изо всех сил цеплялся за якорь, сдерживая обращение. Вдобавок ко всему, ему явно было неловко, и Стайлзу пришлось сходить за кофе для них обоих, а после — сломить лёд, объяснив, что здесь и сейчас они не преподаватель и студент, поэтому можно хотя бы из-за этого не париться. Тео немного расслабился, успокоился и вскоре тихим голосом рассказывал о том, как порой с Джорданом сложно, но о будущем без него даже не хотелось думать. Утром им обоим пришлось уйти. Они хотели бы остаться, но им нужно было в университет. Тео упрямился, отказываясь покидать насиженное, максимально близкое к Джордану место. В какой-то момент Стайлз испугался, что Тео все-таки обратится, не сдержавшись, и разнесет всю больницу, а потом появилась та самая милая медсестра, мягким тоном легко убедила его ненадолго уйти. Стайлз едва успел перекусить, принять душ, переодеться и доехать до кампуса до начала первой лекции. У него оставалось всего пятнадцать минут на то, чтобы добежать до кабинета, взять свои записи и добраться до аудитории. Выбравшись из джипа, Стайлз застегнул под горло худи, накинул на мокрую голову капюшон и поспешил в сторону корпуса. Неподалеку, около кофейни, он заметил Дерека, Эрику, виснущую на Бойде, и Айзека. Они смеялись, оживленно что-то обсуждая. Их бодрость и безмятежность раздражали. Судя по всему, Тео им ничего не сказал. Возможно, они вообще не знали того, с кем он встречался. Стайлз натянул капюшон пониже и ускорил шаг, перешёл бы на бег, но это уже выглядело бы чересчур подозрительно. — Ст… Профессор Стилински! Подождите! — услышал он за спиной голос Дерека. Встречаться лицом к лицу и разговаривать о чем-то прямо сейчас совершенно не хотелось. Но и убежать от оборотня, как бы ни было сильно желание это сделать, у Стайлза не хватит сил, тем более в таком состоянии, когда, запнувшись о собственные ноги, упадёт через пару футов. Остановившись, он нехотя развернулся и скинул капюшон. — Что вы хотели? Дерек осмотрел его обеспокоенным взглядом, шумно принюхался, будто по запаху мог определить, что с ним произошло. Хотя, наверное, все же мог. — У меня нет времени ждать, когда вы найдёте слова, — резко добавил Стайлз. У Дерека в ужасе округлились глаза. Стайлз хотел бы добавить, что пугаться или удивляться после игнорирования не стоило, но вокруг было слишком много любопытных ушей. — Можно мне минуту? — хрипло попросил Дерек, впиваясь когтями в мягкую лямку рюкзака. Стайлз удивленно приподнял бровь и кивнул, приглашая следовать за собой. Они не проронили ни слова. Стайлз не знал, что и думать, а уж о чувствах вообще говорить не хотелось. Он приказывал себе держаться холодно, не желая мириться при подобных обстоятельствах. И уж точно не собирался делать первый шаг — и так уже достаточное количество раз извинился. Когда они зашли в кабинет, Стайлз остановился у своего стола и принялся искать блокнот в чёрной кожаной обложке, в котором набрасывал планы лекций. Вчера он оставлял его где-то тут. Зацепившись взглядом за кардиган, брошенный на спинку кресла, Стайлз решил переодеться. Все-таки в худи он чересчур сильно походил на студента. — Минута скоро кончится, — сухо предупредил он, устав от пристального внимания Дерека. — Что случилось? — Дерек приблизился к нему. Стайлз собирался огрызнуться, даже рот уже открыл, но тут же его захлопнул, поджав губы. Дерек дружил с Тео, и если узнает о его проблеме — попытается помочь. В конце концов, его семья обладала определенным влиянием и могла как-то совладать с персоналом больницы. — Джордан в больнице, в очень тяжелом состоянии, — Стайлз провёл рукой по влажным волосам и, сделав вид, что не заметил движения Дерека к себе, обошёл стол и присел на его край. — Не знаю в курсе ли ты, что он встречается с Тео. И я не знаю, можешь ли ты помочь, но его не пускают к Джордану, даже мои заверения в том, что у них отношения — не помогли. Если бы они официально были партнерами — другое дело. А так… — Стайлз развел руками. Дерек вновь приблизился к нему, обхватил лицо горячими ладонями и заглянул в глаза. — Я придумаю что-нибудь, — серьезно произнёс он, быстро поцеловал — это вышло у него так естественно, что Стайлз опешил, не успев ни возразить, ни возмутиться, — и ушёл. Вряд ли Дерек понимал, что именно сделал. Скорее просто подчинился своим инстинктам, действовал на автомате, позабыв об установленных ими границах. Хотя они и размылись немного после того как сам Стайлз его поцеловал, сейчас это все ощущалось каким-то неуместным. Они по-прежнему были в ссоре. Ничего не изменилось. По крайне мере не для Стайлза.

***

Стайлз ни за что бы не признался, что едва зашёл в больницу, первым делом увидел широкую, мускулистую спину Дерека, а потом уже заметил и Тео рядом, выглядящего как-то хрупко по сравнению с ним, и злую главную медсестру Левайн, которой они что-то доказывали. — А я-то все думала, когда же и вы появитесь, мистер Стилински, — язвительно проговорила она, смерив Стайлза пренебрежительным взглядом. Он мог поспорить, что ей хотелось добавить ещё нечто похожее на: «Я всю вашу компашку насквозь вижу, ничего у вас не выйдет». — В чем дело? — спросил он, быстро кивнув в знак приветствия Тео и Дереку. — Почему же вы не сообщили мне, что этот молодой человек — пара детектива Пэрриша? Стайлз насмешливо вскинул бровь, поддёрнул рукава кардигана и убрал руки в карманы брюк. — О чем же, по-вашему, мы вам вчера говорили? Что не один час доказывали? — Вы сказали, что они встречаются. — А должен был, видимо, поведать об их первом поцелуе, встрече, прогулках под луной и жарком сексе? — язвительно парировал Стайлз, едва ли понимая, о чем конкретно здесь шла речь. Но даже без этого знания, ему вроде бы неплохо удавалось играть свою роль. Тео, как-то подозрительно нахмурившись, покосился на переступившего с ноги на ногу и покрасневшего Дерека. Здесь определенно происходило нечто, недоступное для восприятия Стайлза, но ему пока было не до этого. Медсестра Левайн не сводила с него глаз, словно так пыталась заставить во всем сознаться. Стайлзу безумно хотелось отреагировать по-детски задиристо, самодовольно отметив, что у его отца этот взгляд удавался намного-намного лучше, да и то у него не всегда выходило выбить из Стайлза правду. Но он давно уже повзрослел и вести себя должен был соответствующе, поэтому просто смотрел в ответ так, как научился у отца: будто у него в запасе все время мира, и он готов ждать столько, сколько необходимо для того, чтобы получить то, что хотел. — Идите за мной, — наконец, с явным недовольством произнесла медсестра Левайн и направилась к лифтам. Стайлз бы не удивился, устрой она еще какую-нибудь проверку отношениям Тео и Джордана. И, похоже, так думал не только он: Тео и Дерек тоже не спешили радоваться победе, молча следуя за ней. Дерек двигался немного скованно. Стайлз едва не предложил ему обратиться к врачу, а потом случайно посмотрел на его пах — и все встало на свои места, но при этом запуталось еще сильнее. Они поднялись на седьмой этаж, прошли по извивающемуся коридору к посту дежурной по этажу медсестры и остановились. — Ждите здесь, — приказала медсестра Левайн. Девушка на посту была незнакома Стайлзу. Молоденькая, скорее всего, совсем недавно получила диплом, она смотрела на удаляющуюся старшую медсестру с таким же затаенным страхом, какой испытывал в глубине души Стайлз, а затем переключилась на изучение их троих, уделив больше всего внимания Дереку, который всего этого, казалось, вообще не замечал, изучая с хмуро-недовольным выражением носки своих кед. Стайлз опасался, что девушка сейчас начнет клеиться к Дереку, но, к счастью, она не проронила ни слова, пока не вернулась медсестра Левайн с картой Джордана. — Этому, — сказала она, указав на Тео, — можно посещать детектива Пэрриша. Ваш ай-ди, — обратилась она уже к Тео, не обратив внимания на девушку, кивнувшую и пробормотавшую себе под нос: «Хорошо». Тео быстро достал удостоверение из кармана, положил на стол и, закусив нижнюю губу, нетерпеливо ждал, пока медсестра Левайн внесет его данные в карту. Она как будто специально писала медленно, несколько раз перепроверив едва ли не каждую букву имени и фамилии. Дерек раздраженно вздохнул. — Идите уже, — проворчала медсестра Левайн. Тео сразу же сорвался с места и притормозил лишь у дверей палаты, чтобы перевести дыхание, да, по-видимому, немного успокоиться. Стайлз улыбнулся, надеясь разделить этот момент с Дереком, и наткнулся на обожающе-голодный взгляд, бесспорно означающий, что Дерек готов наброситься на него прямо сейчас, наплевав на всех возможных свидетелей. Стайлз с недоуменным выражением, беззвучно произнес: «Что?». — Оборотни, — пренебрежительно сказала медсестра Левайн, захлопнув карту. — Да, — мечтательно выдохнула девушка. Если бы это был мультфильм, у нее в глазах замелькали бы сердечки. Стайлз раздраженно поморщился, забрав ай-ди Тео со стола, и уточнил у медсестры Левайн: — Теперь проблем не будет? — Нет, — недовольно ответила она и ушла. Сделав глубокий вдох, Стайлз быстро досчитал до десяти. Соблазн написать жалобу был как никогда велик. Девушка на посту теперь вносила какие-то данные в компьютер, старательно делая вид, что ее не интересует происходящее вообще, и Дерек в частности. — А мы с тобой выйдем и поговорим, — сухо приказал Стайлз Дереку, направившись к лестнице. Она сейчас была идеальным путем к выходу, потому что вела прямо на парковку и ею редко пользовались. Черный камаро Дерека весьма удачно стоял в дальнем от входа углу. Возможно, им удастся поговорить без лишних свидетелей. У Стайлза в голове крутился ни один десяток вопросов, из которых необходимо было выбрать лишь те, которые касались их отношений и ситуации с Джорданом и Тео. Остановившись около машины, Стайлз поддернул рукава кардигана и посмотрел на Дерека, замершего рядом с капотом. — И что это за пары? — То, во что верят люди, поэтому добавляют в исключения всяких внутренних правил. Например, в список тех, кого можно допускать к оборотням, если те оказываются в больнице, помимо родственников, супругов и выбранного лица для связи. Или тех, к кому можно допустить оборотня в этих же случаях. Мне подсказала Лора, — быстро ответил Дерек. С такой же прытью он на первом свидании рассказывал о Центре Гетти и аллее звезд. И точно так же, как тогда, его захотелось поцеловать. Стайлз пытался вспомнить, слышал ли когда-нибудь о парах. На ум приходили только любовные романы. Девчонки в старшей школе и колледже обожали их, постоянно обсуждали и мечтали о том, чтобы встретить своего идеального парня-оборотня. Стайлз всегда считал это выдумкой и даже подумать не мог, что кто-то настолько верил в сказки и сделал из них исключение в довольно строгих правилах. — Ладно. С этим разобрались, — растягивая гласные, сказал Стайлз и кивнул на пах Дерека. — А что с этим? — Меня заводит твоя… властность, сила, самоуверенность, твердость… когда ты такой — я ничего не могу с собой поделать, — у Дерека от смущения порозовели кончики ушей. Стайлз находил это до безумия очаровательным. — Тогда почему ты обиделся в ответ на прямое проявление всего этого? — Прости. Это было глупо. Но я так разозлился… и обиделся… по-детски, знаю. Простишь? Робкий Дерек активизировал некую часть Стайлза, о которой тот раньше не знал. Точно так же, как и о своей одержимости лодыжками Дерека. И видимо еще о многих-многих вещах, связанных только с Дереком. Он мог бы устроить сцену в стиле Лидии, заставив умолять о прощении; мог повести себя как Джордан, сделав вид, что еще не простил, уйти, а потом ненавязчиво, будто делал одолжение, пригласить к себе; мог прочитать поучительную лекцию о том, как не следует поступать с тем, с кем встречаешься и пытаешься построить отношения. А мог поступить так, как хотелось, забив вообще на все. Стайлз больше не злился, не обижался и был практически уверен, что подобное никогда не повторится. Дерек просто не позволит себе оступиться дважды на одном и том же месте. Стайлз подошел к нему, обнял, сунув руки в задние карманы джинсов Дерека, и прижал к себе, не сводя взгляда с его глаз. Дерек судорожно вздохнул и зажмурился. — Стайлз… нас могут увидеть… — Плевать, — он вжался бедром в пах Дерека, ощутил твердость члена и прикоснулся приоткрытыми губами к покрытой щетиной щеке. — Стайлз, — беспомощно прошептал Дерек, положив руки ему на талию и уронив голову ему на плечо. Горячее дыхание опалило шею, вызвав дрожь. Стайлз знал, что следовало прекратить все это прежде, чем кто-нибудь из них — или они оба — кончит, но не мог. Ему хотелось обнимать Дерека, прикасаться к нему, целовать, слышать тяжелое дыхание и умоляющие стоны. Ему хотелось чувствовать Дерека всем телом, секунда за секундой убеждаясь, что он действительно рядом. Ему хотелось забраться Дереку под кожу, чтобы больше никогда с ним не расставаться. — Как быстро у тебя исчезнет засос? — Секунд двадцать, — Дерек лизнул шею Стайлза и потерся о его бедро. — Я не… Стайлз… — срывающимся голосом попросил он, очевидно, о большем. — Я дам тебе все, что ты хочешь, только потерпи еще немного. Стайлз чувствовал ласковые прикосновения губ Дерека к шее и в красках представлял, какого было бы сейчас усадить его на капот, зацеловать до зашкаливающего пульса, забраться в штаны и обхватить пальцами этот твердый, наверняка уже влажный член. Стайлз был возбужден, с трудом не толкался навстречу, посасывая солоноватую кожу и позволяя Дереку делать то же самое. У Стайлза засос не исчезнет даже через минуту, но его это не заботило. Он хотел, чтобы на его шее, на самом видном месте, красовался след, оставленный Дереком. Стайлз сжал его ягодицы, услышал тихий стон и быстро отстранился, не дав Дереку времени опомниться и понять, что произошло, иначе тот бы его просто не отпустил, и они все-таки закончили бы оргазмами. — Стайлз? — Дерек привалился к машине с таким видом, будто бы его разом лишили всех сил. — Мне нужно вернуться, — Стайлз сам себя ненавидел за эти слова. — Это месть за то, что я вел себя как идиот? — Если тебе так легче — да, — Стайлз запахнул кардиган и скрестил на груди руки. — Нет. Определенно, нет, — усмехнувшись, Дерек сжал себя сквозь джинсы и прикрыл глаза. — Могу поспорить, что кончу сразу же, как прикоснусь к члену. А если ты вернешь губы на мою шею — то можно и к члену не прикасаться. Стайлз отступил, подставив лицо холодному ветру, надеясь, что тот остудит разгоряченную кожу, и возбуждение хоть немного угаснет. Он заставил себя перевести взгляд с руки Дерека, прижатой к паху, на выезд с парковки, потому что иначе сорвался бы и сделал то, чего они оба желали. — Топ или боттом? — выпалил Стайлз, едва ли осознавая, о чем именно спрашивал. В его фантазиях Дерек всегда бывал снизу, и только сейчас он понял, что это могли быть неосуществимые мечты. — Без разницы. Как захочешь. — А что предпочитаешь ты? — Боттом. Мне больше, намного больше нравится снизу. Но если ты… — Я понял-понял, — Стайлз встретился с Дереком взглядом. — Понял. — И я. Кажется, — Дерек оперся на крышу машины, медленно выпрямился и достал из кармана куртки ключи. — Лучше мне уехать. — Не загреми в полицию, пожалуйста, — мягко усмехнувшись, Стайлз сделал еще пару шагов назад, хотя хотел, наоборот, вперед и поцеловать Дерека на прощание. — Постараюсь дотерпеть до дома. Дерек сел в машину, а Стайлз отправился обратно, в больницу.

