Гарри Поттер Директор Хогвартса.

      Гарри очень переживал, мужчина не знал как организм Джеймса может отреагировать на этот процесс. Поттер поклялся, что постарается сделать это как можно белее безболезненно для мальчика. К сожалению, полностью боль он убрать никак не может. Довольно быстро он справился с приготовлением зелий и стал дожидаться Тома и Джеймса.       Наконец, двери в лабораторию отворились и туда вошли Марволо и Поттер. Джеймс, заботливо укутанный в мантию профессора, заметно напрягся из-за обстановки. Мрачная комната, посередине которой стояло большое кованное кресло, много застеклённых шкафов с тысячью колбочек, пробирок, и тому подобных вещей. Том подвёл его к креслу и жестом показал что бы тот сел. — Привет, Джеймс, — мягко поздоровался с ним директор. — Как ты себя чувствуешь? — подходя ближе, спросил он. — Сильная слабость и голова болит, — смущенно ответил мальчик. Профессор подошел к шкафу и достал от туда пузырёк с болеутоляющим, который потом протянул мальчику, тот послушно принял его и выпил содержимое. — Джеймс, — начал Том, — как я уже говорил, процесс восстановления очень болезненный. Я и Гарри попытаемся сделать всё, чтобы тебе было как можно меньше больно, однако мы не сможем совсем убрать боль, — грустно сказал Марволо. Мальчик видел, что оба мужчины нервничают. — Если ты не готов и не хочешь этого, скажи и мы не будем это делать, — обратился к нему директор. Он прекрасно помнил крики Марволо и с огромным трудом представлял какого будет сейчас. — Я… Я готов, — неуверенно сказал мальчик. — Я хочу вернуть свои воспоминания, — ответил он, когда Томас положил руку ему на плечо и заглянул в тёмные глаза мальчика. — Я заранее прошу у тебя прошение, за всё то, что тебе придётся пережить, — извинился Редл. — И пожалуйста, запомни. Я рядом.       Мужчины переглянулись, кивнули друг другу, после Гарри направился к столу на котором стояли колбочки с новыми, утром приготовленными снадобьями. Поттер заметил в глазах друга страх, какого не было в них, когда он проходил через эту процедуру.       Поставив их рядом с креслом, он достал одну пробирку с фиолетовым содержимым и протянул Джеймсу. Мальчик выпил зелье и тут же комнату наполнил душе раздирающий крик. Не смотря на то, что Том держал его за руку и пытался забрать всю боль, это не особенно помогало. Гарри направил палочку на голову Поттера и из неё вылетел какого же света луч. Это повторялось ещё несколько раз. Гарри видел, у друга сначала начали трястись руки, а после его всего стала бить мелкая дрожь. Дело было не в том, что он забирал часть боли мальчика на себя, нет. Редлу было невыносимо смотреть. Его будто калёным железом пронзали насквозь, или вытягивали на дыбах. От криков Джеймса всё внутри сжималось, а сердце обливалось кровью. В этот момент он горел ненавистью к тем, кто подверг юного Поттера таким заклинаниям, из-за которых ему приходиться проходить через этот ад. Он не задумываясь применил бы к ним Круцио.       Когда во время очередного душераздирающего крика Джеймса поднял взгляд и посмотрел на Марволо, тот не выдержал. Этот стеклянный взгляд глаз цвета гагата стал последней каплей. — Остановись! — он не знал что в принципе сейчас способен насколько громко говорить после этой процедуры, однако история повторялась как тогда, когда Джеймса нужно было отнести к мадам Помфри. — Гарри, пожалуйста. — Я не могу, — сердце Поттера бешено колотилось, а руки начали подрагивать.       Ему тоже было невыносимо смотреть и делать всё это. Но так было нужно. Он прекрасно понимал отчаянье в голосе Тома, однако останавливаться сейчас было уже никак нельзя.       У Джеймса было чувство, будто с него живьём снимают кожу. Очень методично так, старательно вытягивая сухожилия. Он не знал как ещё от боли не потерял сознание, что произошло бы, если бы не старания Редла. От собственного крика у мальчика звенело в ушах. Казалось, он теперь ещё очень долго не сможет говорить. Ноги и руки сводило от боли, он чувствовал ладонь Марволо и хватался за неё как за единственную ниточку. Он не представлял какие следы останутся у профессора от его ногтей, которые ранили кожу до крови, однако это были сущие мелочи в этой ситуации. Мальчику сейчас больше всего хотелось провалиться сквозь землю, пропасть, чтобы его никто больше никогда не нашёл. Лишь бы только это всё закончилось. Но отступать было поздно — он согласился помочь. Конечно, он не представлял насколько это больно, однако ему ведь давали шанс отказаться. И вдруг, он встретился взглядом с ярко-голубыми, как два сапфира, глазами Редла. Он понял — Марволо в ужасе. В этот момент до него донеслись голоса профессоров, однако он не смог ничего разобрать из-за собственного крика.       