Спасательный круг

      Солнце клонилось к горизонту и летний ветер ласково трепал волосы стоявшего на холме архангела. Люцифер не любил людей. Честно и открыто заявляя об этом, не боясь последствий. Творения Отца вызывали у него презрение и ироничную ухмылку. Он не любил их, но должен был. Должен, по слову Всевышнего. Но в том ли суть "Свободной воли", чтобы беспрекословно делать то, что говорят тебе другие? Падший был в обиде на Бога. Такая роскошь, как свободный выбор, была лишь для них. Для этих маленьких, безволосых обезьян. Солдаты Небесной канцелярии не имели на то право. Не положено, по сути своей. И Люцифер часто, порой заходя слишком далеко, думал об этом. О людях, об их жесткости, тупости и абсолютно беспардонному отношению к Земле. Да, людей не любил. Но к миру это не относилось. Не всё созданное Богом он считал ужасным. Мир прекрасен, и падший это знал. Знал и восхищался. Даже сейчас, стоя на этом холме и смотря на закатное небо — он не мог отвести взгляд. Облака редкими перьями накладывались друг на друга, окрашиваясь розовым цветом от мягких лучей заходящего солнца. Где-то далеко шелестели деревья, напевая свои баллады. В такие минуты Люцифер был спокоен. Его умиротворяла природа. В этом и есть ее предназначение. И именно здесь архангел назначил, возможно, самую важную встречу в его жизни. Он не ожидал, что когда предложит Джеку поговорить, тот согласится. Если честно, то он просто боялся. Будучи брошенным отцом и братом он боялся не выдержать, не справиться с презрением в глазах собственного ребенка. Но являясь одним из сильнейших существ во вселенной, он заставил себя отбросить страх. Именно здесь, где мир приносит ему спокойствие, он встретится с сыном. Нырнув в свои мысли настолько глубоко, что в пору было бросать спасательный круг, Люцифер не услышал, как за спиной раздались шаги. Джек стоял в полуметре от отца и не знал, что делать дальше. В фильмах, что давал ему Сэм, в таких ситуациях люди кашляли. Нефилим не хотел кашлять, да и горло у него не болело. Поэтому сделав вперед еще два шага, он осторожно коснулся плеча архангела. Люцифер дернулся и резко обернулся, чем заставил полу-ангела отскочить назад. Падший растерялся. Джек тоже. Первые слова комом застряли в горле, заставляя обоих молча смотреть друг на друга. Первым тишину нарушил Джек. — Здесь красиво, — он медленно подошёл к краю холма, слегка касаясь плечом руки Люцифера. Устремив свой взгляд в горизонт парень надеялся, что архангел скажет хоть что-нибудь. Теперь он знает, что значит слово "неловко". Люцифер был в замешательстве и искренне не знал, что говорить. Он не придумывал речи, не подбирал слова. Он думал, что нужное само придет в голову, когда он увидит Джека. Не пришло. Поэтому Светоносный поступил по примеру сына. Всматриваясь вдаль, и будто надеясь разглядеть так нужные сейчас слова на обрывках облаков. — Да, красиво, — падший ни в жизни не думал, что когда-нибудь будет так сильно нервничать. Но как говорится: все случается впервые. Они стояли рядом, наблюдая за солнцем, плавно тонущем за такими же холмами, как на котором сейчас делили тишину отец и сын. Но вечно это длиться не могло. — Джек, послушай, я… — Нет, — нефилим повернулся к Люциферу, поднимая на него взгляд. — Не надо. Люцифер оцепенел, не решаясь посмотреть на сына. Он просто не мог. Он чувствовал, будто стоит ему сейчас заглянуть в глаза Джека и всё. Он снова отправится в клетку, но уже не в Аду. Куда хуже клетка собственного сознания, где каждую секунду будут мелькать воспоминания обо всех, кто от него отказался. Ему действительно было страшно. Он смотрел куда-то под ноги, прокусывая щеку почти до крови. Какая разница, все равно исцелится. Люцифер ощущал себя этим солнцем, что изо дня в день, на протяжении сотен тысяч лет вынуждено тонуть за холмами. Снова, и снова, и снова. Архангел не был в состоянии справиться с этим и решил поступить так, как когда-то это сделал Бог. Просто уйти. Чем быстрее, тем лучше. И плевать, что потом в голове он назовет себя трусом. Лишний камень к веревке на шее, что тянет на дно. И пусть. Теперь то это уже едва ли имеет значение. Только сделав шаг назад, его резко выдернуло из мыслей, заставляя прийти в себя. Что-то теплое и родное: Джек крепко обнял Люцифера, уткнувшись носом в его грудь. К черту эти слова, без них куда проще. И не нужно никаких объяснений, и не нужны разговоры. Люцифер аккуратно, будто боясь спугнуть, опустил руки на спину ребенка. Губами коснувшись макушки сына, он вдруг отчетливо кое-что понял.

Он нашёл свой спасательный круг.