***

Когда Стайлз зашел в палату, Тео посмотрел на него так, что сразу стало очевидно: без Джордана он отсюда никуда не уйдет. Стайлз сел на свободный стул и устало растер ладонями лицо. — Мне всегда было интересно, чувствуют ли они в подобном состоянии хоть что-то. Есть ли им дело до чьего-либо присутствия рядом. Может быть это то, что нужно лишь близким. — Возможно, — Тео погладил забинтованные пальцы Джордана. — Но Джорди дышит сам, значит, точно может слышать запахи. Он знает, что мы рядом, и это поможет ему вернуться. Стайлз грустно улыбнулся, не смея разрушать воздушные замки, построенные Тео, реальностью. Он тоже хотел верить в скорейшее выздоровление Джордана, но готовился к худшему. Время по-прежнему работало против них. — Спасибо, — произнес Тео. — За что? — Я даже не подумал о том, чтобы обратиться к друзьям. Что кто-то может помочь. — В этом нет ничего страшного. У тебя голова была забита другим. Это нормально. — Но ты же сообразил. И не был обязан помогать мне. Невесело усмехнувшись, Стайлз взъерошил на затылке волосы. — Не сразу. Я плохо справляюсь с такими, — он взмахнул рукой, — ситуациями. А насчет остального — будь я на месте Джордана, мне бы хотелось, очнувшись, увидеть своего парня. — Дерека. — Дерека, — кивнув, подтвердил Стайлз, не удивившись, что Тео все понял. Следовало бы, наверное, запаниковать, попросить никому не говорить, да хотя бы вспотеть из-за того, что кто-то узнал о них и сказал об этом. Но Стайлз был спокоен, совершенно спокоен, будто не произошло ничего важного. — Это настолько очевидно? — Со свежим засосом на твоей шее — да, — ухмыльнулся Тео, и Стайлз догадался, что речь шла не только о видимых свидетельствах случившегося, но и о том, что любой оборотень смог бы сейчас учуять. — Дерек всегда смотрит на тебя обожающим взглядом и не может контролировать возбуждение в твоем присутствии. Я, как и все, списывал это на безответную влюбленность в друга. — У нас все взаимно. И намного сложнее, — Стайлз прикоснулся к синяку на шее, невольно вспомнив, как прекрасно было ощущать губы Дерека на себе. — Ты переехал из-за него? — Нет. Мы познакомились здесь. Тео удивленно вскинул брови. — Но вы, действительно, оба из Бикон Хиллс? — Да, — рассмеявшись, Стайлз посмотрел на подрагивающую зигзагообразную линию пульса на мониторе. — И я знаком с его родителями. Мой отец с его отцом играют в дартс по пятницам. А мы с Дереком не знали друг друга до того, как встретились в «Hell». Тео задумчиво погладил руку Джордана. — Дерек не верит в пары. А я после встречи с Джорданом поверил. Стоило мне увидеть его, разминающегося перед марафоном, все вокруг перестало существовать. Я бежал за ним, как привязанный, не решался обогнать до тех пор, пока он не предложил показать, на что я способен. В итоге мы не бежали марафон, а соревновались друг с другом, финишировав почти одновременно. И через полчаса уже трахались у него на коврике около двери. Чтобы Джордан ни думал — для меня такое поведение не свойственно. — Что ты хочешь этим сказать? — В том, что ваша встреча была предначертана. — Ты такой романтик. Стайлз не понимал, как Джордан мог хоть когда-то сомневаться в искреннем желании Тео моногамных отношений. Тот же своим поведением походил на Скотта, только не выглядел как брошенный щенок в отсутствие Джордана. Но, возможно, это всего лишь вопрос времени, и после десяти лет отношений это изменится. — Я за кофе, — Стайлз встал и слегка потянулся. — Тебе принести? — Да. Спасибо. — Пока меня нет, скажи ему что-нибудь откровенное, раздразни — пусть уже просыпается. — Хорошо. Постараюсь, — улыбнувшись, Тео привстал, осторожно коснулся губами покрытой редкой щетиной щеки Джордана. — Слышал? Думаю, начну с того, что тебя ждет, когда ты очнешься… Стайлз тихо покинул палату, предоставив им немного времени наедине, достал из кармана телефон, по привычке набрал сообщение Дереку, отправил его и замер ненадолго, наслаждаясь чувством легкости, поселившимся в теле и мыслях. Эти четыре дня взаимного игнорирования были сущим адом. До этой секунды Стайлз в полной мере не понимал, насколько трудно ему было каждый раз сдерживаться и ничего не писать Дереку, и насколько уже привык делиться с ним всем.

***

Стайлз [21:10]: «Тео знает о нас». Дерек [21:11]: «Не удивительно. Ты так пах мной. И засос». Дерек [21:11]: «Ты нормально к этому отнесся?» Стайлз [21:12]: «Да. Скажу больше — меня не заботит, что он знает». Стайлз [21:13]: «Я рад, что тебя не арестовали». Дерек [21:14]: «Чудом. Исключительно чудом».

***

Дерек [7:20]: «Как Джордан?» Стайлз [7:25]: «Без изменений. Его повезли на обследование — проверяют, как идет регенерация». Дерек [7:25]: «Я могу приехать? С завтраком». Стайлз [7:26]: «Тебе не надо на занятия? Не хочу, чтобы ты пропускал из-за меня». Дерек [7:28]: «С утра — нет. Профессор Дэвидсон заболел». Стайлз [7:28]: «Тогда буду рад увидеть тебя. С завтраком». Стайлз [8:30]: «Хорошо, что ты увез Тео. Ему не к чему слышать последние новости». Дерек [8:38]: «Все так плохо?» Стайлз [8:40]: «Если бы он был человеком и был подключен к аппаратам жизнеобеспечения — врачи предложили бы его отключить. У него срослись почти все переломы. Внутренних повреждений нет. Но он не просыпается. Они не знают, почему, и не могут ничего сделать». Дерек [8:41]: «Я сейчас позвоню Лоре. Возможно, она знает кого-нибудь, кто сможет помочь. И Питеру. Лидия уже сообщила ему, он не откажет». Стайлз [8:42]: «Хорошо. Если они знают кого-нибудь, кто не участвовал в консилиуме — будет здорово. Хотя мне кажется, здесь собрались уже все специалисты ЛА». Дерек [8:42]: «Ты будешь сегодня в университете?» Стайлз [8:43]: «Да. У меня лекции и консультация».

***

Стайлз [14:01]: «Прости меня, пожалуйста, у меня не получится прийти на игру. Знаю, насколько она важна. Если вы выиграете — продвинетесь вверх в турнирной таблице, практически обеспечив себе выход в полуфинал. И я хочу быть там, поддерживать тебя, но не могу уйти». Стайлз [14:02]: «Тео зарычал и едва не набросился на медбрата, пришедшего сделать массаж и помыть Джордана. Пришлось вызвать охрану, и нас заперли в ординаторской. Тео готов на стены бросаться — боится, что в наше отсутствие кто-нибудь что-нибудь сделает, и Джордан умрет». Стайлз [14:02]: «Прости! Мне очень-очень жаль». Дерек [14:06]: «Не переживай! Я все понимаю и приеду, как только мы надерем задницу Беркли. Держи меня в курсе, правда, не сразу смогу ответить». Стайлз [14:06]: «Хорошо». Стайлз [16:37]: «Джордан очнулся!» Стайлз [16:37]: «Знаешь, что он сделал первым делом? Попросил забрать его из больницы». Стайлз [16:38]: «И теперь уже он рычит на врачей, пытающихся его осмотреть, а Тео заставляет его — конечно же, тоже рычанием — послушаться их». Стайлз [16:40]: «Мне пришлось вмешаться». Стайлз [16:41]: «Если с ним все в порядке — вечером он уже будет дома под бдительным наблюдением Тео». Дерек [17:04]: «Слава Богу! Мне приехать? Точнее: куда мне приехать?» Дерек [17:04]: «Мы выиграли!» Стайлз [17:06]: «Поздравляю!» Стайлз [17:06]: «У тебя вроде бы была смена сегодня. Ты успеешь? Тебе не надо немного отдохнуть перед работой?» Стайлз [17:07]: «Не подумай ничего такого, я хочу тебя увидеть и отметить вместе, просто переживаю за тебя». Дерек [17:07]: «Я еще вчера отпросился у Питера. Так что: куда мне приехать?» Стайлз [17:18]: «Ко мне». Дерек [17:19]: «Скоро буду там». Стайлз [17:20]: «Я захвачу еду».

***

Дерек [10:10]: «Вечер был классный». Стайлз [10:13]: «Да».

***

Дерек [16:57]: «Ты собираешься в Бикон Хиллс на День Благодарения?» Стайлз [17:10]: «Да. Хочешь составить мне компанию?» Дерек [17:10]: «Да. Я собирался ехать с Лорой, но просто попрошу ее высадить меня у тебя». Стайлз [17:11]: «Или приедешь накануне, переночуешь у меня, и сможем выехать пораньше». Дерек [17:11]: «Хороший план. Главное, мне не наброситься на тебя». Стайлз [17:12]: «Уж постарайся. Семестр скоро закончится, и тогда…». Дерек [17:13]: «Молчи, или я за себя не ручаюсь». Стайлз [17:19]: «Зайди ко мне, как освободишься, я проверил твою работу». Дерек [17:21]: «Уже иду. Ты меня напугал. Все плохо?» Стайлз [17:21]: «Нет. Несколько замечаний, исправишь их до утра, получишь высший балл». Стайлз [17:22]: «В принципе это касается всех — если они проверят почту и зайдут за работами до восьми». Дерек [17:23]: «Передам им».