От следующего зелья появилось чувство, что кости дробят заживо, а каждый вдох даётся титаническими усилиями, отдаваясь режущей болью по всему телу. Мальчик не знал как они ещё не оглохли от его криков. Он-то не знал, что совсем недавно держащий его за руку Марволо орал так же. У самого Томаса от всего происходящего подкосились ноги и он вновь обратился к другу, дрожащим голосом. — Гарри, хватит. — Том, я не могу. Он потеряет память, понимаешь? — магу было очень сложно сохранять концентрацию на том, что нужно делать, ибо он не мог не обращать внимания на то, как Северуса сводило болью. Он корчился, орал, но не просил прекратить. В отличии от Тома, у которого явно сдавали нервы. Да и самому волшебнику очень хотелось поскорее закончить эту процедуру, прекратить страдания бедного ребёнка. На секунду в его голове промелькнула мысль, что на месте Джеймса мог быть любой ребёнок. Даже Сев. И в этот момент от ужаса он едва не совершил ошибку в заклинании. Он решил полностью отключиться от внешнего мира, дабы такого не произошло ещё раз. Это могло слишком плохо закончиться.       Когда Гарри завершил процесс, мальчик тотчас провалился в небытие, а Марволо на его глазах обессиленно грохнулся на колени, его всего била крупная дрожь, но руку Джеймса он так и не отпустил. Директор сперва успокоился сам, а только после помог другу подняться и дал зелье, от которого Том стал приходить в себя.       Поттер посмотрел на Джеймса, звон криков которого ещё не прошёл. Ему было ужасно от того, что пришлось проводить эту процедуру над учеником. Да и вообще, он никому бы такого не пожелал. В голове была теперь только одна мысль — нужно как-то обезопасить Северуса, потому что Гарри знал, что не сможет провести эту процедуру со Снеггом.        Том осторожно поднял мальчика на руки. Он не хотел чтобы Джеймс после кошмаров очнулся здесь, однако Гарри не позволил ему унести Поттера. — Я понимаю какого тебе сейчас, но нам нужно закончить всё. К сожалению, это придётся сделать именно здесь, — с большой не охотой Тому пришлось опустить его обратно в кресло. — Я предлагаю воспользоваться заклинанием Окклюменции и просто самим посмотреть, так мы причиним ему намного меньше боли, — сказал Гарри. — Хорошо, я согласен с тобой. Так будет менее болезненно, — ответил Марволо. Хотя ему совсем не хотелось этого делать. Он так же, как и Гарри, встал возле мальчика и взял его за руку. Директор поднял палочку и сказал. — Лигелиметис, — сознание мужчин перенеслось в воспоминания мальчика.       «Начало третьего курса, Джеймс идёт вместе со своими друзьями, как вдруг его останавливает маг в чёрном одеянии. Его друзья не видели этого волшебника поэтому очень удивились когда Поттер сказал: — Простите, мне срочно нужно кое-что сделать, я потом вас догоню, — голос немного дрогнул, однако никто из товарищей этого не заметил. Мальчик направился за этим магом в чёрном. Тот остановился возле пустого класса и прошёл внутрь. Зайдя внутрь, он повернулся и спросил: — У тебя есть какие-то новости для меня? — голос был таким знакомым, но ни Гарри ни Том не могли сказать кто это. Волшебник не забыл поставить защиту. — Нет, у меня нет ничего, — ответил он, — я не хочу больше Вам помогать! — крикнул Поттер и попытался покинуть класс, однако маг не дал мальчику уйти. — Ты не сможешь уйти. Я тебе не позволю! — прошипел человек в чёрном. — Империо! — жёлтая вспышка и мальчик больше не принадлежит себе. — Ты будешь делать всё, что я тебе скажу! Мне нужно что бы ты следил за Северусом, — имя мальчика прозвучало с особой ноткой отвращения. После этого Джеймс наконец смог покинуть кабинет.       Следующее воспоминание было тоже с этим же магом. Он приказывал мальчику постоянно нападать на Снегга, он должен был полностью уничтожить мальчика. Так повторялось из раза в раз, пока не открылось воспоминание, которое выявило личность этого мага в чёрном. — Зайди в мой кабинет! — маг был явно вне себя и когда Джеймс переступил порог помещения, то получил звонкий подзатыльник. — За что? — удивился мальчик. — Чтобы не расслаблялся, — перед лицом Поттера появился предмет, едва не ударив его. — Твоя палочка, — Гарри был в шоке, а Томас начал себя винить. Это же было так очевидно! Макгонагалл. — Надеюсь, теперь ты справишься со своим заданием, а не будешь косячить, как в прошлые разы, — очень строго произнесла Минерва. — Н-но я не хочу, — неуверенно произнёс мальчик, в ответ на что на него моментально направили палочку. — Глупец. Империо! — глаза женщины сверкнули. — Уничтожь Северуса Снегга, — дальше всё потемнело.        