***

Каникулы, приуроченные ко Дню Благодарения, короткие, всего четыре дня. Стайлз хотел провести их с отцом, о чем сразу же сообщил Дереку, приготовившись в очередной раз извиняться за невозможность провести это время вместе. Но тот понял и ни словом, ни взглядом, ни жестом не показал, что обиделся. И даже сам предложил высадить его на повороте, у начала грунтовой дороги, ведущей к его дому, а не везти к нему. Стайлз удивился, попытался сказать, что не против сделать крюк, хотя, действительно, не хотел появляться практически на пороге дома Хейлов, опасаясь, что разом предстанет пред всеми ними и это повлечет за собой вынужденное знакомство. Дерек просто прервал сбивчивый поток его слов коротким поцелуем и заверил, что все в порядке. После этого Стайлз успокоился и больше об этом не переживал. Они прекрасно провели время в дороге. Дерек оказался идеальным попутчиком. Возможно, Стайлз из-за влюбленности судил не объективно, но за несколько часов пути не заметил ни одной раздражающей мелочи. Дерек не ворчал по поводу джипа: не жаловался на заедающую дверь с пассажирской стороны, на старенькие, не особо удобные сидения и на несовременную аудиосистему; не мусорил; не пытался занять водительское место и не критиковал манеру вождения. Стайлз отдыхал, иногда, где не запрещали правила, выжимая из своего джипа максимум, наслаждался бьющим по рукам и лицу сквозь открытые окна ветром и слушал рассказы Дерека о его детстве. О том, как их возили на встречи стай штата, и Дерек и его сестры думали, что это будет официальное мероприятие, на котором необходимо контролировать себя, а оказалось — это что-то вроде ярмарки с конкурсами, развлекательной программой, закусками и напитками. Дети носились полуобращенными, ничего и никого не боясь, веселились, не чувствуя на себе любопытных, испуганных или полных ненависти взглядов. И о том, насколько ужасно впервые осознать, что на самом деле означали запахи, порой слышимые из родительской спальни, и как они связаны с беременностью мамы. О непроветриваемых мужских раздевалках, о появляющимся каждый раз почти неудержимом желании чихать без остановки и смешках людей, менее чувствительных ко всему их окружающему. И о том, как научился использовать свои оборотнические преимущества, чтобы ставить всех на место: случайно упоминал, что от кого-то попахивает духами чужой девчонки, или намекал на как будто изменившийся запах, вроде бы намекающий на беременность, или делал вид, что в столовой несвежая пицца и забирал себе последние куски. Инициатором и движимой силой разговоров всегда был Стайлз. Он с годами привык, что его не слушали, воспринимая неким фоном, от которого можно отстраниться, но невозможно устранить. Опять же, с возрастом, он научился контролировать себя, проговаривая весь монолог про себя, оставляя для озвучивания лишь главное. Дерек же, наоборот, скорее молчун. Он легко отвечал на занятиях, непринужденно вел себя с клиентами в клубе, друзьями и самим Стайлзом, но чаще ограничивался минимум слов, предоставляя другим быть ведущими беседы. И от этого еще приятнее было слушать его, впитывать его эмоции, представлять себе все то, о чем он весьма эмоционально рассказывал, будто бы ему через поцелуи передалась эта особенность Стайлза. Они остановились перекусить в небольшом кафе при заправке, и Стайлз впервые открыто взял Дерека за руку и повел за собой, так, как всегда хотел во время их свиданий, замаскированных под дружеские встречи. Когда же пришла пора прощаться перед увесистой, отчасти угрожающей табличкой: «Частная собственность. Проезд запрещен», Стайлз вновь попытался извиниться и даже завел только что заглушенный мотор, чтобы проехать дальше и высадить Дерека у дома, потому что должен был поступить правильно, а не поддаваться страхам. Дерек остановил его, мягко сжав колено, поцеловал в щеку, достал с заднего сиденья сумку, еще раз поцеловал, на этот раз в губы, выскочил из машины и скрылся за деревьями быстрее, чем Стайлз вернулся на шоссе.

***

Все было хорошо. Они вновь должны были встретиться двадцать седьмого, а до этого уже по привычке поддерживали связь, переписываясь. Правда, Стайлзу казалось, что Дерек напряжен и дома у него не все так хорошо, как он пытался показать в своих первых после расставания в заповеднике сообщениях. Стайлз не спрашивал, решив, что если ему не померещилось, то лучше будет поговорить лично. И пожалел об этом уже на следующий день. А так же о том, что после обеда решил заглянуть в кофейню рядом с полицейским участок. Кофе мог бы выпить дома, и был бы тот ничуть не хуже приготовленного баристой. Но самое главное, если бы Стайлз не соблазнился красивой вывеской и аппетитными маффинами в витрине, то не столкнулся бы с миссис Хейл. Стайлз не сразу понял, кто перед ним, извинился, отступил в сторону, придерживая дверь. Услышав мягкое «спасибо», поднял взгляд и замер, как испуганный кролик перед удавом или, точнее, волком. От него, скорее всего, до сих пор пахло Дереком, а даже если нет — Дерек точно пропах им, и даже если миссис Хейл не знала, кому принадлежал запах, пропитавший ее сына, то теперь точно все поняла. В университете это удачно удавалось списать на их старую дружбу, но миссис Хейл была в курсе, что это ложь. — Здравствуйте, — пробормотал Стайлз, изо всех сжимая ручку двери и при этом старался не проделать того же со стаканом. Он чувствовал себя перепуганным трехлеткой, потянувшимся за печеньем и разбившим кружку, и ожидавшим нагоняя от родителей. — Здравствуй. Думаю, нам следует поговорить. Присядь, я только куплю кофе. — Ага. Уже. Стайлз послушно уселся за ближайший стол, поставил стакан и бумажный пакет на край и сложил перед собой руки, нервно теребя рукав толстовки. Следовало этим утром одеться аккуратнее, а не натягивать первые попавшиеся вещи. Черт возьми, если бы Стайлз знал об этой встрече заранее, то надел бы лучший костюм. И почистил бы ботинки. Он смущенно скрестил ноги, спрятав их под стул, будто это смогло бы спасти его от внимательного взгляда миссис Хейл, которая, конечно же, уже заметила его потертые, затасканные кеды. — Итак, Стайлз, — миссис Хейл опустилась на стул напротив, сделала глоток кофе и удовлетворенно зажмурилась. — Здесь отличный кофе, как считаешь? — Ага, — он кивнул и тут же покачал головой, — не знаю. Еще не пробовал. И раньше здесь не бывал. — Успокойся, Стайлз. Я не хотела тебя напугать, — миссис Хейл улыбнулась, наверное, попытавшись его этим успокоить, но Стайлз только сильнее взмок. — Я просто хочу, воспользовавшись нашей случайной встречей, кое-что у тебя спросить. Что-то ему подсказывало, встреча была отнюдь не случайной. Он не взялся бы утверждать, что миссис Хейл за ним следила или поджидала у участка, но она определенно каким-то образом это все подстроила. Стайлз встречал более страшных людей, совершавших ужаснейшие вещи, но ни один из них не пугал его так, как миссис Хейл. Он всегда держался уверенно, не позволяя самым отчаянным и хитрым психопатам забраться к себе в голову. Ему удавалось сохранять невозмутимое выражение лица даже во время самых мерзких разговоров. Чтобы научиться всему этому, пришлось приложить массу усилий, с его-то живой мимикой и неспособностью держать язык за зубами. Но сейчас все эти навыки будто исчезли без следа. — Хорошо. — Почему ты избегаешь нас? Если судить по Дереку, у вас все достаточно серьезно. Вряд ли будет уместно сказать альфе стаи его парня и по совместительству его матери, что это не ее дело. Стайлз прекрасно знал, что ему уже давно следовало познакомиться с миссис Хейл и всей стаей Дерека. И он сделал бы это, не будь их отношения такими необычными. Наверное, сделал бы. Самому себе можно было признаться: он боялся, что Дерек все-таки бросит его — неважно по каким причинам, но их отношения закончатся раньше, чем дойдут до стадии секса или сразу после нее. Дерек получит, что хочет, а затем уйдет добиваться кого-то еще, а Стайлз останется в окружении множества людей, которые будут говорить при встрече: «Мне так жаль, ты еще найдешь свое счастье», и оборотней, которые будут морщиться, произнося то же самое, но думая, что к этому все и шло, потому что у человека и оборотня не могло быть общего «вместе-навсегда». Именно поэтому он практически никому не рассказывал о Дереке, а если и упоминал, старался сдерживать эмоции. — Я не… все серьезно. Очень. И я не… не избегаю вас. Все просто… сложно, — Стайлз взъерошил волосы, прикрыл ладонью лицо, надеясь хоть на секунду перестать ощущать этот пронизывающий насквозь взгляд. — Насколько мне известно, у тебя есть друзья-оборотни, следовательно, ты должен знать правила. — Я их знаю, — Стайлз тяжело вздохнул, прикрыл глаза, медленно досчитал до десяти, приказывая себе собраться, взять себя в руки и начать вести себя, как взрослый, успешный и уверенный в себе мужчина, а не как выпускник старшей школы. — Послушайте. Я забочусь о Дереке, он заботится обо мне, именно поэтому нам приходится держать определенную дистанцию. Мы не афишируем пока наши отношения, потому что Дереку не к чему проблемы из-за этого, так же как и мне. Но я найду другую работу, а я ему не нужна репутация парня, который переспал с преподавателем из-за оценки, даже если этого не было. Миссис Хейл не спеша цедила кофе, по-прежнему холодно рассматривая его. — Ты уже успел столкнуться с фамильным упрямством Хейлов? — наконец, поинтересовалась она. — Думаю, да. Из-за него все это и началось. Миссис Хейл впервые с начала разговора с искренним теплом улыбнулась. — Именно из-за него в нашей стае, семье так и не прижились предрассудки относительно союзов между оборотнями и людьми. Как бы ни были против родители, альфа, да кто угодно из стаи, если Хейл хочет с кем-то быть — будет. Он лучше отречется от стаи, чем бросит того, кого любит. Понимаешь? Стайлз энергично закивал, затем покачал головой, а потом, повторив про себя еще раз слова миссис Хейл, медленно кивнул. Она посчитала, что он боится не одобрения из-за своей, так сказать, человечности, и попыталась успокоить. У Хейлов подобных предрассудков не было — от этого стало немного легче. И в то же время появился ряд вопросов. Например, почему Лидия говорила обратное? — Я приеду вместе с Дереком на Рождественские каникулы. Семестр тогда уже закончится — проблем не возникнет. — Стайлз, никого из нас это не волнует. Мы просто хотим получше узнать того, кого выбрал Дерек. Будущего члена нашей стаи. — Я понял, — Стайлз нервно облизал губы, — только, пожалуйста, дайте мне еще немного времени. Совсем чуть-чуть. Миссис Хейл, прищурившись, на этот раз совсем недолго изучала его, прежде чем сказала: — Хорошо. До встречи, Стайлз. Она покинула кофейню. Стайлз, развалившись на стуле, вытащил из кармана телефон и сразу же убрал его обратно. Он пока не был готов рассказать об этой встрече Дереку.

***

Весь вечер Стайлз крутил в руках телефон, отвечал на сообщения, но так ни о чем и не рассказал. Дерек тоже молчал: то ли боялся упоминать об этом, то ли еще не знал. По сути ничего страшного не произошло, не из-за чего было переживать. Но Стайлз всегда прокручивал ситуацию со всех сторон, даже невероятных. И если в анализе, расследованиях это помогало, то в личной жизни — чаще всего мешало. Иногда необходимо было отстраниться ото всего, просто жить, не накручивая себя, а Стайлз не мог. Он не вольно вспоминал, как Дерек вел себя в окружении своих друзей, представлял себя рядом с ними и чувствовал, что не впишется. Стайлз думал о будущей карьере Дерека, о возможных переездах, прикидывал, сможет ли бросить все ради него — и не находил ответа. И не стоило забывать про разницу в возрасте — она вообще таила в себе множество подводных камней. Он практически не думал об этом, считая, что основной проблемой будет стая Хейлов. Теперь же, когда выяснилось, что они не против их отношений, — Стайлза будто с головой окунули в океан его главных страхов и вызванных ими мыслей. Стайлз занялся приготовлением обеда — это отлично отвлекло. Ему даже удалось выкинуть из головы все тревожащее. Вскоре пришел отец, чтобы отдохнуть перед ночной сменой, и они болтали о самых обычных вещах: не пора ли покрасить крыльцо, не стоит ли сменить холодильник и когда отцу лучше взять отпуск. Стайлз подробно, иногда отвлекаясь, отвечал. Порой сам же спрашивал, а потом отвечал. Отец слушал его с улыбкой, изредка перебивая, чтобы исправить или высказать свое мнение. Точь-в-точь как раньше, когда Стайлз еще жил вместе с ним. — Что случилось? — спросил отец, как только Стайлз закончил перечислять возможные варианты летнего отдыха. Под внимательным, встревоженным взглядом язык не поворачивался соврать. Стайлз взъерошил волосы, собрал со стола пустые тарелки, отнес их на кухню, вернулся в гостиную, плюхнулся на диван, подогнув под себя ногу, мельком посмотрел в окно — отец терпеливо ждал, в прочем, как и всегда. Он безошибочно чувствовал, когда следовало надавить, а когда — нет. — Не знаю, — наконец, произнес Стайлз, растирая шею сзади. — Я сегодня столкнулся с миссис Хейл, и мы поговорили. Сначала, все было ужасно, но потом, вроде бы, стало лучше. Она сказала, что не против наших с Дереком отношений. У них в стае к этому вообще относятся нормально. Я должен был успокоиться после этого, но ты же меня знаешь, — он криво усмехнулся, взмахнув рукой, покрутил ею. — Все эти миллион мыслей. — Кажется, ты делился частью из них, когда рассказывал мне о Дереке. — Да. Они никуда не делись! Ну, кроме одного. Но остальные… думаю, они такие же глупые, как и он. Если это так — то я вел себя как идиот. Может быть, не все время. Но той ссоры точно не было бы. — Была бы другая. Не бывает отношений без ссор, — спокойно сказал отец, немного грустно улыбнувшись. Его взгляд слегка затуманился, как всегда бывало, когда он вспоминал о маме. — Эта была такой глупой! — Стайлз поморщился, всплеснув руками. — Я мог поужинать с Лорой и Дереком. Нас, конечно, могли увидеть, это вызвало бы множество вопросов. Но я мог! Сказали бы, что и с ней я немного дружил. Ничего страшного бы не случилось. Отец почему-то неодобрительно нахмурился, будто Стайлз в чем-то ошибся и не понял этого. — Ты отказался пообедать с ними, потому что боялся, что вас увидит кто-нибудь из университета? — Нет. — Потому что боялся неодобрения его стаи? Покусывая губу, Стайлз задумался и, в итоге, покачал головой. О том, что стая могла не принять их отношения, он вообще почти не беспокоился. И если бы миссис Хейл не попыталась его на этот счет успокоить, вряд ли бы вообще вспомнил о подобном. Да и после его больше волновало, почему соврала Лидия, и он собирался это выяснить, но при личной встрече — так ей труднее будет увильнуть от ответа. В этом она была мастером, так же как и он. Ему проще придумать сто причин, чем признать правду, даже если уже сделал это сам для себя. Стайлз боялся, что Дерек в конечном итоге осознает, что выбрал не того, и должен был уже произнести это вслух. — Стайлз? — Я по-прежнему… — он глубоко вздохнул. — По-прежнему не уверен в себе, когда дело доходит до отношений. Отец придвинулся к нему и крепко обнял. — Насколько я знаю Дерека — как с твоих слов, так и лично — его уверенности хватит на вас двоих. Просто чуть больше доверяй ему. — Я верю, но это же… я… — Ш-ш-ш, забудь о сомнениях. Вы с Дереком вместе, все хорошо. — А если… — Никаких «если», договорились? — Я постараюсь. — Так-то лучше, — поцеловав его, как маленького, в макушку, отец потянулся к пульту от телевизора. — Посмотрим бейсбол? У меня еще час до того, как надо будет идти на смену. — Конечно. Он мне теперь даже стал немного нравиться. — Хорошо, — рассмеялся отец, потрепав его по волосам.

***

Стайлз [21:01]: «Я сегодня разговаривал с твоей мамой. Хотя ты, наверное, уже знаешь об этом». Стайлз [21:02]: «Она переживает за тебя, видимо, боится, что я настроен не серьезно. И сказала, что у вас в стае нормально относятся к партнерам-людям. Ты тоже говорил мне об этом, но я подумал, что просто меня успокаиваешь. Лидия утверждала обратное, и у меня не было оснований ей не верить. Я не раз сталкивался с агрессивно настроенными против отношений с людьми оборотнями». Стайлз [21:02]: «Но не это главное. Если честно, мне до сих пор не верится, что ты выбрал меня». Дерек [21:02]: «А кого еще я мог выбрать?!» Стайлз [21:03]: «Я старше и дико не уверен в себе, когда дело доходит до отношений, если ты этого еще не понял. Мне постоянно кажется, что я не достоин тебя, что ты можешь найти кого-нибудь лучше, моложе, более подходящего тебе. Я боялся не понравиться твоей семье, их неодобрения. Они могли бы заставить тебя выбирать или просто настояли бы, чтобы ты меня бросил, или сделали бы что-нибудь такое, из-за чего ушел бы я». Стайлз [21:04]: «В общем, я пытаюсь сказать, что боюсь потерять тебя, оказаться не тем, кто тебе нужен». Стайлз [21:04]: «И мне следовало сделать это лично». Стайлз [21:10]: «Дерек?»

***

Услышав стук в дверь, Стайлз бросил телефон на диван и пошел открывать. На пороге оказался Дерек — взъерошенный, немного вспотевший и с листочками в волосах. Верный признак того, что бежал сюда сломя голову, наверняка срезая через заповедник и парк, чтобы быстрее добраться. — Ты что здесь… — Мне все равно, что думает моя мама, отец, сестры, прочие родственники. Меня вообще ничье мнение не интересует. Ты мне подходишь. Ты именно тот, кто мне нужен. Кто для меня важен. Я сделаю все, чтобы мы были счастливы. И я просто хотел сказать это лично. Если бы Стайлз уже не был по уши влюблен в него — это произошло бы сию секунду. — Отец на смене, у меня есть пирог. Хочешь зайти? — с влюбленной улыбкой поинтересовался Стайлз. — Да, — Дерек широко улыбнулся в ответ. Стайлз, схватив Дерека за футболку, притянул его к себе, коротко поцеловал, затащил в дом, захлопнул дверь, прижал к ней и поцеловал уже по-настоящему: с языком и всеми теми чувствами, которые с трудом удавалось сдерживать. — Всегда мечтал это сказать и сделать, — рассмеялся Стайлз, отстранившись. — Неужели ты не приводил сюда своих бойфрендов? — Каких бойфрендов? Что ты себе придумал? Я был не самым популярным парнем в школе. Откуда ты думаешь мои проблемы? — Стайлз чмокнул Дерека в нос. — Иди в гостиную, я подогрею пирог и принесу. С молоком? Дерек кивнул, как всегда смутившись при упоминании его любимого напитка, считая его детским. Стайлз еще раз поцеловал его и ушел на кухню, негромко добавив: — У тебя листья в волосах. — Черт возьми, — раздраженно пробормотал Дерек, наверняка смутившись еще сильнее. Стайлз расхохотался, про себя произнеся: «Я люблю тебя».

***

Стайлз договорился с Дереком, что около восьми подберет его там же, где высадил, но точного времени они не обозначили. Он должен был написать, подъезжая к месту встречи, только вместо того, чтобы достать телефон, когда увидел поворот на грунтовую дорогу, свернул на нее и увеличил скорость, проезжая ту самую, внушающую страх табличку: «Частная собственность. Проезд запрещен». Еще утром Стайлз не собирался делать этого, даже двадцать минут назад не собирался, но как только выехал на шоссе — в нем проснулась та самая решимость, которая когда-то помогла поступить в академию ФБР, получить работу в выбранном отделе и продвинуться по службе. Знакомство со стаей — не страшнее знакомства с новым коллективом или кучей студентов. Относиться к нему следовало так же: как к чему-то неизбежному. Стайлз мог это сделать. И чем раньше — тем легче ему будет жить дальше. Его ладони взмокли, сердце грохотало так, что, скорее всего, уже все Хейлы его услышали вместе с тарахтящим мотором джипа. Повернуть назад сейчас — очень глупый поступок, после которого Стайлз уже точно никогда не сможет встретиться с Хейлами, поэтому поборов этот порыв, он вжал педаль газа в пол и быстро преодолел последние футы. Стоило джипу показаться на дороге перед домом — Дерек сбежал с крыльца, оставив сумку небрежно валяться на верхней ступени. Он выглядел удивленным и в то же время безумно счастливым — наверное, так же вчера выглядел сам Стайлз, — и сразу стало ясно: приезд сюда — самая отличная идея, из всех, приходивших в голову в последнее время. — Что ты здесь делаешь? — спросил Дерек, открыв Стайлзу дверь. — Приехал за тобой, — он нервно облизнул губы и выпрыгнул из машины. Дерек стиснул его в объятиях, не скрывая своей радости, потерся щекой о щеку и быстро, немного слюняво поцеловал. Стайлз не жаловался, хотя в голову и пришло сравнение с восторженным щенком. — Спасибо, — беззвучно произнес Дерек, видимо, для того, чтобы его не услышала стая. Он крепко взял его за руку и повел за собой в дом. Стайлз про себя считал до десяти и обратно, предпочтя сосредоточиться на этом, а не на том, что за этими тяжелыми дубовыми дверьми его ожидали близкие Дерека, и неизвестно было, сколько именно их там. Дерек открыл дверь, они зашли в просторный холл, и Стайлз сильнее сжал пальцы Дерека, увидев разом всю его семью. Или почти всю: Питера и его детей здесь не было. — Все, это Стайлз, мой парень, — сказал Дерек с улыбкой. — Стайлз, это все: моя мама и наша альфа, Талия; мой папа, Эдриен; мою старшую сестру, Лору, ты уже знаешь; а это Кора, моя младшая сестра; Пол и Том, мои младшие братья. Стайлз кивнул каждому из них, нервно облизав пересохшие губы. Казалось, Хейлы искренне радовались его приходу, ни один из них не был настроен враждебно. Стайлзу стало безумно стыдно за то, что избегал знакомства с ними, и захотелось оправдаться, попытаться объяснить свое поведение, но он не смог вымолвить и слова. — И мы уже уходим, — будто бы прочитав его мысли, или, что было больше похоже на правду, почувствовав его состояние, Дерек увлек его обратно на крыльцо. — Нам предстоит долгая дорога, и если мы хотим вернуться засветло, лучше выехать сейчас. Продолжим знакомство в следующий раз. Пока. — До свидания, приятно было познакомиться, — тихо сказал Стайлз. Хейлы не дружным хором попрощались с ними, кто-то рассмеялся, кто-то сказал шепотом нечто, заставившее кончики ушей Дерека покраснеть. Стайлз с непонимающе-озадаченным выражением лица посмотрел на него, но в ответ получил лишь краткое: «Потом», что было вполне логично, учитывая, сколько оборотней их сейчас слышали. Они сели в джип, Дерек забросил сумку на заднее сиденье. Стайлз взглянул на него, прикусив губу, и отмечая, что никогда еще не видел его настолько счастливым. Казалось, дай ему возможность, он станцует победный танец или, обратившись в волка, побежит валяться в сухих листьях. Обхватив ладонью затылок Дерека, Стайлз притянул его к себе и крепко, не сдерживаясь, поцеловал, тут же почувствовав горячие руки Дерека на своих боках, притягивающие ближе. — Нам нужно ехать, — пробормотал Стайлз, когда Дерек стал целовать его шею. — Да, — оставив ему засос под челюстью, Дерек отстранился с еще более довольным видом, чем до этого. Рассмеявшись, Стайлз завел мотор, развернул джип и поехал в сторону шоссе с максимальной скоростью и осторожностью.

***

Стайлз [14:24]: «Можешь считать, что я зациклился, но до сих пор мне не верится, что твоя младшая сестра спросила такое. Почему мы не трахаемся? Будто это ее дело. Или она не в курсе». Дерек [14:24]: «Это просто Кора. К ней надо привыкнуть». Стайлз [14:25]: «В присутствии ваших родителей!» Дерек [14:26]: «У оборотней редко бывают комплексы». Стайлз [14:26]: «При этом ты сам покраснел. Хотя, если бы я услышал такое, то тоже покраснел бы». Стайлз [14:26]: «Она посчитала этот вопрос забавным? Думала, что пошутила? Или хотела задеть тебя?» Дерек [14:29]: «Кора просто спросила то, о чем подумала. Она весьма прямолинейна». Стайлз [14:30]: «Если мы подарим ей на Рождество резиновую утку — она оценит? Это будет слишком грубо?» Дерек [14:34]: «Лучше мячик». Дерек [14:34]: «Мы?» Стайлз [14:37]: «Что-то не так? Вроде бы подарки должны быть совместными. Или это только после свадьбы?» Дерек [14:37]: «Нет, не только». Стайлз [14:38]: «Ты же не собираешься бежать ко мне прямо сейчас?» Дерек [14:42]: «Нет». Стайлз [14:42]: «Правда?» Дерек [14:43]: «Я в библиотеке и пока не собираюсь отсюда уходить». Стайлз [14:44]: «Как скажешь». Дерек [16:11]: «Ничего бы не случилось, если бы я ненадолго забежал к тебе. Поцеловались, пообнимались немного, и я вернулся бы в библиотеку». Стайлз [16:27]: «Немного? Мы вчера почти переступили черту». Дерек [16:28]: «Но сдержались же». Стайлз [16:29]: «Тебе осталось только сдать экзамен, а мне его проверить. Можем встретить Новый год в постели». Дерек [16:30]: «И после этих слов я, по-твоему, способен думать об учебе?» Стайлз [16:31]: «Да. Потому что это будет возможно, только если ты все сдашь». Дерек [16:31]: «Перед работой я могу заглянуть?» Стайлз [16:32]: «Конечно». Стайлз [16:32]: «Мог бы даже не спрашивать».

***

Стайлз [13:00]: «Если у тебя есть карточки или список вопросов, я мог бы погонять тебя». Дерек [13:02]: «Через полчаса буду». Дерек [23:14]: «А завтра ты свободен?» Стайлз [23:16]: «Понравилось учиться со мной?» Стайлз [23:16]: «До 10, а потом после 17». Дерек [23:17]: «Я прекрасно сосредоточился, и нам с тобой удалось пройтись по всем вопросам, и осталось всего три предмета, а с ребятами мы постоянно на что-то отвлекаемся». Стайлз [23:18]: «Приходи». Дерек [23:18]: «Спокойной ночи». Стайлз [23:19]: «Спокойной ночи».