Следующее воспоминание было тем, которое так хотели увидеть профессора и в то же время оно было один из самых ужасных.       Джеймс сидел в коридоре, дожидаясь Макгонагалл. Она сказала ему прийти. Он больше так не мог. Ему было очень страшно. Мальчик давно стал замечать, что порой не может вспомнить часы или даже дни. Более того, он стал сталкиваться с тем, что тело его не слушалось. … — Эй, Нюнус! Чего ты тут шатаешься, что папочка уехал, так ходишь ищешь под чью юбку ещё спрятаться? — смешок. — Ах да, забыл, что родители от тебя избавились! — выкрикнув вслед темноволосому мальчику Джеймс, а после в ужасе думал что это было. Он ведь совсем не хотел причинять Снеггу зла. …       И такие случаи были не редкостью. Поттер не мог понять почему он делает порой по истине чудовищные вещи. А потом он вспомнил с чего всё началось. В самом начале семестра его вызвал к себе декан факультета. Мальчик был очень удивлён, но всё же пошёл. Однако сам их разговор он почти не помнил. Они пили чай, а после… после что-то про Северуса. — Зайди в кабинет, — послышался знакомый голос, от которого мальчик поёжился, но послушно выполнил указание. — Оставьте меня в покое. Я больше не хочу ничего делать! — в отчаянии воскликнул мальчик. — Тебе больше и не придётся, — хищно улыбнулась женщина и направила не него палочку. — Авада Кедавра! — воскликнула Минерва, однако Джеймс увернулся и луч попал в стену.       Она не рассчитала, что чёртов мальчишка будет сопротивляться. Пока он метался по помещению, она несколько раз пыталась применить к нему и Империо, и Аваду, однако всё мимо. — Алохомора, — Джеймс открыл дверь и вылетел в коридор.       Он слышал голос женщины позади, однако не обращал на это внимания и просто бежал куда глаза глядят. Сердце бешено колотилось, так и грозя выпрыгнуть из груди, а лёгкие горели от недостатка кислорода, однако жизнь дороже. Плохо различая путь в полутьме, ученик налетел на тёмную фигуру. — Джеймс, — ласково обратился к нему маг, — что случилось? Расскажи мне, — Томас узнал себя. — О… он… она хотела меня убить, — прошептал мальчик и всё потемнело».       Юный Поттер проснулся. Мальчик заплакал, ему было больно от того что он вспомнил не физически, морально. Сколько боли он причинил Северусу и не важно что не по своей воле. Гарри приблизился и обнял его, мужчина гладил его по спине и успокаивал. Марволо в это время сходил к шкафу за зельем сна без сновидений и дал его Джеймсу. Мальчик послушно выпил его и снова заснул, схватив Томаса за руку. Теперь ему казалось что только так он в безопасности.       То, что узнали Гарри и Томас настолько шокировало их, что нельзя было просто передать словами. Как они, одни из самых сильных магов, директор и его заместитель не заметили этого? Не смогли защитить, уберечь, а ведь было столько подсказок… Разум обоих мужчин занимал Северус и на остальных они просто не обращали внимание, а если и обращали, то совсем не то. И ладно, Поттера понять можно было, но как мог Редл…       Марволо хотелось провалиться сквозь землю. Как он не заметил?! Ведь столько раз он видел мальчика, и в тот раз, когда увидел как к нему применяют непростительное заклинание. Да и сам он единично, но накладывал на мальчика стирающее память заклинание. Но это было действительно необходимо. Томас проклинал себя. Он же часто видел мальчика! Почему он ничего не заметил? Почему он ничего не сделал?! Мужчине было очень стыдно за это. Какой из него декан, если его ученики в такой опасности?! Сколько ещё детей могло подвергнуться воздействию подобных ужасных чар? И единственный ли Джеймс? Если нет, то в любой момент может произойти непоправимое и кто знает, кто из детей может больше никогда не вернуться домой.       