***

Дерек [22:07]: «Завтра мне лучше готовиться самому». Стайлз [22:07]: «Почему?» Дерек [22:08]: «На очереди твой предмет». Стайлз [22:09]: «Думаешь, это повлияет на оценку?» Дерек [22:10]: «Думаю, это немного выйдет за рамки. Ты же знаешь все ответы и вопросы». Стайлз [22:11]: «Мне просто не нужно будет смотреть в карточку, чтобы проверить ответ, потому что в психологии я разбираюсь немного лучше, чем в гражданском праве — вот и все отличие». Стайлз [22:12]: «Или ты подумал, что я дам тебе ключи? Каким-то образом намекну на порядок вопросов? Не надейся. Я уже составил столько тестов, что в голове все перепуталось». Стайлз [22:12]: «Хотя, думаю, ты прав. Не стоит рисковать». Стайлз [22:13]: «У тебя первый экзамен 6?» Дерек [22:15]: «Да, в 10:45. И всего один — нам повезло. У кого-то, я слышал, в день по два выпало, а нам растянули». Стайлз [22:17]: «Я считаю тебе в любом случае не о чем волноваться. Ты все знаешь и с легкостью со всем справишься». Дерек [22:17]: «Спасибо».

***

Дерек [13:16]: «Первый закончил. Вроде бы нигде не ошибся». Дерек [13:40]: «Мы тут с Тео подумали: может, поужинаем сегодня вчетвером? Джордан вроде свободен и не против». Стайлз [14:27]: «Отличная мысль, только вам не надо повторять материал к завтрашнему тесту?» Стайлз [14:27]: «Поздравляю! Осталось всего три». Дерек [14:30]: «До вечера мы не раз успеем все повторить. Голова и так уже кругом ото всех этих вещей». Стайлз [14:34]: «Тогда выбирайте место». Дерек [00:00]: «Стайлз?» Стайлз [00:00]: «М?» Дерек [00:01]: «Я отлично провел время». Стайлз [00:02]: «Я тоже. Никогда не думал, что мне понравится на двойном свидании». Дерек [00:02]: «Повторим как-нибудь?» Стайлз [00:03]: «Конечно. Тебе разве не пора спать?» Дерек [00:04]: «Не могу уснуть». Стайлз [00:04]: «Тебе нужно отдохнуть, завтра трудный день». Дерек [00:05]: «Знаю». Стайлз [00:05]: «Выбрось из головы все мысли, представь, что они улетают оттуда и вернутся только утром». Дерек [00:05]: «Не могу». Дерек [00:06]: «Я хочу, чтобы ты пах мною, чтобы все знали, что ты мой. Я хочу, чтобы от меня пахло тобой, чтобы все знали, что я твой». Дерек [00:07]: «И я просто хочу секса. Мне надоело дрочить по десять раз в день. Мне не хватает присутствия другого рядом, объятий, поцелуев, трения тел, заполненности и ощущения чужих рук на себе. Я скорее боттом, но сейчас готов быть сверху, если это гарантирует секс». Дерек [00:08]: «Если я не прокручиваю в мыслях вопросы и ответы тестов, я думаю о сексе. Иначе уже не выходит. Я как помешался, проигрываю один сценарий за другим. А стоит посмотреть на тебя — у меня встает». Дерек [00:09]: «Уже никто даже не шутит на эту тему». Стайлз [00:14]: «Если бы ты сказал это в самом начале наших отношений, я бы предложил все закончить, но сейчас, когда осталось чуть больше двух недель, прошу потерпеть, подрочить еще, отвлечься. Мне тоже тяжело, Дерек, и я тоже хочу тебя, и по сексу соскучился. Наши, ставшие в последнее время жаркими, свидания совсем не помогают». Дерек [00:16]: «Я не хочу ничего заканчивать. Только наше вынужденное воздержание». Стайлз [00:17]: «Скоро. Очень скоро. А пока отдохни, поспи». Дерек [00:17]: «Постараюсь. Спокойной ночи». Стайлз [00:18]: «Спокойной ночи».

***

Дерек [6:00]: «Извини за вчерашнее! Я так не думаю. Точнее, думаю, но не все так плохо. Не знаю, что на меня нашло». Стайлз [6:20]: «Особое вино для оборотней?» Дерек [6:21]: «Я не был пьян. Даже от особого вина оборотни не пьянеют». Стайлз [6:21]: «И ты вчера это доказал». Стайлз [6:22]: «Но я знаю, что на тебя нашло. Джордан и Тео. То, как они ведут себя друг с другом. То, как они пахнут. То, как просто смотрятся рядом. Верно?» Дерек [6:23]: «Да. Но я уже собрался и не завидую им». Стайлз [6:24]: «Как скажешь. Удачи на экзамене». Дерек [6:24]: «Спасибо». Дерек [6:25]: «Ты же не поверил мне, верно?» Стайлз [6:26]: «Не думай сейчас об этом. Сосредоточься на предстоящем тесте, об остальном мы поговорим потом». Дерек [6:27]: «Хорошо».

***

Дерек [10:50]: «За что ты так с нами? Я минимум над пятью вопросами завис, боялся, что на весь тест не хватит времени». Стайлз [11:29]: «Я ничего не сделал. Те же вопросы, что я отправлял вам в начале семестра, те же, по которым вы готовились». Дерек [11:37]: «Не такие. Это заметил не только я. Слышал бы ты Эрику…» Стайлз [11:38]: «Если ее, тебя или кого-то еще сбила немного другая формулировка, то вы плохо готовились. А если бы были внимательнее, то знали бы, что это примерный список вопросов. Преподаватели вообще могут ограничиться списком тем, вопросы по которым будут в тесте». Дерек [11:38]: «Не обижайся. Это просто было неожиданно. А твои задачки в конце — думаю, что ошибся в одной, а то и во всех». Стайлз [11:45]: «Значит, пойдешь на пересдачу». Дерек [11:47]: «В чем дело? Мне сложно, не видя тебя, понять все ли в порядке». Стайлз [11:50]: «У меня просто много работы. Все в порядке, кроме того, что нам лучше не видеться у меня дома до того, как я все проверю. Слышал бы ты, что мне сказали на собрании для новеньких преподов. Мы не можем забирать итоговые тесты домой, должны проверять их у себя в кабинете, а уходя — запирать в сейфе. После проверки заполняется куча табелей, они перепроверяются, чтобы исключить ошибку, затем вносятся в электронную форму, которая будет доступна для студентов. Какой-то бред. В мое время все было проще». Дерек [11:51]: «Хорошо. Дай знать, когда будет разрешен визит». Стайлз [11:55]: «Конечно».

***

Дерек [13:59]: «Последний сдан. А у тебя как дела?» Стайлз [14:02]: «А у меня весь стол в тестах. Думаю, ночевать здесь, чтобы поскорее закончить. И меня тошнит от кофе. Пообедаем вместе?» Дерек [14:03]: «Если это не запрещено — с удовольствием. Сейчас?» Стайлз [14:03]: «Ага. Встретимся у входа в корпус минут через пять?» Дерек [14:04]: «Бегу».

***

Стайлз [20:47]: «Я закончил!» Дерек [21:00]: «Это Лора. Поздравляю, что бы ты ни закончил, если это вызвало столько радости — заслуживает поздравлений. Дерек забыл свой телефон у меня, заберет утром». Стайлз [21:00]: «Спасибо».

***

Стайлз бывал в «Hell» уже несколько раз и привык к его антуражу. Высокомерие и снобизм официанток почти не задевали, народ под ногами не вызывал ни ужаса, ни удивления, да и ориентироваться здесь стало проще — и это несмотря на то, что он практически все время проводил за барной стойкой, урывками болтая с Дереком. Стайлз подошел к перилам, оперся на них, окинул взглядом толпу на танцполе, барную стойку, сразу же нашел Дерека. Тот приветливо улыбался, разговаривая с Пейдж, и просто протирал столешницу — точно так же он делал каждый раз, когда хотел задержаться рядом со Стайлзом. Пришедшие в голову от этого зрелища мысли были одна другой хуже. Стайлз сам себя возненавидел за то, что сразу же подумал об измене и усомнился в Дереке, но успокоиться не мог. Пейдж флиртовала с Дереком, а Дерек с ней — это казалось очевидным, прослеживалось в каждом движении. В том, как Пейдж сидела, наклонялась ближе, поправляла волосы, улыбалась, помешивала трубочкой коктейль. И в том, как отвечал ей Дерек: улыбками, подмигиванием и вообще самим фактом того, что находился с ней рядом так долго. Стайлз приказал себе остыть, прикрыл глаза, сосредоточившись на дыхании, и напомнил себе, что Дерек — не его бывший. Он не станет изменять только из-за того, что давно не было секса или от скуки. Дерек дорожил их отношениями, не стоило в этом даже сомневаться. Он просто обсуждал учебу со своей одногрупницей, возмущался сложными итоговыми тестами и полученными за них баллами. Стайлз кивнул сам себе, заметно успокоившись, и открыл глаза. Пейдж рассмеялась, склонив голову к плечу, прикоснулась к руке Дерека, а тот не сразу отстранился — все сомнения вернулись, не оставив даже шанса для объективной оценки ситуации. Стайлз по-прежнему был уверен, что Дерек не способен изменить, но точно так же он когда-то думал о своем бывшем, а потом обнаружил его в их постели с каким-то парнем. До этого момента Стайлз никогда их не сравнивал, считая, что Дерек даже в подметки не годился тому высокомерному засранцу, а сейчас невольно подумал, что, возможно, есть у них нечто общее: он для них недостаточно хорош. Стайлз всю жизнь боролся с неуверенностью в себе. На втором-третьем курсе колледжа ему показалось, что он победил ее. Успехи в учебе и новые друзья способствовали этому. Только чуть позже, когда попытался построить первый серьезные отношения, выяснилось, что это не так. Точнее, когда дело касалось профессиональных сторон его жизни — учебы или работы — то ему не было равных: он умел показать себя, отстоять свою точку зрения, убедить других и завладеть их вниманием. Что же касалось личной жизни — тут он по-прежнему был неудачником, школьным лузером, умело, благодаря жизненному опыту, прячущему все свои страхи и сомнения за маской уверенного в себе, успешного взрослого. Он пытался показать Дереку себя настоящего. И казалось, что того все устраивало. Возможно, так оно и было, просто Дерек устал ждать, ненавидел себя за данное в самом начале их отношений обещание и не знал, как сказать об этом, не обидев. Возможно, Дерек решил, что быстрый трах с кем-то, ничего для него незначащим, — это мелочь, способная придушить на время желание и даже помочь их отношениям. Возможно, Дерек просто соскучился по флирту, вниманию, обожанию других. Было слишком много этих «возможно». Стайлз мог перебирать их всю ночь, стоя здесь, любуясь идеальными Дереком и Пейдж, подкармливая тем самым свою неуверенность и утопая в жалости к себе. Мог. Но не стал. Он знал, что более конструктивным было бы успокоиться, спуститься вниз и поговорить с Дереком. Но пока не в силах был заставить себя сделать это. Ему требовалось расшевелить себя, и самый идеальный способ сделать это — разозлиться. На себя. На Дерека. На Пейдж. На кого угодно и что угодно, лишь бы перестать думать о том, какой он жалкий неудачник. В памяти сразу же всплыли последние сообщения Дерека и то, как вовремя он забыл телефон у Лоры — ревность вперемешку со злостью забурлили в крови, растворив в себе всю грусть и жалость. Стайлз расправил плечи, сжав изо всех сил поручень, прищурился, с ненавистью наблюдая за Пейдж, которая поправила будто бы ненароком соскользнувшую с плеча бретельку платья, и Дереком, который вроде бы этого не заметил и, наконец, отошел к клиенту, занявшись своими непосредственными обязанностями. Желание спуститься к бару усилилось. Только теперь хотелось не спокойного разговора, а скандала: возможно, даже ударить Дерека и совершенно по-девчоночьи оттаскать Пейдж за волосы, — что уже было совершенно не в стиле Стайлза. Он предпочитал никому не показывать своих эмоций. Даже застукав своего бывшего с другим, держался холодно и отстраненно, не дав возможности увидеть, насколько был разбит. Но сейчас все обстояло совершенно иначе. Стоило только разозлиться, дать себе свободу, и сразу же захотелось показать Дереку, каково это, когда тот, кого ты любишь, заигрывает с другим. Даже если там нет никакого подтекста, даже если это только ради чаевых или спортивного интереса. Отвернувшись, Стайлз достал телефон и позвонил Джордану. — Привет, Стайлз, ты… — Привет, мне срочно нужна твоя помощь, — резко перебил он. — Кто-нибудь из твоих друзей сможет немного потанцевать со мной и пофлиртовать? — Та-а-ак, мне стоит знать, что у вас с Дереком за ролевые игры? — Нет никаких… — взъерошив волосы, Стайлз посмотрел через плечо в сторону бара. Дерек поставил коктейль перед посетителем, забрал деньги и вернулся к Пейдж. Он мог бы отнести на мойку грязные стаканы, мог проверить, не нужна ли его помощь с другой стороны барной стойки, мог протереть бутылки, проверить наличие лимонов в баре — да много чего мог сделать, чтобы избежать общения с Пейдж, которую, как казалось раньше, недолюбливал. — Он вовсю флиртует с Пейдж, я всего лишь хочу отплатить ему тем же. Джордан ненадолго замолчал. Стайлз покусывал губы, опасаясь услышать что-нибудь вроде: «Успокойся, это ничего не значит», потому что даже если это так и было, он все равно хотел показать, что тоже способен хорошо проводить время с кем-то другим и соскучился по публичному проявлению чувств. Пусть это и будет с его стороны немного по-детски. — Думаю, я знаю, кто тебе поможет, — произнес Джордан, вызвав невольный вздох облегчения. — Есть у меня один парень на примете, и не придется после объясняться с Тео. Он у меня ревнивый, — Джордан рассмеялся над чем-то, видимо сказанным Тео — Стайлз услышал лишь голос на заднем плане, но не смог понять, кому тот принадлежал, и не разобрал ни единого слова. Затем хлопнула дверь, и стало заметно тише. — А если серьезно и без свидетелей — ты в порядке? — Я очень зол, хочу разорвать обоих, но мне не тягаться с оборотнем, а девчонку бить — как-то не хорошо. — Это намного лучше желания забраться в постель с банкой мороженого и смотреть «Кейт и Лео». Но тебе не показалось? Может, он просто любезничает с клиенткой? Ради чаевых, все так делают. — Я смотрю на них. Он ее терпеть не мог, а сейчас они любезничают, как парочка влюбленных голубков. Идеальный вариант для быстрого траха, верно? — сухо сказал Стайлз, не сводя взгляда с барной стойки. Он тяжело вздохнул, снова взъерошил волосы и добавил уже спокойнее: — Не знаю. На самом деле, я не знаю. Возможно, ему просто скучно. Но я… почти пять месяцев без секса — это еще хуже, чем было у меня с бывшим. Может быть, Дерек сорвался. Или… мне в любом случае не помешает трезвая оценка ситуации, — Стайлз отвернулся, осмотрел второй этаж в поисках свободного стола и, заметив один, направился к нему. — Кого ты отправишь ко мне на помощь? — Увидишь, — Джордан усмехнулся. — Уверен, он тебе понравится. Еще захочешь бросить Дерека. — Сомневаюсь в этом, — рассмеявшись, Стайлз отскочил в сторону, пропуская высоченную официантку, лавирующую мимо столиков с подносом, нагруженным полными пива кружками. — Пусть поторопится, я не знаю, во сколько сегодня Дерек заканчивает. — Не волнуйся, он уже выехал. Тео все ему объяснил, пока мы с тобой болтали. — Отлично. Спасибо, Джорди, береги себя. — Ты тоже береги себя, Стайлз. Сев на диван, он всего на пару секунд закрыл ладонями лицо, а когда убрал руки — увидел рядом со столом официантку. На этот раз он не удивился ее незаметному появлению, не почувствовал неловкости из-за ее надменного выражения лица и просто заказал тот же самый коктейль, который пил в свой первый визит.

***

Люди вокруг веселились все активнее. Несколько раз к Стайлзу подходили знакомиться, приглашали танцевать. Он отказывался, хотя намного проще было бы согласиться, пойти на танцпол и совершить задуманное. Будь Стайлз моложе — так бы и поступил, не заботясь о последствиях и о том, к чему мог привести обычный танец. С возрастом он стал осторожнее и теперь предпочитал не рисковать понапрасну. Ему необходимо было всего лишь показаться перед Дереком с кем-то, а не спровоцировать драку из-за отказа продолжить танцы в туалетной кабинке. Едва Стайлз сделал последний глоток — официантка без лишних просьб принесла второй коктейль и небольшой конверт, протягивая который едва заметно улыбнулась. — Ха! Вы все-таки способны на это. Лицо официантки мгновенно стало непроницаемым, а взгляд ледяным. Стайлз только головой покачал, предположив, что за проявление эмоций их штрафовали, и заглянул в конверт. Там лежала пластиковая подарочная карта в один из брендовых магазинов и записка: «Лидия просила передать тебе рождественский подарок. Если захочешь что-то отправить ей — я улетаю послезавтра. Питер». Стайлз еще ничего не покупал, собирался пройтись по магазинам вместе с Дереком, считал, что в запасе полно времени и, похоже, ошибся. Завтра придется бежать за красным туфлями, чье фото Лидия на днях сбросила вместе с подробной инструкцией, где их купить и какой размер требуется. — А вот и я, заждался? Услышав знакомый голос, Стайлз вздрогнул, убрал конверт в карман, обернулся и недоверчиво покачал головой. Перед ним стоял Джексон — с широкой улыбкой, белоснежными зубами, светло-серыми глазами, идеальной укладкой и очаровательными ямочками. Джексон мог бы стать идеальной парой для Лидии, потому что всегда, так же как и она, был совершенен. Даже только-только проснувшись, заспанный и помятый Джексон оставался идеальным. Стайлз не представлял, как он это делал, раньше не уставал удивляться этому и до сих пор немного завидовал. — Джексон! — радостно воскликнул он, обняв его. — Ты откуда здесь? Джексон, не убирая руки с плеч Стайлза, плюхнулся на диван рядом с ним. — Джордан прислал, — просто ответил он, как будто его присутствие здесь было в порядке вещей, и он не должен был сейчас находиться в Лондоне. — Да, это я понял, — рассмеялся Стайлз. — Когда вы приехали? Ты же с Дэнни? Где он? И почему никто из вас не позвонил?! — Мы решили провести здесь праздники. Может, задержимся подольше, — Стайлз вскинул бровь, требуя ответить на остальные вопросы. Посмеиваясь, Джексон откинулся на спинку дивана. — Сегодня. Буквально пару часов назад. У Джордана хранились ключи от моей квартиры, и как раз ты позвонил, — он осмотрел второй этаж, а затем, перегнувшись через Стайлз, ухватился за перила и взглянул на танцпол: — Здесь клево. Совершенно не в твоем стиле. Стайлз шлепнул его по заднице. У их столика материализовалась официантка — Стайлз почти с сожалением отметил, что вновь упустил момент ее приближения к ним. Джексон же с самодовольной улыбкой окинул девушку пристальным, немного голодным взглядом и удовлетворенно хмыкнул, указывая на бокал Стайлза. — То же самое. Официантка с безэмоциональным выражением кивнула и ушла, покачивая бедрами, тонкий хвост бил ее по ногам. Джексон восхищенно присвистнул. — Так, где же Дэнни? — Обламывает секс Джорди и Тео, — Джексон развалился на диване, с нескрываемым восторгом осматривая клуб. — Отвечает своему названию. Я даже немного удивлен тому, как здесь все продумано, — покачав головой, он посмотрел на Стайлза. — Но я здесь не для оценки «Hell». С кем из этих чертенят ты встречаешься? — С барменом. Он сегодня единственный парень за стойкой, не ошибешься. Джексон вновь почти лег Стайлзу на колени, опираясь на перила и рассматривая первый этаж. — Красавчик. Стайлз хмыкнул, соглашаясь. Он хотел спросить, настолько ли все плохо, как ему показалось, но боялся положительного ответа, поэтому молчал, вновь и вновь кусая губы. — И во вкусе Дэнни, — добавил Джексон, выпрямившись. — Хорошо, что он отказался, иначе я составил бы тебе компанию в ревности. — Разве Дэнни смог бы изменить тебе? — не скрывая скептицизма, спросил Стайлз, прекрасно зная, как крепко Дэнни держался за Джексона, отгоняя всех желающих занять его место и ничуть не смущаясь того, что человек, и по умолчанию слабее большинства претендентов. — Любой может изменить. Или ты забыл, как начались наши с ним отношения? — невесело усмехнувшись, Джексон схватил с подноса подошедшей официантки коктейль и, выбросив на пол трубочку, сделал пару жадных глотков. — Так каков план? Стайлз посмотрел в сторону бара, пробуждая успокоившуюся уже было злость. Как по заказу, Пейдж, приподнявшись со стула, начала говорить что-то Дереку на ухо, а тот слушал, даже не пытаясь отстраниться. — Для начала надо как-то привлечь его внимание. Если мы сразу пойдем танцевать — вряд ли он заметит нас в этой толпе, — нахмурившись, произнес Стайлз. — Тогда иди к бару, закажи что-нибудь, а я организую свое фееричное появление. — Идет.