Гарри был просто в ужасе от того, что же он наделал. Бедный мальчик! Он столько раз обвинял его и не разу не попытался узнать причину такого скверного поведения. Как он мог такое допустить? Он — директор, самый сильный волшебник не заметил этого. Поттер был так занят самобичеванием что так просто не придал значение крику. Если бы он только услышал его тогда, может, и не пришлось бы слушать их с Томом крики в этой комнате. — Гарри, как? Как мы могли такое упустить?! — в ужасе прошептал первым пришедший в себя Марволо, пытаясь успокоить ходящие ходуном руки. У него перед глазами до сих пор стоял стеклянный взгляд мальчика. — Я не знаю, — с трудом сказал Поттер. — Это просто ужас, — оба были очень бледными. — Я же должен защищать учеников… — Так ты и делаешь это! Ты всегда на передовой, а вот я, как декан, должен был заметить. В конце концов, именно декан факультета, а не директор должен разбираться в чём причина плохого поведения учеников. А я отнёсся слишком беспечно к этой своей обязанности и все дети оказались в опасности… и один пострадал, — голос его был тихим, но от интонации запросто могло бросить в дрожь. — Дорогой мой друг, во имя всего святого, прекрати это говорить. Ты спас столько жизней. Ты же не можешь быть везде и уследить за всем, — Гарри вздохнул. — Нам нужно отдохнуть, но его я одного больше не оставлю, — твердо сказал Редл. — Да, я с тобой согласен, его нельзя сейчас оставлять одного, — кивнул Поттер. Он так устал… Томас взял Джеймса на руки и все пошли в комнату к Гарри.       Несмотря на слабость, мужчина очень крепко держал ученика на руках. Кто бы мог подумать, что этот мальчик, так долго доставлявший проблемы, вдруг станет так важен.       На душе у директора было паршиво, он очень устал и едва держался на ногах. Они подкашивались. С трудом, но они всё-таки добрались до его комнаты, на пороге Гарри остановился — вокруг всё плыло. Ему пришлось опереться о стену, но даже это не помогло.       Мавлоло в это время прошёл вглубь комнаты и уложил Джеймса в кровать. Маг бережно накрыл его одеялом и поцеловал в лоб. Как вдруг послышался какой-то странный грохот, будто что-то большое упало. Он повернулся чтобы спросить про звук и перепугано бросился к Поттеру. Мужчина был так истощён, что не выдержал и потерял сознание. Томас не растерялся и, быстро подняв друга, положил возле Джеймса на кровать. У него у самого уже не осталось сил на панику, так что действия его были последовательны и спокойны. Он бы даже не удивился, если бы сейчас объявили про очередное нападение Дамблдора. Почему нет? Одно на другое!       Томас взмахом палочки отворил секретную комнату в спальне директора и достал пузырёк с восстанавливающем зельем. Быстро напоив им друга, он обнаружил что у его «брата» ещё и жар, на этом, к сожалению, беда не закончились. Неожиданно для Марволо, Гарри начал биться в конвульсиях. Так очень часто проявлялось магическое истощение. Редл быстро забежал в комнату и достал нужные снадобья, около часа ему потребовалось что бы Гарри успокоился. Марволо не знал как после всего он не поседел ещё, но не сомневался, что оправляться от происходящего они будут долго. Когда друг перестал метаться, Томас заметил, что Джеймс так же вертелся, ему точно было очень неспокойно. Марволо сжал его руку своей и мальчик успокоился. Придвинув кресло к кровати при помощи Акцио, Редл свалился в него и провалился в сон.       Ночь прошла не хорошо для мужчин. Радовало хотя бы то, что Джеймс спал спокойно, ни на секунду не выпуская руку Томаса. Мальчику ничего не снилось и он наконец смог выспаться, что ему не удавалось уже долгое время. Волшебники спали очень неспокойно, обоим снился один тот же кошмар.       Большая тёмная комната и детский плач. Этот плач они сразу узнали, его ни с чем не перепутаешь. Это был Северус. Вдруг дверь открывается и в комнату входит Альбус Дамблдор, а за ним Минерва Макгонагалл. В руке у женщины был факел, который осветил эту маленькую комнату. Панический ужас сковал Гарри и Тома. На полу лежал Северус, бледный бледный. — Ну что, мальчишка, — злобно прошептал Альбус, — ты мене очень помог, когда Гарри выбрал тебя. — Да я с тобой согласен, его нельзя сейчас оставлять одного, — усмехнулся старик. — Минерва, можешь делать все что захочешь с ним только не убивай, — после этих слов он покинул помещение. — Как же давно я хотела это сделать! — прошипела женщина. Достала палочку и крикнула: — Круцио! — нечеловеческий, бешеный крик и Гарри и Том просыпаться в холодном поту. — Сев-Сев, — прошептал Поттер. Быстро вскочив, он накинул мантию и кинулся в комнату к мальчику. Страх усилился, когда он не нашёл там Снегг. Быстро вернувшись назад, он заметил записку на своём рабочем столе. Гарри взял её и пробежал газами по тексту.       Ну что, Гарри? Я всё-таки сумел задеть тебя за живое. Если ты не хочешь чтобы мальчишка не пострадал — приходи и мы наконец разрешим этот вопрос.