***

Еще никогда Стайлз с такой неохотой не пробирался сквозь танцующую толпу. Ему приходилось увиливать от прикосновений и сдерживать грубые ответы на предложения присоединиться. Посетители клуба сегодня были особенно дружелюбны и веселы. То ли из-за приближения Рождества, то ли из-за окончания учебного полугодия и начала каникул, то ли здесь просто распылили веселящий газ. Стайлз прошел вдоль барной стойки и остановился всего в нескольких футах от воркующей парочки. Между ним и Пейдж стоял парень, пытающийся забрать со стойки три бокала пива, при этом ни одного не уронив. — Дерек, дай ты ему поднос или позови кого-нибудь помочь! — автоматически прокричал Стайлз, не в силах наблюдать за этим цирком. О том, что это помимо всего прочего стало отличным способ привлечь к себе внимание Дерека, он даже не подумал. Дерек отошел к углу барной стойки, окликнул одну из официанток, собирающих пустые бокалы по залу, указав на парня, попросил ему помочь, обернулся и замер с открытым ртом, с удивлением уставившись на Стайлза. Спустя секунду Дерек уже радостно улыбался и стоял напротив него. — Я так понимаю, что ты закончил? — спросил он, облокотившись о стойку и наклонившись к нему. — Да. А ты забыл телефон у Лоры, поэтому еще не знаешь об этом. Дерек отмахнулся, как будто Стайлз сказал какую-то ерунду. — Что будешь? Как всегда, воду или что-нибудь покрепче? Стайлз едва не попросил текилу. После двух выпитых коктейлей она была бы кстати, но он побоялся совсем потерять голову и наделать настоящих глупостей. От него не укрылось, с каким любопытством поглядывала на них Пейдж, и как пару раз украдкой на нее посмотрел Дерек. Конечно, он мог всего лишь опасаться того, что она узнает об их отношениях. Стайлз об этом бы и подумал, если бы не видел, что происходило до его появления. Он с трудом проглотил раздраженный комментарий относительно всего увиденного ранее. Дерек, видимо, все-таки уловил что-то необычное в его поведении, потому что непонимающе вскинул брови и приготовился уже спросить, в чем дело, но не успел — на Стайлза со спины налетел Джексон, крепко обняв. — Привет, давно тебя не видел и ужасно соскучился, — проорал он на ухо Стайлзу и так естественно поцеловал в щеку, словно подобное приветствие было для них в порядке вещей. Хотя они не позволяли себе такого даже тогда, когда действительно близко общались. — Привет, — улыбнувшись, Стайлз обхватил его рукой за талию и притянул ближе. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — Но, надеюсь, рад? — Джексон пробежался пальцами по его груди, зацепил ворот футболки и слегка оттянул его вниз. — Конечно, рад, — Дерек громко прочистил горло. Стайлз, поймав ладонь Джексона, обернулся. — Извини, я не представил вас. Это Джексон, мы вместе ходили в школу, а это — Дерек. Джексон кивнул, даже не посмотрев в его сторону, и потянул Стайлза за собой на танцпол, не дав ему возможности продолжить их знакомство с Дереком или хотя бы увидеть реакцию Дерека на это представление. Джексон привлек Стайлза к себе и повел в танце, умело создавая впечатление, что сам ведомый. Точь-в-точь как раньше, когда учил Стайлза танцевать, приказывал быть главным, заставлял забыть обо всех сомнениях и страхах. Джексон мог быть засранцем, иногда сучился без видимого повода, но всегда заботился о друзьях в своем неповторимом, слегка высокомерном стиле. Оказалось весьма приятно вновь очутиться в его руках. Их тела прекрасно двигались вместе. Не зная правды, легко можно было подумать, что их связывало нечто большее, чем дружба. Как раз то, что сейчас требовалось. — Дэнни отказался, потому что до сих пор меня терпеть не может. Верно? — Не совсем. Он всего лишь тебя слегка не выносит. Усмехнувшись, Джексон прижался еще ближе, мазнул губами по щеке. Стайлз придержал его за бедра, пытаясь сохранить хоть какое-то пространство между ними. — А ты меня немного выносишь, — он рассмеялся, легко развернув Джексона к себе спиной, и прижался к нему, мягко поглаживая по животу. — Я всегда говорил, что ты стервозный снаружи, а Дэнни — внутри. К тебе боишься подойти, а от него не ожидаешь грубости. Джексон в ответ прогнулся, вжавшись задницей в пах Стайлза, откинул голову назад и прикусил губу — такой с виду податливый, доступный, готовый прямо сейчас подставиться. Он отлично играл на публику, впрочем, как и Стайлз. Они не возбуждали друг друга, не пытались заигрывать, всего лишь танцевали так, как следовало в данных обстоятельствах. В любое другое время пространства между ними было бы куда больше. — О той девчонке твой Дерек точно уже не думает, — довольно произнес Джексон, в очередной раз соблазнительно изогнувшись и взглянув в сторону бара. Стайлз старался туда вообще не смотреть, опасаясь, что все это представление было напрасным. — Думаю, пора возвращаться, а то еще немного — и набросится на меня. Не хотелось бы испортить эту рубашку кровью. — Если такое случится, куплю тебе новую, — Стайлз переплел пальцы с пальцами Джексона и повел его к бару. Стоило им приблизиться, Дерек скомкал полотенце, отшвырнул его в сторону и оперся руками о барную стойку. Стайлзу показалось, что у него подергивалась верхняя губа, оголяя клык. Он прищурился, надеясь разглядеть получше, но все, что увидел — сжатые в тонкую полоску губы, раздувающиеся ноздри, да заострившиеся скулы. — Готовься, — шепнул Джексон Стайлзу на ухо. — Можешь со мной не прощаться. Я взял у Джордана машину. — Хорошо. Они остановились напротив Дерека. — Мне что-нибудь освежающее, — попросил Джексон, привалившись к боку Стайлза, и попытался сдуть упавшие на лоб пряди волос. Стайлз по привычке, едва ли осознавая, как это выглядело со стороны, зачесал их назад. — Спасибо, сладкий. — Пожалуйста. Дерек, — Стайлз невинно улыбнулся ему, — а мне воды. Дерек быстро, царапнув по стойке появившимися когтями, убрал с нее руки и ушел. Стайлз испугался, что они перегнули палку. Оборотням не разрешалось без веских причин обращаться в общественных местах. И он уже собирался идти искать Дерека, чтобы успокоить, но заметил его, направляющегося к ним, и слегка толкнул Джексона, намекая, что пора бы отстраниться, а еще лучше сбежать, пока еще была возможность. — Удачи, — пожелал Джексон, присев на соседний стул. — Идем, — сухо бросил Дерек, схватив Стайлза за руку. Несмотря на всю очевидную ярость, клокотавшую в нем, он не стремился причинить боль. Просто крепко держал, чтобы не потерять в толпе, и вел куда-то за собой. Это очень походило на ночь их знакомства, только тогда они оба испытывали совершенно другие эмоции и даже не предполагали, что все у них зайдет настолько далеко. Дерек привел Стайлза в комнату для персонала, захлопнул за ними дверь и позволил себе немного отпустить свою звериную половину: глаза загорелись золотом, а клыки теперь уже точно выглядывали из-за губ. — Что все это значит? — грубо спросил он. — Ты теперь с ним? Или снова с ним? — А ты теперь с Пейдж? Переключиться захотел или стало все равно с кем? — совершенно не подумав, выпалил Стайлз первое, что пришло в голову. — Да я просто немного поболтал с ней! — Весь вечер — это теперь «немного»?! — Я просто с ней разговаривал, а не терся об нее на танцполе! — Ты с ней заигрывал! — Вовсе нет! Не придумывай. Стайлз не смог бы сказать, в какой момент их спора Дерек утратил все свои оборотнические черты, и что бы это могло значить. Он лишь уловил ту секунду, когда из нападения Дерек перешел к оправданиям, и разозлился пуще прежнего, искренне считая, что невиновным оправдания не нужны. Стайлз схватил его за футболку, толкнул к стене, не сводя взгляда с зеленых с крапинками карего глаз. Необычайно красивых глаз. Стайлзу иногда казалось, что он мог бы часами ими любоваться, угадывая по ним состояние Дерека. Вот сейчас тот был раздражен, взбешен, виноват и предан. По-прежнему предан, верен, хоть и допустил небольшую ошибку, о которой уже сожалел. Стайлз обхватил его шею ладонью и жестко поцеловал. Дерек притянул его к себе за бедра, отвечая с не меньшей жестокостью. И только сейчас, сминая его губы, лаская его рот языком, Стайлз осознал, с какой легкостью удалось взять вверх над Дереком. Тот позволил проделать все это с собой, даже не попытавшись воспротивиться, — и все запреты, все ограничения, рамки, которых они старались придерживаться, перестали иметь значение. Стайлз, укусив Дерека за нижнюю губу, выдернул из шлевки ремень, расстегнул его, так же быстро расправился с молнией и пуговицей на чертовски узких джинсах и сжал твердый, пока еще скрытый трусами член. — Стайлз… мы не… — Плевать, — выдохнул Стайлз, поглаживая Дерека. — На все плевать, — он покрыл поцелуями его шею, прикусил ключицу, сразу же зализав укус. — Хватит думать о других и правилах. Возражать снова Дерек не стал. Вместо этого он расстегнул штаны Стайлза, приспустил их вместе с боксерами и провел несколько раз кулаком по его члену, размазывая по головке капли смазки. Дыхание Стайлза потяжелело, сдерживая стоны, он попытался сосредоточиться на том, чего сейчас хотел больше: кончить, не важно при этом как, или кончить в Дерека. От мысли о втором — его пробрала дрожь предвкушения, все эти «не важно как» испарились без следа. Стайлз хотел трахнуть Дерека, не желая даже думать о других вариантах получения разрядки. Его не волновало, что их могли застукать. Главное, чтобы не прервали в самый ответственный момент, а на остальное ему было плевать точно так же, как и на все те правила, что они сейчас нарушали. Стайлз достал из кармана бумажник, из него — презерватив и пакетик с любрикантом — набор на экстренный случай, засунутый в потайной карман настолько давно, что уже мог закончиться срок годности. Оставалось только надеяться, что это не так, потому что альтернативы в любом случае у них не было. Лучше просроченная смазка, чем вообще без нее. Отдав презерватив Дереку, Стайлз сдернул с него джинсы, следом белье и, разорвав пакетик, быстро выдавил все на руки. Дерек в это время надевал ему презерватив, и Стайлз не в силах был перестать смотреть на его пальцы: зажимающие кончик, раскатывающие умело и нежно, при этом ласкающие так, что перед глазами темнело. Стайлз облизал пересохшие губы, поднял голову и наткнулся на жадный, нетерпеливый взгляд Дерека, пробуждающий внутри что-то незнакомое, немного дикое и необузданное. Никогда Стайлз не испытывал настолько сильного желания кем-то обладать. Он развернул Дерека, впечатывая грудью в стену, прижался к его спине, покрывая подставленную шею засосами и спешно, немного грубо растягивая. Это было не в его стиле. Обычно он старался действовать осторожно, особенно с теми, у кого давно не было анального секса. Но сейчас даже не испытывал сожаления за свое нетерпение. Хотя бы потому, что Дереку происходящее нравилось. Он постанывал, опираясь на дверь, торопил, толкаясь навстречу, и просил добавить еще палец, утверждая, что готов. Стайлз чувствовал, что это не совсем так, знал, что следовало подождать еще немного и подготовить чуть лучше, но сдерживаться больше не мог. Его выдержки хватило лишь на то, чтобы войти плавно, да немного притормозить, дав Дереку привыкнуть. Но стоило тому чуть-чуть прогнуться, расставив ноги настолько широко, насколько позволяли болтающиеся на лодыжках джинсы, и умоляюще застонать — Стайлз сорвался. Он двигался быстро, вминая пальцы в крепкие бедра. Целовал солоноватую кожу, пытался задрать футболку Дерека повыше и снова целовал, не в силах остановиться. Стайлз утратил чувство времени, воспринимая все происходящее урывками. Смуглая напряженная ягодица Дерека. Их загнанное дыхание. Раздражающая, стекающая по виску, капля пота. Грохочущая где-то в отдалении музыка. Ладони Дерека скользящие по стене. Его попытки двигаться самому. Стоны и шлепки их тел друг о друга. Член, исчезающий в растянутой, покрасневшей по краям дырке. Упругая горошина соска в пальцах. Проснувшееся собственничество, побуждающее ко все более резким толчкам, болезненным поцелуям и укусам. Осознание, что Дерек получает от секса ничуть не меньше удовольствия. И финалом — сперма на руке, дрожащий всем телом Дерек и собственный оргазм, захлестнувший с головой. Каким-то чудом не дав Дереку осесть на землю, Стайлз прижался лбом к его плечу. В то, что сейчас произошло, не верилось. И хотелось еще. Находись они в более подходящем месте, он выпил бы воды и продолжил, теперь уже раздевшись и раздев. На изучение тела Дерека его выдержки вряд ли хватило бы, это придется приберечь на третий, а то и четвертый раз, когда немного утолится телесный голод, но возможно удалось бы замедлиться, немного растянув удовольствие. — Ты как? — спросил Стайлз. — Отлично, — хрипло отозвался Дерек, не скрывая довольства в голосе. — Но мало. Стайлз расхохотался, вышел из его тела, но не спешил убирать руки. — Не упадешь? Дерек мотнул головой, развернувшись, привалился к стене и уставился на него сквозь ресницы. Стайлз не хотел сейчас разбираться ни в своих чувствах, ни в его. Злость ушла без следа, так же как и ревность. Все произошедшее вообще стало казаться глупым и смешным. Точнее, почти все. Секс в этот разряд не попадал. Хоть и поспешный, он вышел отличным. Стайлз не жалел о нем. В углу, за шкафчиками, он обнаружил небольшую раковину и стопку чистых полотенец. Быстро вытеревшись и поправив одежду, он взял одно, намочил его и принес Дереку. Тот махнул рукой, как бы говоря: «Потом», и прикрыл глаза. Стайлзу пришлось самому привести его в порядок. И если судить по выражению лица, Дерек от этого пришел едва ли не в еще больший восторг, чем от самого секса. — Ты работать-то способен? — Не-а, — Дерек засунул руки в задние карманы брюк Стайлза и, притянув его к себе, уткнулся носом в шею. — Сейчас отпрошусь у Питера. Подождешь? — У бара, — кивнув, согласился Стайлз. — Можешь здесь. — Нет. У бара. Дерек как-то понятливо хмыкнул, провел приоткрытыми губами вдоль ворота футболки и оставил засос аккурат над ямочкой между ключицами. Стайлз на это только улыбнулся, медленно перебирая его влажные волосы пальцами. Отстраняться, а уж тем более возвращаться в зал, полный людей и оборотней, совершенно не хотелось. И если бы в раздевалке было чуть удобнее — возможно, он бы предложил остаться здесь до утра. — Надо идти. Дерек протестующе заворчал, стаскивая футболку с плеча и облизывая его. — Надо. Дома будет удобнее. — Ладно.

***

Третий раз за ночь Стайлз пробрался сквозь разгоряченную толпу к бару и выпил, наконец, долгожданный стакан воды. Барменша понимающе подмигнула и без лишних просьб налила ему еще. — Здравствуйте, профессор. До этого мгновения он даже не заметил, что встал рядом с Пейдж. Повернувшись, равнодушно посмотрел на нее и кивнул в знак приветствия. Она разглядывала его, не скрывая интереса и любопытства. И Стайлз прекрасно знал, что она видела: удовлетворенное выражение лица, сытый взгляд, припухшие и покрасневшие губы, засосы, растянутый ворот футболки, растрепанные волосы, возможно, где-нибудь на джинсах сперма и смазка. Его этот осмотр ничуть не волновал. Он изнывал от нетерпения поскорее остаться с Дереком наедине, проигрывал в голове сценарии второго раунда и прикидывал, когда им лучше перекусить: до или после. Когда же появился Дерек, Стайлз обнял его за талию, поцеловал в уголок губ, показывая прежде всего ему, что теперь в их отношениях не было места тайнам. Дерек, радостно улыбнувшись, положил ладонь Стайлзу на бедро и даже не взглянул в сторону Пейдж. — Идем? Меня отпустили. — Я даже не сомневался. Держу пари, Питер преподнес это как Рождественский подарок. — Почти. Засчитал за премию. Они рассмеялись. Стайлз знал, что Пейдж по-прежнему смотрела на них, но не беспокоился об этом. Даже если она доложит ректору, поставит в известность весь кампус — плевать он на это хотел. У него был Дерек. Обо всем остальном он подумает потом. *** Второй раз начинался неспешно. Они спокойно зашли в квартиру, разделись, то и дело прерываясь на ленивые поцелуи, приняли вместе душ и даже переместились в спальню. Но стоило им только упасть на кровать — поцелуи стали требовательнее, прикосновения нетерпеливее. Они терлись друг о друга, стараясь прижаться как можно ближе, сталкивались руками и ногами, пытаясь устроиться удобнее, и не в силах были остановиться. Пока Дерек жадно вылизывал его бок, Стайлз исхитрился достать из прикроватной тумбочки упаковку резинок и смазку, хотел предложить Дереку перевернуться или хотя бы лечь, чтобы удобнее было его подготовить, но не успел даже рта раскрыть, как Дерек выхватил из его руки презервативы и отбросил их подальше, затем забрал бутылку любриканта, уронил Стайлза на лопатки, быстро смазал себя и оседлал его. Стайлз только пару раз потрясенно моргнул, облизал губы и низко застонал. Дерек был такой узкий, горячий, так потрясающе-идеально принимал в себя, сжимал. Хотелось насладиться каждым мгновением, но он не позволил, задав такой же бешеный темп, как и в первый раз. Стайлз же мог только смотреть на него, наслаждаться видом и не мешать. Дерек — сильный, несгибаемый, уверенный в себе — извивался на его члене, умоляюще стонал и не сводил с него полного страсти и любви взгляда. Стайлз гладил его бедра и торс, дрочил ему и сжимал его ягодицы, не совершая ни единой попытки толкнуться навстречу, сменить ритм или перехватить инициативу. Если в клубе он брал свое, то теперь пришел черед Дерека. И не сказать, чтобы Стайлз жаловался. Дерек замер, прикрыв от наслаждения глаза и прикусив до крови губу. Он загнанно дышал, весь взмок и дрожал от напряжения, сковавшего мышцы. Казалось, что еще секунда — и рухнет, придавив собой просто потому, что не мог больше сдерживать свою силу. Стайлз сел, нежно провел ладонью по его спине, а языком — вдоль нижней губы, медленно поцеловал и резко толкнулся вверх. Дерек хрипло вскрикнул, ухватился за его плечи и вновь стал двигаться. Разрядка приближалась с неуловимой скоростью, и о том, чтобы сдержать ее уже не шло речи. Дерек нетерпеливо извивался, ерзал и сжимал в себе член Стайлза, при этом пережимая у основания свой, подгонял бессвязным шепотом — и Стайлз кончил, изо всех сил прижимая его к себе. Дерек, очевидно, только этого и ждал: ему хватило всего одного движения рукой по члену, чтобы кончить следом. Они рухнули на кровать. Дерек слез со Стайлза, растянулся рядом и закинул на него ногу. — Мне все равно мало, — все еще тяжело дыша, со смехом признался он. — Я бы спросил, всегда ли это так у тебя, но мне и самому недостаточно. У Стайлза не было сил даже на то, чтобы пошевелить пальцем, но он, действительно, хотел еще. Если бы Дерек сейчас изъявил желание поменяться — Стайлз бы просто перекатился на живот и позволил, хоть и не особо любил бывать снизу. Его изнутри грызла какая-то непонятная неудовлетворенность: ему было мало Дерека, недостаточно просто ощущать его рядом, хотелось слиться с ним, срастись, чтобы никуда от себя не отпускать. — Не жалеешь? — спустя какое-то время спросил Дерек, придвигая Стайлза к себе еще ближе, обнимая и согревая своим телом. — Нет. Ни капли. А ты? — Нет, — Дерек поцеловал его в висок, сделал глубокий вдох и пробормотал что-то, похожее на «прекрасно». — И тебе не надо беспокоиться о работе, — как бы между прочим заметил он. Стайлз и так не беспокоился. Он в любом случае собирался подать заявление об уходе и уйти на полную ставку в отдел к Моррелл, но любопытство родилось раньше него, поэтому от вопроса он не сумел удержаться. — Серьезно? И почему? — Стайлз попытался повернуться, чтобы иметь возможность смотреть на него, но Дерек недовольно заворчал, предупреждающе рыкнул и усилил объятия, мешая это сделать. — Ладно-ладно, лежим так, — Стайлз, успокаивая, похлопал его по бедру. — Это должен был быть подарок на наше общее окончание семестра. Я ненавижу себя за то, что не покопался в правилах университета раньше. Существует одно единственное исключение в запрете на отношения между преподавателем и студентом: пары. Точно так же, как и в больницах. Мы можем сказать, что ты моя пара, и проблем не будет ни у тебя, ни у меня. Стайлз задумался над тем, жалел ли сам и понял, что нет. То, как развивались их отношения, теперь казалось идеальным, и он не захотел бы ничего менять, даже если бы появилась такая возможность. — Их и так не будет. Да и не было. Все же хорошо сложилось, и этот длинный период ухаживаний, притирки мне понравился. А тебе — нет? Дерек потерся щекой о его макушку, низко, утробно рыча, что, видимо, означало полное согласие, провел ладонью по боку, помял ягодицу и зашарил рукой по постели, предположительно, в поисках смазки. Хотя, насколько Стайлз мог судить, она сейчас вряд ли бы понадобилась — все бедра и задница Дерека и так были в сперме и любриканте. — Ты же знаешь, что да, — признал Дерек, сползая ниже. — Скажу больше — мне очень понравился этот затянувшийся период свиданий, приведший к отношениям, а теперь и к сексу, которым мы теперь будем наслаждаться по полной, — он остановился, когда его лицо оказалось напротив паха Стайлза, и посмотрел наверх. — Готов продолжить наше близкое знакомство? — Да, — с улыбкой ответил Стайлз и пробежался пальцами по колючей щеке Дерека. — Более чем готов.

***

Дерек [17:44]: «Эрика, как только меня увидела, закричала: «Я так и знала», а следом спросила: «Ну? Такой же секси в реале?» Как Бойд ее терпит?» Стайлз [17:45]: «Мои друзья лучше. Они просто в моем присутствии передали деньги Джордану. Почему я решил именно сегодня занести им подарки?» Стайлз [17:46]: «И, кажется, кто-то из них что-то написал на фейсбуке». Дерек [17:47]: «Тогда ясно, что имела в виду Кора. Я подумал, что она номером ошиблась». Стайлз [17:48]: «Что?» Дерек [17:48]: «Наконец-то». Дерек [17:49]: «И мама спросила, придешь ли ты на Рождественский ужин. Естественно, вместе с отцом». Стайлз [17:50]: «Хорошо». Дерек [17:50]: «Если не хочешь — ничего страшного, но я буду с тобой». Дерек [17:51]: «Что?» Дерек [17:51]: «Правда?» Стайлз [17:52]: «Да. Ты скоро?» Дерек [17:53]: «Мне нужно еще заскочить в клуб». Стайлз [17:54]: «Ладно. Займусь пока ужином». Дерек [18:24]: «Питер сказал, что передаст Лидии и подарок, и последние новости. И что она будет рада, потому что хотела давно хотела свести нас». Дерек [18:30]: «Уже выхожу». Стайлз [18:32]: «Ставлю мясо в духовку».

***

Эпилог

Стайлз зашел домой, захлопнул за собой входную дверь и сразу же услышал: «Я в гостиной». Он невольно улыбнулся, как и каждый раз, когда Дерек встречал его подобным образом, избавляя от необходимости задавать глупый вопрос: «Ты где?» или «Ты дома?». Разувшись, Стайлз повесил на вешалку куртку, поставил брошенные Дереком около шкафа туфли на полочку и прошел в гостиную. Дерек устроился на полу в окружении бумаг, книг, ноутбука, любимого блокнота и телефона. Этот стиль работы он подцепил от Стайлза. Раньше, когда не в силах расстаться, они превращали кухню или гостиную в квартире одного из них в кабинет, Дерек занимал стол, честно предлагая Стайлзу половину, но тот всегда отказывался, раскладывал бумаги на полу и погружался в их изучение, утверждая, что так намного удобнее. Дерек поглядывал скептически, пожимал плечами, мол, как тебе будет угодно, и заваливал стол распечатками, конспектами и толстыми книгами, то и дело с грохотом приземляющимися в опасной близости от его ног. После того, как ему надо было провести сравнительный анализ двадцати на первый взгляд одинаковых случаев об опеке, но с разными вердиктами, и все материалы нормально не умещались на столе, Дерек убедился, что на полу действительно удобнее, и дома работал только так. — Привет, — Стайлз положил руку ему на плечо и, наклонившись, чмокнул в губы. — Новое дело? — Да, — обняв, Дерек усадил его к себе на колени, потерся носом о шею и поцеловал так, как любили они оба: медленно, со вкусом, давая возможность прочувствовать каждое прикосновение и ответить на него. — Мне стоит готовиться к отражению гнева Лоры и твоей мамы? — поинтересовался Стайлз, перебирая короткие пряди волос на затылке Дерека. — Нет. Дело легкое, не будет никаких сюрпризов. Я управлюсь за пару дней, и мы выедем, как и запланировали. Стайлз с сомнением посмотрел на Дерека, пытаясь убедиться в искренности его слов. Каждый раз звучала именно эта фраза, а потом случалось нечто, в результате чего он пропускал важное семейное мероприятие. Например, за неделю до выпускного Коры, Дерека включили в команду стажеров, работающих над делом по опротестованию завещания баснословно богатой дамочки, оставившей все свое состояние приюту для животных. Дерек уверял — больше себя, чем других, — что за неделю они справятся. В результате на выпускной Стайлз поехал один, без конца оправдывал Дерека, выслушивал недовольство Коры, ощущал неодобрение Талии и смеялся над пошловатыми комментариями Питера относительно всего происходящего. Стайлз умудрился напиться и закончил вечер опять же в компании Питера: они играли в шахматы, Питер пытался перетянуть его на свою сторону и уговаривал помочь убедить Лидию принять его предложение и, наконец, выйти за него. А за два дня до свадьбы Лоры Дереку подкинули легкое дельце о разводе, которое стало настолько трудным, что он опоздал на церемонию, и после этого Лора полгода с ним не разговаривала. Как-то Дерек вместо рождественского ужина в компании друзей разбирался в родословной будущей жены парня с настолько известной фамилией, что ее страшно произносить вслух. Отложить это было невозможно, потому что церемония должна была состояться тридцать первого декабря, а до этого времени пара была обязана подписать брачный договор. Так что опасения Стайлза были весьма уместны. И он просто пытался заранее понять, как будут обстоять дела на этот раз. А не стремился упрекнуть Дерека или вызвать у него чувство вины, прекрасно понимая, что тот строил карьеру, мечтая стать самым молодым старшим партнером в фирме и не из-за того, в какой семье родился и членом какой стаи был, а за свои профессиональные заслуги. Ему было трудно, его ненавидели, сначала, другие стажеры, теперь — младшие партнеры. Порой казалось, что каждое утро Стайлз провожал его на войну, а не на работу. Но Дерек не сдавался, не жаловался, не просил помощи у матери, а Стайлз делал все возможное, чтобы дома он мог отдыхать. — Нет, правда! — воскликнул Дерек. — Обычный развод. Раздел имущества происходит согласно брачному контракту. Не должно быть никаких неожиданностей. У пока-еще-жены никаких шансов его оспорить. — Если только она не докажет, что подписывала контракт в невменяемом состоянии или ее заставили это сделать. — Не докажет. Тогда они были счастливой, влюбленной друг в друга по уши парой, на контракте вообще настаивали ее родители. У парня на тот момент за душой было баксов сто, а вот у них сеть прачечных, приносящая неплохой доход. Они не хотели, чтобы она уплыла в случае развода — полностью или частично — к этому оборванцу. Дерек говорил об абсолютно не сексуальных вещах, при этом, забравшись под пуловер Стайлза, поглаживал его живот, прекрасно зная, насколько возбуждала эта нехитрая ласка. Стайлз старался пока не реагировать, поддерживал разговор, но с каждой минутой ему становилось все труднее это делать. — И что же привело к разводу? — Деньги, — Дерек невесело усмехнулся. — Как всегда. Мой клиент — ученый-ботаник, его интересуют травки-цветочки, а не сумма на его счете. Он любил жену, хотел для нее лучшего, но не мог себе это позволить. Ее же, как ему казалось, все устраивало. И небольшая квартирка недалеко от студенческого городка, и его частые экспедиции, и скромный доход. Но стоило на его голову свалиться наследству — жену словно подменили. Теперь же она хочет забрать большую часть его состояния в качестве компенсации за потраченные на него годы. Стайлз только и смог, что покачать головой, про себя радуясь, что у них с Дереком ни разу не возникло проблем из-за денег. Они обсудили совместные расходы еще перед первым походом за рождественскими подарками, решив, что проще открыть совместный счет в банке и каждому переводить на него ежемесячно определенную сумму. Больше этот вопрос ими ни разу не поднимался: ни когда они съехались, выбрав квартиру Стайлза из-за более удобного расположения, ни когда покупали этот дом, ни когда приходило время оплачивать счета или идти в магазин. Если одному из них требовалась какая-то большая сумма — это просто озвучивалось, и они брали деньги из своих сбережений. — Надеюсь, все будет так, как ты говоришь. Лора не простит, если ты пропустишь первое полнолуние малыша Энди, а Талия так разозлится, что вполне может отлучить тебя от семьи на некоторое время. — Знаю-знаю, поэтому планирую просто сбежать, если это все затянется, — Дерек положил Стайлза на пол и навис над ним, хищно улыбаясь. — Я ни за что не пропущу это, — он прикоснулся губами к кадыку Стайлза, провел языком вниз, слегка прикусил выпирающую косточку ключицы, проворно расстегивая джинсы. — Надеюсь. Очень надеюсь на это, — Стайлз приподнял бедра, помогая раздеть себя, и со смехом заметил: — А так же на то, что на этот раз ты не будешь ворчать из-за того, что твои бумаги снова испачканы спермой. — Не буду. Наверное, не буду. Расхохотавшись, Стайлз обхватил лицо Дерека ладонями, притянул к себе и крепко поцеловал, выражая всю любовь, которая с каждым днем, проведенным вместе, становилась все сильнее, и принимая любовь Дерека. Стайлз не мог сказать, что его неуверенность в себе испарилась без следа. Порой он смотрел на Дерека и не понимал, почему тот выбрал его, проводил вечера с ним, а не веселился с друзьями, жонглировал карьерой и семьей, не желая упускать ни того, ни другого, а не сосредоточился на достижении своих амбициозных целей, забыв на время о личном, как делали многие его ровесники. Но потом встречался с Дереком взглядом и все сомнения и вопросы пропадали. Дерек любил его, хотел его и, добившись однажды, не собирался никогда и никуда от себя отпускать. Стайлза это более чем устраивало.